Глава 1270 — Без названия

Теодора Грейман, Президент Зоны 1 и председательница Всемирного Совета, пристально смотрела на свой рабочий стол. Она прокладывала себе путь наверх интригами и блефом, рассчитывая стать самой могущественной женщиной в мире, но в итоге все равно оказалась прижата к стене. Теодора потерла переносицу и тяжело вздохнула. — Если мы ничего не предпримем, то распишемся в собственной беспомощности. Об этой атаке было известно практически за неделю. И наши люди… они верили, что мы решим все как надо.

Дуглас молча стоял перед терминалом связи, переводя взгляд на свою начальницу. Техники на объекте ждали ее решения.

— С другой стороны, — продолжила Теодора глухим, надтреснутым голосом. — Если мы сделаем это сейчас… мы ударим нашим сильнейшим оружием по месту, где полно мирных жителей. Возможно, это наш единственный шанс пробить тот странный барьер, но последствия в любом случае будут катастрофическими. Если удар разрушит преграду и убьет невинных людей…? Нас назовут не просто хладнокровными чудовищами – нас объявят соучастниками убийства. Все решит, будто мы использовали зрителей на стадионе как приманку, чтобы выманить Красное Возрождение.

— Вам нужно принять решение, госпожа Президент, — сказал Дуглас, потирая глаза. Под ними залегли глубокие темные тени от усталости. — Каждая секунда промедления – это еще одна секунда, которую они проводят в ловушке на этом стадионе наедине с кровавыми зверями.

«Видимо, в этом и заключается власть. Быть тем, кто вынужден принимать скверные решения. Быть тем, кто примет на себя весь удар критики, пока остальные будут обсуждать случившееся так, будто все это изначально входило в твой план…», – Теодора сделала глубокий вдох носом и медленно выдохнула ртом. — «Не поэтому ли ты ушел, Рэндидли Гостхаунд?»

Наконец Президент Грейман встретилась взглядом с Дугласом. — Стреляйте из Мьёльнира. Лучше прослыть хладнокровной, чем беспомощной.

*****

Дереку не давал сделать резких движений поток Маны, струящийся в металлические корпуса бомб, которые он держал в руках. Каждая секунда подготовки означала дополнительный урон, который он сможет нанести ничего не подозревающей цели. Спираль силы, которую закручивал Дерек, сжималась все плотнее внутри ядер Бомб Маны. «Еще немного».

Дерек крутил три бомбы в руках, ускоряя их ход. Вокруг него люди в панике бежали, пытаясь укрыться на его ярусе трибун, пока механические обезьяны неслись вперед, чтобы преградить путь преследующим толпу кровавым зверям. Схватка между ними была жестокой; казалось, ни те, ни другие не чувствовали боли, сшибаясь телами. Дерек уже успел растолкать ошеломленного Тима и велел ему перемахнуть через барьер на поле и спрятаться в небольшой судейской нише прямо под ними.

Мальчик помешкал, но быстро послушался. Убедившись, что сын в безопасности, Дерек вышел к краю быстро растущей толпы и напряженно уставился на происходящее на поле.

Гигантское механическое тело Призрака направляло своих дронов, обрушивая шквал атак на купол вокруг Крылатого Змея. Свет от того странного колеса больше не становился ярче, но от исходящей от него ауры Дереку все равно становилось не по себе. Прямо под градом лазерных лучей Страуд шел вперед с усмешкой, широко раскинув руки. — Вам нужен напарник для игр? Кровавый зверь, восстань и служи нашему Богу!

Багровая энергия хлынула из пальцев Страуда, собираясь в сферу размером с куриное яйцо, которая за секунду раздулась до размеров кухонного стола. Затем огромный багровый кокон лопнул, и быстро растущий оборотень, полностью состоящий из крови, выпрямился во весь рост. Влажный блеск его когтей переливался на свету, пока он изгибался и потягивался. Когда рост прекратился, он оказался лишь ненамного меньше меха-тела Призрака.

Два исполина оценивающе посмотрели друг на друга. А затем кровавый оборотень бросился вперед на своего металлического противника, оглашая стадион воем, полным ненависти ко всему живому.

Меха-Призрак не стал ждать атаки огромного кровавого зверя. Изящным разворотом он занес свой покрытый гравировкой меч и обрушил его на нового врага. Оборотень среагировал мгновенно, и воздух наполнился скрежетом металла и шипением прижигаемой плоти, когда его когти столкнулись с клинком робота. Сервоприводы Призрака застонали, а лапа кровавого зверя странно раздулась.

Но внимание Дерека тут же переключилось на другое место. События развивались стремительно.

Женщина, в которой невозможно было не узнать Алану Донал, восседая на Праматери Драконов, некогда наводившей ужас на окрестные Зоны, подняла копье и ринулась в бой. Тея Глассхаммер, обращенная в Немезиду человеческая женщина, вскочила на своего чудовищно огромного восставшего из мертвых медведя и направила его прямо на противницу, словно они сошлись в диковинном рыцарском поединке.

Мужчина с огромным железным шаром бросился навстречу Королю Бандитов. С горящими глазами Король Бандитов выхватил клинок с зазубренным лезвием и расхохотался ему в лицо. — Все еще надеешься на свой паршивый образ? Я изрублю тебя на куски и скормлю своим псам!

Поскольку они сражались ближе всего, Дерек отчетливо ощущал разницу между их образами. И Король Бандитов не лгал. Образ мужчины был плотным, но охватывал лишь пространство вокруг него самого, и даже эту территорию неуклонно пожирал ненасытный образ Короля Бандитов.

«Проклятье, мои жалкие попытки создать образ и близко не помогут в такой схватке… Если бы я только не побоялся рискнуть и взять пятидесятый уровень…», – Дерек беспомощно покачал головой и посмотрел на другие участки поля. Мана была на исходе, и ему нужно было дождаться верного момента, прежде чем вмешиваться в битву такого масштаба. Его Инстинкты Выживания буквально кричали о незримом присутствии Смерти с косой.

Образы бушевали повсюду. Даже простое давление их ауры сковывало людей вокруг. А Дерек…

Дерек зажмурился. «Я не могу умереть. Я не мог рискнуть и сконденсировать Судьбу. Тим нуждается во мне. Без меня он… но действительно ли я защищал его от обычных жизненных опасностей? Или я просто… боюсь…?»

Прежде чем погрузиться в эти мрачные мысли, Дерек заставил себя сосредоточиться. Кровавые звери, преследовавшие отряд Немезид, хлынули к Хэнку Ховарду. Мужчина ловко крутанул свой револьвер в последний раз и убрал его в кобуру. Затем он вскинул карабин и сделал серию быстрых выстрелов, целясь в головы и суставы нападавших тварей.

Один за другим они падали на землю, но почти сразу восстанавливались и, шатаясь, снова брели вперед. Хэнк нахмурился. Его образ стал резче, когда он неуловимым движением выхватил с пояса новую обойму и за долю секунды перезарядил оружие. Но стоило ему навести ствол на следующую цель, как со спины на него метнулась зловещая тень.

Без тени паники Хэнк выхватил револьвер и перехватил нож нападавшего рукоятью из слоновой кости. Секунду они тяжело противостояли друг другу, после чего Хэнк отбросил тень назад.

Хэнк оскалился. — Все-таки переметнулся, да, Деклан?

Деклан Хайд не ответил, лишь свободной рукой взмахнул своей багровой мантией, пытаясь хлестнуть Хэнка по лицу. Хэнк перекатился назад, сделав еще десяток выстрелов, чтобы обезвредить наседавших кровавых зверей, и вскочил на ноги. Но, оглядевшись, он нахмурился.

Деклан снова бесследно исчез.

БА-БАХ!

Стадион содрогнулся от самого мощного столкновения на поле. Пока Немезиды и герои Земли тщательно выбирали себе противников, Обсидиановый Герцог и Нефритовый Принц сошлись в лобовом столкновении прямо посреди газона. Образ Обсидианового Герцога был тяжелым и вязким, в то время как образ Нефритового Принца сиял чистым, первозданным светом. Эти два образа буквально крушили друг друга, пока их владельцы пытались оправиться от мощного удара.

Тело Обсидианового Герцога трансформировалось в оружие причудливой формы; он дрался скорее как дикий зверь, нежели человек. Нефритовый Принц, напротив, парировал каждый яростный выпад соперника точным колющим ударом, бьющим в уязвимые места атаки противника. В силе образов Нефритовый Принц явно превосходил соперника, начав уверенно теснить Обсидианового Герцога всего после нескольких столкновений.

Ужасный повелитель крови, Страуд, рассмеялся, наблюдая за ходом сражений. — Давайте не будем позволять им брать верх… Луч Утраченной Жизни!

Страуд вскинул руку и выпустил мощный багровый луч прямо в Нефритового Принца. Поборник попытался уклониться от снайперского выстрела, но Обсидиановый Герцог намеренно принял тяжелый удар в грудь, лишь бы удержать Нефритового Принца на месте. Из-за этого, когда луч Страуда настиг цель, Нефритовому Принцу пришлось бросить всю силу своего образа на отражение Навыка, вместо того чтобы уйти от траектории.

Игнорируя рану на груди, Обсидиановый Герцог соединил руки, создавая гигантский топор, и обрушил его на бок отвлекшегося Нефритового Принца. Нефритового Принца отбросило назад, он пропорол телом глубокую борозду в газоне, прежде чем затормозить. Он быстро поднялся на ноги, но лицо его было бледным, а Обсидиановый Герцог уже снова мчался на него.

Над ними продолжало вращаться каменное колесо Крылатого Змея. Запах крови в воздухе становился все гуще.

Алана и Тея яростно обменивались ударами, и силы были неравны. Хотя Праматерь Драконов и восставший медведь казались равными по мощи, образ Аланы разносил образ Теи в щепки. Тею выбило из седла, и Алана уже собиралась спрыгнуть со своего дракона, чтобы добить ее, когда Страуд резко развернулся и направил свой луч в Алану.

Фыркнув, Алана подняла копье, и ее тело окутало почти божественное сияние. Крылья на ее шлеме увеличились, заискрившись чистым жемчужным блеском. Она сияла подобно солнцу, полная праведного гнева ангела. Ее копье рванулось вперед, приняв Луч Утраченной Жизни Страуда на себя.

Алана содрогнулась и качнулась назад в седле Виваньи, но выдержала удар. Впервые с начала боя Страуд нахмурился. — Ты…

— Несите Сияющее Слово, — просто сказала Алана. Золотой свет хлынул от ее тела, коснувшись каждого на стадионе. Некоторые из израненных гвардейцев Ордена Доблести ощутили прилив сил и начали теснить кровавых зверей на трибунах. Раненый Нефритовый Принц, казалось, вновь обрел твердую почву под ногами после того, как его коснулся этот свет, несмотря на непрекращающиеся звериные атаки Обсидианового Герцога. С этой поддержкой защита Нефритового Принца постепенно выровнялась.

Мужчина с огромным железным шаром под воздействием этого света наконец перестал отступать под натиском Короля Бандитов. Его образ стал еще плотнее. Но стремительные росчерки зазубренного клинка все еще удерживали его в обороне.

Когда свет Навыка Аланы коснулся Хэнка Ховарда, тот наконец вскинул револьвер и направил его сквозь кольцо из десятка наседавших кровавых зверей. Из самой гущи монстров раздался насмешливый голос, доносившийся будто из ниоткуда:

— Ты правда думаешь, что сможешь попасть в меня из этой штуки?

— Нет.

Бах!

Золотая пуля пронеслась через все поле боя и врезалась в багровую преграду вокруг Крылатого Змея. Барьер задрожал и разлетелся на тысячи осколков. Даже Страуд, казалось, опешил – ему пришлось лично прыгнуть наперерез снаряду и разбить золотую пулю кулаком.

В тот же миг каменное колесо над Крылатым Змеем пришло в движение. Дерек заметил, как кровь вокруг него, стекающая по ступеням стадиона, странно запульсировала.

Поняв, что цель открыта, мужчина с железным шаром рванулся вперед, его образ мгновенно сокрушил защиту Короля Бандитов. Глаза Аланы сверкнули, и она, проигнорировав Тею, сделала то же самое. У всех в голове была одна мысль: остановить Крылатого Змея.