Глава 147 — Растущие ожидания.

После короткого разговора с Хан Чонсоном Меделфен покинул тренировочный зал. Цель визита в сектор класса C была выполнена.

Он и не собирался настойчиво агитировать кадета за офицерскую службу. Многолетний опыт позволял сразу понять, как собеседник воспринимает предложение. Чонсон отнёсся к рекомендации без всякого воодушевления, а Меделфен не видел смысла тратить время на давление.

Формальную обязанность он исполнил. Уговаривать дальше было всё равно что убеждать словами чудовищ, прущих на линию фронта.

Примерно так капитан и относился к рекомендательным письмам.

Уже у выхода он всё же усмехнулся.

— И всё-таки четыре синие волны...

Тест рассчитывался на недавних выпускников вступительного отбора. Тот, кто различал три волны, уже считался перспективным. Четыре означали, что восприимчивость кадета заметно превосходит средний уровень.

— Главный недостаток — черта обычного ранга. Но имя Хан Чонсон стоит запомнить.

Меделфен прошёл по огромной Академии, где коридоры порой напоминали настоящий лабиринт, и остановился у двери служебного кабинета.

Он постучал. Через несколько секунд дверь открыла знакомая женщина.

— Заходи, капитан Меделфен. Давно не виделись.

— Рад встрече, госпожа майор Кали. Хотя в стенах Академии правильнее обращаться к вам «инструктор Кали».

Он с улыбкой поправился в соответствии с местным уставом. Кали тихо рассмеялась и пригласила его внутрь.

В кабинете уже была Анастасия.

— Госпожа майор Анастасия, вы прибыли раньше меня.

Она поставила чашку на блюдце и скользнула по нему взглядом.

— Мне нужно было заранее обсудить несколько вопросов с майором Кали. Вы, напротив, задержались, капитан.

Меделфен неловко улыбнулся и занял место рядом.

— Пришлось встретиться с одним кадетом.

Разговор с Кали и был его главным делом на сегодня. В прошлом она держала один из ключевых участков Восточного фронта.

Когда Меделфен сел рядом с Анастасией, Кали устроилась напротив.

— Майор Анастасия, мы же договорились не использовать здесь воинские звания. В Академии я такой же инструктор, как остальные.

— Не могу себе позволить. Майор Кали занимает особое положение.

Анастасия ответила с безукоризненной почтительностью. Кали покачала головой.

— За год вы совсем не изменились.

В армии порядок подчинения соблюдался неукоснительно. Однако в Академии прежние звания намеренно отодвигали на второй план. Инструкторами становились бывшие фронтовые офицеры; к прежним командирам относились с уважением, но обращались прежде всего как к инструкторам. Так подчёркивали самостоятельный авторитет должности инструктора.

Некоторые всё же продолжали пользоваться армейскими обращениями — особенно те, кому доводилось служить вместе.

Анастасия относилась именно к ним.

Помощница Кали поставила перед Меделфеном чашку. На несколько мгновений в кабинете воцарилась тишина.

Кали с интересом разглядывала Анастасию.

«Образцовый офицер».

Честная, дисциплинированная, без лишнего высокомерия. На фоне людей, которые позволяли себе распуститься вдали от непосредственного начальства, такая строгость казалась почти идеальной.

И всё же положение выглядело иронично.

После их расставания прошёл год. Даже с другого участка фронта до Кали доходили вести о подвигах Анастасии. Она уничтожила невероятное число апостолов, и оставалось лишь удивляться, почему до сих пор не получила более высокий чин.

«Если судить только по боевым заслугам...»

Анастасия превосходила даже её. Но она родилась простолюдинкой, и как бы стремительно ни продвигалась, армейская система всё равно ставила предел.

Кали происходила из рода Иштар. Для неё такого потолка не существовало, поэтому формально она оставалась старшей по званию.

Сама эта несправедливость казалась ей нелепой.

— Я пригласила вас обоих, чтобы узнать положение на фронте, — перешла Кали к делу. — Что там происходит сейчас?

Она покинула передовую всего несколько месяцев назад, но уже остро ощущала отсутствие сведений.

Анастасия задумалась. Меделфен посмотрел на неё и с горькой улыбкой попросил:

— Госпожа майор, разрешите ответить мне?

Анастасия молча кивнула.

— Инструктор Кали, ситуация остаётся тяжёлой. Более того, со временем она ухудшается. Число офицеров и солдат сокращается почти ежедневно, а поток чудовищ не ослабевает. Частота появления апостолов даже немного возросла.

— Значит, всё так...

Кали не удивилась, лишь подтвердила собственные опасения. Меделфен продолжил:

— Каждый день даётся всё труднее. Одна из целей моего приезда — повысить интерес кадетов к офицерской службе. Но, откровенно говоря, я не уверен, что добровольного набора будет достаточно. В командовании уже обсуждают расширение отбора из Академии. Ходят и разговоры о том, чтобы дополнить добровольную службу обязательным призывом.

Он говорил без пауз, словно не раз обдумывал каждую формулировку. Кали тихо вздохнула.

— Настолько плохо? Я отношусь к принудительному призыву крайне отрицательно. Неужели наверху уже готовы пойти на такую меру?

— Я слышал об этом неофициально. Подтвердить не могу.

Меделфен намеренно остановился, и Кали не стала давить.

По званию он был младшим из троих. Однако имя Грасиа значило гораздо больше капитанской звезды.

Меделфен принадлежал к старинному маркизскому роду. При желании он мог начать службу сразу в более высоком чине, но сам выбрал сравнительно скромную должность. Поэтому сведения, которыми он располагал, следовало оценивать с учётом не только военного положения, но и семейных связей.

— Тогда не будем продолжать, — решила Кали. — Я всё равно не могу немедленно вернуться на фронт и ничего не изменю, сидя в Академии.

Меделфен кивнул.

Кали перевела взгляд на Анастасию.

— Вот ваше появление меня удивило. Сколько раз командование требовало, чтобы вы отдохнули, а вы каждый раз оставались на передовой.

Она нарочно смягчила голос, разряжая обстановку. Анастасия слегка улыбнулась.

— Я и раньше подумывала об отпуске.

— Но решились только теперь?

— Да. Я... соскучилась по семье.

Откровенность удивила Кали, и та улыбнулась теплее.

— Я слышала, что кадет Глесия — ваша родственница.

— Моя единственная родная сестра.

— Вот как. Забавное совпадение: именно я проводила её вступительное испытание.

В глазах Анастасии сразу появился живой интерес.

— Она произвела хорошее впечатление?

— Моё личное мнение здесь не главное. Свою ценность кадет доказывает сам. Но остальные экзаменаторы оценили Глесию очень высоко.

Кали похвалила её косвенно, и Анастасия удовлетворённо улыбнулась.

— На вступительном испытании крайне редко встречаются кандидаты уже с 3-м уровнем черты. А обладатель уникальной черты на этой ступени — исключение даже среди них. Я заметила сходство во внешности, но не думала, что вы сёстры.

От дальнейших похвал Анастасия смущённо поджала губы. Меделфен с любопытством наблюдал за её непривычно мягкой реакцией.

Когда разговор на мгновение стих, он вспомнил ещё об одном.

— Инструктор Кали, вы ведёте класс C-1, верно?

— Верно. Почему спрашиваете?

— Кадет, которого я только что проверял, оказался из вашего класса. Очень способный молодой человек.

Кали заинтересованно подняла глаза.

Меделфен улыбнулся.

— Хан Чонсон. Его имя часто упоминают в Академии, поэтому я решил встретиться лично. Должен признать, слухи не преувеличены.

Он затронул тему почти случайно.

Обе женщины одновременно посмотрели на него с явным удивлением.

— Капитан Меделфен, вы встречались с Хан Чонсоном? — одновременно спросили Кали и Анастасия.

Меделфен замер, затем кивнул.

— Да. Госпожа майор Анастасия тоже его знает?

Она неловко подтвердила:

— Вчера случайно провела с ним некоторое время. Он друг Глесии.

— Неожиданно.

Теперь уже Кали смотрела на Анастасию так, будто услышала нечто невероятное.

— Вы проводили время с Хан Чонсоном?

— Недолго. Он показался мне редкостно порядочным кадетом.

После её краткой оценки Кали тоже кивнула.

— Он и правда достойный. И способности, и отношение к делу заслуживают внимания.

— Я не ожидал встретить такой талант в классе C, — поддержал Меделфен. — Результат проверки меня поразил.

Кали довольно улыбнулась и пошла ещё дальше:

— Из всех кадетов я слежу за ним внимательнее всего. Уверена, в будущем он добьётся очень многого.

Меделфен посмотрел на Кали с сомнением: действительно ли такие ожидания обоснованны?

Анастасия восприняла слова иначе.

На завтра у неё уже была назначена встреча с Чонсоном. Теперь интерес только усилился.

«Если сама майор Кали говорит о нём так...»

Значит, перед ней не просто друг Глесии.

Этого кадета стоило рассмотреть куда внимательнее.