Глава 13 — Без названия

Рифтан распахнул глаза от невыносимой боли. Несколько мгновений он не понимал, что с ним происходит. Он чувствовал себя рыбой, которую вытащили из воды. Он тяжело хватал воздух ртом, словно разучился дышать, и заорал, чувствуя, как всё тело горит огнём.

— Потерпите ещё немного! Я вас лечу.

В затуманенном сознании прозвучал знакомый голос. Рифтан перевёл взгляд. Маг пытался срастить почти оторванную руку. Несколько мгновений Рифтан моргал, глядя на это странное зрелище, а потом другой рукой яростно заскрёб по полу. Кости и плоть будто таяли и кипели. Он извивался, пытаясь избавиться от боли, до предела напрягал все мышцы, но что-то сковывало его, не давая пошевелиться.

Он широко раскрыл глаза и оглядел пещеру. В темноте тут и там мерцало голубоватое пламя, на полу виднелся сложный рисунок. Вскоре он понял: всё его тело, не оставляя ни единого свободного места, опутывали похожие на проросшие из земли корни.

По спине потёк холодный пот. Да это же похоже на ритуал призыва демона! Рифтан забился ещё сильнее.

— Чёрт побери! Что ты собираешься делать с моим телом…

— Я всего лишь пытаюсь вас вылечить!

Чёрные корни, оплетавшие его тело, натянулись так, словно вот-вот порвутся. Маг в ужасе прижал его за плечо.

— Пожалуйста, не двигайтесь! Обычная исцеляющая магия бесполезна при таких чудовищных ранах!

Маг скривился и сердито крикнул:

— Вы хоть понимаете, сколько крови потеряли? У вас раздроблены конечности, внутренности от электрического разряда превратились в месиво! А вы продолжали размахивать мечом… Вы рехнулись!

Он уже собирался что-то возразить, как боль снова пронзила его, будто в кости вогнали раскаленный нож. Рифтан запрокинул голову. Он отчётливо чувствовал, как заново отрастают кости в полностью раздробленных конечностей. Разорванные мышцы словно вскипали и срастались в единый комок, чтобы затем занять свое место, раздувая и натягивая кожу. Боль была такой сильной, что Рифтан подумал: лучше бы он умер. Тяжело дыша, он закричал:

— Хватит… Прекрати!

— Проклятье, вы слишком быстро пришли в себя. До полного восстановления тела ещё далеко…

На губах сама собой выступила кровь. Рифтан хотел пригрозить, что убьёт мага, если тот немедленно не остановится, но из горла вырвался лишь стон, полный боли. Рифтан скрипнул зубами. С тех пор как он ушёл из дома, ему довелось пережить всякое, но такой боли он не испытывал никогда. Не выдержав, он попытался откусить себе язык, но Рут крепко схватил его за голову и твёрдо крикнул:

— Нельзя! Терпите.

Рифтан впился в него налитыми кровью глазами — словно готов был убить. Маг тревожно кусал губу, потом будто на что-то решился и заговорил:

— Я наложу на вас иллюзию, чтобы вы забыли о боли. Попробуйте вспомнить что-нибудь… приятное, счастливое.

Рифтан ошеломлённо уставился на него, а потом разразился потоком проклятий. В такой момент вспомнать счастливое — да этот человек сбрендил. Но маг не отступал.

— Чтобы направить иллюзию в нужную сторону, сначала нужно вспомнить что-то хорошее. Если я наложу заклинание прямо сейчас, вам приснится ужасный кошмар.

— Мне всё равно, просто сделай это!

— Нельзя! В худшем случае вы переживёте сильнейшее потрясение и больше не проснётесь! Изначально это заклинание придумали, чтобы дезориентировать врага…

— П… проклятье, тогда просто дай мне умереть!

Рифтан бешено мотал головой и метался, пытаясь хоть как-то избавиться от боли. Маг старался его успокоить и в отчаянии кричал:

— Подойдёт что угодно. Приятное событие, миг, когда вы были счастливы… Вспомните хоть что-нибудь! И боль сразу уйдёт!

Рифтан скрёб пол и рычал, как зверь. Избавиться. Избавиться от боли. Он повторял про себя только эти слова и отчаянно рылся в охваченном паникой сознании.

Счастливые воспоминания.

Миг, когда ему было хорошо.

Проклятье, в голове стояла темнота. Ничего не всплывало — до нелепого, до смешного ничего. Он помнил лишь труп матери, висевший на балке, отчима, беззвучно плакавшего в темноте, голод, раздиравший живот, зловоние мусорных куч, отвращение, которое испытал, впервые пронзив человека, и бесконечные встречи со смертью… Только эти мерзкие воспоминания.

Вдруг он рассмеялся пустым смехом. Какая нелепость. Неужели в его жизни совсем не было радости? Рифтан смеялся глухо и бессмысленно, как безумец, но тут лицо его помрачнело: в памяти возникло одно воспоминание.

— Д… девочка…

— Девочка?

Маг уловил его бормотание и поспешно переспросил. Рифтан с трудом продолжил:

— Была… девочка. Я… я спас её, и она…

Боль внезапно усилилась. Рифтан начал с размаху биться затылком о пол. Когда он, теряя последние остатки самообладания, заметался, Рут поспешно удержал его.

— Продолжайте! Вы были счастливы, когда спасли эту девочку?

— Я… спас её… и она подарила мне венок.

— Постарайтесь как можно подробнее представить её облик.

Цепляясь за воспоминание, Рифтан перебирал всё, что помнил о ней. Вьющиеся волосы, пушистые, как облака. Серебристые гГлаза, сиявшие на солнце. Узенькие, понурые плечи…

Наконец всё вокруг залил тусклый свет, и свирепая боль, разрывавшая тело на части, чудесным образом ослабла. Не успев привыкнуть к резкой перемене ощущений, он пошатнулся. Его тело взмыло в воздух, затем мягко опустилось, и его окутало нечто вроде белёсого тумана. Рифтан бессознательно брёл сквозь него.

Через некоторое время зрение прояснилось, и перед ним возник знакомый пейзаж. Рифтан ошеломлённо заморгал. В прекрасном саду, заросшим разноцветными цветами, она плела венок. Лёгкий ветер прошелестел в её волосах, а рядом лежала чёрная собака, положив лапу на лапу, и лениво зевала.

Он не мог ни на миг отвести взгляд от этой мирной картины. Когда она надела венок собаке на голову, охотничий пёс завилял пушистым хвостом и принялся лизать её в щёку. В ушах мягко зазвенел её тихий смех.

«Лишь это…»

Когда-то унесённый ветром лепесток вернулся и защекотал его щёку. В груди поднялось чувство, которое он не мог описать словами. Смотреть на неё… Неужели лишь это было его единственным утешением? Неужели такое ничтожное воспоминание было единственным светом его жизни?

Он задрожал и закрыл лицо руками. Эта иллюзия словно показывала во всей полноте его пустынную жизнь. Девочка, казавшаяся такой же одинокой, как он сам. В те времена лишь её присутствие было теплом, способным согреть его сердце. Он медленно закрыл глаза, а потом снова открыл. К влажной щеке прилип лепесток. В его маленьком раю, окружённом мягким золотистым сиянием, она светло улыбалась. Он просто стоял и смотрел на неё. Стоял бесконечно долго…

***

Тело было тяжёлым и ватным. Рифтан моргнул, чувствуя, как от слабости тяжелеют веки, и вдруг ощутил чьё-то присутствие. Он резко повернул голову. У входа в пещеру сидел маг, разведя небольшой костёр. Почувствовав его взгляд, тот обернулся и с облегчением тихо вздохнул.

— А, наконец-то вы пришли в себя.

Рифтан некоторое время молча смотрел на его лицо в пятнах крови, затем медленно поднялся. Холодный ночной воздух обдувал обнажённый торс, но холода он не чувствовал. Он пошевелил конечностями, сросшимися так безупречно, словно ничего и не было, и огляделся. Стены и пол тесной пещеры, где они укрывались от дождя, сплошь покрывали сложные узоры, похожие на магические формулы.

Рифтан внимательно осмотрел их, потом провёл рукой по груди. Большие и малые раны, покрывавшие всё тело, исчезли без следа, но и это было не всё. Внутри ощущалось что-то странное, не поддававшееся описанию. Как только он это понял, Рифтан без раздумий схватил мага за ворот и прижал к стене пещеры. Тот, застигнутый врасплох, закашлялся. Рифтан вдавил его сильнее и свирепо прорычал:

— Что ты сделал с моим телом?

— Ч-что вы творите?! Я всего лишь вылечил вас…!

— Думаешь, я идиот? Это была не исцеляющая магия. Ты… ты чёрный маг?

На лице мага явственно проступило беспокойство. Рифтан скрипнул зубами.

— Пусть храмы уже не те, но попадёшься на чёрной магии — и на всей этой земле для тебя не останется места. А умрёшь — твоим костям не дадут даже лечь в землю.

Рут возмущённо крикнул:

— Это не чёрная магия! Да, она опасна… но учению не противоречит!

Рифтан недоверчиво уставился на него. Рут забился, пытаясь вырваться из хватки, и выругался:

— Проклятье! Я выжал из все силы без остатка, спасая вам жизнь, а вы что в ответ? Это уже слишком — платить побоями за добро! Без моей магии вы были бы мертвы!

— Лучше умереть, чем стать нежитью и всю жизнь скитаться по свету!

— Я же сказал, это не чёрная магия!

Маг покраснел от злости и заорал. Рифтан смерил его взглядом, полным жажды убийства, а потом разжал пальцы, словно отшвырнув его.

— Хорошо. На храмовом суде и проверим, чёрная это магия или нет.

Рут потёр шею и, побледнев, крикнул:

— Вы собираетесь отдать под суд своего спасителя?

— Спасителя? Ты превратил человека в чудовище и ещё несёшь эту чушь…!

— Я не превращал вас в чудовище! Да, мне пришлось воспользоваться магическим камнем этого чудовища, потому что собственной маны не хватало, но силу демона я не призывал!

Рут указал наружу. В окутанных густой тьмой горах смутно виднелось распростёртое огромное тело чудовища.

— Теоретически использование энергии, заключённой в магическом камне, не противоречит учению. Магические артефакты тоже делают из магических камней!

— Но твоя магия… Она явно выходит за рамки учения. Я никогда не слышал о магии, способной восстановить утраченные части тела! Разве исцеляющая магия в лучшем случае не заживляет только видимые внешние раны? А ты восстановил разорванные части тела, которые исцелить уже было нельзя. Я неправ?

После этого резкого допроса на лице мага отразилось замешательство. Рут, обливаясь холодным потом, словно загнанный в угол, наконец вздохнул и признался:

— Хорошо. Скажу правду. Магия, которую я применил к господину Калипсу, — запретная магия Мировой башни, неизвестная на Западном континенте. Если мир узнает о её существовании, и мне, и господину Калипсу придётся несладко. Потому что эта магия…

Он ненадолго замолчал, словно не зная, как лучше объяснить, а потом выпалил:

— Это магия, созданная на основе изучения регенерации троллей.