Глава 45 — Оковы прошлого

Заголовок в газете Хайнкеля гласил:

[Легенда вернулась! Герой по прозвищу «Зловещая Звезда» сокрушил гигантского монстра и уничтожил преступную организацию, именовавшую себя «Будущим Империи»!]

От одной этой строки у меня заболела голова. Я едва не разорвал газету.

Но подобными заголовками отличился не только «Шангрийский вестник».

[Легенда вернулась спустя пять лет. Герой по прозвищу «Зловещая Звезда» сразился с монстром в 20-м секторе и спас имперскую столицу.]

[Террористическая организация «Будущее Империи» полностью разгромлена, похищенные представители иных рас освобождены! За всем стоит «Зловещая Звезда»?]

[Пропавший герой войны вернулся! Герой по прозвищу «Зловещая Звезда» уничтожил исполинского скелета и покончил с организацией, преследовавшей чужеземцев!]

Так писали и в светской «Знати», и в любимом магами «Вестнике магов», и в «Филлион таймс» — газете, которую выпускал академический клуб.

Если даже солидные издания, присланные ректору, дошли до такого, страшно было представить заголовки дешёвых газет для простонародья и откровенно жёлтых листков.

«Почему? Откуда вообще взялись эти статьи?»

Когда я решил уничтожить «Будущее Империи», я понимал, чем рискую. Если другого выхода не останется, придётся принять облик Зловещей Звезды.

Но всё случилось ночью, в безлюдной части порта, а под конец вмешался сам Императорский дом. Объяви власти, что угрозу устранили они вместе с Императорской гвардией, пресса и горожане спокойно это приняли бы.

Именно поэтому я поручил Императорскому дому всё дальнейшее, включая судьбу маркиза Эйнхерияра: пусть забирают славу, лишь бы моё имя нигде не прозвучало.

Элизабет наверняка это поняла. Императорскому дому незачем было объявлять, что всё сделал герой по прозвищу Зловещая Звезда.

«Значит, подозревать можно только одного человека».

Выйдя из кабинета ректора, я сразу отправился к начальнику охраны Герману.

Он отдыхал в караульной у главных ворот и с довольной улыбкой читал газету, на первой полосе которой аршинными буквами красовалось имя Зловещей Звезды.

— Это ты?

— А-а! З-Зло... Злове...

Я бросил на него предостерегающий взгляд. Герман, уже готовый произнести мой титул, поспешно зажал рот обеими руками.

К счастью, возле караульной никого не было и его никто не услышал.

Он понизил голос и почтительно спросил:

— Инструктор Ион? Какими судьбами вы здесь?..

— Утренние заголовки показались мне занятными.

— А, это... Тут всё совершенно...

«Вот и попался».

По лицу Германа было видно, что ему есть что рассказать. Я медленно кивнул и позволил жажде убийства проступить во взгляде.

Убивать его я, конечно, не собирался. Но раз он оказался таким болтуном, стоило слегка вправить ему мозги. После такой встряски он наверняка держал бы рот на замке.

Я шагнул ближе. Герман в ужасе поднял руки.

— П-постойте! Господин Ион! Вы всё не так поняли!

— И что же я понял не так?

— Да, журналисты со мной говорили! Но вашего имени я не назвал ни разу! И даже без меня скрыть появление Зловещей Звезды всё равно не удалось бы!

От страха Герман забыл добавить положенное «инструктор» и заговорил со мной почти как с государем. Его объяснение сводилось к следующему.

Скрыть вчерашний разгром в 20-м секторе было невозможно.

Легион злых духов ещё можно было списать на ночные видения. Но исполинский череп, зависший над столицей, видело слишком много людей.

К тому же нашлись свидетели, заметившие, как в 20-й сектор направились сразу полтора десятка бойцов Императорской гвардии. Это только подогрело слухи.

Журналисты быстро пронюхали о происшествии. Один репортёр узнал, что из 20-го сектора в храм доставили тяжелораненых представителей иных рас, и сразу отправился за показаниями.

Выходило, первыми о Зловещей Звезде заговорили сами похищенные.

— Было темно, и вашего лица никто толком не разглядел, — сказал Герман. — Но люди запомнили чёрные доспехи и красное копьё, когда вы сражались с тем огромным скелетом.

— Они это видели? Я думал, все были без сознания.

— Бой гремел так, что некоторые приходили в себя. Даже пока мы их выносили, то один открывал глаза, то другой. А потом журналисты полезли к больным, которым нужен полный покой. Я испугался, что эти мерзавцы раскроют вашу личность, поэтому сам согласился дать интервью.

Итак, Герман действительно подтвердил журналистам, что происшествие уладил герой по прозвищу Зловещая Звезда.

Это была правда, и Императорский дом не мог её опровергнуть. Так появились сегодняшние заголовки.

Я вздохнул.

Даже если власти избегали моего титула, свидетели всё равно рано или поздно рассказали бы о случившемся.

Я ничего не мог с этим поделать, а значит, дальнейшие переживания были бессмысленны. Оставалось радоваться хотя бы тому, что никто не узнал: Зловещая Звезда преподаёт в Академии.

Более того, сообщив журналистам часть правды, Герман отвёл их от главной тайны.

— Я зря тебя заподозрил. Прости.

— Что вы, не надо! Прошу, говорите со мной без церемоний. Не могу же я позволить человеку, которому обязан жизнью, обращаться ко мне на «вы». И не извиняйтесь. Я счастлив уже тем, что хоть чем-то вам помог.

Герман просил так горячо, что мне пришлось перейти на «ты».

— Ладно. Но перестань называть меня «господином Ионом».

— Кхм. Как скажете, инструктор Ион.

Хотя я перешёл на «ты», Герман явно остался доволен. Затем он понизил голос.

— Инструктор, а почему вы скрываете, кто вы? Люди сходят с ума от одного известия о Зловещей Звезде. Представьте, как обрадуются студенты, если узнают, что их инструктор — тот самый герой.

Он поскрёб подбородок и с сожалением добавил:

— Разумеется, по вашему слову я унесу эту тайну в могилу. Просто обидно... Кхм. Обидно, что никто не знает, какой вы выдающийся человек.

После короткой паузы я горько усмехнулся.

— Слава мало что даёт.

— Простите?

— Ничего.

Люди часто видят лишь подвиги героя и воображают, будто весь его путь состоит из славных побед.

Мой путь был залит кровью и отмечен смертью. За спиной остались люди, которых уже не вернуть, и сожаления, которые ничего не исправят.

Имя Зловещей Звезды никак не помогало мне в работе инструктора. Для меня оно было лишь оковами прошлого и не позволяло забыть самые страшные дни жизни.

Я оставил растерянного Германа у караульной и пошёл прочь, надеясь, что сегодняшняя шумиха не породит новых бед.

* * *

Закончив дела, я сел на трамвай и вернулся в общежитие.

У самого здания кто-то сидел на корточках.

Длинные светло-зелёные волосы мягко блестели на солнце, как молодая листва. Это была Титания.

Она сосредоточенно возилась с чем-то в земле.

— Что ты здесь делаешь?

— Ой! Инструктор Ион!

Титания обернулась ко мне с сияющей улыбкой. В одной руке у неё был совок, в другой — цветок.

— Разбиваю клумбу.

— Клумбу?

— Вокруг общежития растут одни деревья. Мне кажется, если посадить цветы и другие растения, станет гораздо красивее.

Она подняла цветок повыше.

Титания и правда собиралась вступить в клуб садоводов. Потом обстоятельства привели её в студенческий совет, но интерес к растениям никуда не делся. Она ведь выросла в лесу.

Щёки у неё были перепачканы землёй, а работа почти не сдвинулась с места. Очевидно, всё шло не слишком удачно.

— Одной тебе тяжело.

— Да. Я хотела позвать кого-нибудь посильнее, но у Гвин до сих пор болят мышцы, а Батар с утра куда-то пропал.

Я немного подумал и предложил:

— Могу помочь.

— Правда? Было бы замечательно!

Титания не стала отказываться. Самым трудным оказалось вскопать слежавшуюся землю.

Несколько дней назад прошёл дождь, почва затвердела, и одной Титании было с ней не справиться.

Для меня же это не составляло труда.

При каждом движении совок входил в землю, словно в масло. Титания захлопала в ладоши.

— Ничего себе! У вас и правда невероятная сила!

— Тренировалась бы как следует, тоже смогла бы.

— А... Ха-ха. Наверное.

Титании действительно недоставало силы. На занятиях она была быстрой и ловкой, но слабые мышцы утомлялись даже после короткого бега.

И всё же трудно было поверить, что даже с такой клумбой эльфийка не справится одна.

— С духами ты бы закончила за минуту.

— Это верно, но...

Титания неловко почесала щёку.

— Земляной дух быстро всё вскопал бы. Только я делаю эту клумбу как раз для того, чтобы задобрить духов.

— Задобрить?

— Да. Сегодня будет полнолуние.

«Какое отношение луна имеет к духам?»

Титания заметила моё выражение и пояснила с улыбкой:

— Духи очень переменчивы, особенно во время смены сезонов. Одни радуются весне и новой жизни, а другие скучают по зимнему покою и начинают шалить сильнее обычного.

— Вот как.

— В полнолуние мёртвая энергия особенно сильна. Духи становятся чувствительными и раздражительными, поэтому я хочу заранее порадовать их цветами. Они любят места, где всё растёт и цветёт.

Пользоваться помощью духов, чтобы их же задобрить, и правда было бы нелепо.

Всё-таки Титания была эльфийкой и знала немало удивительных вещей.

Я ничего не понимал ни в магии, ни в духах. Когда враг призывал их на войне, мне было не до теории — я просто разрывал их Эзетусом.

«Наверное, духи меня терпеть не могут».

Продолжая рыхлить землю, я спросил:

— Что собираешься посадить?

— Посажу что-нибудь полезное, пригодное для лекарств. Полынь, базилик...

— Молодую полынь можно отварить — вкусно. Можно ещё посадить картошку.

— Эм... Господин инструктор, это клумба, а не огород.

Титания растерялась — с ней такое случалось редко.