Глава 29 — Без названия

— Герцог Аден фон Агнус приветствует четвертый свет Империи, — Великий Герцог склонил голову под пристальным взглядом Четвертого принца. Даже преклонив колено, он излучал непоколебимую гордость и достоинство. Его вежливость была безупречной — без лишнего подобострастия, но и без тени пренебрежения.

— Для меня большая честь встретиться с Великим Герцогом Агнусом, гордостью нашей Империи, — Кайзер спешился со своего белоснежного коня и обвел взглядом собравшуюся толпу.

Присутствующие так и застыли с открытыми ртами, когда принц Кайзер с мягкой улыбкой ответил на приветствие легким поклоном.

— Ваше Высочество! — потрясенно воскликнул Эвергрант.

Каким бы влиятельным ни был аристократ, Четвертый принц оставался прямым потомком самого Императора — человека, стоящего выше всех в Авалоне, в эпоху, когда власть императорского дома была крепка как никогда. Для низших сословий и герцоги, и принцы казались небожителями, но чтобы член императорской семьи относился к герцогу как к равному — это выходило за рамки всех приличий.

— За нами наблюдают не только Имперские Рыцари, но и вассалы Герцога. Подобные действия Вашего Высочества могут подорвать авторитет императорской семьи… — Эвергрант поспешно подошел ближе и взволнованно зашептал принцу на ухо. Он говорил очень тихо, но большинство присутствующих рыцарей, включая самого Герцога Агнуса, обладали сверхчеловеческим слухом. В глазах Герцога промелькнул живой интерес.

Кайзер лишь улыбнулся Герцогу:

— Я всего лишь Четвертый принц, не имеющий реальной власти. Если я начну высокомерно важничать в такой обстановке, то до конца дней стану посмешищем для всей столицы.

Герцог был слегка удивлен. А ведь принц прав. Первый и второй принцы обладали колоссальным влиянием и считались главными претендентами на престол. Даже у третьего принца, который заметно уступал старшим братьям, шансов было куда больше, чем у четвертого. Власть рождает гордость, а власти у Кайзера как раз и не было.

— Прошу простить меня за столь внезапный визит, Великий Герцог Агнус. Его Величество назначил меня имперским посланником, но я боюсь, что мне не достает мудрости должным образом представлять его волю. Поэтому прошу отнестись с пониманием к моему юношескому безрассудству…

— Всё в порядке, Ваше Высочество, — кивнул Герцог в ответ на извинения принца.

«Странно, что во всей бескрайней Аркадии о Четвертом принце почти ничего не слышно. Этот волчонок явно прячет свои когти…» — подумал Герцог, сохраняя невозмутимый вид.

Впрочем, Джошуа думал примерно о том же. С самого момента прибытия отряда Джошуа не отрываясь смотрел на Кайзера с едва заметной усмешкой, напоминая старика, со смесью сожаления и презрения вспоминающего об ошибках далекого прошлого.

«Вот он. Лицемер, который на публике притворяется скромником, строит из себя благородного рыцаря и сыплет красивыми речами, но внутри является полной своей противоположностью».

Сколько людей пролило кровь из-за этого мнимого великодушия? Сколько жизней оборвалось ради этой улыбки? Джошуа был одним из них. В прошлой жизни его предал господин, которому он слепо доверял, и его путь бесславно завершился в безымянной глуши…

«На этот раз всё будет иначе, Кайзер».

Джошуа горько усмехнулся.

Почувствовав на себе пристальный взгляд, Кайзер перевел внимание с Герцога на мальчика. На мгновение их глаза встретились, и по спине принца неожиданно пробежал холодный пот. Подавив внутреннюю дрожь, Кайзер нацепил дежурную улыбку:

— О! Должно быть, вы и есть тот самый знаменитый молодой господин Джошуа.

Джошуа промолчал, что вынудило командира 9-го корпуса Вальмонта выйти вперед. Несмотря на свою репутацию лодыря, сейчас он четко понимал свои обязанности. Его задачей было защищать не только жизни членов императорской семьи, но и их авторитет. К тому же, этот приказ исходил лично от Императора.

— Не проявляйте неуважения, молодой господин Джошуа. Ведите себя подобающим образом в присутствии Его Высочества.

После этих слов весь 9-й корпус враждебно уставился на Джошуа.

«Будь перед нами сам Великий Герцог, я бы слова не сказал. Но как какой-то бастард смеет…» — лицо Вальмонта исказилось от гнева. Он мгновенно обнажил меч, и остальные Имперские Рыцари тут же положили руки на эфесы своего оружия.

Личные гвардейцы Герцога мгновенно подобрались. Для них Великий Герцог Агнус стоял выше любого Императора. Если их господину или его семье угрожали, они были готовы драться с кем угодно, будь то хоть сами Храмовники. Атмосфера накалилась до предела.

— Высокомерный щенок… — Вальмонт крепче сжал рукоять меча.

— Как смешно, — внезапно рассмеялся Джошуа, разрушая гнетущее напряжение, словно мыльный пузырь.

— Ч-что? — Вальмонт ошарашенно округлил глаза.

— Над Империей не могут сиять два солнца. Согласно законам Авалона, если не брать в расчет непосредственного сюзерена, рыцарь обязан отдавать честь лишь одному человеку. Так с какой стати я должен кланяться какому-то самопровозглашенному «четвертому принцу»?

«Он что, совсем свихнулся?» — у Вальмонта едва челюсть не отпала. Пожалуй, он впервые встретил кого-то, кто плевать хотел на авторитеты еще сильнее, чем он сам. Во всем Авалоне никто не обладал такой властью, как Храмовники. И кого еще, по мнению этого мальчишки, они могли сопровождать, если не членов императорской семьи? Он что, всерьез требует показать личный указ Императора, чтобы просто проявить элементарную вежливость?

— Какая неслыханная наглость!

— До чего грубый мальчишка!

— Да как он смеет?! Еще вчера чистил конюшни от навоза, верно? Должно быть, упал головой в навозную кучу и совсем рассудка лишился! — среди свиты принца поднялся яростный ропот.

«Над Империей не могут сиять два солнца».

На первый взгляд фраза казалась очевидной. Император Маркус бен Бриттен являлся абсолютным центром их вселенной. И хотя слова звучали как проявление высшего почтения к правителю, в данном контексте истинный посыл Джошуа был предельно ясен: он наотрез отказывался выказывать уважение остальным членам императорского дома. Разрушенное было смехом напряжение вернулось с удвоенной силой. Ни один дворянин Авалона не потерпел бы подобной дерзости, а уж тем более Имперские Рыцари.

— Ублюдок! — стоящий рядом с Вальмонта Джокер в ярости выхватил клинок. Крестообразный шрам на его покрасневшем от гнева лице стал мертвенно-бледным.

Вжих!

Рыцари с обеих сторон синхронно обнажили оружие, готовые пролить кровь ради защиты чести своих господ.

— Прекратить! — громоподобный голос, пропитанный мощной маной, эхом разнесся над площадью. Многие рыцари невольно поморщились от этого ментального давления.

Источник звука, Великий Герцог Агнус, мрачно нахмурившись, сделал шаг вперед.

— Устроили этот цирк прямо перед лицом принца? Жить надоело? — его ледяной тон пробирал до самых костей. Он окинул суровым взглядом всю толпу, давая понять, что его гнев направлен не на кого-то конкретного, а на всех сразу. Даже спесивые Храмовники склонили головы под весом этого непререкаемого авторитета.

«Так вот она — мощь одной из Девяти Звезд, Великого Герцога Адена фон Агнуса…» — на лице Вальмонта промелькнуло искреннее восхищение.

— Рыцари, убрать оружие!

— Есть! — гвардейцы герцогства подчинились беспрекословно.

— Мы перед лицом Его Высочества! — опомнился Вальмонт и поспешно скомандовал: — Девятый корпус, мечи в ножны!

— …Есть!

Великий Герцог одной лишь своей подавляющей харизмой мгновенно утихомирил бурю. После этого он повернулся к стоящему рядом Джошуа:

— Твой длинный язык и необдуманные действия едва не привели к катастрофе. Живо извинись перед Его Высочеством.

Джошуа горько ухмыльнулся про себя. За его плечами была добрая половина века, и всё же… Ему казалось, что его разум и тело достаточно окрепли, но в плане контроля эмоций он порой вел себя как мальчишка. Он настолько ненавидел Кайзера, что при виде этого лица чувства полностью возобладали над здравым смыслом. Он физически не мог заставить себя склонить голову…

Джошуа уже собирался переступить через себя и сделать шаг вперед, но принц Кайзер опередил его.

— Пустяки, оставьте это. Дело прошлое… к тому же в его словах есть доля истины.

— Ваше Высочество?.. — Эвергрант ошеломленно повернулся к нему.

— Молодой господин Джошуа абсолютно прав. Единственный человек, заслуживающий безоговорочного приветствия рыцарей — это мой отец, Его Величество Император, — принц Кайзер озарил всех своей фирменной доброжелательной улыбкой. — Со мной всё в порядке, так что не стоит так переживать, мои верные рыцари.

— Ваше Высочество… — у некоторых рыцарей на глаза даже навернулись слезы.

Будучи членом императорской семьи, Кайзер обладал благороднейшей кровью. Заявление о том, что его гордость никак не задета, было очевидной ложью. Естественно, воины решили, что принц наступил на горло собственной гордости исключительно ради того, чтобы замять бессмысленный конфликт.

— Кроме того, истинные рыцари должны доказывать всё делом, а не словом… — принц Кайзер перевел лучезарный взгляд на Джошуа. — Думаю, вам это прекрасно известно, молодой господин Джошуа?

Джошуа не сдержал тихой усмешки. Кайзер оставался верен себе — прирожденный оратор и манипулятор. Одним изящным ходом он перехватил инициативу, укрепил преданность своих людей, а теперь плавно перевел разговор к проверке способностей.

«Мастер интриг. Что ж, давай сыграем по твоим правилам…»

Джошуа сделал шаг вперед, хищно улыбнувшись:

— Я готов в любое время.

— А ты до самого конца остаешься высокомерным ублюдком, как я погляжу… — с язвительной ухмылкой вперед вышел Джокер. — Ваше Высочество, господин командир корпуса, прошу разрешения лично провести этот тест на ману.

— Джокер? — Вальмонт бросил обеспокоенный взгляд в сторону Великого Герцога.

Джокер, однако, умело прятал свои клыки. Его голос звучал предельно спокойно и сдержанно:

— Не волнуйтесь. Я лишь хочу проверить, соответствуют ли навыки молодого господина его громким заявлениям.

— Хм…

— Позвольте ему, — раздался голос Кайзера.

— Ваше Высочество? — Вальмонт в замешательстве повернулся к принцу.

— Сэр Джокер ведь уже перешагнул порог эксперта, не так ли? Если мне не изменяет память, он находится на промежуточной ступени B-класса.

— Всё так, но…

— Учитывая безопасность молодого господина, богатый опыт сэра Джокера придется как нельзя кстати.

Джокер удовлетворенно ухмыльнулся, пока Вальмонт был вынужден замолчать. Он сделал еще один уверенный шаг к мальчику.

— Ты ведь уверен в себе, верно, молодой господин? Если сможешь выдержать мой первый удар, то сдал экзамен. Разумеется, я не стану применять техники уровня эксперта. Моя атака будет соответствовать лишь скромному С-классу…

— Слишком много болтаешь, — бесцеремонно оборвал его Джошуа.

Площадь мгновенно погрузилась в удушающую, гробовую тишину.

— Мне плевать, что ты там собираешься использовать. Нападай.