Глава 951 — Без названия

Хань Ячжу понимал, что это мелочно с его стороны, но втайне желал, чтобы провал, разверзшийся под каменоломней, продолжал разрастаться. Своими глазами увидев это испытание, он как никогда отчетливо осознал: Седьмой Зоне нужна любая помощь, какую только удастся раздобыть.

Отряды Доннитона… эти непревзойденные мастера, сражавшиеся против Рэндидли Гостхаунда… Они оставили в его душе глубокий след. Пока какая-нибудь другая группа не сможет выставить в бой столь же грозную команду экспертов, Доннитон будет оставаться непоколебимой силой на Земле.

Как бы то ни было, Ханю оставалось довольствоваться тем, что черная бездна, внезапно разверзшаяся после финального взрыва, поглотила каменоломню целиком. Близлежащий утес обрушился в темную глубь провала, но гора, на которой располагался жилой район Доннитона, оказалась незыблемой. Перед лицом полного уничтожения она устояла.

Насколько Хань мог судить, северная часть Производственного Района получила кое-какие незначительные повреждения, но все они были пустяковыми. В некоторых местах земля просела примерно на фут-другой, но большинство людей это не смутило. Они испытывали лишь страх перед возможностью того, что подобное может повториться в будущем.

Ударные волны битвы ослабили скальное основание под городом, а залечить такие раны непросто. Однако большинство горожан не верили, что сражение наверху действительно могло нанести столь глубокие повреждения внизу. Скорее всего, там уже имелась структурная слабость, которую битва лишь усугубила.

И все же, когда Хань применил свой навык восприятия, чтобы заглянуть в самую глубь провала, он увидел там сеть необъяснимых туннелей.

«Или паутину корней, которую пустило бы исполинское древо», – мысленно рассудил Хань. Но озвучить эту теорию он не решился. Если это правда…

За те несколько часов, что Хань наблюдал за провалом, странный маг земли, состоявший на службе у Доннитона, был возвращен к жизни Хирургом Нортвинд и напоен галлонами высококачественных зелий маны. После этого он послушно принялся укреплять территорию вокруг провала и выяснять, насколько глубоко уходят повреждения почвы.

Хань бесстрастно наблюдал за тем, как этот человек, выбиваясь из сил, кружит по осыпающемуся краю бездны. Не завидная доля – быть специалистом по камню в Доннитоне. Он повернулся к Ся:

— Нам не стоит находиться так близко. Здесь все еще опасно. Если что-то случится…

Нахмурившись, Ся даже не удосужилась повернуться к нему лицом, когда заговорила:

— Ты не хуже меня знаешь, что у нас обоих достаточно подвижности, чтобы избежать любой опасности. Но… неужели ты не чувствуешь? В воздухе вокруг этого провала что-то есть… Он несет в себе его след. Если мы вернемся, мы должны унести с собой хотя бы крупицу этого следа.

Хань сохранял бесстрастное выражение лица, хотя в душе проклинал свою долю. Из всех трех личностей Сян Лэ по какому-то злому року именно ему выпало нянчиться с Ся. Она была самой своенравной и непредсказуемой из них, из-за чего Ханю приходилось нелегко: нужно было балансировать на грани между проявлением должного уважения и тем, чтобы не дать ей погибнуть по глупости.

Она словно не осознавала собственной хрупкости. Даже сейчас Хань подозревал, что из-за своей невысокой силы она просто не способна понять, насколько сокрушительная мощь, явленная в той финальной схватке, перечеркнула надежды Седьмой Зоны стать сверхдержавой.

В данном случае Ся, скорее всего, была права в обоих отношениях. Похоже, расширение провала достигло своего предела. К тому же поблизости находилось несколько отрядов Доннитона, не позволявших им подойти ближе. Никто не хотел, чтобы кто-то свалился в яму, не зная ее точной глубины. Сегодня им не грозила немедленная опасность.

Кроме того, Хань и сам это чувствовал. Часть образа Рэндидли Гостхаунда все еще витала здесь. И все же Хань Ячжу не верил, что скопировать эту силу будет легко.

Система даровала людям могущество, но оно оставалось ничтожно малым перед мощью целого мира.

То, что удалось сделать Рэндидли Гостхаунду, – это захватить силу мира, силу истории. Такое невозможно получить за особые заслуги. Система не предоставит подобного мастерства на блюдечке.

«Это сила, за которую нужно проливать кровь», – знал Хань.

Что же касается самого воздуха… Лицо Ханя напряглось. Воздух был тяжелым от крови и влаги. Огромная дыра словно дышала, рождая странную вибрацию, которая едва слышно доносилась до них. Вероятно, у самого края этот гул становился оглушительным.

Этот провал казался не природным явлением, а шрамом, который Рэндидли Гостхаунд нанес Доннитону. Хань вспомнил пустую черноту пасти того чудовища, прикрытую лишь тонким слоем кожи, – этот провал выглядел точно так же. Содрогнувшись, Хань отвернулся:

— Полагаю, мы собрали все сведения, какие могли. Есть ли смысл оставаться здесь дальше?

Ся проигнорировала его вопрос и задала свой собственный:

— Какова позиция Доннитона относительно случившегося? Состоится ли последний этап испытания?

Хань покачал головой:

— Доннитон объявил, что на этом этапе победил Рэндидли. Однако из-за разрушения арены у них не осталось иного выбора, кроме как отложить финальный раунд. Таким образом, исход испытания пока официально считается ничьей на неопределенный срок.

— Ничьей? Кого они пытаются обмануть, — горько усмехнулась Ся. — Никто из тех, кто видел эту битву, не поверит в ничью.

«Удивительно, что ей хватило ума это понять. И при этом она совершенно не боится за будущее нашей Славной Зоны…?» – подумал Хань, а затем мысленно махнул рукой. Воистину, поступки Сян Лэ были непредсказуемы. Они были головой, а он – всего лишь скромным послом. Возможно, его прежняя паника была напрасной.

Скрестив руки на груди, Хань наблюдал за тем, как элитные отряды Доннитона медленно стягиваются к краю провала. С момента его появления прошло уже несколько часов, а значит, время близилось к полуночи. И все же они уже вовсю готовились исследовать это новообразование. Если в чем Доннитону и нельзя было отказать, так это в упорстве.

— А сам Рэндидли? — Спросила Ся. — Если возможно, я бы хотела устроить с ним встречу. Учитывая характер его отношений с Доннитоном…

Но Хань покачал головой:

— Женщина, с которой он сражался плечом к плечу, Хелен, отправилась на переговоры с руководством Доннитона. Но от наших шпионов в городе не поступало никаких вестей о самом Рэндидли. После того как он обрушил свой… финальный удар, он словно сквозь землю провалился.

Ся быстро забарабанила пальцами по кожаному поясу:

— Раз так… Полагаю, нам больше нет смысла здесь оставаться. Мы должны вернуться как можно скорее и начать исследования образов. Тебе удалось уловить суть этой техники?

Лицо Ханя исказилось от досады. «Уловить суть этой техники…?» Людей, которые ее исполнили, едва ли можно назвать людьми. Как вообще можно так легко это понять…?

Даже сейчас из провала вырывался поток воздуха, наполняя пространство тихим стоном. Хань стиснул зубы:

— Я видел эту технику своими глазами и уверен, что наши лучшие умы смогут извлечь пользу из полученных нами знаний.

Ся бросила на него косой взгляд, но ничего не ответила. Скорее всего, она понимала, что это предел его возможностей.

*****

После того как Регина исцелила ее, Алана сидела одна в темной палатке, уставившись на собственную ладонь.

Это чувство… оно было чем-то похожим на это…

Она впилась взглядом в свою руку еще пристальнее. Зубы ее сжались, и в тусклом свете палатки на ее лице проступили желваки. Воздух вокруг ладони задрожал. Слабые оранжевые вихри закружились у кончиков пальцев, но почти сразу же растаяли. Взгляд Аланы обострился, и она надавила сильнее.

Воздух вокруг руки слегка колыхнулся. А затем все прекратилось. Это было похоже на то, как ревет заглохший двигатель машины, который никак не может завестись.

Со вздохом Алана откинулась на спинку брезентового кресла.

«Я и не осознавала, насколько мои успехи зависели от удачного стечения обстоятельств», – с горечью подумала Алана, глядя на едва заметные струйки образа, которые ей удалось вызвать. «Если я использую навык, я могу легко усилить его эффект, обернув вокруг него свой образ. Но вот так просто удерживать образ без навыка…»

Именно это продолжало поражать Алану даже спустя несколько часов. Использовал ли Рэндидли навыки в той последней части боя? Те финальные три удара… они совсем не походили на то, как он атаковал прежде. Образ Мрачной Химеры – как сообщила им Хелен, именно так она и называлась – полностью заменил его тело. И когда она нанесла удар…

… он ведь наверняка использовал навык, верно? Это же не могли быть удары чистого образа?

Алана потянулась и встала. Хелен сообщила им, что Рэндидли уединился, чтобы восстановить силы перед следующим этапом – забавная ирония судьбы после того навыка, который применил против него Берил, – и будет готов, как только они пожелают завершить Лестницу Гончей. У миссис Гамильтон хватило ума прикинуться дурочкой перед лицом этой угрозы и заявить, что в настоящий момент продолжать испытание абсолютно невозможно.

«И дело не только в том, что ни у кого не хватит духу попробовать это снова…» – подумала Алана. «Без эффекта неожиданности почти все наши козыри теряют смысл. Да и моя способность управлять образами…»

Поскольку финальный этап должен был объединить в себе все предыдущие испытания, миссис Гамильтон настаивала на том, что им необходимо подходящее место для битвы. Хелен предложила им самим назначить время и место. Донни умолял Хелен отнестись к ситуации с пониманием, ведь им требовалось направить все силы и ресурсы на восстановление структурной прочности города после разрушений.

Так что пока финальный этап отложили на неопределенный срок.

Алана понимала, что пытаться снова, когда она полностью истощена и потрясена событиями испытания, бессмысленно, но она никак не могла отвлечься от деталей того боя. Она вновь сосредоточилась на ощущении того резкого ветра, что гнал волны богатой железом пыли по пустоши.

Если она хочет последовать за Рэндидли на следующую ступень силы, ей нужно выстроить собственный образ. Деталь за деталью.

Оранжевый отблеск окутал ее пальцы, осветив палатку. Прищурившись, Алана надавила сильнее. Свет стал ярче, превратившись из огонька светляка в пламя свечи.

Во время тех трех финальных ударов Рэндидли двигался, и небо темнело. Все его тело обратилось в Мрачную Химеру. А теперь, без поддержки Доннитона, ее образу приходится так отчаянно бороться ради крошечной искры света…!

Нельзя сказать, что атаки Рэндидли были безупречными, но в них чувствовалась… завершенность. Они исходили из той точки пути, которая была неизмеримо дальше той, где находилась сама Алана. Их притягательность была очевидной.

Он оставил Доннитону Путь. И провал, как напоминание о том, какова цена отступления от него.