Глава 444 — Приём (1)

Приём во Дворце Славы проходил на удивление тихо.

И это было вполне естественно.

Все приглашённые до единого были главами домов. Каждому приходилось блюсти лицо, да и возраст у большинства был уже немалый.

«Больше всего здесь, пожалуй, тех, кому за пятьдесят...»

На этой мысли меня вдруг разобрал смех.

Вот уж прекрасно. Я, главный герой сегодняшнего вечера, сижу в одиночестве и изображаю горемыку.

Я с раздражением пережёвывал мясо.

Атмосфера была до боли знакомая: именно от такой у человека, всю школьную жизнь мотавшегося из школы в школу, запросто мог начаться ПТСР.

Теперь я особенно ясно чувствовал: в новую стаю я пришёл с голыми руками.

«...»

Словно меня посадили в зоопарке в клетку для обезьян.

«Граф Фердехильт, барон Серфия, виконт Мюльварк... О, гляди-ка, и барон Мартоан там».

Среди тех, кто издали бросал на меня косые взгляды, были и знакомые главы домов. Но первым ко мне не подошёл никто.

Странные дела. На других приёмах они сами лезли знакомиться и предлагали дружбу. А граф Фердехильт так вообще когда-то заводил разговоры о том, чтобы я женился на его дочери.

«Впрочем, их тоже можно понять...»

Здесь был зверинец.

Только правили в нём не инстинкты, а рассудок.

Я делал вид, будто ничего не понимаю, и продолжал рвать мясо зубами, но положение дел видел насквозь.

Сейчас меня приручали.

Молча давали понять: не вздумай считать, будто, став одним из дворянских домов королевства, ты встал на одну ступень с теми, чья история насчитывает тысячи лет.

Решение, правда, было простым.

Как и советовал недавно встреченный герцог, мне достаточно было самому подойти к кому-нибудь и заговорить. Тогда они приветливо улыбнулись бы и приняли меня.

Как принимают нижестоящего.

«Ух, как же вы, сволочи, утомительно живёте».

Кстати, здесь имело значение даже то, к кому я подойду первым.

Стоило мне обратиться к тому самому герцогу — и дворяне, подчинённые враждующему с ним маркизу, сразу начали бы смотреть сквозь меня, словно я прозрачный варвар.

Каждый мой шаг и каждое слово в этом зале становились политическим выбором.

И всё же я просто продолжал есть мясо.

Причин было три.

Во-первых, я и правда проголодался.

Во-вторых, мясо было очень, очень вкусным.

И, наконец, в-третьих...

«А вот и она».

Я с самого начала не собирался влезать в основной поток.

— Сколько бы вы ни ждали, толку не будет.

Я поднял взгляд на подошедшую женщину и едва заметно улыбнулся.

— Всё равно никто к вам не подойдёт.

Белые волосы, белые глаза.

Белая кожа.

Если не считать странного пёстрого наряда, чем-то напоминавшего ханбок, белым в ней было всё.

Ах да, кроличьи уши на макушке — тоже.

— Рада встрече, барон Яндель. Как вам угощение? Пришлось по вкусу?

— Кто знает. Сама кусок хочешь?

Я подхватил с блюда свежий кусок мяса и протянул ей. Женщина на миг опешила, потом взяла себя в руки и улыбнулась.

— Нет, благодарю. У меня нет аппетита.

Ишь, привередничает.

А ещё из иных рас.

Решив, что для описания меня как личности уже сделано достаточно, я всё же положил недоеденный кусок на тарелку, чтобы поговорить, и тщательно облизал пальцы.

Тут мне вдруг пришла в голову мысль.

«Если предложить ей пожать руку... она согласится?»

Не знаю. Но проверять не собирался.

У меня, варвара, тоже хватало воспитания.

По крайней мере, когда от этого была польза.

— В общем, рад встрече. Я барон Яндель.

Стоило мне представиться первым, как собеседница с доброжелательной улыбкой ответила:

— Баронесса Лирибия.

Я это уже знал.

В конце концов, дворянский дом белокроличьего народа был всего один.

«Ей сорок три. И, кажется, трое детей».

— Позволите присесть?

— Конечно. Я как раз скучал.

Получив разрешение, баронесса Лирибия... сокращённо баронесса Кролик — заняла место напротив меня. Впервые за всё время за восьмиместным столом, где я сидел один, появилось ещё одно живое существо.

Правда, этот исторический миг никто не отметил аплодисментами.

Раздались только острые насмешки.

— Цок. Ну вот, всё к тому и пришло.

— Если низкие твари сами хотят держаться друг с другом, зачем им мешать?

Сказано было достаточно громко, чтобы услышал даже я, варвар. Значит, женщина-зверолюд с кроличьими ушами услышала тем более.

Но она даже не дрогнула.

Лишь улыбнулась — так, будто давно привыкла, — и тихо заговорила со мной:

— Первый глава нашего дома тоже был героем, как и барон Яндель. Во время восстания Железной Стены он совершил подвиг: остановил герцога Небесного Мятежа. Вы слышали об этом?

— Нет. Извини, но сегодня слышу впервые.

— Ху-ху, за что же извиняться? Так и должно быть. Теперь это старая история, известная разве что тем, кто специально изучал прошлое...

В голосе баронессы прозвучала тихая печаль.

— 2 000 лет.

— ...

— Уже 2 000 лет прошло с тех пор, как герб дома Лирибии поместили в ковчег завета. Поистине долгий срок. За это время успела закончиться эпоха королей, которую считали бессмертной, и наступил новый рассвет.

Кажется, я начал понимать, к чему она ведёт.

— Поэтому барону Янделю тоже стоит поскорее привыкнуть. Со временем их взгляды не изменятся.

— О, правда? Странно. На мой взгляд, ты и они не так уж сильно отличаетесь.

Особенно тем, как красиво умеете говорить.

— ...Вы и впрямь забавный человек, как о вас говорят.

Забавный?

Я ещё даже к сути не перешёл.

— В любом случае, ты явно пришла не только ради совета. Я прав?

— Вы действительно незаурядны. Да, правы.

— Тогда говори.

На мой прямой вопрос женщина на мгновение замялась.

Вот почему я и сказал, что особой разницы между ними нет.

Пусть у неё и росли уши на голове, но она тоже сидела здесь как представительница своего дома.

Настоящая дворянка.

Такая же, кто считает всё, что выходит за рамки этикета, низкопробным.

— ...Я не стану говорить, будто пришла вам помочь. Мы не хотим, чтобы баронский дом Янделя оказался под другой силой.

— Потому что это новый дворянский дом, основанный представителем иных рас впервые за 600 лет?

От моего вопроса женщина снова вздрогнула.

Но затем глубоко вдохнула, сменила тон и посмотрела мне прямо в глаза.

— ...И прежде всего потому, что вы варвар. Первый варвар за всю историю Лафдонии.

По этим словам я понял: взгляд женщины, которая, возможно, прежде считала меня простым варваром даже сильнее, чем те человеческие аристократы, изменился.

— Как наш баронский дом Лирибии пользуется полной поддержкой зверолюдов, так и баронский дом Янделя способен вывести племя варваров на политическую арену.

— И всё?

— Конечно, даже без этого обстоятельства наше решение было бы тем же. Для нас ценен каждый.

— Хм, вот как...

— Всего, включая дом Лирибии, общую волю выразил тридцать один дом. Разумеется, в политике мы всё равно меньшинство, но этого достаточно, чтобы иметь хотя бы минимальный голос.

Пока она продолжала объяснять, я без особого интереса подпёр подбородок рукой, и баронесса Кролик первой начала торг.

— Я не буду предлагать вам присоединиться к нам ради великой цели.

Верно. Первым должен шевелиться тот, кому срочно надо.

— Если вы разделите наши намерения, баронский дом Янделя получит значительную поддержку при закладке основы.

— Говори подробнее.

— Например, можно сразу приобрести землю, построить особняк, нанять множество людей, необходимых для содержания дома... Иными словами, десятилетия, которые обычно уходят на создание полноценного дворянского дома, сократятся до нескольких лет.

Вот это дворянское общество.

Уже на старте суммы такие, что дух захватывает.

Одного этого хватило бы, чтобы с лихвой окупить выбор церемонии повышения в титуле в качестве награды.

— Но на этом всё не заканчивается. Ведь изначально мы объединились, чтобы выжить.

И она произнесла:

— Если барон Яндель разделит с нами намерения, наши враги станут вашими врагами.

— ...

— А ваши враги станут нашими.

Вот почему я не пошёл первым заговаривать с другими дворянами, а ждал их.

Раз для них ценен каждый, они и впрямь дорожат каждым из своих.

— Ну что скажете?

Когда она потребовала ответа, я кивнул.

— Пожалуй... неплохо.

— Значит, вы...

— Но этого мало.

— ...?

Не надо так смотреть. Тут же с первого взгляда видно: с них ещё можно что-то взять. Глупо довольствоваться малым.

***

Услышав мой ответ, баронесса Кролик застыла взглядом.

Но почти сразу вернула себе прежнее выражение лица и, не сдаваясь, вежливо спросила:

— Встретившись с бароном Янделем лично, я поняла, что вы человек умный. Если у вас есть пожелания, не могли бы вы сказать о них откровенно?

Одного этого было достаточно, чтобы понять.

Насколько сильно эта женщина... точнее, Союз дворянских домов иных рас «Мелбес» — хотел заполучить меня.

Разумеется, я и сам не меньше нуждался в этой группе...

«Но они-то этого не знают».

Если уж продаёшь себя, вытребуй самую высокую цену.

Таков дух К-варвара.

— Я и дальше собираюсь ходить в Лабиринт. Хотелось бы получить поддержку и в этом.

— ...Можете привести пример?

— Я хочу, чтобы вы поддержали клан, который я создам. Высшие эссенции, ценные номерные предметы и всё в таком роде.

— ...Это будет непросто. Мы не получим от этого никакой выгоды.

— Почему не получите? Вы и сами знаете: эта страна начинается Лабиринтом и Лабиринтом заканчивается.

— Если вы говорите о влиянии в Лабиринте, то у нас уже достаточно иных способов его сохранять.

Цок. Ну конечно, лёгкой прогулки не выйдет.

Похоже, пора снова достать варвара.

— Нет, почему нельзя?!

— ...Что?

— Землю купить можете, дом построить можете. А это ведь дешевле!

— Эм... барон Яндель? Голос, пожалуйста...

— Назови причину!!

С этими словами я резко поднялся, и взгляды всех дворян разом повернулись к нам.

Может, именно это надавило на неё.

— Поддержка дома и это — разные вещи. Самостоятельность баронского дома Янделя впоследствии поможет вам участвовать в политике, а это — нет.

Баронесса Кролик выпалила объяснение скороговоркой.

Но, видимо, даже произнеся это, сочла довод недостаточным.

— Впрочем, кто знает... Если барон Яндель станет для нас действительно необходимым человеком... мы тоже не сочтём жалким отдать вам что угодно.

— Что?! То есть сейчас я вам не нужен?!

— Нет, я вовсе не это имела в виду...!

— Ха-ха! Шучу я, баронесса Лирибия.

— ...А?

Я засмеялся и снова сел, а баронесса ошеломлённо уставилась в пустоту.

Ишь ты, уже и пошутить нельзя.

— Проще говоря, мне нужно доказать свою ценность, верно? И не только табличкой «первый барон-варвар», а чем-то ещё. Показать, что от меня есть польза.

— Да... ах, да. Именно так... наверное?

— Тогда проблем нет. Для меня это слишком просто.

— ...?

От моего уверенного ответа она снова растерялась, а в этот момент вокруг зашумели дворяне.

— Только что будто ссорились, а теперь уже хохочут?

— Вот потому-то полукровки... сущие звери, право слово.

— Интересно, что такое сказала баронесса Лирибия, что гнев этого варвара улёгся?

— Хм, кто знает. Я слышал, этому варвару по нраву зверолюды.

— Что? Вы хотите сказать...

— Кхм, ну, вовсе уж невозможным это не назовёшь, не так ли?

Перешёптывания были настолько мерзкими, что даже варвару стало противно.

Баронесса слышала в своей жизни немало насмешек, но, кажется, столь откровенной грязи при ней ещё не бросали: её лицо налилось краской стыда.

Это меня слегка впечатлило.

— ...Барон Яндель.

Даже сейчас она беспокоилась о том, не натворю ли я чего-нибудь.

— Пропустите это мимо ушей. Если вы намерены заниматься политикой, такие слова придётся слышать бесчисленное множество раз.

— Почему?

— ...Потому что другого способа нет.

Честный ответ, пропитанный бессильной злостью слабого.

А с таким лицом она и правда походила на травоядное животное.

Я усмехнулся и спросил:

— Ты говорила, что привыкла. А выходит, злиться всё-таки умеешь?

— Как можно не злиться? Я просто терплю и храню надежду. Надежду на тот день, когда нам больше не придётся переживать подобные унижения.

— Надежду, значит...

Если бы надежда исполнялась от одного только бережного хранения в сердце, в этом мире не было бы несчастных.

Вот именно. А значит...

— Как думаешь, сколько это стоит?

— ...О чём вы?

— Допустим, я не исполню вашу надежду. Но по крайней мере сделаю так, чтобы такие, как эти, перестали тявкать у вас за спиной.

Я сказал:

— Спрашиваю, сколько это, по-твоему, будет стоить.

К счастью, баронесса Кролик ещё не успела понять, куда всё идёт, и честно ответила:

— Не знаю. Лично я не пожалела бы и тысячи золотых.

Ответ слишком отвлечённый и субъективный.

Но мне хватило.

— Отлично. Значит, сделка заключена.

— ...А?

— Я тут немного проанализировал вас. Знаешь, почему вас всё время били? Потому что вы всё время только получали по морде.

— Ч-что это значит...

Что значит?

Это значит, вам нужен командир штурмового отряда.

Я поднялся, не оставляя ей места для возражений.

И...

— Бехел—ла-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

Сначала я надёжно притянул к себе внимание боевым кличем.

А потом широкими шагами двинулся вперёд.

— Б-барон Яндель!

Встревоженный крик баронессы Кролик я как раз пропустил мимо ушей.

Через несколько секунд я уже стоял перед тем дворянским ублюдком, который молол языком про мои вкусы и зверолюдов.

— ...Что вам угодно? К чему весь этот шум?

К несчастью для него, он, похоже, всё ещё не понял, что происходит.

Иначе не стал бы так дерзко задирать глаза.

— Барон Кифриот.

Мы не были представлены, но назвать его по имени не составило труда. С тех пор как я решил пойти дворянским путём, я выучил гербы всех дворянских домов.

«Барон, сильной опоры за спиной нет, для показательной порки самое то».

Я сказал ему:

— Ты оскорбил меня.

— Оскорбил? Неужели из-за тех слов?.. Ха! Даже смешно. Сомневаюсь, что у тебя вообще есть честь, которую можно оскорбить. А даже если и есть, что ты сделаешь?

Ишь, делает вид, будто не струсил.

А сам явно растерялся: слова уже посыпались лишние.

— Если уж ты не в силах совладать с чувствами, изложи своё мнение письменно и подай в комитет. Ах да, не знаю, умеешь ли ты писать!

Когда он договорил, сидевшие рядом приятели захихикали.

Прямо не дворяне, а дешёвая уличная шпана.

И кто здесь на самом деле низок?

— Итак, если сказать тебе больше нечего, будь любезен освободить мне...

С чего бы мне было нечего сказать?

Я оборвал его:

— Я вызываю тебя на дуэль.

Дуэль.

Единственный способ разрешения споров, существующий со времён древнего дворянского общества Лафдонии.

Разумеется, за всю долгую историю число случаев, когда титулованный дворянин лично выходил на дуэль, не достигло и десяти.

Поэтому...

— Боишься? Тогда согласен и на дуэль через представителя. Я, разумеется, буду сражаться сам.

— ...Ты серьёзно?

— А что, хотел бы, чтобы я шутил?

— ...

На мой вопрос он не ответил.

Что у него в голове, было очевидно.

Сама эта ненормальная ситуация должна казаться ему оскорбительной и пугающей. Он наверняка думает: я поступал как обычно, другие ведь тоже это говорили — почему именно со мной случилось такое?

Но...

«Пора бы уже понять».

Как-никак, на свет появился дворянин-варвар.

Пора внести немного напряжения и в расслабленное дворянское общество.

Так что...

Я сделал ещё шаг, навис над ним и продолжил:

— Рыцарь, исследователь, маг — мне всё равно.

По правилам представитель на дуэли не должен быть наёмником, но...

— Даже если он не из твоего дома, неважно.

— ...

— Веди кого угодно.

— ...

— Самого сильного из тех, кого сумеешь позвать.

Ответа не последовало.

— Что, не уверен?

Я-то уверен.

Кого бы ты ни привёл, я убью его прямо здесь.