Глава 406 — Великие перемены

Хотя грандиозный план переселения и переустройства Южных Пределов, только что выдвинутый Гавейном, поначалу ошеломил всех присутствующих, по мере углубления обсуждения его осуществимость и необходимость постепенно делались всё яснее. То чувство невероятности, что возникло при первом его оглашении, отступило, и внимание всех сосредоточилось на деталях исполнения.

— ...Господа, мы должны отчётливо понимать: переселение населения — это долгосрочный план. Строительство городов, дорог и канцелярий — точно так же. Чтобы полностью завершить его, понадобится от трёх до пяти лет, поэтому мы обязаны обеспечить, чтобы всё это шло ровно и гладко, — ответив на большую часть вопросов чиновников канцелярии, с серьёзным лицом обвёл взглядом всех присутствующих Гавейн. — Первый шаг: мы должны выбрать несколько пробных точек. Первым местом, где будет проведено переселение, станет владение Хосман. Наши корпуса сейчас как раз стоят в тех краях. Весть о победе и поражении уже облетела ту землю, а гибель графа Карлов Хосмана подтверждена. Далее «принимающие войска» вступят в область Хосман и с помощью переговоров — или снарядов — отворят ворота замка Хосман, после чего объявят о смене лорда и о новом законодательстве.

Принимая во внимание географическое положение и нынешнее состояние области Хосман, я планирую половину тамошних крепостных и рабов переселить в область Сесил, а всё разбросанное население самого Хосмана сконцентрировать в городе — и на основе старого города Хосман построить новый.

Гавейн на этом умолк, но стоявшая рядом Хетти смутно догадывалась о скрытых соображениях, что стояли за этим распоряжением прародителя.

Избрать в качестве пробной точки владения именно того графа, чья смерть уже подтверждена, — Карлов Хосмана, — означало, с одной стороны, что в таком владении сила сопротивления будет наименьшей и план осуществить будет легче. С другой же стороны, это на деле было последним шансом для тех дворян, что ещё оставались в живых. До сих пор более двадцати южных дворян вместе со своими рыцарями и свитой всё ещё сидели в лагерях для военнопленных. Собственный прародитель, очевидно, хотел выжать из этих дворян последние остатки их ценности: тот жалкий авторитет, что у них ещё сохранился, те группы образованных людей, что их окружали, и то символическое значение, что они имели в глазах простого народа.

Эта ценность позволяла дворянам сохранять жизнь в лагере для военнопленных. Однако их выбор должен был определить, выйдут ли они из этого лагеря живыми. А «пробная точка» — владение Хосман — была тем обратным отсчётом, что отмерял срок, пока они сделают свой выбор.

До того как обратный отсчёт истечёт, прародитель пока что не тронет их земель — это делалось для того, чтобы сохранить спокойствие миллионов людей на Юге. Как-никак, землевладельческая дворянская система царила здесь семьсот лет, и, если бы в один миг все лорды на этой земле оказались вырезаны, это, пожалуй, повергло бы всех в ужас — даже если бы конечной целью всего этого и было дать им всем лучшую жизнь.

Но когда обратный отсчёт закончится, её прародитель, с виду такой мирный, а на деле — железный дланью, боюсь, будет вынужден обратить все земли Южных Пределов, кроме тех, что входят в сферу влияния Сесила, в «ничьи земли».

— Есть ли ещё у кого-нибудь вопросы? — видя, что никто больше не раскрывает рта, Гавейн легонько постучал по столу и спросил.

— ...Касательно строительства новых городов в ходе переселения населения, — заговорила Хетти, и на её лице проступило несколько смущённое выражение, — у нас, боюсь, пока нет лишних плат для магической сети, да и поставка базовых маго-материалов тоже составляет проблему. Бюджет этой весны весь ушёл на зону осваиваемого Северного Берега и Западный Новый Район, а ещё довольно большое количество маго-материалов было пущено на строительство Твердыни Дерзания...

Говоря это, Хетти всё больше теряла уверенность и тайком бросала взгляды на лицо Гавейна. Бюджет в этой части составляла она, но на утверждение Гавейну его тоже подавала. Очевидно, что, когда бюджет свёрстывался, никто и помыслить не мог о том, что за пределами владений Сесил придётся строить маго-индустриальные города.

Однако, услышав слова Хетти, Гавейн с совершенно беззаботным лицом ответил:

— В этом отношении можно не тревожиться.

Хетти на мгновение опешила:

— У прародителя есть особый план?

Гавейн невольно рассмеялся:

— В тех районах, что я выбрал, уже есть готовая маго-сеть. Нам не придётся её строить. Пошлём несколько маготехников проверить состояние стыковочных узлов, а затем прямо подключаем оборудование.

Хетти, верно, за сегодняшний день от усиленной умственной работы на совещании так изнурила мозг, что не сразу сообразила. Но сейчас, после намёка Гавейна, она вдруг прозрела:

— А! Вы же магическую сеть...

— Благодарю дружественных соседей за продвижение. Ныне весь Юг устлан маго-сетью, — Гавейн с чувством глубокой иронии покачал головой. — Они умеют лишь освещать ею, питать магические башни да подавать энергию на шахтные машины. Откуда им знать ценность универсального источника энергии... Ах да, кстати о шахтном оборудовании: мы даже шахтное оборудование можем временно использовать местное. Хотя это всё старые модели, что Сесил туда продавал, для начального этапа строительства их хватит с избытком.

Гавейн сделал паузу и добавил ещё:

— Разумеется, те старые дворяне, когда строили магическую сеть, думали только о своих поместьях и замках. Проложенная ими сеть охватывает не слишком большие площади. Когда мы в будущем начнём её использовать, нам, конечно, придётся её расширить. Но, к счастью, сейчас у нас есть технология маго-обелисков, способных передавать ману на расстояние, и ограниченность радиуса сети — не такая уж страшная проблема. Когда вернёшься, сделай заказ Механической мастерской: пусть в первую очередь изготовят партию маго-обелисков.

Слыша эти распоряжения Гавейна, Хетти в душе полностью перевела дух, а при мысли о тех магических сетях, что сейчас работают по всем Южным Пределам, на её лице невольно проступила странная улыбка.

Гавейн, видя улыбку Хетти, тоже невольно улыбнулся.

Каждый из чиновников канцелярии в зале совещаний видел улыбку своего лорда. Вспомнив, как за последние полгода все южные дворяне, большие и малые, разорялись в пух и прах, строя магическую сеть и закупая шахтное оборудование, они тоже все как один заулыбались.

Понимающие. И единодушные.

Зал совещаний наполнился радостным воздухом.

Однако в королевской столице за тысячу лиг отсюда, в древнем и величественном Серебряном замке Санкт-Сунила, воздух был лишь тяжёл и гнетущ.

Белое длинное платье, словно снежный вихрь, пронеслось по длинной анфиладе Серебряного замка. Северная герцогиня Виктория Вильдер с несколькими спутниками стремительно пересекала коридор. Эта всегда холодная, лишённая эмоций герцогиня сегодня казалась ещё более ледяной, чем обычно, но мелкие снежинки, беспрестанно вздымавшиеся окрест её спешных шагов, выдавали, что душа её далеко не спокойна. Такая торопливость нечасто бывала ей свойственна.

Она вошла в зал «Золотой Розы» на верхнем ярусе замка. В этом малом зале, предназначенном лишь для совещаний лиц, облечённых самой высшей властью в королевстве, она увидела герцога Барда Вендела, чей облик дышал утончённостью и книжной учёностью и кто был облачён в тёмный кафтан.

Этот похожий на немолодого джентльмена герцог Западных Пределов стоял у окна, глядя вниз, во внутренний двор замка. Услышав шум от вошедшей Виктории, он обернулся, но почти сразу же отвёл взгляд обратно.

В конце его взгляда, на внутренней площадке Серебряного замка, можно было отчётливо различить следы пожара, разрушений и надругательства — совсем свежие, словно оставленные лишь несколько дней назад.

Так и было — они остались после того, как в замке подавили мятежников.

Несколько дней назад в Серебряном замке внезапно вспыхнула смута. Смертники подожгли кабинет Франциска Второго и опочивальню принца Эдмонда. Этот мятеж был быстро усмирён совместными усилиями одарённых, находившихся в замке, но последний отчаянный бросок смертников оставил во внутреннем дворе эти режущие глаз следы.

А за стенами замка, по всему Санкт-Сунилу, за последние дни также случилось с десяток больших и малых диверсий. Разрушители, казалось, лишь стремились посеять хаос в столице, не гнушаясь ни поджогами, ни отравлениями. И пусть подозреваемых в каждой диверсии быстро хватали и казнили, сами эти разрушительные действия приводили герцога Барда Вендела в смятение и заставляли его смутно ощущать, как гигантская тёмная туча сгущается над этим королевством.

И вот теперь явилась Виктория — такой спешной поступью. Эта госпожа герцогиня, верно, принесла ещё худшие вести.

Тот слух, что два дня назад проник в Серебряный замок, похоже, был правдой.

— Подтверждено. Это правда, — как он и ожидал, северная герцогиня заговорила очень быстрой речью. — Франциск Второй мёртв в Крепости Ветров. Сайлас Лоуренс и Эдмонд объявляют, что король пал от руки убийцы, посланного из столицы. Они подняли почти всё дворянство Восточных пределов и уже двинули войска на равнины Святого Духа. На стыке равнин Святого Духа и Восточных пределов уже произошло несколько мелких пробных столкновений.

Затем она добавила:

— Вообще-то весть должна была прийти раньше, но все мои соглядатаи, расставленные в Восточных пределах, были вырезаны, и магическая передача тоже подверглась помехам... Похоже, Сайлас Лоуренс и Эдмонд готовились к этому дню уже очень долго.

Бард Вендел закрыл глаза, и тело его невольно слегка пошатнулось.

Лишь две минуты спустя этот герцог Западных Пределов наконец открыл глаза. Он глубоко вздохнул и через силу заставил себя успокоиться:

— Как мы и предполагали. Та мелкая смута в столице была лишь прелюдией. Неслыханный, чудовищный заговор свершился прямо у нас под носом.

— Весть скоро распространится. Эдмонд Моэн, боюсь, подготовил не только те жалкие диверсии... Я подозреваю, что среди столичной знати у него ещё остались люди, и когда весть достигнет столицы, они начнут действовать: разжигать и направлять чувства дворян, заставляя их поверить в ту зловредную клевету, что пришла с Востока, — продолжала Виктория Вильдер, и в этот миг она была спокойна до невероятности. — Мы должны действовать прежде, чем это случится.

— Мы не сможем изобличить этих людей до того, как они начнут действовать, а если мы схватим их уже после того, как слухи поползут, это, напротив, лишь ухудшит положение, — нахмурился Бард Вендел. — Единственный выход — чтобы мы сами испустили весть прежде них...

Северная герцогиня и Западный герцог на время умолкли. После полуминутного молчания Виктория Вильдер редкостно вздохнула.

— Огласите, — произнесла она. — Огласите... что принц Эдмонд Моэн — отцеубийца и цареубийца, а Сайлас Лоуренс поднял мятеж... Во имя защиты порядка в королевстве и отмщения за короля мы начинаем войну против Восточных пределов.

Бард Вендел молча кивнул. Спустя несколько секунд он издал долгий вздох:

— Наш король сказал, что принесёт мир. Он не вернулся — и мир не вернулся.

.....

Шёл 736-й год Анзу, последний день второй недели Огненного Месяца.

В этот день вторая гражданская война в Анзу официально началась.

(Конец главы)