Глава 613 — Тайна (6)
Заострённые уши.
Коротенькие, нелепые ноги.
Звериные уши — и кожа, поросшая чешуёй…
Те, кто окружил нас со всех сторон, внешне напоминали иные расы Лафдонии.
Но…
— Что это, во имя всего, такое? — пробормотал кто-то.
— Кто знает. Чудовища… наверное?
От иных рас они всё-таки отличались. Причём самым очевидным образом.
Как это называется? Эффект зловещей долины?
Они были похожи на представителей иных рас, но одновременно несли в себе что-то настолько чужеродное, что от одного взгляда становилось мерзко.
— Это… самые жуткие чудовища из всех, что мне доводилось видеть.
У особи с заострёнными ушами изо лба торчал рог.
У другой ноги были коротышки-культяпки, зато верхняя часть тела — совершенно нормальных пропорций.
Попадались и такие, у кого звериные уши сочетались с чешуёй по всему телу, словно к ним заодно прилепили черты драконидов.
У некоторых лишняя рука или нога росла в совершенно неположенном месте. У одного, казалось, всё было на месте — только голова раздулось до нелепых размеров.
И у всех без исключения лица были перекошены так сильно, что хватало одного взгляда, чтобы понять: нормальным это быть не может.
— Будто бог, лепя жизнь из глины, бросил их в один чан с чудовищами и хорошенько встряхнул.
Чья-то реплика попала в самую точку.
Словно при рождении их собирали броском случайных костей — на всё подряд.
А ещё у них имелось несколько общих признаков.
Кья-а-а-а-а!
Разума им хватало, чтобы заманить врага, но никакой языковой системы у них, похоже, не было.
И ещё…
— К бою!
— Всем оставаться на местах! Сначала выясним, что это за враг… а?
Вопреки нашим опасениям, они оказались до смешного слабыми.
Пух! Хрясь!
Молот, которым я взмахнул скорее для проверки, разнёс одной твари голову, и остальные посыпались, как сухие листья на ветру.
«…Что за ерунда?»
Они обошли и чутьё Амелии, и все ощущения разведывательного отряда, сумели взять нас в кольцо — я был уверен, что враг окажется куда неприятнее.
— Эти твари… не так уж и страшны!
— Руби их!
Стоило бойцам понять, что противник ничего особенного из себя не представляет, как они начали наступать куда активнее.
Я всё ещё пытался их сдерживать, бросал предупреждения не расслабляться, но…
Хрясь! Шарк! Бабах!
Пока всё вокруг не зачистили подчистую, не произошло ровным счётом ничего странного.
«Да что они такие слабые?..»
Физически они были сильнее обычного человека, но на этом всё и заканчивалось.
Они не призывали духов, как эльфы. Не пользовались номерными предметами, как дворфы. Не применяли силу духовного зверя, заключившего с ними контракт.
И силой эссенций тоже не владели.
Правда, одна странность всё-таки обнаружилась.
— Рейвен, ты накладывала магию искажения?
— Нет. Не накладывала.
— А трупы, значит, остаются…
На поляне валялись десятки чудовищ — с размозжёнными головами, руками, ногами.
— Они… живые?
— По крайней мере… дыхания нет. Сердце тоже не бьётся.
Мы осторожно приблизились и осмотрели тела. Похоже, они действительно были мертвы. Просто трупы почему-то не исчезали.
— Проверьте.
Я перевёл оставшиеся силы в режим охраны, а магам приказал изучить тела.
Чтобы провести нормальное исследование, конечно, нужно было наложить на трупы магию консервации и вернуться с ними к главному отряду…
«Вот почему среди них, значит, не было никого, похожего на нас, варваров».
Но кое-что стало понятно даже после беглого осмотра.
Помимо внешности, будто по ним проехался восьмитонный грузовик, у этих тварей имелась ещё одна общая черта.
— Сердце.
Сердце.
— Оно очень похоже на сердце варвара.
У этих тварей было сердце воина.
***
Мысли полезли одна за другой.
Ещё бы: после разговора с дядькой-вампиром я узнал один секрет.
«Герцог… как ты думаешь, к какой расе я принадлежу?»
«…Ну, к людям, разумеется?»
В эпоху, в которой жил герцог, «иных рас» не существовало.
Хотя в истории Лафдонии чёрным по белому сказано: ещё до того, как проклятие Ведьмы накрыло мир, «иные расы» уже жили на этой земле.
Как такое возможно?
Из множества вариантов, которые я тогда перебрал, самым правдоподобным казался один.
«Похожий, но другой мир».
На Земле ведь тоже существовала теория параллельных миров. Может, и здесь было что-то в этом роде.
В конце концов, это мир, где через врата измерений можно попасть в Лабиринт и отправиться в полное тайн исследование.
Полной чушью такая мысль не казалась.
Но теперь всё выглядело немного иначе.
«Наука алхимия, знаете ли… Говорят, в древности она возникла ради создания „человека“».
Алхимия.
«О, вы не знали? Древние записи можно очень дорого продать королевскому дому».
Древняя история, от которой, несмотря на активный сбор записей, по непонятной причине утрачено слишком многое.
«Человек способен овладеть любой силой. Аурой, святой силой, магией, даже искусством духов».
Человеческая особенность — в себе заключать возможности всех рас.
И…
«Это было не похоже ни на магию, ни на эссенции. Словно сама сила заключалась в его голосе. Казалось, с рождения в моей крови и душе выжжено клеймо: он мой король, мой господин».
Даже особая сила короля, скрытого за завесой тайн.
«А, кстати, старик из Башни магов понял, кто он такой, только после того, как мы преклонили колени, и лишь тогда сам опустился следом».
Сведения, накопленные за время путешествия, сложились в одну возможность.
Может быть.
Если совсем, совсем вдруг.
Пять иных рас, кроме людей, были созданы.
Созданы чьей-то необходимостью.
Нет, точнее…
«Королевским домом. Иначе просто не сходится».
На миг я почувствовал себя настоящим сторонником теории заговора, но если смотреть в обратном порядке, всё звучало довольно убедительно.
В некотором смысле иные расы — рабы людей.
Рабы, которые благодаря превосходным физическим данным спускаются в Лабиринт и старательно добывают манакристаллы.
«Да ещё и налоги у иных рас выше».
Конечно, у повышения налогов для иных рас имелась историческая подоплёка.
Но теперь и сама эта история казалась подозрительной.
Не в том смысле, что я сомневался, существовали ли эти события на самом деле…
«А не было ли у этой истории кукловода?»
Тайно подтолкнуть иные расы в спину и заставить всё случиться так, как нужно.
Если у королевского дома действительно было множество агентов, задача выглядела не такой уж сложной—
— О чём это вы так задумались?
— Прикидывал, какого вкуса вяленое мясо съесть позже.
На вопрос Рейвен я ответил первой попавшейся отговоркой.
Сам я, конечно, почти был в этом уверен, но пока всё оставалось лишь одной из возможностей…
А если это действительно правда, говорить об этом нельзя.
Слишком тяжёлым был этот секрет.
— Кхм. В общем, на все оставшиеся тела наложить магию консервации и хранить как следует. Когда вернёмся к главному отряду, проведём полноценное исследование.
— Вы собираетесь сразу возвращаться?
— С чего бы? Исследование продолжается. Мы ведь ещё ничего толком не выяснили об этом месте.
Когда бой закончился и осмотр в общих чертах завершили, я повёл отряд дальше изучать окрестности.
День.
Второй.
Третий.
Чтобы составить карту, мы прочёсывали большие участки и сталкивались со множеством чудовищ.
Там были и механические монстры, прежде встречавшиеся в руинах Пантелиона, и механические гиганты — они попадались ещё не раз.
Среди них встречались и «дофельры».
К слову, «дофельрами» Рейвен назвала чудовищ, похожих на иные расы…
Корень слова был древним, а смысл простой.
«Другое существо».
В названии, конечно, чувствовалась фирменная тяга Рейвен к пафосу, но по смыслу оно подходило довольно—
— Яндель.
Ох ты ж, напугала.
— Раз пришла, подай хоть знак. С разведки вернулась?
На мой вопрос Амелия кивнула и сразу перешла к делу.
— Во время поисков мы обнаружили необычное искусственное сооружение. Оно, похоже, куда-то ведёт. Думаю, с рассветом стоит сходить туда вместе и проверить.
— Искусственное сооружение?
Я расспросил Амелию подробнее и, выслушав всё, нутром почувствовал: наконец-то мы нащупали что-то стоящее.
Но люди устали, так что мы последовали совету Амелии, как следует отдохнули и решили осмотреть находку утром.
— Здесь.
На следующий день Амелия привела нас в совершенно обычные джунгли. Куда ни посмотри — ничего, что отличалось бы от уже обследованных участков.
Но…
— …Впредь придётся внимательнее смотреть под ноги.
— Это тоже удалось найти лишь благодаря удаче.
Когда мы раздвинули траву высотой до колена, под ней показалось нечто скрытое.
Люк, похожий на крышку канализационного люка, вмонтированную прямо в голую землю.
Судя по всему, он открывался поворотом: сверху даже имелась любезно приделанная ручка.
— Я подумала, там может быть ловушка, поэтому только обнаружила его. Не трогала.
— Верное решение.
Я попросил магов проверить находку, и вскоре получил доклад: серьёзной опасности вроде бы нет.
Фух. Значит, и правда достаточно просто открыть?
Др-р-р. Др-р-р, скрип, щёлк!
Стоило повернуть ручку до определённого положения, как внутри лязгнул отпущенный засов, и люк открылся.
Внизу, как и ожидалось, был цилиндрический колодец. К одной стенке крепилась лестница, по которой можно было спуститься.
«Глубина…»
Заклинание светового шара показало примерно двадцать метров.
А вот что там внизу, с такого угла разглядеть было невозможно.
— Тогда я…
— Даже не вздумай. Спущусь я.
Я только начал говорить, но Амелия оборвала меня и шагнула вперёд.
Вид у неё был такой, будто она не отступит, что бы я ни сказал.
Мы стояли друг напротив друга, меряясь взглядами в каком-то почти не поединке, когда…
— И чего вы так странно мучаетесь?
Рейвен тихо фыркнула и вклинилась между нами.
— Я проверю.
— Что?
— Магией, конечно.
— А…
Мы с Амелией, слегка смутившись, отступили. Рейвен подняла в воздух записывающий кристальный шар и отправила его вниз. Способ куда безопаснее, чем спускать туда человека.
Правда, у таких инструментов имелись пределы.
— После спуска идёт ещё один прямой коридор. В конце его перекрывает железная дверь.
Раз сразу за спуском проход упирался в железную дверь, таким способом больше выяснить не получилось.
Поэтому…
— …И не думай лезть первым. Начальница разведки этого экспедиционного войска — я.
В итоге решили, что первой войдёт Амелия.
«Вот ведь. А сама злилась, когда ей странное название приклеили».
Как бы то ни было, Амелия первой спустилась по лестнице. За ней вниз ушёл один из магов.
А когда безопасность в какой-то мере подтвердили, внутрь спустился и я…
— …
Даже сняв «Гигантизацию», я едва протиснулся: лестница оказалась для меня чертовски неудобной.
Даже втянув плечи, я всё равно застревал почти впритык.
«Тяжела доля варвара».
Выходит, расистская архитектура существовала во все эпохи.
— Сюда, Яндель.
Когда я, кряхтя и пыхтя, наконец добрался вниз, Амелия позвала меня из коридора.
— В отличие от верхнего люка, замка здесь не видно. И из чего бы ни была сделана эта дверь, аура не оставила на ней ни царапины.
Хм. Если аура даже царапины не оставляет, это фактически иммунитет к физическому урону…
— А со стороны магии?
На мой вопрос осторожно ответил маг, спустившийся вторым.
Кажется, этот дядька был правой рукой начальника исследовательского отряда?
— Помимо явления пространственного отсечения наблюдается особая структура потоков маны. Однако плотность крайне низкая, так что вероятность атакующей ловушки тоже кажется малой. При таком слабом потоке… скорее всего, максимум — открытие и закрытие двери.
— И?
— Что необычно, явление пространственного отсечения покрывает не саму дверь, а пространство за ней.
— Хм. Значит, аура не действует не из-за отсечения?
— По крайней мере, на мой взгляд, да.
— Металл, который не берёт даже аура…
Тук-тук.
Я постучал по створке, будто в дверь.
Что бы ни пряталось внутри, одна эта железная дверь уже казалась ценной.
— Заместитель начальника исследовательского отряда.
— …Вы ко мне обращаетесь?
— Да. Как думаешь, это можно снять целиком? Расплавить бы и сделать из него броню — вышло бы неплохо.
— Э-э… Думаю, попробовать стоит. Насчёт брони не уверен, но это явно чрезвычайно ценный минерал.
Окей, значит, так.
Не знаю, почему вопрос с бронёй он предпочёл отложить, но по крайней мере с мыслью утащить дверь маг вроде бы согласился—
— А?
В этот момент по двери вдруг прошла слабая вибрация.
— Яндель, назад!
Амелия крикнула так резко, что я сам не заметил, как отскочил.
Но дальше, вопреки ожиданиям, ничего особенного не произошло.
Др-р-р, др-р-р.
За дверью послышалось, как что-то вращается. Потом раздался мягкий щелчок, и круглая створка плавно раскрылась.
«Право на первый просмотр записей подтверждено».
«Вход разрешён».
Что это ещё такое?
— Кто-нибудь знает, почему она вдруг открылась?
— Не знаю. Когда мы её касались, реакции не было вовсе.
— Вот как…
Я был слегка ошарашен, но при таком раскладе оставалось две возможности. Либо кто-то услышал мой стук и открыл дверь.
Либо…
«Сработало какое-то неизвестное мне условие».
Лично мне второй вариант казался вероятнее, но сейчас это было не главным.
Пока маг с помощью камня связи передавал наверх обстановку, я медленно шагнул за железную дверь.
И…
«А?»
Вот тут возникла проблема.
Я вдруг обернулся и увидел: Амелия застыла прямо перед дверью.
Она прижимала ладонь к пустоте, будто изображала мима.
Губы у неё двигались, но звука не было.
— Что такое? Неужели ты не можешь войти?
— Как ты вообще туда вошёл?
Почуяв неладное, я быстро вышел обратно и спросил. После нескольких проверок мы установили один факт.
— Дверь открылась, но явление пространственного отсечения сохраняется как прежде. Ничего не понимаю…
Причина оставалась неизвестной, но за эту дверь мог пройти только я.
Следовательно…
— Тогда ждите. Я быстро гляну и вернусь.
— Что? Подожди—
Я поспешил снова шагнуть внутрь, пока Амелия не начала читать мне нотации.
Вспых!
Внутри было темно, но стало получше, когда я активировал режим «варварской свечи».
«Будто в подлодку залез…»
Везде, куда доставал взгляд, стены были обшиты железными плитами. Тут и там тянулись трубы и провода непонятного назначения.
Клац, клац.
Развилок не было, так что оставалось идти прямо. Пройдя метров сто, я увидел отверстие с ещё одной лестницей вниз.
Но спускаться наобум я не стал. Сначала решил открыть железную дверь рядом и заглянуть туда.
Клац.
К счастью, дверь легко поддалась, ничто её не держало.
Я скользнул взглядом по помещению, медленно закрыл глаза и снова открыл.
— Фух…
Передо мной уходил вдаль такой длинный коридор, что конца ему не было видно.
Вдоль него рядами стояли пробирки, наполненные зелёной жидкостью.
Честно говоря, происходящее казалось немного нереальным.
Не понимаю, с чего вдруг жанр игры сменился на научную фантастику, но…
«Дофельры».
Чудовища, похожие на иные расы, — те самые, которым Рейвен дала это название, — сидели, съёжившись, внутри пробирок и смотрели на меня.