Глава 1403 — Без названия

Какое-то время Рэндидли просто стоял над поверженным врагом и тяжело дышал. За всю свою жизнь он не мог припомнить, чтобы когда-либо был настолько истощен – и морально, и физически. Тело постепенно остывало, и он почувствовал, как с ног до головы покрыт потом и грязью. Впрочем, сейчас было даже удобно просто стоять и смотреть в одну точку. За свои труды Рэндидли получил сразу два уведомления о повышении уровня.

Поздравляем! Вы достигли 62-го уровня! +8 характеристик распределено между Живучестью, Восприятием, Сопротивлением, Интеллектом и Контролем, +37 свободных характеристик! +1 к ментальной характеристике. +1 к характеристике физической защиты. +1 к характеристике ментальной поддержки. +2 к Контролю. +46 к здоровью, +55 к мане, +50 к выносливости, +6.5 к восстановлению всех ресурсов! +1 к восстановлению здоровья и выносливости!

Благодаря Руководству Призрачной Гадюки: +4 к Ловкости и +2 бонусные характеристики!

Благодаря вашей Частице Судьбы Ключ Философа: +3 к Интеллекту, Мудрости и Фокусировке, +4 к Реакции и Мрачной интуиции!

Благодаря вашей Частице Судьбы Ловец Снов Долгой Ночи: +1 к Мрачной интуиции, +1 к Реакции, +1 к Фокусировке и +3 к Контролю за уровень!

Рэндидли некоторое время тупо моргал, глядя на два всплывших перед ним уведомления; он перемахнул с 60-го сразу на 62-й уровень за один миг. С чего бы это Каан Свак считался существом, за которое дают столько опыта… и почему, черт возьми, так много? Затем он дернул Акри.

— Эй, почему ты не забрал этот опыт? — Спросил он. — Ты же знаешь, что я пытаюсь приберечь уровни на то время, когда у меня будет больше Частиц Судьбы…

Получить уровни сейчас было не такой уж большой проблемой, но Рэндидли немного смущало, что его прожорливое оружие не вмешалось. И ответ Акри оказался довольно пугающим. Дело было вовсе не в том, что его копье отказалось пожирать опыт за убийство Каана Свака. На самом деле оно поглотило около трех четвертей. Но за убийство разом отсыпали столько опыта, что Акри просто не справился с таким объемом. У оружия не осталось выбора, кроме как прекратить пиршество и передать остатки Рэндидли.

«Хех, какой богатый улов…» – довольно мрачно подумал Рэндидли. Он никак не мог выбросить из головы образ Каана, на лице которого застыло горькое чувство утраты, когда тот осознал, что вовсе не был шпионом Пустоты. И он так, так сильно устал…

Встряхнувшись, чтобы окончательно не уснуть, Рэндидли потянул за Акри. Копье все еще торчало в голове Каана. Вместо того чтобы высвободить Акри, Рэндидли лишь потащил тело Каана вперед, так что оно с глухим стуком повалилось на живот. Несмотря на все трудности с защитой Земли и обстоятельства, которые вынудили Рэндидли убить Каана, ему было как-то не по себе от столь бесцеремонного обращения с трупом. Но в его изможденном состоянии какой у него был выбор?

В конце концов Акри пришлось самому вытаскивать свое острие из черепа Каана. Рэндидли постоял над поверженным врагом и просто выдохнул. Вонзив Акри в землю, он оперся на копье и задумался о том, что узнал от Каана Свака. Перспективы рисовались пугающие. Рэндидли больше всего на свете хотелось просто рухнуть на землю и проспать несколько часов. Не только для того, чтобы восполнить жестокий голод ментальной энергии, но и чтобы утихомирить Туманность Пустоты, которая все еще хаотично вращалась у него в груди.

И все же Рэндидли заставил себя поднять взгляд. Возможно, разбор полетов мог и подождать. Мрачная интуиция подсказывала ему, что сейчас требуют внимания две ситуации. Одной была Нивея, а другой – битва к западу от него. Стиснув зубы, он побрел вверх по склону к растрескавшейся земле, где лежала Нивея.

«Все по порядку…» – подумал он.

Добравшись до Нивеи, Рэндидли позволил себе опуститься на колени рядом с ней. Тяжелое состояние Нивеи привело к тому, что ее иллюзии полностью развеялись. Антропоморфный костяной змей лежал на земле, длинные костяные отростки, тянущиеся из ее спины, раскинулись по земле, словно грубые, широкие мазки кисти. Рэндидли наклонился вперед и прижался лбом к спине Нивеи, одновременно потянувшись к ней через их душевную связь.

«Нивея?» – позвал он.

В разуме Нивеи все еще царил хаос, но, по крайней мере, теперь она почувствовала присутствие Рэндидли. Однако, как и сам Рэндидли, Нивея, похоже, была слишком потрясена, чтобы сразу ответить. Несколько минут они просто сидели так, прижавшись друг к другу. Капли пота с его лба падали на ее спину.

Наконец воля Нивеи шевельнулась.

«… Я в порядке. Просто немного… устала», – отозвалась она.

Тоскливая апатия, которую он уловил в ее мысленном послании, больно задела его. Несмотря на усталость, правая рука Рэндидли сжалась в кулак. Тут же он поморщился от резкой боли, пронзившей запястье и предплечье; похоже, рука еще не совсем зажила после того, как он голыми руками пробил защиту Каана. Ему пришлось заставить себя расслабить пальцы. Даже за те несколько минут, что он просто сидел здесь, его тело понемногу восстанавливалось.

Когда он поднялся, чтобы встать, дрожь в мышцах почти утихла. Он все еще был истощен, но, по крайней мере, внезапный обморок ему больше не грозил.

«Я скоро вернусь, Нивея. Мне нужно кое-что проверить», – передал он.

Что делало ответ Нивеи еще тяжелее, так это мгновенно вспыхнувший страх – не за себя, а за него.

«Ты уверен? Я же чувствую, что ты едва держишься… если ты не сможешь сражаться…»

«Все будет хорошо», – ответил Рэндидли. Чтобы успокоить Нивею, он связался с несколькими своими Всадниками и отозвал их с патрулирования вокруг Харона. Хотя город продолжал движение вперед, его Всадникам потребовалось бы всего минут десять, чтобы вернуться к месту их схватки с Кааном. «У меня есть подкрепление. К тому же… не думаю, что мне придется драться».

С глубоким вздохом Рэндидли поднялся на ноги. Затем он встряхнулся, снова поморщившись от резкой боли в правой руке. По сравнению с израненной плотью, его металлическая рука пострадала еще сильнее. Она была испещрена трещинами и время от времени сыпала искрами. Пот заливал глаза, но ни одна из рук не была в том состоянии, чтобы ею можно было воспользоваться. И все же Рэндидли проигнорировал эти неудобства и направился на запад, мимо разрушенного пика вниз, в долину за ним.

Там он обнаружил четверых.

Эзекиль Гостхаунд лежал без сознания, повалившись рядом со странным кровавым яйцом, которое разрослось до размеров небольшого дома. Над телом Эзекиля склонился незнакомый Рэндидли мужчина, но по нему сразу было видно, что он довольно слаб. Вдобавок к полному отсутствию какого-либо образа вокруг тела, от него за версту разило страхом, а бледное лицо заставило Рэндидли перевести взгляд дальше.

Последние двое находились глубже в долине. Сидни стояла, края ее одежды покрывал плотный слой инея. Каждый вдох давался ей с трудом, но держалась она прямо и гордо. В небе над ней кружил гибкий, струящийся кобальтовый зверь. При каждом движении он выпускал тонкую дымку тумана, которая потрескивала от электричества.

Напротив нее находился Эйс, его тело скорчилось в самом центре кратера. Даже когда Рэндидли спускался по склону, Эйс с трудом поднимался на ноги. Байкерский шлем на его голове треснул. Хотя Рэндидли не видел лица Эйса под забралом, из трещин непрерывно сочилась кровь, капая на его кожаную куртку.

Сидни мельком взглянула на Рэндидли. К его удивлению, в ее глазах читалось предупреждение: «не вмешивайся». Затем она снова перевела взгляд на Эйса.

— То, что тебе больно, не дает тебе права причинять боль другим, Эйс, — сказала она. — Мне жаль, что я разорвала связь между нами. Но ты поддерживал Роя даже после того, как он напал на ту женщину. Ты поддерживал насилие и хаос, когда образовались Деревни. Ты бросался на людей и замышлял убийства просто потому, что хотел внимания. Ты пытал Дрейка почти год. Сегодня всему этому придет конец.

Эйс заходясь кашлем за хохотом и покачнулся. Его левая рука была вывернута назад, предплечье сломано и болталось при каждом движении. Поток крови из трещин шлема усилился.

— Тебе так легко строить из себя праведницу, да? — Прохрипел он. — Люди совершают ошибки, это жизнь. Мы оба знаем, что ты такая же ущербная, как и все мы. Хех, ты лгала мне два года, пудрила мне мозги, заставляла думать, что я сошел с ума. И все из-за твоего собственного эгоизма.

«Я думал, мы это уже прошли», – мысленно вздохнул Рэндидли, глядя на них сверху вниз. «Мы должны были быть честны с тобой, Эйс. Сидни не должна была скрывать свою болезнь… и уж тем более делиться этим секретом со мной, твоим лучшим другом. Но мы были такими молодыми и глупыми. Она знала меня так давно; неужели ты не понимаешь, что именно я должен был помочь ей нести эту тайну?»

Морщинки в уголках глаз Сидни стали глубже.

— И за то, что лгала тебе, я прошу прощения, — тихо произнесла она.

— Ах, так ты признаешь это? — Эйс шагнул вперед, его рука болталась на одном лишь частично разорванном мускуле и коже, удерживающей ее на теле. Наконец он, кажется, заметил присутствие Рэндидли; тут же развернувшись к нему, он широко раскинул руки. Левая рука качнулась, словно маятник. — У тебя нет права смотреть на Роя свысока. О, а вот и почетный гость пожаловал! Но, судя по твоему виду, хех, ты, пожалуй, ранен даже сильнее меня. Ну да неважно. Пришло время заплатить за то, что ты думал, будто можешь оставить Землю позади… С той силой, которую я собрал…

— Эйс, — резко оборвала его Сидни, заставив снова переключить внимание на нее. — Мы с Роем не одинаковы. Он даже не удосужился извиниться за то, что натворил; он все отрицал и искал оправдания. Он изнасиловал женщину и у него даже не хватило порядочности признать свою неправоту. Точно так же, как ты делаешь прямо сейчас, отказываясь признать, насколько ты обезумел.

Пока они говорили, Рэндидли не особо вслушивался в слова. Вместо этого его взгляд был прикован к образу Эйса. В ауре вокруг него он улавливал следы Страуда, Истрикс и даже какое-то искаженное зеркало его собственных образов. Но они хаотично перемешивались и ослабляли друг друга. Рэндидли сжал губы и закрыл глаза. Похоже, Эйс действительно окончательно потерял себя.

— Думаешь, я стал бы таким, если бы вы оба не разорвали со мной связи? — Огрызнулся Эйс. — Вам-то двоим, может, и было легко, а вот мне…

— Если все, что потребовалось, чтобы превратить тебя в монстра – это отсутствие моего внимания к тебе, — перебила его Сидни, — то ты оказался куда более слабым человеком, чем я думала, Эйс.

На это Эйс не смог подобрать слов для ответа. Вместо этого он глухо зарычал. Образ крови Страуда взорвался из хаотичной массы фрагментов образов, которые заполучил Эйс, и окрасил их все багровым отливом. Они начали сливаться воедино, принимая очертания кровавого уродства. Но даже когда все эти образы собрались вместе, Рэндидли все равно нашел их довольно слабыми.

«Конечно, я сейчас далеко не в той форме, чтобы одолеть даже такой образ…» – с долей иронии подумал Рэндидли. «Прямо сейчас… Хех. Кажется, у меня есть капли жидкого Эфира… черт, неужели еще одна капля действительно пропала?»

Когда Эйс закинул голову и взвыл, Сидни повернулась и посмотрела на Рэндидли.

— Хочешь сказать ему что-нибудь, перед тем как… — спросила она.

Морщинки вокруг глаз Сидни стали еще глубже, и она не смогла закончить фразу. Но Рэндидли понял, о чем она спрашивала. В резком контрасте с неистовой энергией Эйса, образ Сидни был невероятно плотным. Он был почти полностью сосредоточен в теле ее элементаля. С точки зрения боевой мощи Сидни оказалась настолько сильна, что Рэндидли был искренне удивлен.

Сидни спрашивала, хочет ли он сказать что-нибудь Эйсу, прежде чем она убьет его.

Эйс сделал несколько шатающихся шагов в сторону кровавого яйца. Он поднял к нему правую руку, и мясистая поверхность яйца пошла рябью. Изначально губчатая поверхность вскоре покрылась мелкими отверстиями, которые с шипением втягивали окружающий воздух. Очень быстро оно начало пожирать образ, создаваемый Эйсом.

И честно говоря, когда огромное кровавое яйцо насытилось и затрепетало от восторга, оно высвободило образ, который был гораздо мощнее всего, что удалось состряпать Эйсу. Вокруг забурлило настоящее море крови; тот слабый приспешник побледнел, оказавшись погребенным под этим образом Кровавого Моря.

«Не так сильно, как у Хелен, впрочем…» – Рэндидли отвел взгляд от яйца и посмотрел на Эйса, который продолжал ковылять вперед. И все же, хоть это Кровавое Море и отличалось по своей природе от силы Хелен, Рэндидли почувствовал легкую тревогу, ощутив, как в глубинах что-то зашевелилось.

— Да… да… восстань… Хе-хе-хе… — безумно хихикал Эйс, продолжая пробираться вперед. Брызги крови разлетались в стороны, пока раненая рука Эйса продолжала рваться по швам. Как бы пристально Рэндидли ни всматривался, он не мог разглядеть под шлемом ни единой черты его лица.

На этот раз дрожь, бившая Рэндидли, не имела ничего общего с физической слабостью. Они с Эйсом не были близки с тех пор, как Система пришла на Землю. Слишком многое изменилось к моменту их встречи, хотя изначально целью Рэндидли было найти этих двоих людей, которые определяли его прошлую жизнь. Но тогда они так и не смогли по-настоящему восстановить связь.

И конечно, привычное оправдание, сопровождавшее все существование Рэндидли в Системе, проявило себя и здесь, усложнив их отношения: он был слишком занят другими делами.

Где-то в глубине души Рэндидли было жаль, что он не приложил больше усилий, чтобы помочь бывшему другу, но слова Сидни попали в самую точку: «Ты оказался куда более слабым человеком, чем я думала, Эйс».

Рэндидли вздохнул.

Хотя какая-то часть его понимала, что это глупо и является пустой тратой ментальной энергии, он поднял правую руку и поднес веревочный браслет на запястье к губам. Ловец Снов Долгой Ночи развернулся, создав сложную трехмерную фигуру из геометрических форм, парящую в воздухе перед ним. Затем Рэндидли погрузился в Ловец Снов и коснулся воспоминания из очень, очень далекого прошлого.

Его восприятие дрогнуло. Цвета вокруг поплыли и закружились, словно он падал внутрь сюрреалистической картины. И вдруг он оказался на асфальте, солнце садилось за низкие тучи, окрашивая небо над головой в розовый цвет. Он поднял руки и поймал брошенный ему баскетбольный мяч.

Но больше всего Рэндидли смутило то, что на нем были надеты кроссовки.

Эйс ухмыльнулся, глядя на Рэндидли, и упер руки в бока.

— Ничья, восемь-восемь, играем до двенадцати. Готов узнать, что поставлено на кон в этой игре?

Рэндидли улыбнулся в ответ, но что-то, должно быть, отразилось на его лице. После того как он видел кровь, сочащуюся из разбитого шлема, внезапное появление этой версии Эйса оказалось для него слишком тяжелым испытанием.

Эйс мгновенно растерял весь свой заносчивый вид и посмотрел на Рэндидли с искренним беспокойством. Лицо его было гладким, без единой морщинки. Он выглядел таким молодым. Его руки никогда не были запятнаны кровью.

— Эй, ты в порядке? Слушай, это не так уж важно… я не собираюсь требовать с тебя деньги или еще что… просто есть один вопрос, на который я хочу получить ответ. Честный ответ.

— …давай лучше так, — сказал Рэндидли, качнув головой. Ведя мяч левой рукой, он поднял правую и прижал кончики указательного и большого пальцев к глазам. Когда он убрал их, то смахнул подступившую влагу. Его взгляд стал ясным и сосредоточенным, хотя от нехватки ментальной энергии слегка кружилась голова. — Давай договоримся, что ставка – это ответ на вопрос. Когда мы наберем по десять очков… мы сможем задать этот вопрос. Тот, кто первым наберет двенадцать, получит ответ, которого так ждал. Честный ответ.

В первоначальном воспоминании Рэндидли немного побаивался того, на что они спорили, поэтому предложил Эйсу подождать, пока не выяснится победитель. К этому моменту Эйс и Рэндидли были лучшими друзьями уже почти год. Эйс и Сидни уже начали встречаться, и тот факт, что Рэндидли и Сидни знали друг друга с детства, был темой, которую они часто обходили стороной.

Потому что в последнее время Сидни вела себя странно. Ее болезнь стремительно прогрессировала, и ей нужно было лечь в больницу для прохождения курса лечения. Рэндидли узнал об этом совсем недавно, но Эйс уже тогда чувствовал, что что-то не так. До прихода Системы оставалось еще семь месяцев.

В той ситуации много лет назад Рэндидли проиграл спор Эйсу; он никогда не был силен в баскетболе. И когда Эйс задал свой вопрос… Рэндидли солгал. Хотя Эйс тогда ничего не сказал, на той старой баскетбольной площадке за общежитием… именно с той лжи начался разлад в их дружбе.

Но теперь, проживая этот момент заново, Рэндидли улыбнулся молодому и чистому Эйсу, стоявшему перед ним. Затем он шагнул вперед и сразу же бросил мяч. Он промахнулся – намеренно, – и Эйс подпрыгнул, чтобы забрать подбор. Смеясь, Эйс повел мяч к центру площадки, а затем повернулся обратно к кольцу.

— Пытаешься застать меня врасплох, да? Ты всегда был мазилой на трехочковых. Но теперь мне интересно, какой вопрос у тебя комне…

Рэндидли не стал отвечать. Он просто наклонил голову и поманил своего лучшего друга к себе. Хмыкнув, Эйс рванулся вперед. В их нынешних телах Эйс был на дюйм выше Рэндидли и, вероятно, фунтов на тридцать мускулистее. Так что он напористо пошел на прорыв, пытаясь использовать свои габариты, чтобы оттеснить Рэндидли.

Конечно, способности нынешнего Рэндидли перенеслись из настоящего в это воспоминание. Поэтому ему приходилось быть исключительно осторожным, чтобы не задеть Эйса и не нанести ему серьезных травм. Что было еще одной чертовой тратой ментальной энергии, которая сейчас была ему так нужна. Но он также не хотел, чтобы Эйс подумал, будто он поддается; в оригинальном воспоминании Рэндидли изо всех сил пытался помешать ему забить, опасаясь его вопроса.

Чем дальше Рэндидли отступал от первоначального воспоминания, тем больше ментальной энергии он тратил. А в его нынешнем состоянии каждая капля была на счету. Он уже чувствовал, как у него заканчиваются силы, чтобы удерживать себя внутри Частицы Судьбы.

«И все же… что я хочу спросить у Эйса?», – подумал Рэндидли. Он погрузился в Ловец Снов… ну, потому что не знал, что сказать своему бывшему лучшему другу. Сейчас он чувствовал себя таким далеким от него. И после того, как он увидел, как эмоции истязали и калечили таких людей, как Деклан Хайд… Рэндидли хотел найти слова, которые могли бы достучаться до Эйса. Поэтому он пришел сюда, чтобы заглянуть в прошлое.

Но какой вопрос помог бы ему это понять?

Как Рэндидли и планировал, Эйс забил гол и получил возможность первым задать вопрос, который был у него на сердце.

— Ты любил Сидни?

Прошлый Рэндидли оцепенел от этого вопроса. Он был задан в прошедшем времени, но в нем отчетливо слышался призрак настоящего. Поэтому тогда он солгал. Он сказал «нет».

Но нынешний Рэндидли лишь усмехнулся. В воспоминании стояла осень, и ветер шуршал опавшими листьями на земле. Возле баскетбольной площадки были сгребены огромные кучи, и листья с верхнего слоя то и дело сдувало на бетонное покрытие. Кожу покалывало от прохлады ночного воздуха. В небе розовые тона сменялись темно-бордовыми, а половина небосвода уже погрузилась в темно-синюю ночную бездну.

— …в то время мне казалось, что да, — ответил он, пока вел мяч обратно к центру. Даже то, чтобы случайно не лопнуть баскетбольный мяч, требовало некоторого ментального усилия. Очевидно, Эйс не ожидал, что Рэндидли ответит сразу, не дожидаясь следующего гола. Его взгляд выдавал ревность, которую он испытывал к Сидни уже тогда. И все же он заставил себя улыбнуться, когда Рэндидли пошел вперед с мячом. — Что значит «казалось»? Любовь есть любовь. Она принимает разные формы, но если ты вообще что-то чувствовал, я просто хотел знать.

Рэндидли снова бросил мяч, отойдя всего на пару шагов от центра площадки. Но с его высокими характеристиками мяч без труда чисто залетел в корзину, даже не коснувшись дужки.

Увидев, как мяч плавно описал дугу в воздухе и нырнул в сетку, Эйс снова замер. Затем он притворно-досадливо покачал головой и побежал за мячом, который укатился в одну из куч листьев.

— Ну, даже слепая белка иногда находит желудь. Так какой у тебя вопрос?

Ментальная энергия Рэндидли была практически на исходе. Однако вместо того, чтобы задать вопрос, он решил ответить на предыдущее утверждение Эйса.

— Любовь – это не просто любовь, — сказал он. — Эмоции сложны. Любовь… была лишь частью того, что я чувствовал к Сидни. Но там также были… одержимость. И тоска. И чувство одиночества, от которого я никак не мог избавиться. Не думаю… что доля любви в моих чувствах к ней была очень высока. Особенно по сравнению… с тем, что я чувствую сейчас к… Хех. Честно говоря, Эйс, если уж говорить о какой-то любви… то к тебе…

«И все же даже сейчас, зная, чем все это закончится… я хожу вокруг да около. Неужели мне действительно так трудно просто сказать, что я кого-то люблю?», – Рэндидли оборвал эту мысль, но его разум невольно переключился на Вуаллу. На ее решимость и уверенность. На то, как она закатывала глаза, на цвет ее волос. На ее силу и грустную улыбку в ночь их первой встречи.

Эйс долго смотрел на Рэндидли.

— …спасибо за честность, — наконец произнес он. — Я переживал… ну да ладно. Но что это за чертовщина?! Ты влюбился и ничего мне не сказал? Она с твоего факультатива по психологии? Черт возьми, как ее зовут и когда ты нас познакомишь?

У Рэндидли начинала раскалываться голова от того, что он вовсю расходовал те крохи ментальной энергии, которые ему удалось восстановить. Дрожь вернулась. К счастью, внезапный шквал вопросов от Эйса позволил Рэндидли подойти поближе, чтобы защитить кольцо. И когда Рэндидли ничего не ответил, Эйс рассмеялся. — Эй, ну не будь ты таким. Обещаю, вэтотраз я не буду отбивать твою пассию.

«Ты всегда был тем еще придурком… но ты действительно сделал бы все возможное, чтобы помочь», – подумал Рэндидли, глядя на Эйса и видя его настоящего. «Ты просто никогда не мог удержаться от того, чтобы не сделать мне больно».

Затем Рэндидли сделал один шаг вперед и почти без усилий выхватил мяч из рук Эйса. Эта версия Эйса была обычным человеком, без всякой помощи Системы. К тому времени, как Эйс в ужасе обернулся, Рэндидли уже совершил бросок. И снова точное попадание.

— О чем ты мечтаешь, Эйс? — Быстро спросил Рэндидли. Весь мир вокруг него задрожал, когда его ментальная энергия снова опустилась на самое дно. Ему нужен был ответ. — Кем ты хочешь быть больше всего на свете?

— И это твой вопрос? — Изумился Эйс. Затем он пожал плечами. Странное колебание заставило его замолчать на секунду, которая показалась измученному Рэндидли мучительной вечностью, но в конце концов он ответил. — Не думаю, что когда-либо говорил об этом вслух… но я вроде как просто хочу быть отцом. Понимаешь? Таким, который… просто рядом. О, и у которого есть гриль…

Рэндидли покинул Ловец Снов Долгой Ночи. Вернувшись в реальный мир, он пошатнулся и едва не лишился чувств. Но, прикусив язык, сумел удержаться на ногах. Его затуманенный взор постепенно сфокусировался на Эйсе.

Эйс все еще безумно хохотал. Он истекал кровью, его лицо было полностью скрыто под шлемом. Левая рука… мышцы окончательно порвались, и конечность шлепнулась на землю.

— Пока это яйцо вылупляется… все вы… все это… хе-хе-хе-ха-ха-ха!! — Завывал он.

Ответ, который он нашел в Ловце Снов Долгой Ночи, не принес Рэндидли никакого озарения. В конце концов, это просто заставило его загрустить. Загрустить по тому безрассудному и гордому молодому человеку, которым когда-то был Эйс. Поэтому вместо нынешнего Эйса, стоявшего перед ним, Рэндидли обратился к тому Эйсу из прошлого, с которым у него когда-то не хватило смелости быть честным.

— Прости, что я солгал тебе, — сказал Рэндидли Эйсу с такой искренностью, в которой ему было даже стыдно признаться, ведь он не смог выдавить из себя эти слова даже в вызванном воспоминании. — Я любил Сидни, уже тогда. Ты правильно делал, что ревновал.

Поздравляем! Ваша Частица Судьбы Ловец Снов Долгой Ночи повысилась до 64-го уровня!

…

Поздравляем! Ваша Частица Судьбы Ловец Снов Долгой Ночи повысилась до 71-го уровня!

Услышав его слова, Сидни бросила на Рэндидли долгий взгляд, на который он не ответил. Эйс продолжал хохотать и ковылять вперед, едва не спотыкаясь о собственное окровавленное предплечье; казалось, он даже не услышал извинений Рэндидли. Но, по правде говоря, сказать правду вслух – это все, что мог сделать Рэндидли. Он не мог заставить другую сторону выслушать его.

Сидни вздохнула и подняла руки. Струящийся зверь вскинул голову и издал резкий звук. Вспышка молнии пронзила воздух и ударила Эйса прямо в грудь. Его тело содрогалось добрых две секунды, пока иней медленно покрывал кожу. Затем он рухнул лицом вперед, а зараженные кровью образы, парившие вокруг него, развеялись. Лишившись подпитки его безумной энергии, аура вокруг кровавого яйца постепенно утихла. Многочисленные рты недовольно закрылись.

Рэндидли покачал головой.