Глава 223.1 — Экстра 5

[Сладкая и роскошная помолвка великой княгини Пешеранской и герцога Седвойера! История любви века]

Алексей тихо отложил прочитанную газету и слегка улыбнулся.

Вчера состоялась помолвка Анастасии. По традиции помолвку принято проводить в доме невесты, поэтому Алексею не составило труда выбрать самый красивый сад императорского дворца в качестве места торжества для Аси. Выбор мог пасть и на берег озера Вишти, но Юрий и Ирина любезно уступили.

Лучшие метеорологи империи приложили все усилия и выбрали ясный день без дождя, снега и облаков, и цветы распустили свои затаившие дыхание бутоны так, будто только и ждали вчерашнего дня.

— Ваше Величество, вам и радостно, и грустно одновременно?

— Да уж какая тут радость... Одно расстройство, — ответил Алексей на вопрос Кирилла и перевёл взгляд за окно.

На церемонии присутствовали почти все члены императорской семьи, включая самого императора Алексея, дворяне и друзья Аси. Анастасия, облачённая в великолепное платье, над которым трудился сам Жозе Аль, с распущенными розовыми волосами, и Карно, державший её за руку, выглядели невероятно гармоничной парой.

Каждый раз, когда Анастасия двигалась, подол её платья мерцал и переливался, будто за ней следовал рой звёзд. Под благословения всех присутствующих пара, пообещавшая со временем сыграть свадьбу, выглядела абсолютно счастливой.

Кисло-сладкий торт под названием «Торт Ася» разлетелся в мгновение ока, стоит только начаться банкету.

Пока захмелевшие старшие снова приставали к Карно и донимали его, Анастасия изо всех сил пыталась поддаться Екатерине в игре в кэрром.

— И чем Ася занимается сейчас? — спросил Алексей.

После окончания церемонии Анастасия провела остаток дня, беседуя с подругами, а Карно с Алексеем.

— Говорят, она на кухне. Сказала, что вчера все, похоже, перебрали с алкоголем...

Услышав это, Алексей приложил руку ко лбу и вслух расхохотался.

На сковороду наливают масло, обжаривают чеснок и острые овощи, а затем бросают целую гору моллюсков. Когда они от жара раскрывают раковины, щедро вливают белое вино, и как только пряный, островатый бульон начинает кипеть, добавляют пасту и варят до готовности.

Ася, держась за раскалывающуюся голову, уставилась на тарелку с пастой, поданной почти в виде прозрачного супа с моллюсками.

— Я сейчас умру...

Сидевшая напротив Наталья выглядела не лучше, лицом она была краше в гроб кладут. Людмила хоть и сидела с выпрямленной спиной, пусть и бледная, но лишь потому, что прошлой ночью тайком от остальных сделала ещё один шаг во взрослую жизнь. Рука Людмилы, сжимавшая ложку, слегка дрожала.

— Клянусь... больше никогда в жизни не буду мешать алкоголь.

— Люда, дело не в том, что мы мешали, а в том, сколько мы выпили...

— Клянусь! — быстро ответила Наталья с бледным лицом.

При этом она не забыла бросить на Асю слегка обиженный взгляд. На этот раз Ася выглядела ещё более несчастной.

— Да говорю же, дело не в смешивании! Кто угодно... Сколько там бутылок было? В общем, после такого количества любой бы...

Пока Ася обхватив лоб руками, пыталась вспомнить, сколько бутылок они вчера опустошили, Наталья подняла тарелку обеими руками и принялась пить прямо через край.

— Наташа!

— Кх-а-а-а.

Ася окликнула её с укором, но Наталья была увлечена только бульонным отваром. Звук втягиваемой плоской лапши был слышен даже на другом конце стола. Ася со вздохом взяла салфетку и вытерла губы Наташи. Глядя на это, Людмила вздохнула ещё тяжелее.

Допив всё до последней капли и вальяжно откинувшись на спинку стула, Людмила снова вздохнула:

— И что мы будем делать на свадьбе Аси? Там всё будет ещё хуже.

— И не говори... Надо заранее тренироваться.

— Да можно же просто не пить...

Слова Аси не дошли ни до одной из них.

— Кстати, а где будет свадьба? Тоже во дворце?

— Ага. Было так замечательно, что помолвку провели во дворце, — произнесла Людмила с бледным лицом, но с теплой улыбкой.

— Тебе правда понравилось, что во дворце?

— Конечно! Все смогли увидеть, как сильно Его Величество дорожит Асей. Хотя, разумеется, Асе...

Желая сказать от чистого сердца, Людмила смутилась и тихо добавила:

— ...Асе вовсе не нужно доказывать кому-то, что её любят... Потому что... просто своим существованием... ну...

Услышав это, Ася по привычке подскочила, чтобы крепко обнять Людмилу, но тут же схватилась за голову и снова тяжело опустилась на стул. Людмила улыбнулась ей в ответ и ненадолго сжала живот. В этот момент Наталья внезапно вставила:

— Потому что Ася прелестна уже самим своим существованием?

— Н-Наташа!

— А чего вы недоговариваете?

Высосав остатки бульона, скопившегося в раковине, Наталья с легким тук бросила её в серебряную корзинку. Лицо Людмилы залилось густым румянцем, и она залпом выпила холодной воды. Наталья потыкала её в горевшую щеку, поддразнивая, а затем снова погладила свой живот и сделала глубокий глоток.

— Кстати, Ася, а как же усадьба великой княгини? Пора бы уже готовить?

— Усадьба?

Ася, чувствуя, как внутри всё горит от острой пасты и вчерашнего перебора, медленно делала глубокие вздохи и от неожиданной смены темы широко распахнула глаза. В ответ Наталья, отпивавшая воду, сморщилась и ответила:

— Скоро... когда вы выйдете замуж за господина Карно.

Её голос звучал ужасно недовольно, то ли всерьёз, то ли шутя.

— Тогда ведь придётся съехать из дворца и жить в вашей усадьбе.

— Ну... так-то оно так, но у Карно уже есть его герцогская усадьба...

— И всё равно у тебя должен быть свой дом.

Ася хотела сказать, что для таких дел есть императорский дворец и всё в порядке, но внезапно осеклась. Императорский дворец, это скорее дом Алексея, чем её. Сейчас она, по сути, просто жила у него.

— Твоя правда. Поэтому я изначально, как вы знаете, планировала сделать усадьбой второй этаж нашей кондитерской...

— Ася.

— Я... я просто думала об этом! В смысле, очень давно, просто мысль такая была... — замахала руками Ася, оправдываясь.

Глядя на неё и посмеиваясь, Наталья выпила ещё стакан холодной воды и подала знак глазом в сторону выхода.

Только этого знака и ждавший слуга торопливо принёс какой-то предмет. Это был большой бумажный свиток. Наташа вытерла губы тыльной стороной ладони, поправила платье и развернула свиток. На нём была схематично изображена столица, причём несколько мест были отмечены синими чернилами.

— А?

— Ася, тебя привлекает какое-нибудь из этих мест? Из тех, что синим отмечены.

— Это... а это что такое?

— Карта?

— Да я про эти метки!

— Земля?

Ася отодвинула Наташу и посмотрела на молчавшую Людмилу.

— Люда, с чего вдруг карта? О чём Наташа говорит?

Людмила прикрыла рот согнутой кистью, прокашлялась и ответила:

— Кхм-кхм. Мы с Наташей кое-что разузнали отдельно... Это места, где можно сразу купить землю и построить усадьбу, и виды там отличные. Что бы ты ни выбрала, вариант будет хорошим. Конечно, если Его Величество позаботится об этом сам, лучше выбрать предложенное им.

С этими словами Людмила заправила длинную прядь за ухо, наклонилась над картой и принялась подробно объяснять каждую метку:

— Вот здесь сзади есть небольшая сопка, похожая на холм. Если построить на ней маленькую беседку, там будет отлично продувать ветерком. А вот это место повыше, отсюда видна вся река Вычегда.

Людмила тихо и размеренно описывала каждую точку: какой оттуда открывается вид, какие деревья растут вокруг, какие звуки доносятся издалека...

— Если не начать готовиться прямо сейчас, усадьба ведь не будет готова к свадьбе, верно?

— Оно-то да, но...

— Мы очень хотим купить для тебя землю под усадьбу. Пожалуйста, посоветуйся с Его Величеством и выбери участок.

— Что? Да нет же! Нет-нет-нет! Всё в порядке. Какую еще землю...

— Она стоит совсем недорого. Не бери в голову.

— Да уж прямо «недорого»...

— По сравнению с этим кольцом, считай, задаром, — ехидно бросила Наташа.

Ася звонко расхохоталась и взглянула на кольцо, сверкавшее у неё на пальце. Кольцо, которое Карно достал на помолвке, было ослепительно прекрасным, какого она прежде никогда не видела. Когда кольцо с бриллиантом, словно впитавшим в себя свет и излучавшим его наружу, впервые предстало перед глазами гостей, у всех на мгновение перехватило дыхание.

— Тогда скиньтесь вдвоём и купите ровно такой участок, чтобы хватило под усадьбу. Больше ничего!

— А? По... почему?

— Ася, ну ты и жестокая!

— Похоже, визитку автономной бочки придётся вернуть, — сказал Карно, зашедший попрощаться с Асей после того, как остался во дворце по окончании помолвки, и окинул взглядом троих за столом.

Людмила смущенно отвела взгляд, Наталья широко распахнула глаза, а Ася со слегка бледным лицом замахала руками.

Людмила и Наталья попрощались с Карно и Асей и удалились. Пока Ася провожала их, стоявший рядом Карно положил её руку себе на локоть и покачал головой:

— И сколько же вы втроём выпили, в самом деле?

Произнеся это, он слегка наклонил голову и откинул прядь волос, упавшую Асе на лицо. Ася прижалась к его руке и вздохнула:

— Выпытывать секреты барышни... Карно, ты совершенно не джентльмен.

— Мои секреты напечатали в газете, и теперь о них знает вся столица, а ваши тайны, я смотрю, всё ещё свято оберегаются, — ворчливо отозвался Карно.

И не без причины: подробности его предложения, пусть даже наполовину состоявшие из небылиц, уже довольно давно печатались на рекламных полосах и расходились вовсю.

Хотя весь мир знал, что дух Карно, это дух смерти, информация о том, что на самом деле это дух времени, вопреки надеждам Аси, почти не распространилась.

Его сила не исчезла и не изменилась. Суть его способности, возможность лишить человека жизни, осталась прежней, поэтому люди не слишком стремились узнать его «истинного духа». Тем не менее, появление подобных статей говорило о том, что людские предрассудки и страх перед Карно за последнее время сильно сгладились.

Ася радовалась уже одному этому. Карно было плевать, что о нём думают другие, но, поскольку Ася была счастлива, он не стал запрещать публикацию этих статей и просто оставил всё как есть.

— И какие же секретные планы вы обсуждали с таким удовольствием?

Говоря о секретных планах трёх барышень, Карно звучал весьма довольным и беззаботным. Если подумать, сегодня первый день после помолвки. Первый день после того, как они перед всеми поклялись, что станут мужем и женой.

Карно казалось, что о чём бы они ни заговорили сегодня, он будет лишь радостно смеяться.

— Подруги хотят купить мне дом.

«Или не о чём угодно?..»

Карно на мгновение замер.