Глава 283 — Золотой рыцарь Изабель — 3.

Покои, куда провели Изабель, меньше всего напоминали помещение учебного заведения. Изысканная мебель, дорогие ткани и сдержанная роскошь создавали вокруг принца и принцессы привычную им дворцовую обстановку.

Горничная наполнила чашки и бесшумно отошла. Изабель сидела напротив хозяев, сохраняя безупречную осанку.

Дерсен взялся за блюдце и задумчиво произнёс:

— Золотой рыцарь Изабель... Незнакомое имя.

Она почтительно склонила голову.

— Я получила звание совсем недавно, Ваше Высочество. Неудивительно, что вы обо мне не слышали.

— Видимо, так и есть. Иначе я бы непременно тебя помнил.

Принц улыбнулся и несколько раз легко постучал пальцем по краю чашки. Изабель перевела взгляд на его руку.

— Скажи, Изабель, тебя ведь совсем не радует назначение в Академию?

Вопрос без предупреждения ударил точно в цель. Дерсен говорил с ней как старший по положению, не смягчая ни обращения, ни смысла.

Изабель не шелохнулась.

Несколько часов назад она кипела от злости, однако теперь в её лице невозможно было прочесть ни обиды, ни сопротивления. На прямой вопрос она ответила ровным взглядом.

— Вот как, — протянул Дерсен.

Уголки его глаз приподнялись.

— Я ожидал, что ты не сумеешь спокойно принять это решение. Похоже, характер у нашего нового золотого рыцаря лучше, чем мне казалось.

Очередная проверка. Изабель уже не сомневалась: к её переводу приложили руку люди, сидевшие перед ней.

— Не относитесь к этому поручению как к наказанию, — мягко сказала Рейчел.

— У меня и в мыслях не было подобного, Ваше Высочество.

Ответ прозвучал настолько учтиво, что придраться к нему было невозможно.

Рейчел пригладила золотистую прядь и улыбнулась.

— Мне нравится ваша выдержка. Но я надеюсь, что она проявится не только в словах. Отнеситесь к защите Хан Чонсона со всей серьёзностью.

На одно краткое мгновение во взгляде Изабель мелькнуло напряжение. Почти сразу она взяла себя в руки, но принцесса успела заметить.

— Ваше Высочество, я помню о долге золотого рыцаря.

Долг был прост.

Золотой рыцарь служил щитом Империи, стеной между правящей семьёй и любой угрозой. Он не только защищал императорскую кровь, но и исполнял её волю.

Поэтому Изабель фактически пообещала, что не станет уклоняться от поручения.

— Этого мне достаточно, — сказала Рейчел. — Теперь я могу вам доверять.

— Не дави на неё так сильно, — вмешался Дерсен. — По-моему, она говорит искренне.

Рейчел ответила брату лёгким кивком и больше не настаивала.

— В любом случае, постарайся увидеть в назначении разумный смысл, — продолжил принц. — Человек, которого тебе поручили, заслуживает такой защиты.

— Я приму это к сведению.

— Тебе наверняка трудно понять, почему золотой рыцарь должен охранять простолюдина. Но Хан Чонсона нельзя оценивать только по происхождению. На мой взгляд, со временем он способен стать одной из опор Империи.

Такая оценка ошеломила Изабель сильнее, чем она позволила показать.

Принц не рассуждал и не предполагал. Он говорил с уверенностью человека, привыкшего отвечать за свои слова.

— Да, Ваше Высочество.

Ответ прозвучал с едва заметной задержкой.

Для Изабель происхождение никогда не было пустой формальностью. Она родилась второй дочерью маркиза Элеонор и с детства знала цену имени, воспитания и долга. Чтобы получить звание золотого рыцаря, ей пришлось годами изнурять себя тренировками.

Чем выше она поднималась, тем яснее понимала: сословие определяет слишком многое, чтобы его можно было просто отбросить.

В разных отрядах ей встречались простолюдины. Некоторые служили рядом с ней достаточно долго, чтобы она успела составить мнение.

Они либо заискивали перед знатными, либо завидовали им. Кто-то пытался выпросить покровительство, кто-то строил нелепые планы, не соответствующие ни положению, ни способностям. В памяти Изабель почти не осталось исключений.

Поэтому слова принца противоречили всему её опыту.

— Я запомню ваше мнение, — произнесла она.

Дерсен, словно желая окончательно разрушить её сомнения, продолжил:

— Прежде я и сам не ставил его особенно высоко. Способный простолюдин, не более. Меня удивляло, что человек с чертой обычного ранга сумел так быстро вырасти. Но потом он самостоятельно пробудил навык и пережил несколько ситуаций, в которых должен был погибнуть. После этого прежняя оценка стала невозможной.

Изабель внимательно слушала.

— Всё это есть в досье, — добавил принц. — Его развитие слишком необычно, чтобы прятать за словом «простолюдин». Поэтому я прошу тебя следить за ним особенно тщательно.

Похвала уже граничила с восхищением. Услышь её кто-нибудь другой, он, вероятно, поверил бы ещё меньше, чем Изабель.

— Я исполню поручение.

Она снова склонила голову, пытаясь примирить несовместимые вещи.

Люди, принадлежавшие к вершине сословной лестницы, говорили о безродном кадете с огромным уважением. У такого отношения должна была быть причина.

— Леди Изабель, — позвала Рейчел.

— Да, Ваше Высочество.

— И всё же не воспринимайте наши слова как угрозу. Мы с Дерсеном пригласили вас не для того, чтобы запугать. Нам просто хотелось объяснить, почему решение кажется справедливым.

Теперь голос принцессы звучал тепло.

— Я благодарна вам за заботу.

Изабель кивнула чуть скованнее, чем следовало.

Дальнейшая беседа прошла внешне легко. Внутри у неё нарастало смятение, но показать его она не могла.

С детства Изабель восхищалась императорской семьёй. Все её встречи с представителями династии только укрепляли это чувство. В их манерах, речи и сдержанной уверенности ощущалась порода, которой невозможно было научиться подражанием.

Не верить Дерсену и Рейчел она не имела оснований.

Значит, ошибаться могло её собственное представление о Хан Чонсоне.

— На сегодня достаточно, — сказал принц. — Ещё увидимся.

— Буду ждать следующей встречи, леди Изабель, — добавила Рейчел.

Изабель поднялась и простилась с ними со всей положенной церемонностью.

Выйдя из покоев, она сразу направилась туда, где находился её подопечный.

Простолюдин, удостоившийся столь высокой оценки.

Человек, ради которого нарушили традиции золотых рыцарей.

Шаги Изабель понемногу ускорились.

— Кто же ты такой?.. — едва слышно произнесла она.

Теперь ей хотелось увидеть Хан Чонсона собственными глазами.

* * *

К вечеру небо за окнами лазарета окрасилось красным.

Глесия давно ушла. После неё приходили и другие, но Аделия никого не впустила.

Я сидел у постели Карите и ждал, когда она очнётся. Мысли о золотом рыцаре незаметно отошли на второй план.

Сначала я беспокоился, как встречать человека такого положения. После разговора с Глесией тревога улеглась. Я понял простую вещь: не так важно, какое впечатление произведу я. Гораздо важнее, как сам рыцарь отнесётся ко мне.

Поэтому я сосредоточился на том, что находилось перед глазами.

Карите спокойно спала. Леонхарт по-прежнему сидел в медитации. Из угла доносился лишь негромкий звон посуды: Аделия смешивала лекарства.

Тишина постепенно очистила мысли.

— Карите, проснись поскорее, — тихо попросил я.

Мои пальцы осторожно коснулись её руки.

Она пережила самое опасное и вернулась с границы смерти. Аделия не могла сказать, сколько ещё продлится беспамятство. Это тревожило, но главное уже произошло: Карите осталась жива.

Я не собирался торопить её.

Внезапно меня словно что-то подтолкнуло. Я поднял голову и посмотрел на дверь.

Стук. Стук.

— Инструктор Аделия здесь?

Женский голос прозвучал чисто и твёрдо.

Хотя дверь ещё оставалась закрытой, я сразу почувствовал чужое присутствие. Оно давило не грубо, а безоговорочно, заставляя инстинктивно собраться.

— Кадет Хан Чонсон, приготовьтесь, — спокойно сказала Аделия и поднялась.

Этого было достаточно.

Золотой рыцарь прибыл.

Я поспешно поправил ворот простой белой рубашки и провёл ладонью по лицу, словно это могло сделать меня достойнее встречи.

Дверь открылась.

«Женщина?»

Голос и прежде казался высоким, но я не ожидал увидеть именно её.

Когда говорили о телохранителе, я без раздумий представлял мужчину. Человек, который будет постоянно находиться рядом, логично должен был быть одного со мной пола.

Однако за Аделией стояла красивая женщина с короткими золотистыми волосами. Её серебряные латы были отделаны золотом и выглядели изящнее любых доспехов, какие мне доводилось видеть. Даже с первого взгляда в ней угадывалось высокое происхождение.

— Проходите, — сказала Аделия.

В её голосе промелькнуло лёгкое напряжение.

Незнакомка вошла. Каждый шаг сопровождался мелодичным звоном металла. Через несколько мгновений она остановилась перед моей постелью.

— Меня зовут Изабель. Я золотой рыцарь. Вы кадет Хан Чонсон?

В её спокойном голосе не было ни тени легкомыслия.

Я кивнул.

— Да. Для меня большая честь встретиться с прославленным золотым рыцарем.

Я почтительно склонил голову, но недоумение никуда не исчезло.

Моим постоянным телохранителем должна была стать женщина.