Глава 240 — Правда

Вместе со вспышкой оккультных искр Камаэль обернулся и тихо уставился на почти тысячу кресел в зале и на девятьсот семьдесят два тела своих бывших соратников, что уже давно почили вечным сном.

— Тысяча лет… Тысячу лет назад я был одним из главных исследователей Имперского корпуса королевских магов. Секретный указ, отданный лично его величеством императором, перевёл меня из столицы в эту твердыню на северной границе. Когда я впервые увидел её, я был так же поражён, как вы сейчас.

Империя втайне построила этот комплекс. План начался ещё за тысячу двести лет до нынешних дней. Да, как вы только что сказали, мы готовились противостоять Магическому приливу. Императорская семья очень рано осознала приближение Магического прилива и всё это время искала путь к спасению. Это был грандиозный и тайный план. Императорская семья и весь Корпус магов участвовали в нём, но лишь единицы знали его в целостной картине. Даже будучи главным исследователем Имперского корпуса королевских магов, я в этом плане знал лишь то звено, за которое отвечал.

Моей задачей был анализ силы божеств и поиск пути соединения божественного генетического фактора с человеческими клетками…

Прошу, не перебивайте меня. Я знаю, всё это звучит для вас немыслимо. Но тысячу лет назад это и впрямь происходило.

Когда я прибыл в эту твердыню, план работал уже двести лет. Мы нашли точное место падения Белой Звезды. Оно находилось не в реальном мире: чтобы достичь его, нужно было пройти мир Теней и достичь границы мира Призрачных Теней. Поэтому мы построили на нижнем уровне Твердыни Дерзания пространственные врата. Эти врата с помощью силы божеств пробили барьеры между несколькими «слоями». И поисковый отряд принёс оттуда образцы плоти Бога Природы…

С этими словами Камаэль поднял руку, сотканную из оккультной энергии, и указал на стену. Со вспышкой крохотной электрической искры на прежде цельной стене вдруг проявилась скрытая изолирующая дверь. С механическим скрежетом дверь медленно отворилась. Камаэль медленно поплыл к ней:

— Прошу за мной. Я надеюсь, что бы вы ни увидели, вы сохраните спокойствие.

Гавейн и Хетти переглянулись и с людьми последовали за Камаэлем.

— Мы заплатили огромную цену. Смертным нельзя напрямую касаться плоти божеств. Даже прямой взгляд на неё смертельно опасен, не говоря уж о том, чтобы извлекать из неё энергию и генетический фактор. Но в мире Призрачных Теней мы обнаружили некие предметы, «смешанные» с божественным трупом. Эти предметы помогли нам найти способ противостоять разъеданию божественной силы… Хотя и сработал он лишь частично.

Следуя за Камаэлем, Гавейн увидел те скрытые комнаты и тайны, что всё ещё хранились в них.

В одной из лабораторий он увидел скованные и запечатанные сложным магическим кругом огромные куски металла и хрусталя. Эти обломки, казалось, были отделены от какого-то гораздо более крупного искусственного объекта. И хотя они пролежали здесь невесть сколько лет, они до сих пор сохраняли вид совершенно новых.

— Их материал… — с серьёзным лицом произнёс Гавейн, глядя на эти металлические и хрустальные осколки. — Такой же, как у Вечной Скрижали?

Камаэль кивнул:

— Да. Совершенно такой же. Эти предметы находились вместе с божественными останками и даже выглядели так, будто именно они и стали причиной гибели божества. Однако мы так и не поняли истинной связи между Вечной Скрижалью и этими предметами.

Сердце Гавейна дрогнуло. Он уже смутно догадывался об истине, но ничего не сказал.

А Камаэль, пройдя эту комнату, поплыл дальше:

— Я не знаю всего замысла в целом. Но я узнал, что сила божеств — единственное, что, возможно, способно противостоять Магическому приливу. И единственный способ для человечества уцелеть в нём — изменить саму форму нашей жизни. После нескольких десятков лет исследований первопроходцы уже нашли способ извлекать энергию из плоти божеств. А команда под моим руководством пошла на этом основании ещё дальше: ввести генетический фактор божеств в человеческие клетки и тем самым на фундаментальном биологическом уровне изменить саму сущность человека.

Таким путём человек, возможно, сможет стать носителем этой «силы божеств». Даже слабейшая её крупица способна принести надежду на выживание в Магическом приливе. В лаборатории «снаружи» я вырастил первые экспериментальные образцы. Я назвал их «Божественными порождениями»…

— Вот оно что… — тихо пробормотал Гавейн.

Камаэль не расслышал:

— Что?

— Нет, ничего, — Гавейн посмотрел на этот древний магический дух. — А дальше? Божественные порождения удались?

— В конце концов удались. Мы создали стабильный генетический фактор. Его можно было безопасно соединить с человеческими клетками, и он передавался бы из поколения в поколение. Люди, несущие этот генетический фактор, не умирали от злокачественных мутаций, как первые «Божественные порождения». Напротив, они могли бы, когда придёт Магический прилив, подвергнуться полезной быстрой мутации, мутировать и приспособиться к новой среде до того, как их организм погибнет… Теоретически.

Камаэль привёл Гавейна и его спутников в следующую комнату. Здесь они увидели ровные ряды инкубационных контейнеров. Эти контейнеры отлично сохранились. В полупрозрачном биологическом растворе были погружены человеческие образцы разных периодов. Первыми образцами были огромные трупы с раздутыми, распухшими телами и проросшими наружу уродливыми кристаллами. Но чем дальше, тем стабильнее становилось состояние образцов. В самом последнем контейнере это был уже почти здоровый человек.

— Ты сказал «теоретически»? — Гавейн посмотрел на парящего впереди Камаэля, и в его душе смутно зародилась догадка. — Вы не провели испытания?

— Невозможно было провести, — остановился Камаэль. — Все данные о Магическом приливе можно было лишь моделировать. Мы моделировали его с помощью Колодца «Глубинная Синева». Но каков истинный Магический прилив… вероятно, знают лишь боги. А мы как раз против них и восстали.

Произнеся это, древний магический дух повёл всех дальше. Гавейн заметил, что они поднимаются ещё выше: в этом комплексе был ещё и третий уровень.

— Когда работа над Божественными порождениями была завершена, миссия этого комплекса закончилась. Люди ушли. Материалы и образцы отправили обратно в столицу. Но ушли не все, — голос Камаэля эхом отдавался в пустом коридоре, бесплотный, словно призрак. — Мы не знали наверняка, смогут ли Божественные порождения противостоять Магическому приливу. Не знали, не обрушатся ли на человечество новые бедствия. Поэтому была отобрана группа людей — «семена». Семена были запечатаны в самой глубине этого комплекса, в изолированном от реального мира ином пространстве. Если бы «мир снаружи» и впрямь погиб, мы, по крайней мере, оставили бы человечеству последнюю ниточку надежды.

— Это те, кого мы видели в зале… — пробормотала Хетти и вдруг повысила голос: — Вы что же, намеревались силами нескольких сотен человек восстановить человеческое общество?

— Нет. Нас было не несколько сотен, — Камаэль, кажется, усмехнулся, но всё выражение его лица терялось в хаотичных, призрачных оккультных искрах. Он замер перед массивной дверью в конце коридора. — За этой дверью — зал стазиса. Изначально в нём было шестьдесят тысяч человек.

— Шестьдесят тысяч?! — расширила глаза Хетти, но тут же ухватила суть его слов. — Ты сказал… «изначально»?

— Да. Изначально.

Камаэль отворил эту дверь. Когда тяжёлая, древняя изолирующая створка медленно разошлась, взору всех предстало то, что было внутри зала стазиса.

Все онемели от ужаса.

За дверью было раздробленное, искорёженное пространство. Никакого зала стазиса здесь не было. Не было и шестидесяти тысяч «семян» для восстановления цивилизации. Снаружи царил безумный полумрак. Вдалеке бушевали гигантские пространственные трещины и яростные энергетические вихри. Повсюду, куда ни кинь взгляд, плавали в воздухе каменные глыбы, разбитые обломки и хаотичные, неясные тени. Лишь маленький клочок земли да несколько изодранных кусков стен и купола были последними следами зала стазиса.

Казалось, дикая буря обрушилась на это место и полностью разорвала, поглотила зал стазиса.

Это было зрелище, внушавшее отчаяние. Но Камаэль много лет назад уже спокойно принял этот факт. Он лишь тихо закрыл створку и повёл всех в другом направлении, медленно рассказывая, что произошло в те годы:

— Мы совершили фатальную ошибку… Даже спрятавшись здесь, мы не укрылись от Магического прилива.

— Магический прилив ударил по убежищу и вызвал цепную реакцию обрушения пространства. Всё, кроме малой части уцелевшего комплекса, было уничтожено энергетическими волнами и пространственной бурей. Шестьдесят тысяч человек исчезли беззвучно и бесследно. Уцелели лишь «Смотрители», находившиеся в центре комплекса.

— Смотрители были добровольными стражами. Мы погрузились в сон в малом зале стазиса. Раз в двадцать лет мы пробуждались, чтобы проверить, что в зале стазиса, и получить последние новости из зала связи. Мы вновь и вновь засыпали, вновь и вновь просыпались, глядя, как шестьдесят тысяч человек без чувств лежат в зале стазиса, а из зала связи приходят вести о том, что в империи всё благополучно.

— Вы не можете вообразить, что это было за чувство… Через сто лет после запечатывания комплекса умер последний человек, которого мы знали во внешнем мире. Через сто шестьдесят лет Магический прилив всё ещё не случился. Империя всё ещё процветала. Мы даже начали сомневаться в нужности и смысле этого плана. Возможно, Магический прилив вообще никогда не случится. Мы, девятьсот с лишним добровольцев и шестьдесят тысяч «семян», лишь в трепете и страхе тревожились о смехотворном пророчестве о конце света и ради этого призрачного, неясного ужаса растратили все свои жизни. Но мы по-прежнему честно исполняли приказ и соблюдали клятву, принесённую в те годы. Через двести сорок лет после запечатывания комплекса часть людей начала сдавать. У нас вспыхнул малый внутренний конфликт. Кто-то уже готов был отворить врата изнутри. Но в конце концов великий маг Вигмар овладел положением. А потом…

Камаэль надолго умолк, и лишь затем низко зазвучал его голос:

— Мы были пробуждены пронзительным воем тревоги. В полном хаосе получили донесение, что твердыня получила сокрушительный удар. В зале связи мы увидели последнее сообщение, посланное его величеством императором. Мы были последними выжившими. Нужность и смысл этого плана наконец получили подтверждение. Но всё пошло совершенно не так, как мы предполагали.

— Зал стазиса был уничтожен. Две трети всего комплекса исчезли в буре. Магические врата в реальный мир тоже закрылись из-за воздействия Магического прилива. Но даже если бы врата не закрылись, мы не смогли бы покинуть это место. Во внешнем мире уже нельзя было выжить. Для нас осталось лишь это крохотное, в один вершок, пристанище.

— Мы прошли через хаос. Прошли через отчаяние. Прошли через истерику и даже жестокие стычки. Но в конце концов… мы решили жить.