Глава 48 — Беатрис, Королева-Волшебница (1)

Беатрис Алигьери Сперо, Королева-Волшебница, слыла великой святой.

Её королевство с первых дней жило в мире и достатке. Казалось, так будет всегда.

Потом с далёкого запада пришли демоны.

Сначала чёрную орду приняли за огромное племя орков. Ошибка быстро стала очевидной. Эти твари являлись из чужих миров и сметали целые государства за считаные месяцы.

Поток беженцев рос. Их рассказы звучали всё страшнее, и Беатрис поняла: обычной войной это не кончится. Рано или поздно враг дойдёт до Королевства Сперо.

Она встретила его как подобает королеве.

Верные солдаты и благородные рыцари встали рядом с ней. Беатрис сама повела армию в бой и одерживала победу за победой. Люди, потерявшие родные земли, смотрели на неё и снова начинали надеяться.

Через тридцать лет надежда иссякла.

Демоны Наслаждения не были хорошими воинами. Слабые, распущенные, неспособные держать строй, они думали лишь о мерзких удовольствиях. Но они не знали страха, не уставали и лезли на смерть с таким восторгом, будто шли на пир.

Три года назад Беатрис собственноручно убила архидемона. Вскоре тот вернулся — целый, невредимый и насмешливый.

Тогда она поняла правду.

Эту войну невозможно выиграть.

Люди умирали навсегда. Демоны воскресали и возвращались в строй. Сколько бы Беатрис ни побеждала, сколько бы тварей ни уничтожала, на место павших приходили те же самые морды.

Королевство медленно истекало кровью.

Сотни солдат пропадали после сражений. Их находили позже — сломленных пытками, одурманенных наслаждением, уже не способных отличить боль от похоти. Демоны в человеческих шкурах пробирались во дворец, устраивали оргии и втягивали в них придворных девушек. На улицах множились культы, обещавшие спасение каждому, кто отдастся безграничному удовольствию.

Даже закалённые рыцари предавали присягу. Солдаты, ещё вчера защищавшие страну, направляли копья на собственные семьи.

Королевство разваливалось изнутри.

Я уже не помню, каким был наш край до войны.

Не помню улиц, где люди смеялись, играли и строили планы на завтра.

Конец приближался.

[Королева, заключи со мной сделку.]

Предложение сделал один из высших архидемонов.

[Прими эссенцию Разложения и продержись сто лет. Тогда я прекращу вторжение и верну этому миру прежний облик.]

Верить демону было безумием.

Беатрис и не верила.

Но от её государства остался один замок. Скоро погибнут последние жители, последние солдаты и последние рыцари. Сделка была составлена в пользу демонов, однако выбирать королеве уже не приходилось.

Это оставалось единственным способом защитить тех, кого она любила.

* * *

Ловушка оказалась куда страшнее, чем она ожидала.

Каждый год королевство погибало. Затем время возвращалось к началу, и всё повторялось.

Одну лишь смерть люди ещё могли бы вынести. Но демоны Наслаждения и Разложения не спешили убивать пленников. В своих залах разврата они унижали и ломали их месяцами, заставляя переживать всё, чего только может бояться живое существо.

Даже самоубийство не давало выхода. Те, кто пытался уйти сам, становились призраками и навеки застревали в мире мёртвых.

Оставался только один путь: принять Разложение и присоединиться к злу.

Шёпот обещал бессмертие, вечное удовольствие и конец страданиям. Год за годом гордые жители Сперо сдавались.

Я проиграла.

Я хотела спасти их, а сама отдала демонам.

Беатрис слабела. Она видела, как её народ падает снова и снова, и понимала: однажды падёт сама.

Архидемон Наслаждения затеял эту столетнюю пытку не ради забавы. В душе королевы скрывался порок, который пугал даже её. Если его разбудить и усилить эссенцией Разложения, на свет появится чудовище, способное затмить многих владык демонов.

Хуже всего было другое: следом за ней могли пасть рыцари.

Беатрис решила спасти хотя бы их. Пусть она нарушит договор, пусть погибнет окончательно — лишь бы последние верные люди сохранили души.

— Моя королева, простите нашу измену.

Однажды великий маршал ворвался в её спальню. Рыцари запечатали Беатрис глубоко под землёй, а затем лишили себя жизни и стали призраками, которых Разложение уже не могло коснуться.

— Это я... довела вас до такого.

Десятилетия вины и усталости превратились в один бесконечный кошмар. Королева знала, чем всё закончится. Рыцари тоже знали.

С каждым новым витком и королева, и рыцари желали одного: пусть это наконец прекратится.

* * *

[Скрытое задание: Спасите королеву и королевство.]

После гибели Андрозина Леон вернулся в замок.

В прежних витках его встречали жители, которые ещё пытались петь и надеяться. Теперь внутри не осталось ни одного живого голоса.

— Значит, все уже приняли Разложение?

— Да, Ваше Величество.

Ответ Рикардо Бёрнса заставил Леона тяжело вздохнуть.

За долгую жизнь он видел слишком много павших. Обычному человеку трудно противостоять демоническому соблазну. А если впереди тебя ждут сто лет пыток, смертей и возвращений в тот же ад, сломаться ещё легче.

— Среди уничтоженных мною демонов наверняка были жители этого королевства.

Рыцари промолчали.

— Жалейте их, но не прощайте. Для павшего есть только смерть. Таков неизменный закон справедливости.

Слова прозвучали жестоко. Рыцари смерти не спорили, однако их мучил другой вопрос.

— А что... будет с нами?

Нежить презирали во всех землях, и не без причины. Тот, кто отвергал естественную смерть ради вечного существования, попирал сам порядок мира.

Если Леон решит уничтожить их, смогут ли они поднять оружие против него?

— Не мне выносить этот приговор. Сначала мы увидим королеву.

Леон повёл их в подземную камеру.

Беатрис запечатали здесь, чтобы замедлить Разложение, но даже могучая печать не справилась. Королева лежала без сознания и тяжело дышала.

— Фле, что с ней?

Рядом возникла богиня с фиолетовыми волосами — Фле Снов и Смерти.

[Она родилась с редким даром. Именно его жаждали заполучить эти грязные твари. Из неё могла бы получиться по-настоящему страшная владычица демонов.]

Говорили, что одной красотой и манерами Беатрис могла покорить целую страну.

[В неё внедрили эссенцию Разложения и взрастили скрытое зло. Превращение завершено больше чем наполовину.]

— Но она не пала. Порок исказил её чувства и заставил желать смерти собственным рыцарям.

Не потому, что Беатрис ненавидела тех, кто запер её под землёй. Она хотела освободить их души. Королева и рыцари защищали друг друга, совершая то, чего сами страшились сильнее всего.

Такую верность не мог не понять ни один настоящий монарх.

[Леон, наложи на неё мой знак. Если девушка примет обряд, моя божественность начнёт вытеснять эссенцию Разложения.]

— С радостью. Она достойна зваться истинным монархом.

Леон ощущал странное родство с Беатрис. Он сам почти двести лет сражался с демонами и лучше многих знал, как ласково звучит их ложь.

Он положил ладонь ей на плечо.

Святая сила прошла через ладонь. Леон почувствовал, как в Пантеоне, заключённом в его сердце, откликнулась богиня Снов и Смерти. Затем её божественность вошла в королеву.

Беатрис открыла глаза. Её радужки сияли фиолетовым.

— Вы пробудились от сна, королева Беатрис.

[Скрытое задание выполнено.]

- Сопротивление Разложению всех участников усилено.

- Получен Венец Желания.

- Получен Клинок Вожделения.

* * *

Битва закончилась.

Андрозин, архидемон Наслаждения и Разложения, был уничтожен. Тысячи тварей погибли, остальные бежали через демонические врата.

Но за победу пришлось заплатить.

Шестеро охотников не вернулись. За месяц совместных тренировок кадеты успели сблизиться, поэтому тяжело переживали гибель товарищей. Кадетов немного утешало системное сообщение: души погибших вошли в Рай Богов.

То есть даже после смерти мы попадём в Рай?

Вот это, мать его, мотивация.

Леон и его боги не прятались за облаками. Они открыто являли себя миру и звали людей к вере.

Торговаться с богами было нельзя. Зато сами боги охотно помогали тем, кто служил им достойно.

Благословение короля Лайонхарта открывало дорогу даже машинам, беспокойным духам и вчерашним неверующим.

— Ваше Величество, добычу принесли.

Ким Джинсу и остальные были профессиональными охотниками. После зачистки врат они, разумеется, собрали всё ценное.

Перед Леоном положили Венец и демонический клинок.

— Это оружие Андрозина?

Оба предмета были пропитаны злом. Их следовало немедленно уничтожить.

БАМ!

Яппи подбежал на восьми ногах, загрохотав по камню. Манипуляторы потянулись к клинку.

— Он тебе приглянулся?

— Тяжёлый металл. Пригодится.

— В нём демоническая скверна. К тому же этот клинок удерживает души.

Леон уже разобрался в природе оружия. Оно было создано, чтобы мучить даже демонов после смерти. Внутри метались бесчисленные пленённые духи.

Кииииии!

— Простите! Пощадите!

— Будьте прокляты! Проклинаю!

Само присутствие клинка разъедало разум. Любой охотник, коснувшийся металла без защиты Святого Грааля, быстро поддался бы Разложению.

— Я справлюсь.

— Хм...

Яппи был святым рыцарем. Леон немного подумал и кивнул.

— Забирай.

И в тот же миг прозвучал знакомый голос.

[Лайонхарт.]

Перед ними появилась Фле.

— А?..

Охотники оцепенели. Леон тут же рявкнул:

— На колени, ничтожества!

— Есть!

Рыцари смерти опустились первыми. Охотники попадали следом.

Только Леон остался стоять перед богиней — потому что имел на это право.

— Говори, богиня.

[Покажи Венец, который ты забрал у убитой твари.]

— Боюсь, эта дешёвая безделушка оскорбит твой взгляд.

[Ничего.]

Леон поднял Венец Желания. Фле внимательно осмотрела его.

— В нём скрыта необычная сила. Я собирался уничтожить его, когда верну прежнюю мощь.

[Я знаю. Но, может быть, ты оставишь Венец мне?]

Леон вопросительно приподнял бровь. Фле улыбнулась.

[Ты наверняка не помнишь, но похожие Венцы носили и другие архидемоны Наслаждения, которым ты отрубил головы.]

— Вот как?

Для Леона это была всего лишь очередная мерзкая побрякушка. Отрубая паразитам головы, он не разглядывал, что те носили.

[Эти уродливые твари морочат неопытных людей пустыми грёзами. Венец хранит ту же силу. Возможно, я сумею извлечь из неё пользу.]

— Всё равно его пришлось бы уничтожить. Если он нужен тебе, я охотно отдам его.

Леон без лишних слов передал артефакт богине.

[Благодарю. Ты снова послужил нам превосходно. Весь Пантеон радуется твоей победе и принимает принесённые тобой честь и славу. Война, поздоровайся.]

[Приветствую.]

Рядом с Фле появился мужчина, объятый огнём. Его раскалённый взгляд давил сильнее пламени.

Это был Петос, бог Войны и Пламени.

Охотникам и рыцарям смерти показалось, будто их вот-вот раздавит сама тяжесть божественного присутствия.

Кх... кха...

— Не могу дышать...

Для смертных близость божества была почти невыносима. Тем невероятнее выглядел король Лайонхарт, который стоял перед двумя богами, не склонив головы.

— Сны и Война, у меня есть просьба.

[Давно ты не обращался ко мне лично. И сразу с просьбой.]

— Прошу прощения.

[Говори.]

Леон посмотрел на рыцарей смерти. Среди них всё ещё лежала ослабевшая Беатрис.

— Примите их души.

Боги не ответили сразу.

Петос нарушил молчание.

[Они разорвали круг жизни и смерти.]

Фле резко возразила.

[Ты слишком суров, Война. Смерть находится в моей власти. Не тебе решать.]

[Какой бог станет оправдывать нежить?]

[И то верно.]

Богиня Снов и Смерти перевела взгляд на рыцарей. По природе своей она должна была уничтожить их.

[Вы отвергли смерть и вышли из установленного круга. За одно это я обязана вас покарать.]

— Прошу... простите их.

Голос принадлежал Беатрис.

Королева с трудом открыла глаза. Эссенция Разложения ещё бушевала в теле, а божественность Фле вытесняла скверну, причиняя Беатрис невыносимую боль.

— Ваше Величество!

Рыцари немедленно преклонили колени. Даже сейчас, когда решалась их собственная судьба, их волновало только состояние королевы.

Беатрис не могла предать такую верность.

— Чужая богиня... я, королева павшего государства, прошу тебя. Даже если эта просьба будет стоить мне жизни...

Эти воины защищали её девяносто пять лет. Ради их покоя Беатрис была готова забыть любую гордость.

[Хм...]

Фле колебалась. Перед ней стояла сломленная королева, рядом молча ждали приговора верные рыцари, а за них просил сам Лайонхарт.

Но нежить была оскорблением смерти. Впустить их души в Рай значило осквернить и сам Рай.

[Верные рыцари королевы. Никто в Пантеоне не вправе принять вас в Рай Богов.]

— Мы понимаем.

Рикардо Бёрнс и его товарищи давно приготовились к этому ответу. Им было достаточно знать, что Беатрис спасена.

[Однако ваши заслуги перевешивают вину. Ваша верность тронула богов. А главное — за вас просит король Лайонхарт.]

Фле предложила иной путь.

[Я не открою вам Рай, но дарую возможность переродиться. Ваши души пройдут очищение и смогут вернуться в мир в новом теле.]

Так поступали с теми, кто не заслужил Рая, но ещё не был потерян окончательно. Даже грешнику позволялось очиститься и родиться снова. Правда, тяжёлая вина могла уничтожить душу во время очищения.

Грехи рыцарей были невелики. Они должны были выдержать.

[Но есть препятствие. Подземный мир вашей земли почти разрушен. Здесь недостаточно божественности.]

Храм Десяти Тысяч Богов и вся связанная с ним сила пока существовали только благодаря Пантеону в сердце Леона.

Для настоящего перерождения требовалась вера, укоренённая в самом мире.

[Королева, стань моей жрицей. Помоги Лайонхарту распространить веру. Только так души твоих рыцарей обретут покой.]

Беатрис склонила голову без малейших колебаний.

* * *

— Тогда, Ваше Величество, мы оформим королеву Беатрис как выжившую.

Когда нестабильные врата изменились и стали Красными, Корейская ассоциация охотников стянула к ним всех доступных бойцов. Все готовились к прорыву подземелья.

Напряжение длилось неделю. Затем Леон зачистил врата и вернулся.

Не один.

— Ничего себе...

— Ещё одна выжившая после Якта Спиннера.

— Какая красивая...

Люди редко возвращались из нестабильных врат живыми.

По просьбе Леона президент Ассоциации О Канхёк зарегистрировал Беатрис как выжившую, а затем выразил соболезнования в связи с гибелью кадетов.

— Ассоциация скорбит о шести охотниках, которые пожертвовали собой во время операции.

В обычных условиях шесть смертей превратили бы выпускное испытание Леона в полный провал.

— Но нестабильные врата стали Красными, а внутри находился архидемон. То, что вы вернулись с такими потерями, — настоящее чудо.

— Полагаю, лорд Спиннер передаст вам подробную запись. Кроме того, мне нужно встретиться с семьями погибших воинов.

— Лично?

— Они входили в число немногих солдат этого короля. Я обязан проводить их как следует.

— Это может плохо кончиться.

Горе редко бывает спокойным. О Канхёк опасался, что жёны, родители или дети погибших обвинят Леона и попытаются отомстить.

— Я понимаю их боль. Но рассказ этого короля принесёт им утешение.

Леон сам благословил души погибших и открыл им путь. Родным станет легче, когда они узнают, что близкие не исчезли и не остались пленниками врат.

Гильдия Храма Десяти Тысяч Богов возьмёт семьи под защиту. В Королевстве Лайонхарт так воздавали почести павшим.

— Обнародуйте запись и соберите новых охотников. Зло рано или поздно придёт и в ваш мир. К этому дню нам понадобятся солдаты и рыцари.

О Канхёк не ответил сразу.

Он уже видел запись из врат.

Демоны Наслаждения и Разложения появлялись прежде — в Мексике и странах Южной Америки. Один заражённый ими город пришлось уничтожить ядерным ударом.

Президент Ассоциации слишком хорошо знал, на что способны эти похотливые твари.

— Ваше Величество, ваша сила особенно эффективна против демонов, верно?

— Верно.

— Тогда есть одно дело...

О Канхёк рассказал о ближайшей операции Ассоциации. Леон согласился без колебаний.

Позже, в Храме Десяти Тысяч Богов на равнине Наджу, он занялся другой задачей.

С последствиями нестабильных врат ещё разбирались, выпуск кадетов официально не завершили, но Леону срочно требовалась помощь. Никто из людей этого мира дать её не мог.

Оставалась только вера, которую он успел собрать.

Леон закрыл глаза и позволил телу погрузиться в глубокий сон.

В духовном мире его ждала Фле.

[Возьми меня за руку.]

Касаться божественного тела Фле Леону было не впервой. Он взял её за руку и вместе с ней обратил взгляд внутрь собственного сердца.

Там находился Пантеон — единственное место в этом мире, которое само порождало святую силу. С начала Эпохи Богов никто из смертных, кроме Леона, не получал права войти туда.

Рай Богов.

Перед величественным храмом его уже ждали.

— Добро пожаловать, Ваше Величество.

Впереди стояла женщина с длинными каштановыми волосами в простой льняной одежде. От неё исходило сияние, невозможное для обычного человека.

— Анак.

Женщина опустилась на колено.

— Служительница младшей богини приветствует наместника богов.

За её спиной собрались сотни людей.

Каждый при жизни достиг вершины, доступной смертному, и заслужил право пировать с богами в Великом Чертоге. Среди них были древние короли Лайонхарт, великие святые рыцари, лесные мудрецы и избранные чемпионы Пантеона.

Они склонились перед Леоном.

— Добро пожаловать, величайший Хранитель Грааля.

В самом центре Рая, созданного богами для достойных смертных, герои и святые приветствовали своего короля.