Глава 902 — Без названия

Тея провела пальцами по костлявому телу Хризантемы. Хотя все оно было объято пламенем, Тея не почувствовала ни малейшего тепла. Напротив, ей стало холодно. Крепкие кости торса Хризантемы покрывали трещины. Раны, принявшие на себя основной удар сопротивления Доннитона, были весьма серьезными.

Пока продолжался осмотр, Хризантема стоически сидела рядом с Теей. Морщинки у глаз Теи натянулись. Даже после всех сражений медведица, казалось, не испытывала ни малейшего дискомфорта. И подобные раны должны были быстро затянуться…

Но…

«Неужели это ошибка…?» – с горечью подумала Тея. Она перевела взгляд на остальных Немезид и на лежащую без сознания девушку, которую они держали, пока Крылатый Змей настраивал два крупных телепортационных построения. «Но если бы мы не напали, то просто отстали бы еще сильнее. Чтобы выжить…»

«… все действительно покатилось к чертям, верно? Знаю, ты меня не слышишь, но, Хризантема… что нам делать…?», – Тея снова посмотрела на Хризантему. Но медведица, конечно же, безмолвствовала. Она молчала все то время, что прошло с тех пор, как странная магия Твари оживила ее.

Однако хуже молчания была эта пустота и отсутствие реакции. Она выполняла приказы, но не более того. Случались редкие моменты, когда в Хризантеме проскальзывало чуть больше… живости, но во всех этих эпизодах была одна общая деталь. Тея зажмурилась.

— Истязай Землю, дитя, — сказала ей тогда Тварь. — Сей хаос. Когда-нибудь этот глупый мальчишка создаст так много связей со своим Эфиром, что отдаст одну из них кому-то ничтожно слабому. Захвати этого человека и доставь в место, указанное на карте. Тогда я буду считать наш долг уплаченным…

Когда Тея спросила, вернется ли к Хризантеме сознание в тот момент, Тварь лишь рассмеялась.

— Вот тогда мы это и узнаем, не так ли?

— Крылатый Змей, быстрее, — произнесла Тея со сталью в голосе. Она резко открыла глаза и окинула взглядом горизонт. — Отряд из Доннитона уже движется в нашу сторону. Нам нужно как можно скорее забрать Роя и его новую игрушку. Затем мы отправимся в твою Седьмую Зону, чтобы посмотреть, насколько там действительно все стабильно.

Крылатый Змей качнул головой и продолжил выводить хвостом сложные узоры на земле. Чуть поодаль Обсидиановый Герцог, обливаясь потом, продолжал направлять свою энергию на восстановление тела. Из всех них он пострадал сильнее всего в этой вылазке. Возможно, даже сильнее Теи.

«Регина Нортвинд, значит… подумать только, даже она достаточно сильна, чтобы сражаться против Немезиды…»

Глубинный Ужас, странное морское чудовище, бывшее наполовину ракообразным, наполовину осьминогом, с тревогой посмотрел на Обсидианового Герцога. — Неужели Доннитон действительно так силен? В таком случае я рад, что был в арьергарде.

— Пф, я не встретил никакого сопротивления, о котором стоило бы упоминать, — заявил новоприбывший из Одиннадцатой зоны Немезида. Это был высокий мускулистый мужчина, больше похожий на орка, чем на человека. Его кожа имела серый с красным отливом оттенок, а из нижней челюсти торчали два крупных клыка. Сам себя он именовал Дикостью.

«Чертовы Немезиды с их титулами», – мрачно подумала Тея. — «Пользовался бы просто своим именем. Мы ведь можем так и погибнуть».

Дикость насмешливо взглянул на Обсидианового Герцога. — Может… ты просто слишком слаб…? Неудивительно, что ты так долго возишься с жителями этого мира.

Вместо ответа Обсидиановый Герцог лишь злобно уставился на свою отрубленную ногу и продолжил исцеление. Тея тоже не стала ничего говорить; именно Дикости было поручено похищение. Из них всех он столкнулся с самым слабым сопротивлением. Но объяснять ему это было бессмысленно.

Когда-нибудь он усвоит этот урок на собственной шкуре.

Тея зажмурилась. «Скоро, Хризантема. Скоро ты проснешься…! Ты должна. Я знаю, ты все еще борешься там, внутри».

— Все готово, — объявил Крылатый Змей.

Глаза Теи распахнулись. — Тогда тащи его сюда. Перенос Гостхаунда прошел идеально. Я думала, он дурак, но… его план сработал. Теперь нам просто нужно вытащить его оттуда, пока Гостхаунд не нагнал.

Обсидиановый Герцог оторвался от своего кровавого занятия и ухмыльнулся. — Прошло пять дней. Не так-то просто добраться из Доннитона до Мирового Кратера, а потом обыскать целый мир, чтобы кого-то найти.

— Хочешь рискнуть? — Небрежно спросила Тея. Обсидиановый Герцог промолчал. Они оба помнили бой с Гостхаундом на Озере Аполлон. Там, где он, черт возьми, осушил огромное пространство от воды, а затем разорвал Доктора на части, несмотря на вмешательство Немезид.

Нет, Рэндидли Гостхаунд не был тем противником, с которым они могли сразиться лицом к лицу. И именно это чувство беспомощности заставляло Тею так долго медлить и планировать. Пока никто не знал, где находится Гостхаунд, Тея не осмеливалась выполнить первоначальную просьбу Твари, даже когда наметила две цели, которые считались «легкими».

В конце концов, он мог вернуться в любой момент. Отсутствующий Рэндидли был топором, зависшим над ее головой. И спешить не было никакой реальной необходимости.

Нет, Тея собиралась планировать и ждать, пока Рэндидли вернется, чтобы быть полностью уверенной, что он не появится в самый неподходящий момент и все не испортит. Поэтому она тщательно следила за всеми, с кем контактировал Гостхаунд, и постепенно составляла досье. Она просчитывала риски, составляла графики.

Она привлекала на свою сторону недовольные группы в разных Зонах и собирала сторонников. Эти люди никогда бы не стали сражаться, но они могли снабжать Немезид информацией. Они связали ее с растущим преступным миром Земли.

И две цели, на которых она в итоге остановилась, были связаны между собой; это были брат и сестра, Нейтан и Кирсти.

Из этой пары интуиция подсказывала Тее напасть на Нейтана. Обычно его защищали несколько высокоуровневых бойцов, но это был куда менее пугающий вариант, чем охота за Кирсти, которая большую часть времени проводила в самом сердце Доннитона.

Однако другие Немезиды не согласились. Проблема с Нейтаном заключалась в том, что его Класс был крайне странным. Даже Немезиды признавали, что его способность даровать Классы другим, вероятно, давала ему несколько атакующих Навыков, противостоять которым было бы чрезвычайно трудно. Что, если он сможет напрямую атаковать и взломать их Эфир?

К тому же Нейтан постоянно находился в движении. Это делало его еще более непредсказуемым. И он, похоже, не собирался упускать информацию о том, куда направляется. Ни один из агентов Теи не мог подобраться к нему надолго.

Казалось, Нейтан был очень чувствителен к энергии Немезид, потому что все попытки выведать информацию о его силе путем засад с Рейдовыми Боссами умело избегались. Раз за разом Тайкс просто забирал подростка и скрывался до того, как опасность успевала проявиться и вынудить его действовать. Они всегда казались подготовленными.

Отчасти в этом можно было винить Птолемея, который направлял их, но все же… это был неведомый риск, который они так и не смогли просчитать за полгода попыток.

И последний аргумент, который привели другие Немезиды в пользу выбора Кирсти, раздражал сильнее всего: они должны напасть на Кирсти, потому что она находится в Доннитоне. Доннитон был символом для этого мира. В конечном счете, Немезиды присутствовали в мире для того, чтобы заставить его провалить Бедствия. И они инстинктивно знали, что лучший способ сделать это – сокрушить символ мира.

Присутствие Кирсти к тому же было относительно предсказуемым. В этом Тея смогла убедиться, наблюдая за почти одинаковыми днями девочки в течение нескольких месяцев, пока детали плана постепенно выстраивались путем наблюдений. И что лучше всего, агентам было легко внедриться в Культ Арбора.

Поэтому она согласилась, хоть и с неохотой. В конце концов, она не вела за собой Немезид. Ее просто признавали самой сильной и проницательной, поскольку изначально она сама была из этого мира. Она не совсем понимала почему, но было ясно, что возможности всех остальных Немезид ограничивались, когда они спускались в эту Когорту.

Но Тея также видела, что эти ограничения постепенно исчезают по мере того, как Земля становится сильнее. Это печалило ее. Но и радовало. Потому что она пошла бы на все, чтобы оживить Хризантему, на этот раз полностью. А для этого ей нужна была сила.

Крылатый Змей расправил крылья, и первое из двух построений начало светиться. Потрясши головой, Тея сосредоточилась на текущей задаче. Когда Рой и Дрейк будут возвращены, им нужно будет двигаться как можно быстрее…

Портал обладал чем-то вроде функции самонаведения, поэтому он должен был появиться рядом с обоими настроенными на него людьми. С треском энергии над построением возник небольшой синий шар. Раздался свистящий звук, и внезапно портал расширился почти до трех метров в высоту и метра в ширину. Дверь в другой мир стояла широко распахнутой прямо перед ними.

Когда портал открылся полностью и ничего не произошло, на мгновение воцарилась тишина – никто не понимал, почему все так затянулось. Неужели Рой не заметил появление портала? Он спал? Ел? Или…

Затем через портал на коротких ножках, которые явно были пальцами, перелез маленький череп, его глаза зловеще светились. — Закрывайте портал. Живо.

— Нельзя просто так взять и закрыть… — начал шипеть Крылатый Змей. Он всегда терпеть не мог, когда люди принижали то, что он считал чрезвычайно сложным и утонченным процессом, требуя тех или иных действий от его порталов. И он был весьма рад поспорить по этому поводу.

Но Тея оборвала его. Если Рой так сильно ранен… Боже, хоть бы этот крошечный росток страха в ее груди не оказался правдой. Лучше не рисковать. — Портал. Закрой его.

— А как же второй? — Растерянно спросил Крылатый Змей.

Как по команде, сквозь портал, словно тряпичная кукла, вылетело тело. Обсидиановый Герцог взвыл от боли, когда это тело врезалось в него, при том что он почти закончил воссоздавать свою ногу из полированного обсидиана.

— Дерьмо, — пробормотал Рой. — Подумать только, что мы вляпаемся в подобный расклад…

— ПОРТАЛ! — Прогремела Тея, когда в ее глазах отразилось мрачное подтверждение худших опасений. — ЗАКРЫВАЙ ЕГО!

Портал задрожал и начал стремительно сжиматься. Из размеров двери он быстро уменьшился до размеров стула, а затем – баскетбольного мяча. Но прежде чем он успел сжаться еще сильнее, сквозь отверстие проскользнула одиночная лоза и зацепилась за верхний край. За этой единственной лозой тут же последовали еще десять, которые распределились по всей окружности портала, удерживая его открытым.

— О, это необычно, — пробормотал про себя Крылатый Змей.

Выражение лица Теи стало убийственным, едва она выхватила свой боевой топор и бросилась к мерцающему порталу. Никто из них не понимал, что происходит, и остальные недоуменно смотрели на ее паническое лицо. — ПРОСТО ПЕРЕСТАНЬ СНАБЖАТЬ ЕГО МАННОЙ!

За секунду до того, как Тея приблизилась, портал содрогнулся и силой распахнулся до метрового круга. Корни напряглись, и портал застонал еще сильнее. Ее топор врубился в корни, растягивавшие проход, но их было слишком много. Она не могла рубить достаточно быстро, чтобы замедлить содрогающееся расширение портала.

— Вот почему я и говорю, что это странно, — произнес Крылатый Змей с явным любопытством в голосе. — Я действительно перестал подавать ману. И все же эти корни вырабатывают достаточно окружающей маны, чтобы портал фактически питал сам себя. Интересно…

— Какая разница? Мы можем просто убить любого, кто выйдет из портала. Пусть приходят, — с явным безразличием бросил Дикость. Он подвигал челюстью, его клыки подались вперед в предвкушении чего-то вроде азарта. — Надеюсь, этот противник…

— Дураки, — тихо произнес Рой. И все же Тея с удивлением услышала, как взволнованно звучал его голос. Его челюсть защелкала от явного оживления. — Сейчас явится Герой и обнаружит, что вы похитили одного из его близких. Мне ведь не нужно объяснять вам, что кто-то из нас сегодня умрет, верно?

Первой сквозь портал показалась Корона – из странного светящегося серого металла, без каких-либо украшений. Затем короткие черные волосы, те же резкие черты лица, поджарое и мускулистое тело. Длинное лиственное копье, странный угольный доспех, закрывающий торс, плечи и бедра. Босые ноги.

И, конечно же, изумрудные глаза, которые скользнули по группе, оценивая их. В конце концов эти глаза остановились на Кирсти.

— Что здесь, черт возьми, происходит…? — медленно произнес Рэндидли Гостхаунд.