Глава 1314 — Без названия

Если бы кто-то удосужился спросить Альту, почему она решила принять приглашение на день рождения Рэндидли – а ее никто не спрашивал, – она бы лишь угрюмо зыркнула на наглеца и ответила, что необходимость помогать слабакам в Альфа-Космосе донельзя ей наскучила. И эта поездка – отличный повод сделать перерыв. Но, пожалуй, к лучшему, что этот вопрос так никто и не задал. Ведь спроси ее кто-нибудь, Альта не смогла бы отрицать: ее объяснение прозвучало бы фальшиво.

Так же фальшиво, как она сама до сих пор себя чувствовала.

Конечно, наставлять невыносимых глупцов, у которых хватило скудоумия выбрать именно ее из всего пантеона, часто приносило больше головной боли, чем пользы. Они либо наотрез отказывались признавать собственные силы, либо пропускали ее советы мимо ушей. А уж Классы, для которых они требовали воздвигнуть маяк… казалось, большинство людей вообще не понимают, насколько ценен подобный дар. И насколько он долговечен.

Особенно теперь, с новыми правилами, согласованными между членами пантеона: создание Классового Маяка требовало колоссальных вложений. И Альта не собиралась разбрасываться ими направо и налево.

И все же, несмотря на все трудности и раздражение, эта работа приносила Альте удовольствие. Ей нравилось дарить этим людям будущее. И хотя в глубине ее души все еще бурлили злость и ярость по отношению к Рэндидли Гостхаунду, желание разрушать постепенно угасало, стоило ей соприкоснуться с историями других. Их маленькие трагедии помогали ей иначе взглянуть на собственный жизненный путь. Со временем она даже начала испытывать неловкость за то, что совершила в прошлом.

По сути, эта поездка на Землю была лишь попыткой отвлечься. Или, возможно, подтверждением того, кем она стала. А может, ее способом осмыслить содеянное. Вдруг Альта просто пыталась понять, действительно ли у нее есть право винить Рэндидли за то, что его халатность обрекла ее родной мир на гибель?

Однако то, что она обнаружила на Земле… совершенно не совпало с ее ожиданиями. Все здесь было обыденным до зубовного скрежета. Приветливая женщина угощала их сэндвичами с яичным салатом и огурцами, беседуя с ними в этой… совершенно нормальной обстановке. На скамейке, на холме, откуда открывался вид на город, усердно изрыгающий клубы дыма. Мир, где были трава, деревья и цветы. Мир работы, разочарований и пота.

Она откусила кусочек сэндвича с огурцом, даже не пытаясь вслушиваться в то, что женщина рассказывала им о предстоящем празднике.

Альте быстро стало совестно за свою глупость: с чего она вообще взяла, что Рэндидли живет в каком-то особенном мире? Но в ее сознании Рэндидли Гостхаунд был фигурой, почти равной божеству. Именно его бездействие погубило ее семью и позволило ее миру скатиться в бездну. Он обладал силой вершить великие дела, но оказался слишком занят, чтобы позаботиться о тысячах жизней.

Она ожидала увидеть суровый мир, дышащий мощью и холодным величием. Образ пепла, оставленный Рэндидли, который Альта когда-то ощутила, говорил о разрушенном мире, полном праха и плывущих облаков сожалений. Но этот мир…

Позже, сидя на мягком диване в роскошной приемной огромного выставочного комплекса, Альта чувствовала себя потерянной. Она не ожидала такого от родины Рэндидли Гостхаунда. Каковы бы ни были ее истинные мотивы, им просто не за что было зацепиться в этом… до неприличия заурядном месте.

Пока Азриэль, Армграст и Венди увлеченно обсуждали обстановку и ситуацию с женщиной по имени Татьяна, Альта лишь молча смотрела по сторонам. И только когда двери в банкетный зал распахнулись, она наконец разглядела нечто, что действительно могло породить того чудовищного Гостхаунда, чей образ она так долго лелеяла в своем сердце.

Она окинула взглядом собравшихся. Большинство из них отличались теми же странными, угловатыми пропорциями тела, что и Рэндидли, происхождению которых Альта всегда удивлялась. В их движениях не было и капли изящества, присущего спрайгитам. Но едва заметив их физические оболочки, она тут же ощутила проекции их желаний.

Это было величайшим умением, которое она развила, став частью пантеона Альфа-Космоса – способность чувствовать образы и стремления других существ. В Альфа-Космосе все они были неразрывно связаны с самой Системой, что давало Альте и остальным глубокое понимание тех, кому они помогали.

И пусть сейчас этот доступ давался не так легко, как прежде, за несколько месяцев Альта накопила достаточно опыта, чтобы уловить общие черты. Она чувствовала отголоски движений здешней всеобъемлющей Системы, даже не будучи подключенной к ней напрямую. Вглядываясь в толпу гостей, она отчетливо видела две вещи, буквально стекавшие с их лиц: страх и амбиции, смешанные в равных пропорциях в бурлящем котле ожиданий.

Они жаждали силы, но до ужаса боялись цены, которую придется за нее заплатить. К тому же они были дикими в своем эгоизме. Беспечными и зацикленными на себе. Эти темные эмоции наконец заставили Альту сосредоточиться на происходящем.

Когда гости переместились в зал и им открылось назначение плит, подспудное напряжение начало вырываться наружу. Люди устремились вперед, желая испытать себя, столкнуть свои образы и попытаться заглушить страхи, терзавшие их души. И хотя наблюдать за столь неприкрытыми попытками было противно, Альта понимала это отчаянное желание сделать хотьчто-нибудь.

Ведь именно это стремление изменить невыносимую реальность когда-то толкнуло ее саму на попытку уничтожить целый мир.

Первая троица, вышедшая на плиты, оказалась самой чистой среди всех присутствующих. Альта смогла мельком заглянуть в их сердца и увидела там искреннюю любовь к соперничеству, которая и вела их вперед. Но вторая волна оказалась куда более эгоистичной. Настолько, что Альта брезгливо сморщила нос, глядя на них. К счастью, Азриэль вмешалась, чтобы осадить тех глупцов, которые отчаяннее всех пытались заявить о себе.

А затем появились Немезиды.

Альта весьма смутно представляла себе политическую обстановку в мире Рэндидли, главным образом потому, что пропускала мимо ушей объяснения Татьяны. Но она расслышала достаточно, чтобы понять: Немезиды совсем недавно вырезали кучу народа, и тем не менее Рэндидли Гостхаунд все равно пригласил их.

Это показалось Альте любопытным, но истинную причину она осознала только сейчас. Это была единственная мысль, которая оставалась кристально ясной, пока она блуждала по залу как в тумане. Раньше это знание походило на ключ от двери, которую она никак не могла найти. Оно просто болталось на задворках сознания, раздражая ее. Но стоило Немезидам войти, как она поняла, почему действия Рэндидли показались ей такими знакомыми.

Она увидела это в растерянности молодой женщины, сжимающей молот. Увидела в напускной уверенности мужчины с золотыми зубами. Распознала в беспросветном пессимизме, сквозившем во взгляде Крылатого Змея. Ее губы скривились, когда она ощутила мрачный фатализм, исходивший от парящего лича.

Рэндидли обходился с этими Немезидами… точно так же, как когда-то обошелся с ней, когда она пыталась уничтожить его Душевный Навык. И этот вечер был их шансом. Или, вернее, его шансом преподать им урок.

По какой-то причине это привело Альту в ярость. Отчасти злила самоуверенность Рэндидли, но еще больше – глупость этих Немезид, которые добровольно явились сюда.

Поэтому, когда Немезиды начали проецировать свои яростные образы, давя на окружающих, глаза Альты сузились. Несмотря на то, что она была лишь призрачным телом – оболочкой, которой она постаралась придать свой прежний облик, – в ее груди разгорелся яростный жар. И как бы она ни пыталась подавить этот порыв, давление внутри нее стремительно росло.

А когда они объединили силы, чтобы подавить Азриэль, что ж…

*****

— Пошли вы на хрен.

Алана замерла на входе в банкетный зал. По бокам от нее шел Хэнк Ховард, а позади шествовали шесть сине-серебряных драконов, с любопытством разглядывающих человеческое жилище. Виванья вытянула длинную шею, желая получше рассмотреть того, кто испускал столь мощные волны ярости.

Алану даже позабавило, что люди, столпившиеся в передней части зала, были настолько поглощены битвой образов, что совершенно не заметили драконов всего в нескольких метрах позади. Похоже, она зря переживала, что привлечет слишком много внимания: на дне рождения Рэндидли хватало и других колоритных гостей.

Хэнк со вздохом протянул:

— А я-то думал, мне тоже перепадет шанс побыть героем…

Губы Аланы дрогнули в усмешке, но она быстро сосредоточилась на разворачивающейся перед ними драме. Незнакомка уверенно шагала вперед, и воздух вокруг нее шел рябью от волн жара, исходящих от ее тела. Ее аура была настолько мощной, что излучаемое тепло можно было буквально увидеть невооруженным глазом.

Двое Немезид, стоявших на возвышении впереди, прищурились, но отступили в сторону, пропуская женщину. Король Бандитов резко развернулся, собираясь испепелить взглядом того, кто посмел выкрикнуть в их адрес ругательство, но осекся, стоило ему увидеть нарушительницу спокойствия и ощутить давящий на него образ.

«… Откуда в ней столько силы…» – подумала Алана, прищурившись. По ее шее скатилась капля пота. Глядя на молодую женщину, которая одним своим присутствием нагревала весь зал, Алана не чувствовала в ней серьезной угрозы. Но сила ее образа… неужели у нее было относительно слабое тело, которое просто обманывало ее Восприятие?

Однако прямо на глазах Аланы тело девушки начало меняться. С каждым новым шагом ее кожа багровела и покрывалась коркой, словно от страшных ожогов, вызванных ее собственным жаром. Еще шаг – и ее торс внезапно сковал тяжелый металлический панцирь, а внутри ее тела, будто в доменной печи, разгорелось яростное свечение.

На следующем шаге на ее голове материализовался стальной шлем, но по багровеющей коже на шее и руках было видно, что ожоги становятся только сильнее. В некоторых местах плоть трескалась, и сквозь нее под воздействием беспощадного жара сочилась влага. И все же женщина не выказывала ни малейших признаков боли, лишь пульсируя голодной яростью.

Когда она ступила на плиты, измеряющие образы, температура в зале мгновенно подскочила градусов на десять. Свечение почти всех остальных фигур яростно заколебалось: люди отчаянно пытались удержать равновесие под натиском этого нового, необузданного образа. За исключением двух Немезид и еще одной женщины, обладавшей столь же мощным образом, большинство стоящих на плитах поспешили отступить к краям. Даже миссис Гамильтон поджала губы и сдала позиции перед этой девушкой, превращающейся в металлическое чудовище.

— Неужели вы думаете, что быть сильнее этих людей – достаточно? — Голос металлической девы прозвучал хрипло и злобно. — Неужели вы думаете, что ваша истерика хоть как-то изменит судьбу вашей планеты и вас самих?

— Ты… — начал Король Бандитов, но его глаза сузились, когда свет под ногами металлической женщины стал почти ослепительным. Его образ залитого кровью поля оказался полностью подавлен. Жар в зале сделался настолько невыносимым, что Алана бросила обеспокоенный взгляд на Виванью. — …Нет, ты не с Земли. Какого черта ты здесь забыла? И что ты вообще можешь знать о нас?!

Образ Виваньи устремился вперед, постепенно накрывая переднюю часть зала. К счастью, температура начала падать до более-менее приемлемого уровня. Некоторые гости поняли, откуда пришло спасение, и обернулись со словами благодарности, но их глаза округлились от ужаса, когда они увидели, кто именно подпитывал этот леденящий образ.

Алана закатила глаза. «И почему люди так помешаны на драконах?»

Металлическая женщина рассмеялась с поразительной холодностью. Сияние под ее ногами быстро превзошло по размерам образы обоих Немезид. Ее тело окутало пламя.

— Да, я не с этой планеты, — ответила она. — Но я знаю, что все ваши действия сейчас бессмысленны. Те, кто не желает тратить время на создание чего-то долговечного… никогда не обретут истинную силу. Любые крохи величия, что вы получите, рассыплются в прах.

— Да как ты смеешь… — начал Король Бандитов, но его буквально отбросило назад мощным потоком энергии, который высвободила металлическая дева. Сама же она продолжала медленно, шаг за шагом, продвигаться вперед, и вскоре уже казалась закованной в раскаленные докрасна доспехи.

— Неужели эта маска жестокости – действительно тот путь, который вы для себя желаете? — Закричала женщина. — А если нет… почему вы продолжаете бежать от истины и следовать ему?

— Хорошо сказано.

От этих обыденных слов комната содрогнулась. Образы, которые еще мгновение назад легко рябили по всему залу, замедлились, а затем и вовсе замерли.

Рэндидли Гостхаунд выступил из тени, внезапно появившись на центральном островке рядом с пятью странными предметами, накрытыми брезентом. Глаза Аланы расширились: он был празднично одет – расшитый шелк на его брюках поймал свет, когда он сделал шаг вперед. Затем он развел руки в стороны, и жужжащая черная энергия устремилась вниз, коснувшись плит. Свет чужих образов замерцал и погас.

В один миг пол показался совершенно безжизненным. Люди, все еще стоявшие на плитах, медленно повернулись к нему. С серьезным выражением лица Рэндидли окинул взглядом собравшихся вокруг гостей:

— Именно поэтому вы все и были приглашены сюда сегодня. Пришло время поговорить о Путях, которые мы выбрали… и о том, что мы можем построить для Земли.