Глава 1360 — Без названия

Каан Свак снова усмехнулся, развернулся и стремительно скрылся из виду. Рэндидли подозревал, что Специальный Исследователь явился сюда вовсе не ради того, чтобы выслушать его ответ. Истинная цель этого визита крылась в ином: убедиться, что Рэндидли отчетливо понимает, в чем именно заключается суть ловушки. Чтобы в конечном итоге, если он решится на этот шаг, ему пришлось активировать ее абсолютно осознанно.

«Пусть он и профессиональный военный, но относится к происходящему как к игре. При малейшей возможности он не упускает случая насладиться самим процессом выполнения задачи», – подумал Рэндидли.

Среди бойцов оперативной группы, похоже, царило полное замешательство из-за столь стремительного развития событий. Однако миссис Гамильтон любезно выступила вперед и объявила, что внезапно появившийся враг – это тот самый злой гений, который строит козни против Земли. Кроме того, она пояснила, что они с Рэндидли на время нейтрализовали Эфирные Мины, так что причин опасаться новых разрушений пока нет.

Перед тем как отряд двинулся в путь, она одарила Рэндидли долгим, выразительным взглядом, явно намекая, что в будущем потребует подробных объяснений. Владыка войны тоже посмотрел на него, но вид у того был смертельно уставший. К тому же его взоры устремлялись на Кейла и Паоло едва ли не чаще, чем на самого Рэндидли. Похоже, пребывание в Опасной Зоне заставило представителей Одиннадцатой зоны по-новому взглянуть на мир.

Встретившись взглядом с миссис Гамильтон, Рэндидли серьезно кивнул. Разумеется, он не возражал против того, чтобы со временем пролить свет на случившееся. Но сейчас для подобных разговоров было неподходящее время. Он пошевелил пальцами, пытаясь избавиться от неприятного ощущения зуда.

Да и скрывать правду Рэндидли в любом случае не собирался. Ведь среди различных оперативных групп было немало тех, с кем он установил эфирную связь, и эти люди могли пострадать точно так же. Если он не хотел, чтобы они вслепую угодили в ловушку, ему придется разнести весть об этой новой уловке Специального Исследователя.

Объявив, что намерен детальнее изучить плетение, Рэндидли остался на месте, пока бойцы отряда с хрустом пробирались обратно через Разрушенные Пещеры. Обладая плотным и насыщенным Эфиром, ему не составило труда притянуть все Эфирные Мины в собственное тело. Они с радостью устремились в его духовное пространство, где и обосновались, принявшись непрерывно бить тело Рэндидли разрядами.

По его телу пробегали судороги – он изо всех сил пытался совладать с реакцией Эфирных Мин. По совету Нивеи Рэндидли попробовал создать эфирные путы, чтобы запереть их в одном месте, но от этого энергетические удары стали лишь мучительнее. Стоило определенному числу мин собраться вместе, как они образовывали структуру, порождавшую куда более мощный импульс. Рэндидли вздохнул и просто позволил Эфирным Минам разойтись по всему телу.

Когда установилось равновесие, боль стала вполне терпимой. Лишь периодическое покалывание, которое вряд ли могло нарушить концентрацию Рэндидли. Раздражает, конечно, но жить можно…

Рэндидли достал свой Ловец Снов Долгой Ночи, намереваясь приступить к экспериментам. Он немного опасался, что в присутствии Эфирных Мин не сумеет вновь пережить нужный момент, но, к счастью, даже столь короткая беседа с Кааном Сваком оказалась достаточно значимой, чтобы устройство запечатлело ее. Или, возможно, Ловец снов принимал во внимание желания самого Рэндидли, когда решал, какие именно мгновения стоит сохранить…

Поздравляем! Ваша Частица Судьбы Ловец Снов Долгой Ночи повысилась до 53-го уровня!

…

Поздравляем! Ваша Частица Судьбы Ловец Снов Долгой Ночи повысилась до 61-го уровня!

— Наконец-то он среагировал на мою теорию, — присвистнул Рэндидли. Значит, одна из его функций действительно заключалась в том, чтобы следовать желаниям владельца и записывать определенные моменты памяти. Видимо, для того, чтобы дать Рэндидли инструмент защиты от кошмаров…

Ответа не последовало, и Рэндидли лишь покачал головой. Разочаровывало то, что, хотя он и продвинулся в понимании того,какработает эта Частица Судьбы, он все еще не имел ни малейшего представления,почемуона функционирует именно так.

Впрочем, Частица Судьбы могла и подождать. Отыскав нужный момент, Рэндидли погрузился в Ловец Снов Долгой Ночи. Он во второй раз прослушал короткий монолог Каана, а когда тот ушел, немедленно применил Бездну, чтобы нейтрализовать Эфирные Мины. В течение примерно пяти секунд Рэндидли пребывал в легком шоке от того, что Каан не солгал: Бездна действительно оказалась невероятно эффективна против Эфирных Мин. Затем вокруг Рэндидли сомкнулось привычное подавление Бездны, и он добровольно прервал этот эксперимент.

Сейчас не было нужды тратить время и силы на борьбу.

При следующей попытке Рэндидли принялся экспериментировать с Эфирными Минами, пытаясь понять, какую именно часть эфирного конструкта Каан использовал для обнаружения их уничтожения. Однако все закончилось тем, что одна из Эфирных Мин взорвалась прямо у него перед лицом, из-за чего он почти десять минут пребывал в оцепенении, содрогаясь от мощнейшего шока.

Это не было электричеством в чистом виде – скорее нечто, что можно назвать полярностью. Взрыв высвободил одновременно положительный и отрицательный заряды энергии, заставив страдать даже такое могучее физическое тело, каким обладал Рэндидли. Это не наносило прямого урона, но причиняло дикую боль.

Боль была настолько сильной, что при ее концентрации тело Рэндидли начинало непроизвольно содрогаться в спазмах. Он даже порадовался, что отослал людей перед началом экспериментов; его дикие конвульсии во время восстановления после столь дорогостоящей ошибки крушили землю и разрывали глубокие расщелины в и без того хрупких пещерах вокруг. Он чувствовал присутствие местных монстров, но те поспешили скрыться в глубинах пещер, едва Рэндидли превратился в бушующее стихийное бедствие.

Постепенно его движения стабилизировались, а последствия взрыва, вызванного неосторожным вмешательством, сошли на нет. При следующей попытке он связался с проекцией Нивеи внутри симуляции и попросил ее провести несколько тестов. Но его головная боль, вопреки возросшему уровню навыка, усилилась слишком быстро и стала невыносимой, так что проекция Нивеи не успела выяснить ничего полезного.

Во время очередного захода он сделал весьма тревожное открытие: Нивея не могла разделять его чувства, пока он находился внутри Ловца Снов Долгой Ночи.

— В этом есть определенная логика. Находясь внутри своей Частицы Судьбы, ты фактически «спишь», — ответила Нивея, когда Рэндидли поделился своими досадами. — И, просто оценивая твое положение, я повторю слова своей проекции: нам потребуется уйма времени на изучение этих штук, чтобы найти способ их обезвредить.

— Может, тогда тебе стоит отправиться в Подземелье? — Рэндидли потер подбородок.

Но Нивея тут же отвергла это предложение:

— Нет. Думаешь, это простая задача? Это оружие создавалось против фракций внутри Нексуса. Сколько времени мне понадобится, чтобы превзойти их в управлении Эфиром? К тому же разве нет более простого решения? У тебя ведь есть Альфа-Космос. Просто сбрось мины туда.

Рэндидли закатил глаза, видя, как неохотно Нивея отрывается от изучения Гравюр Твари. В реальном мире она покинула бы их ненадолго, но по ощущениям самой Нивеи на разгадку Эфирных Мин могли уйти месяцы. Впрочем, ее довод был вполне разумен. С этими Эфирными Минами, если они действительно являлись тем, о чем заявлял Каан Свак, совладать было непросто.

Исходя из того, что Рэндидли знал о Специальном Исследователе, тот обычно не лгал. Так что его слова о том, что Эфирные Мины созданы лучшими умами Нексуса, скорее всего, были чистой правдой. К тому же он намекнул, что это оружие уже оставило нескольких пострадавших калеками на всю жизнь.

Очевидно, Нивея согласилась бы отправиться в Подземелье, не будь иного выбора, но сейчас она указывала на альтернативные варианты, которые могли оказаться куда проще. И нельзя сказать, что Рэндидли сам не думал об Альфа-Космосе; разумеется, его «тело» было гораздо обширнее, чем представлял себе Каан Свак. Вероятно, именно поэтому миссис Гамильтон превратилась в дрожащую развалину, в то время как Рэндидли после поглощения всех Эфирных Мин ощущал лишь раздражающий зуд. Поскольку его тело являлось целым миром, оно могло выдержать гораздо больше.

Но, как и Нивея, Рэндидли не хотел сбрасывать их в Альфа-Космос без крайней необходимости. Он мог бы попытаться узнать у Ловца Снов Долгой Ночи, к чему это приведет, но после взрыва Эфирной Мины прямо перед лицом его и так мучила изрядная головная боль. Пока что стоило поберечь мысленные силы и восстановиться.

— Вечно что-то идет не так… — выдавил Рэндидли хриплый вздох и огляделся по сторонам, осматривая испещренную трещинами пещеру.

Поэтому на данный момент все его внимание сосредоточилось на том, чтобы выяснить, возможно ли продолжать обычные тренировки, пока Эфирные Мины находятся в его теле. Он поочередно активировал каждый образ. Сначала Мрачную Химеру, затем Иггдрасиль, а после – Мертворожденного Феникса. Если не считать того, что Мертворожденный Феникс попытался поглотить Эфирные Мины и Рэндидли пришлось спешно его останавливать, никакой реакции со стороны мин не последовало. Хотя они бурно реагировали на чужеродный Эфир, образы они попросту игнорировали.

Заметив это, Рэндидли задумался, не позволить ли Мертворожденному Фениксу поглотить их. Но интуиция подсказывала, что то самое свойство, позволявшее им игнорировать образы, приведет к тому, что вместо подавления затягивание в черную дыру просто вызовет их детонацию прямо внутри его тела. А испытывать подобное еще раз он совершенно не торопился.

Пожалуй, больше всего раздражало то, что Эфирные Мины по-прежнему реагировали на активацию навыков, связанных с этими образами. Так что, хотя теоретически Рэндидли мог тренировать свои образы в присутствии Эфирных Мин, при повышении уровня навыков справляться с минами, блуждающими по телу, становилось значительно тяжелее.

— И это ощущения лишь после зачистки одной из Опасных Зон… — вздохнул Рэндидли. Затем, поскольку ему все равно приходилось ждать, пока пройдет головная боль, он принялся стягивать все находящиеся в нем Эфирные Мины в более тесное пространство. Примерно на четверть меньше прежнего, сосредоточив их в самом центре груди.

Тук. Тук.

Сердце Рэндидли забилось тяжелее: возросшее давление заставило Эфирные Мины с удвоенной частотой испускать болезненные волны полярности. Сцепив зубы, он продолжал сжимать их, воссоздавая условия, которые ожидали бы его после открытия всех четырех Опасных Зон. С глухим рыком Рэндидли обрушил кулаки на землю, дробя кристаллы под собой. Во все стороны побежали тонкие, как волоски, трещины.

— Проклятье, — прошипел Рэндидли. Даже при том, что все было сосредоточено лишь в груди, боль оказалась мучительной. Мучительной даже для него – человека, который теперь мог плавать в лаве, отделываясь лишь легкими ожогами.

Тук. Тук. Тук. Тук.

Пульс неуклонно учащался, боль достигла пика… и продолжала испытывать его концентрацию на прочность, не теряя своей интенсивности. Зажмурившись, Рэндидли изо всех сил старался не обращать на нее внимания. Это не внушало оптимизма относительно его способности просто игнорировать присутствие Эфирных Мин.

Но даже если эта боль лишала сил, Рэндидли понимал, что после зачистки четвертой Опасной Зоны Каан Свак в любом случае предпримет против него какие-то действия, так что терпеть подобную плотность Эфирных Мин долго не придется. Когда Специальный Исследователь сделает свой ход, сдерживаться больше не будет никакого смысла.

Тем не менее Рэндидли продолжал удерживать сжатое поле Эфирных Мин. В его глазах вспыхнул огонек безумия – подобной боли он не испытывал уже очень давно. С тех самых пор, как его образ подвергся разъедающему воздействию Безды на передовой, Рэндидли не чувствовал ничего подобного. Все его тело словно охватило пламенем. В нем вновь пробудилось упрямство.

— Хех. Неужели ты думал, что такая боль сломит меня? — пробормотал Рэндидли себе под нос. Его руки и ноги уже подергивались, хотя боль и не была сосредоточена в конечностях. Но им овладевало все более острое желание сорваться с места и выплеснуть энергию в движении. Тем более что очень скоро стало ясно: это совершеннонеспособствует восстановлению его силы разума. Тело содрогнулось.

ТУК. ТУК. ТУК-ТУК. ТУК-ТУК-ТУК.

Сердце продолжало разгоняться. Кровь буквально выталкивалась из артерий, стремительно проносясь по конечностям и возвращаясь к ядру. Боль продолжала терзать его волю. Дрожь усиливалась, поскольку сердечно-сосудистая система начала работать на пределе его физической живучести.

Честно говоря, забейся так быстро сердце обычного человека, Рэндидли не удивился бы, если бы его тело просто разорвало. Столько силы сейчас бурлило в его конечностях…

— ДА ЧТОБ ТЕБЯ! — Взревел Рэндидли, в последнем непредсказуемом мышечном спазме вскидывая и вновь обрушивая кулаки на землю. Мышцы горели от яростного напряжения, соединяя судороги с его гневом.

Чего Рэндидли никак не ожидал, так это того, что камень и кристаллы под ним обратятся в пыль от одного лишь давления воздуха, вытесненного его кулаками. А затем физическая сила устремилась вниз, пробивая под Рэндидли глубокий провал.

Земля под ногами ушла столь внезапно, что даже закаленный в боях Рэндидли вскрикнул и от неожиданности полетел вниз. Доли секунды спустя во все стороны метнулись корни, сплетаясь в платформу, на которой он смог удержаться. Камни, подпиравшие корни, раскрошились, но те стремительно проросли глубже в окружающую породу, создавая надежную опору, способную выдержать вес Рэндидли.

Затем он хмуро посмотрел вниз, в образовавшийся провал. Земля осыпалась в радиусе двадцати метров, но самым странным было то, что даже острый взор Рэндидли не мог разглядеть дна этой бездны.

Насколько он мог судить, удар его кулаков фактически пробил шахту вертикально вниз примерно на сотню метров от начальной точки. А вибрация разрушила кристаллы в округе, заставив породу осыпаться внутрь и образовать эту огромную дыру, в которую он теперь всматривался.

Сердцебиение начало замедляться. Стоило Рэндидли ослабить концентрацию, как Эфирные Мины разошлись в стороны, и боль сменилась привычным зудом. Он потер подбородок, глядя в глубину. В его изумрудных глазах вдруг вспыхнул странный блеск.

— Эта сила… Неужели все это время все было так просто? — пробормотал Рэндидли про себя. — Наверное, я просто забыл… что на самом деле… я человек…