Глава 1358 — Без названия

Чем ближе они подбирались к парящему над ними острову, тем сильнее нервничала Марин. Это проявлялось в том, как она притоптывала носком ноги и с каким-то почти навязчивым упорством потирала ладони. Ее глаза округлились от тревоги, когда она посмотрела вверх. Они продолжали движение, но остров становился все больше и больше.

Отчасти причиной ее беспокойства был серебристый туман, окутывающий весь остров, а отчасти – кобальтовые разряды молний, время от времени озарявшие это серебряное покрывало. Но по-настоящему кровь Марин застыла от удушающего чувства собственного бессилия, которое она ощутила при приближении. Марин не обладала выдающимся талантом, когда дело касалось образов, но она упорно тренировалась. Это стало частью ее повседневной рутины.

Каждое утро она тренировалась в визуализации без активации Навыков, пытаясь добиться того же эффекта чистой силой воли. Процесс шел медленно, но в последнее время, особенно в последнее время, Марин начала замечать осязаемые результаты. Она постепенно развивала свой образ.

Особенно после того, как посреди ночи ее разбудил пронзительный голодный крик, исходивший от образа Гостхаунда. Это определенно подстегнуло ее к еще большему усердию.

Их платформа поднималась в туман, окутывающий остров, и звуки промышленного района внизу быстро затихали, пока серебристое покрывало обвивало их со всех сторон. Марин едва не подпрыгнула, когда поняла, что тумандвижется. Похоже, этот парящий остров населяли странные серебряные духи, в то время как Харон был покрыт изумрудными моховыми духами. Они с любопытством кружили вокруг вновь прибывших, а некоторые даже терлись о ладони Татьяны, которые она протянула духам.

— Цвет другой, но по сути они ничем не отличаются от духов Харона, насколько я могу судить, — подтвердила Татьяна. Платформа слегка содрогнулась, и Марин внезапно осознала, что они достигли края парящего острова. — Идем, я чувствую Рэндидли. Скоро он будет готов поговорить с нами.

Марин поплыла за Татьяной сквозь серебристый туман, внезапно почувствовав, что не совсем понимала, на что шла, когда решила помочь построить его дом. До нее вдруг снова дошло, что Рэндидли Гостхаунд –самый могущественный человек на Земле, а она заявляется на егопарящий остров, чтобы обсудить жилище, которое он хочет построить.

Нервозности добавляло и то, что Эд сейчас пытался выяснить, достаточно ли у него высок Уровень Навыка, чтобы работать с материалами, которые Гостхаунд предоставил для строительства. Он спешил проконсультироваться с экспертами Харона. Доннитон, конечно, имел дело с мощными материалами, но немногие были готовы строить из них целые дома.

В основном их обрабатывали в меньших масштабах для создания доспехов, оружия или другого снаряжения. А воздвигнуть из них целое поместье… Марин подозревала, что никто, кроме Рэндидли Гостхаунда, не способен на подобный подвиг.

Они нашли Рэндидли в месте, которое, как показалось Марин, находилось в самом центре острова. Честно говоря, она не знала, сколько еще сможет блуждать за Татьяной сквозь клубящийся туман без панической атаки, когда наконец заметила силуэт Гостхаунда.

Там была расчищена ровная круглая площадка, и Рэндидли стоял в самом центре в боевой стойке. Его плечи поднимались и опускались в такт расширению и сжатию легких, выпуская долгие выдохи, которые Марин практически видела струящимися из его ноздрей. Его волосы не то чтобы свалялись, но определенно были влажными от пота и взъерошенными пальцами. Судя по ощущению в воздухе вокруг него, Марин поняла, что он только что закончил физическую тренировку.

Рэндидли Гостхаунд казался не человеком, а паровозом, сбрасывающим давление и медленно остывающим после долгого пути. Его глаза были крепко зажмурены, и Татьяна жестом велела Марин молчать и ждать, пока он сам не заговорит с ними.

Впрочем, Марин и не нуждалась в понуканиях; она и так была в ужасе от того, что буквальночувствовалаудары сердца Гостхаунда. Все пространство вокруг бурлило от его жизненной силы и мощи.

Тук. Тук. Тук.

Стук сердца напоминал образ, но это тоже казалось не совсем верным. Просто Гостхаунд казался природной силой столь первобытной свирепости, что ее уже невозможно было удержать в его теле. И все же, глядя на Рэндидли Гостхаунда, Марин могла думать лишь о том, каким молодым он выглядит. Конечно, он определенно был на несколько лет старше нее, но ему было еще далеко до тридцати. Тем не менее он перешагнул какую-то невидимую пропасть значимости и теперь стоял на самой вершине мира.

«Вот за каким человеком решил пойти Нафур… что ж, он определенно умеет выбирать способных лидеров…» – подумала Марин, стараясь не позволить тревоге захлестнуть ее с головой.

Тук. Тук. Тук.

Это казалось вечностью, но даже Марин вынуждена была признать, что прошло всего около пяти минут этого ужасного резонанса сердца Гостхаунда, прежде чем он открыл глаза и повернулся к ним, с кривой усмешкой посмотрев на Татьяну. — Решила отплатить мне моей же монетой?

Татьяна поклонилась. — И в мыслях не было. У меня новости, и к тому же, разве ты не спрашивал насчет постройки дома? Все приготовления к контракту выполнены по твоим требованиям. Тебе нужно лишь обсудить, какой именно дом ты хочешь для своего таинственного острова…

Гостхаунд коротко рассмеялся. Он взмахнул кистью, и в его руке появилось полотенце. — Тебе ведь это нравится, верно? Ну ладно, мне все равно не помешает небольшой перерыв. А ты, должно быть… Марин.

Марин выпрямилась, стараясь не задумываться о том, что он узнал ее имя, едва взглянув на нее. Его изумрудные глаза изучали ее. — Да, это я.

— Тогда перейдем к делу. — Тон Гостхаунда не терпел возражений. Вторым взмахом руки он убрал полотенце. Третьим – заставил корни подняться из земли и сплестись в довольно простой стол и стулья. Видя, что Татьяна и Гостхаунд садятся, Марин тоже села и удивилась тому, насколько это было удобно. — Позвольте мне вкратце рассказать, что я задумал…

*****

Когда Марин ушла, Татьяна улыбнулась Рэндидли. — Ты отнесся к этому на удивление серьезно. Я ценю это. И еще… либо она гораздо сильнее, чем кажется, либо твоя аура больше не представляет такой проблемы.

Улыбка Рэндидли в ответ вышла кривой. — Хоть я и могу контролировать ее немного лучше, это все еще проблема. У нее более сильный образ, чем можно судить по ее лицу. В этой женщине есть стержень. Ты говорила, они с Нафуром вместе?

— Пока да. И теперь, после встречи с ней, я почему-то ожидаю, что именно она когда-нибудь разорвет эти отношения. — Татьяна покачала головой. — Но, полагаю, наш Нафур действительно довольно мил, в каком-то смысле бледный и ранимый…

Покачав головой, Рэндидли быстро сменил тему. — Ты сказала, у тебя тоже есть новости?

— Доннитон и Одиннадцатая Зона вот-вот атакуют внутреннее святилище Оскверненных Захватчиков в их Опасной Зоне. Это не должно закончиться слишком быстро, но тебе, вероятно, стоит отправиться туда прямо сейчас, если хочешь успеть к финалу, — сказала Татьяна. — Судя по тому, когда я получила сообщение… атака началась около десяти минут назад.

Напевая себе под нос, Рэндидли медленно кивнул. Он посмотрел на свои руки. Все последние двадцать четыре часа он провел в тренировках, чтобы освоиться с тем, на что способен при новом уровне Контроля, одновременно тестируя перчатку, полученную от Аланы. И все же физические тренировки по-прежнему приносили Рэндидли некоторое неудовлетворение: он чувствовал, что даже с тонким Контролем ему все еще не хватает чего-то, чтобы по-настоящему обуздать свои физические дары.

«Вероятно, придется прибегнуть к какому-то экспериментированию с образом Мрачной Химеры, чтобы совладать с этой силой… но это подождет. С другой стороны…»

Его губы тронула усмешка от невольного каламбура, и Рэндидли вытащил Перчатку из Морозной Чешуи из своего пространственного кольца и надел ее. ЭТО работало именно так, как он надеялся при своем Контроле, давая Рэндидли беспрецедентную способность манипуливать как Эфиром, так и Пустотой в округе. Только после экспериментов с перчаткой Рэндидли смог ужать свой Диск Пустоты до прежних размеров.

Этот процесс вызывал неприятное ощущение, будто его стянули слишком тугим ремнем, но, по крайней мере, снижал вероятность того, что Специальный Исследователь найдет повод применить всю свою мощь из-за случайной ошибки Рэндидли. Кроме того, в ходе своих экспериментов Рэндидли чрезвычайно полюбил встроенную в перчатку систему кондиционирования воздуха.

Теперь его повсюду сопровождал освежающий ветерок. При условии, конечно, что он держал свои эмоции под контролем. В противном случае в радиусе десяти метров вокруг него наступала зима…

Когда Татьяна ушла, Рэндидли отправил сообщение миссис Гамильтон, а затем достал Ключ Философа. Он провел кончиком ключа по воздуху, пробуя на вкус различные нити кармы. Рэндидли всегда поражало, насколько широкую сеть раскидывает Ключ. С помощью этого простого ключа он мог видеть пути к тысячам, миллионам мест, находившихся на неизвестном расстоянии от его нынешнего положения.

Впервые с момента получения Частицы Судьбы ему пришла в голову мысль, что он мог бы сбежать от всего этого и спрятаться. Он мог бы повторить попытки Твари попытаться выиграть немного времени, чтобы спастись от Системы. Ценой этого была бы лишь его родная планета.

Улыбка Рэндидли была острой, а глаза ярко блестели. «Ни за что».

Найдя в воздухе нужную карму, Рэндидли толкнул Ключ Философа вперед и открыл портал. Секунду спустя он шагнул в хлынувший поток Эфира, когда энергия более высокой плотности с его стороны портала устремилась заполнить пустоту перед ним. И из-за этого движения энергии некоторые из серебряных духов лунного света тоже проскользнули внутрь и закружились снаружи.

Про себя Рэндидли вздохнул. «Как же это, должно быть, выглядит со стороны: внезапно появляется портал, и передо мной изливается серебряная энергия…? Люди начнут думать, будто у меня есть бюджет на спецэффекты…»

Однако, когда Рэндидли шагнул в тускло освещенную пещеру перед собой, миссис Гамильтон уже ждала у портала и улыбнулась ему. — О, Рэндидли. Как раз вовремя. Добро пожаловать в Разрушенные Пещеры. Мы полагаем, что ядро прямо впереди.

Они стояли рядом с поблескивающей грудой осколков кристаллов. Пещера вокруг них была относительно просторной, но он быстро заметил, что это далеко не единственная куча кристаллов в округе. На самом деле, когда Рэндидли огляделся, практически все вокруг представляло собой холмы из разбитых кристаллов разного размера.

Свод в некоторых местах был низким, но над длинной, извилистой полосой пещер тянулась зазубренная трещина. Странный зеленый свет проникал вниз в диких преломлениях, привлекая внимание Рэндидли. Чем больше он вглядывался, тем сильнее крепла его уверенность в том, что эти пещеры были созданы великаном, который протащил меч по земле, оставив шрам. Зеленый свет, льющийся сквозь трещину, отражался от кристаллов и метался из стороны в сторону, превращая все вокруг в царство непредсказуемых теней.

Впереди он чувствовал знакомые образы Паоло и Кейла, которые справлялись с относительно более слабым сопротивлением, чем он ожидал. Но, наверное, он действительно немного опоздал к началу. Когда Мрачная интуиция Рэндидли устремилась вперед, он быстро получил более четкую картину происходящего в соседней пещере. Странные, похожие на насекомых трупы Оскверненных Захватчиков усеивали землю, прокладывая тропу из тел к обычному зданию, которое выглядело крайне нелепо среди этих пещер.

Изнутри этого здания Рэндидли уловил характерные эфирные конструкции Нексуса.

— Этот мир… — Рэндидли огляделся, определив местонахождение своей цели. Его Мрачная интуиция распространялась во всех направлениях, открывая все новые и новые извилистые системы пещер.

Миссис Гамильтон кивнула. — Да. Насколько мы можем судить, поверхность непригодна для жизни всех, кроме самых сильных существ. Излучение близлежащего солнца чрезвычайно яростное; как жизнь уцелела на этой планете до Системы – для меня загадка…

— Думаю, они просто копали ямы поглубже, — прокомментировал Рэндидли. В следующее мгновение окружающие кристаллы содрогнулись, когда Кейл и Паоло столкнулись с образом лидера Оскверненных Захватчиков. Некоторые из кристаллов, устилавших проход в следующую пещеру, треснули и осыпались.

«… не такой сильный, как Алана, но и не слабак. И все же, что это говорит о противнике, ожидающем в Эпической Опасной Зоне…», – Рэндидли прикусил губу. Затем он покачал головой, признавая, что предсказание силы врага не было его сильной стороной. В конце концов, достаточно вспомнить, что стало с его планом одолеть Специального Исследователя с помощью Пустоты…

— Что-нибудь выяснил? — Непринужденно улыбнувшись, спросила миссис Гамильтон.

Рэндидли покачал головой. Он ничуть не удивился тому, что она поняла истинную причину его визита, хотя сам он утверждал, будто просто хочет разобраться в испытании, которое Нексус устроил для Земли. Но действительно, хотя Эфир, который он чувствовал, явно принадлежал Нексусу, в нем не было злого умысла. Похоже, он служил своего рода триггером.

— …но не будем делать поспешных выводов. Ради блага Земли… пора начать избавляться от этих нахлебников, пока мы не застряли с ними на веки вечные, — сказал Рэндидли. И они вдвоем зашагали к следующей пещере, не обращая внимания на все более яростные столкновения образов впереди.