Глава 304 — Эльфийский наблюдательный пункт

«Технический чёрный ящик» в области магии был проблемой, что доставляла Дженни и Камаэлю больше всего мучений.

Рунная логика Дженни была острым орудием при оптимизации и перестройке традиционных формаций. Основанная на математических законах, она могла с чисто вычислительного уровня упростить магическую формацию, устранить ненужные интерференционные узлы, усилить действенную мощность формации или понизить требования к её работе. И в этом процессе от оператора не требовалось дара ощущать магию. Но у рунной логики были и ограничения. Чтобы перестроить формацию, нужно было сперва её «разделить», иными словами — прежде всего определить, какие функции выполняют различные рунные зоны в этой формации, установить, какие руны находятся в одной интерференционной зоне, а какие непременно должны быть сохранены для независимой работы.

Только проведя такое действенное разделение формации, можно было приступать к последующей оптимизации и перестройке.

При такой предпосылке «технический чёрный ящик», разумеется, становился камнем преткновения.

Возникновение технического чёрного ящика было связано с происхождением магии. Когда первый смертный первопроходец, подражая первозданным магическим письменам на теле древних магических зверей и природных минералов, выпустил первое заклинание, тогда и возник технический чёрный ящик. За тысячи лет бессчётное множество заклинателей исследовали эти сложные и древние символы и линии. Множество заклинаний в этом процессе было разложено и стало «полностью разобранными заклинаниями». Но всё ещё почти половина магии оставалась в состоянии чёрного ящика.

Почти все чёрные ящики были размыты и громоздки. Они сохраняли самую первозданную структуру заклинания. Будь то заклинательная модель или рунная матрица — всё пребывало в неразобранном состоянии. Ты решительно не мог понять, сколько в их рунной комбинации функциональных зон, что с чем можно объединить, а что существует независимо. В таком состоянии, если напрямую применять формулы, можно, возможно, на математическом уровне разложить руны по полочкам одну за другой, но сама структура формации в этом процессе будет полностью разрушена.

С простыми низкоуровневыми формациями этой проблемы не было, потому что у них зачастую было очень мало функциональных зон, а то и всего одна цельная зона (как «ячейка» сотовой магической сети). Но начиная со среднего уровня, функциональные зоны формаций (или, пользуясь термином, что изобрела Дженни, — «рунные домены») становились всё сложнее, и явление технического чёрного ящика встречалось всё чаще.

Камаэль и Дженни как раз взялись разрешать эту проблему. Они пытались через упорядочение базового языка элементов, базовых заклинательных моделей и базовых рунных ячеек, путём обобщения, вывести набор действенных законов, по которым можно было бы «разбирать» большинство формаций. Эту работу когда-то уже пытались вести, но из-за отсутствия правильного исследовательского подхода и математического инструментария она провалилась. Однако Камаэль и Дженни были полны уверенности и уже добились кое-каких первоначальных успехов.

Гавейн верил в их способности и верил, что с появлением относительно зрелого технического образца от Спящих они непременно смогут найти точку прорыва для взлома технического чёрного ящика заклинания дальней связи. Это окажет величайшую помощь как в исследованиях магической области, так и в практическом развитии владений…

.....

На северо-западной окраине Тифонской империи, в одной горной долине.

Эта долина для тифонцев была особым местом. По сути, для всех четырёх людских королевств — в каждом из них было по одному-два подобных «особых места». Эти места находились в пределах людских королевств, но с точки зрения административного деления они были далёкой территорией Серебряной Империи. В крупном случае они занимали целую горную долину, в малом — всего лишь один город. И было у них общее: жители там почти поголовно были серебряными эльфами.

Это были места расположения «наблюдательных пунктов», учреждённых Серебряной Империей.

Во время бедствия Магического прилива семисотлетней давности возведённая под водительством эльфов Великая Стена в конце концов сдержала распространение катастрофы и заперла жуткую хаотическую магическую энергию и бешеные полчища чудовищ в центральной части континента. Однако особой эльфийской магией могли владеть лишь сами эльфы. Построенные ими Башни Стражей тоже требовали для управления именно эльфийских заклинаний. Поэтому, чтобы следить за барьером Великой Стены, эльфы и учредили по всему периметру несколько наблюдательных пунктов. Учитывая то, как люди создавали четыре королевства, эти наблюдательные пункты, очевидно, могли находиться лишь на территории людских королевств.

Сдерживание Гондорской Пустоши было вопросом, касавшимся самого существования государств. У людских королевств не было выбора, и они должны были признать это положение. Пусть они и были гордыми выжившими из Гондора, но после того как грянул Магический прилив и империя пала, даже величайшая гордость должна была уступить рассудку.

К счастью, отношения между эльфами и людьми всегда были неплохи, и эльфы были расой, что держит слово. Эти «вечные колонии» на землях людских королевств всё же могли мирно сосуществовать с внешним миром. Семьсот лет минуло, и эльфы на наблюдательных пунктах установили с внешними людьми прочное молчаливое взаимопонимание, что сохранялось и поныне.

Сольдеррин и назвавшаяся «Бельной» эльфийская друидесса вместе шли по дороге, что вела в глубь долины. Впереди, в поле зрения, уже показались изящные шпили в стиле Серебряной Империи и сияние магии.

Сольдеррин поднял голову и посмотрел на ту высокую башню, что стояла в самой глубине долины, и тихо выдохнул.

Эта башня и была центральным зданием наблюдательного пункта — «Башней Дальней Связи», что служила для соединения и обмена данными с Башнями Стражей. Её вершина была инкрустирована изготовленным лично магистрами из Святилища Звёзд большим резонансным хрусталём. При достатке энергии он мог передавать сигнал на расстояние более сотни километров — этого хватало, чтобы достать до Башни Стража, что стояла по другую сторону долины.

Сольдеррин оглянулся. По другую сторону долины он отчётливо видел в небе полосу сумрачного разграничения: там была сторона Гондорской Пустоши.

Назначением наблюдательного пункта было следить за Пустошью и определять состояние Великой Стены. Но, стоило лишь подумать, и становилось ясно: наблюдатели не могли и впрямь пойти и прямо под Башней Стража построить постоянное наблюдательное сооружение. Хотя Великая Стена и запирала большую часть хаотической магической энергии, ежегодно просачивавшаяся сквозь барьер смертельная радиация всё равно была способна серьёзно подорвать здоровье наблюдателей. Поэтому все наблюдательные пункты вели удалённое слежение: построить башню связи за пределами безопасной дистанции и через передачу сигнала в реальном времени узнавать о состоянии Башен Стражей — это был самый безопасный и самый надёжный план.

Конечно, если какая-нибудь Башня Стража и впрямь выходила из строя, ближайший наблюдательный пункт всё равно должен был послать людей, чтобы на месте разобраться. В каждом пункте имелась постоянно готовая к таким кризисам инженерная команда. Хотя эти команды, возможно, за несколько столетий ни разу не выполняли настоящего задания, эльфы никогда не допускали в этом послаблений.

В конце концов, жизнь у них долгая.

Бельна лёгкой походкой шагала рядом с Сольдеррином и выглядела весьма радостной. Эта эльфийская девушка, казалось, была очень счастлива увидеть больше соотечественников.

За эту дорогу Сольдеррин уже узнал о Бельне многое. Эта с виду весьма живая эльфийская девушка, кажется, совсем не умела держать язык за зубами. По сути, стоило лишь спросить, как она тут же выбалтывала кучу всего о себе. По сравнению с ней, Сольдеррин казался крайне скупым на слова.

В конце концов, он сейчас был под чужой личиной. Чем меньше говорить, тем меньше риск раскрыться.

Сольдеррин не стал снимать маскировку, даже когда миновал людские заставы. Потому что постоянно сохранять бдительность было непременным качеством превосходного следопыта. Тем более что, выходя в путь, он взял с собой только женское платье…

Всё же это был заправский мастер.

Когда Бельна в третий раз изобразила глупую улыбку, Сольдеррин невольно глянул на неё:

— Ты очень рада.

— Конечно! Мы почти у наблюдательного пункта! — весело улыбнулась Бельна. — Это же самый большой наблюдательный пункт на всём севере континента! Вокруг него целый город! Как войдём и устроимся, я первым делом найду таверну, закажу огромную кружку фруктовой медовухи и наемся до отвала сушёных фруктов и суминских пирожков! Скажу тебе, в мире людей всё хорошо, только вот еда — это просто ужас. Я уже сыта по горло этими лепёшками и дрянным пивом…

Сольдеррин молча слушал бормотание Бельны, и незаметно для них обоих вход в город уже показался неподалёку.

Как и сказала Бельна, это был самый большой наблюдательный пункт в северной части континента. Эльфы заняли здесь всю долину и в её глубине построили довольно большой город с Башней Дальней Связи в центре. Глядя на шпили и стены в эльфийском стиле, а также на сородичей-соотечественников, что несли стражу у входа в город, Сольдеррин невольно чуть улыбнулся.

У городского входа стражники остановили их обоих для уставной проверки личности и опроса.

Сольдеррин доставал удостоверявший его личность знак Серебряной Империи и попутно невзначай спросил:

— В последнее время были какие-то подвижки от Башен Стражей?

— Всё в норме. И Башни Стражей, и наблюдательный пункт, и город — всё в норме, — ответил проверявший стражник в серебристо-белом эльфийском форменном лёгком доспехе, сжимая в руке длинное копьё. Он одной рукой принял знак Сольдеррина и попутно спросил: — Как ощущения от странствий в мире людей?

Сольдеррин слегка улыбнулся:

— Чувство новизны ещё есть. Их общество всё время стремительно меняется.

Конечно, меняется стремительно. Прародитель, семьсот лет провисевший на стене, вдруг сам вылез — такое действо кто из вас видел?

— Хм? — стражник проверил выгравированные данные на обороте знака и вдруг издал озадаченный звук. Он поднял голову и посмотрел на Сольдеррина. — Сольдеррин, мужчина, семья Инелиста. Ты подтверждаешь, что этот знак — твой?

— Ах, я и забыл об этом, — Сольдеррин поспешно хлопнул себя по голове и затем испустил на знак маленькое заклинание. Магический резонанс доказал, что именно он является владельцем. — Это я.

— Так ты… — стражник оглядел с головы до ног охотничий наряд Сольдеррина. — Натворил бед в людском обществе? В розыске?

Видно было, что это тоже много повидавший стражник.

Сольдеррин не собирался объяснять слишком много. Хотя перед ним и был соотечественник, объяснять кое-что было хлопотно, и он невзначай тихо проговорил:

— В последнее время сменил стиль одежды.

Стражник с понимающим видом кивнул:

— А, тогда вопросов нет.

Видно было, что это воистину много повидавший стражник.