Глава 37 — Без названия

Подобно тому как магия обладает своими уникальными свойствами, в первозданные времена существовали предметы, наделенные духом самого истока мира. Волшебники предполагали, что для каждой стихии — воды, огня, ветра, молнии и льда — существует свой первородный камень. Однако за всю историю людям суждено было найти лишь пять таких артефактов, да и те явят себя миру еще очень нескоро.

Камни Истока были поистине бесценным сокровищем для магов: они способны были возвысить заклинание 1-го Круга, вроде «Огненной стрелы» или «Ледяной стрелы», до разрушительной мощи 3-го Круга — уровня «Огненного копья» или «Ледяного пика». Но были ли они полезны исключительно чародеям? Вовсе нет. В прошлой жизни Джошуа один рыцарь совершил воистину грандиозные подвиги, используя силу именно такого Первородного Камени.

«Рыцарь Алого Пламени, Улабис», — прошептал про себя Джошуа, восстанавливая в памяти образ этого человека.

Один взмах его меча мог расколоть землю надвое. Из единственного выпада его клинка вырывалось целое море огня, поглощая мир бушующим пожаром. Сама воплощенная битва, он проносился по рядам врагов подобно стихийному лесному пожару. И хотя он обладал сокрушительной мощью, всеконтинентальную трепетную славу ему принесла совсем иная причина.

«Тран — единственное княжество на континенте — в будущем завоюет независимость от Империи Сволоу и станет суверенным королевством. И человеком, который своротит горы ради этой цели, станет именно Рыцарь Алого Пламени, Улабис».

Независимость Княжества Тран окончательно разрушит сложившийся статус-кво между тремя великими державами, семью средними королевствами и двумя малыми государствами континента.

Каким бы выдающимся воином ни был человек, сокрушить в одиночку великую державу уровня Империи Сволоу казалось немыслимой задачей. Именно поэтому авторитет Улабиса в сердцах людей поднялся на абсолютно недосягаемую высоту.

«Улабис взошел на трон как первый король Королевства Тран, а затем превзошел Двенадцать Сверхлюдей и занял первое кресло среди Девяти Звезд континента».

Он был идеальным воплощением Абсолюта: проницательным, искусным и абсолютно непобедимым. Еще в детстве талант Улабиса к фехтованию оказался слишком тесен для скромного княжества — он выделялся даже по меркам великих империй, полностью оправдывая статус одного из сильнейших среди Девяти Абсолютов.

Его нарекли «магическим мечником», однако сам он лишь скептически качал головой в ответ на заявления рыцарей, утверждавших, что подобное совмещение невозможно. Многие задавались вопросом, не является ли он первым и единственным в своем роде уникальным сверхчеловеком, но когда его секрет наконец раскрылся, мир пришел к выводу, что вся история о «магическом фехтовании» была лишь красивой иллюзией.

Как выяснилось, Улабис просто черпал силу из красного Каменя Истока — артефакта, насквозь пропитанного стихией первородного огня.

— Тип стихии не имеет значения, — тихо пробормотал Джошуа, и на его губах заиграла едва заметная улыбка.

Их не даром прозвали «Камнями Истока» — они вбирали в себя первозданную энергию самого начала времен. Эти артефакты накапливали мощь на протяжении неизмеримых веков, скрытые от взора и рук смертных. Трудно было даже вообразить, какую исполинскую силу в себе таили эти камни.

— Стой! — громогласный клик в голове колонны заставил мальчика очнуться от раздумий.

Перед экспедицией предстал небольшой замок, выстроенный с явным уклоном в сугубый практицизм: замковый комплекс господина земель Локк, непосредственно граничивших с Черным Лесом Монстров.

— Чтить Великого Герцога! — по команде мускулистого рыцаря средних лет солдаты замка Локк как один чеканили салют, высоко задрав подбородки.

— Вольно, — Герцог Агнус легко спешился и шагнул навстречу командиру. — Давно не виделись, Робен.

— Так точно, Ваша Светлость, — отозвался тот.

Герцог Агнус мягко улыбнулся:

— Я всегда чувствую вину перед теми, кто несет здесь службу… И особенно перед тобой. Даже выйдя на покой, ты продолжаешь терзать себя в этой бесплодной глуши, — в голосе Великого Герцога прозвучало искреннее сожаление.

Робен, этот выглядевший довольно старым рыцарь, верой и правдой служил Герцогу десятки лет в качестве старшего офицера Ордена Клевера — одного из семи рыцарских корпусов, находившихся под прямым командованием дома Агнус. На покой он ушел совсем недавно, и Герцог с особым теплом относился к нему за преданность и верность.

— Для меня огромная честь помогать Вашей Светлости даже своими скромными силами, — ответил Робен с добродушной, старческой улыбкой. — Пусть я стар и силы постепенно покидают мое тело, мое сердце навсегда принадлежит великому дому Агнус. К тому же, всё, о чем я мечтал на склоне лет — это просто жить со своей семьей. Я счастлив, милорд.

Несмотря на слова Робена, лицо Герцога Агнуса слегка омрачилось. Он знал о давнем желании старого рыцаря и о том, что вполне мог бы его исполнить, но также понимал, что спокойная жизнь здесь ему вряд ли светит. И причиной тому был тучный мужчина средних лет, который бесцеремонно беспардонным движением оттолкнул Робена с дороги.

— Приветствую Великого Герцога!

— Это… — Робен смущенно замер.

— Робен, ты с годами совсем умом тронулся и потерял остатки такта?! Если прибыл сам Великий Герцог, ты обязан был немедленно вызвать меня!

— Я… — старый рыцарь попытался было возразить, но тут же замолчал. У него буквально не было ни секунды, чтобы перевести дух во время подготовки к встрече экспедиции, однако приводить подобная оправдания перед Герцогом он считал выше своего достоинства.

— …Прошу прощения, милорд, — Робен тихо опустил голову.

— Вот почему старикам пора вовремя уступать дорогу! И подумать только, ты еще заикался о том, что хочешь взять на себя безопасность всего поместья с таким-то подходом к делу!..

Лицо Робена вспыхнуло густой краской. Подобные унижения стали для него уже обыденной рутиной, однако сносить их прямо на глазах у глубоко уважаемого им Герцога было невыносимо тяжело.

— Кхм! Ц-ц-ц, — мужчина вальяжно цокнул языком, выжидая, пока остальные подхватят его тон. Ему не было абсолютно никакого дела до чувств заслуженного ветерана. Спустя пару секунд гробовой тишины старый рыцарь лишь ниже наклонил голову и отступил в сторону.

— Кхм… Давно не виделись, Ваша Светлость. Принесите мои извинения за столь нескладную встречу — я был с головой погружен в приготовления к сегодняшнему пиру. Мое сердце разрывается, но я виноват сам, что недостаточно строго контролирую челядь. Молю, накажите меня, милорд!

— В этом нет нужды, — с безучастным лицом произнес Герцог Агнус. — …Хотя должен заметить, Виг, с нашей последней встречи ты заметно прибавил в весе.

Как и отметил Герцог, жировые складки Вига колыхались при каждом шаге, а пот градом катился с него, словно наваристый бульон — зрелище, вызывавшее у рыцарей стойкое отвращение. Более проницательные вассалы без труда уловили сквозившую в словах Агнуса брезгливость, но человек по имени Виг лишь громко и визгливо расхохотался, будто хряк. Казалось, он вообще не замечал осуждающих взглядов окружения.

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Простите великодушно — но разве всё это не благодаря вашей непрестанной заботе, Ваша Светлость? — Виг заискивающе потер ладони. — Я был тронут до глубины души, когда узнал, что сам Великий Герцог изволил лично прибыть в наши скромные земли, чтобы решить наши беды всего за какой-то месяц!

Робен, единственный человек, обладавший равными полномочиями с Вигом, предпочитал хранить угрюмое молчание. Этот грузный, расплывшийся, похожий на свинью мужчина являлся официальным хозяином земель Локк — виконтом Вигом Бек Стеком. Виг приходился родственником Ванессе, действующей хозяйке дома Агнус, и когда Ванесса вышла замуж за Великого Герцога, виконт увязался за ней. Проще говоря, он был мелким провинциальным дворянчиком, удачно присосавшимся к императорской крови.

Герцог Агнус открыл было рот, чтобы что-то сказать, но лишь тяжело вздохнул и перевел взгляд на девушку, стоявшую по правую руку от виконта.

— …Анна, как твои дела?

— Приветствую Великого Герцога, — юная леди склонилась в поклоне. У нее были каштановые волосы и россыпь легких веснушек на носу — вполне обычная внешность, унаследованная от отца. Ее нельзя было сравнить с Чарльз или Аиселин, но в ее облике присутствовало свое очарование: фарфорово-белая кожа, миловидное лицо и аккуратные черты. Это была Анна, единственная дочь виконта Вига.

Пока Герцог уделял внимание Анне, виконт Виг окинул беглым взглядом отряд, и его взор тут же зацепился за юного воина.

— Ох? Неужто… Молодой господин Бабель тоже здесь! — виконт расплылся в слащавой улыбке и поспешил к Бабелю.

— Давно не виделись, дядя.

— Вы так вытянулись, молодой господин Бабель! Я просто невероятно счастлив и тронут до слез! Ха-ха-ха-ха!

Наблюдая за бурной реакцией Вига, Бабель лишь слегка улыбнулся.

Возможно, другие указывали бы на виконта пальцем и презирали как ленивого, набивающего карманы самодура, поглощенного лишь собственными низменными желаниями, но для Бабеля он, по крайней мере, оставался добродушным родственником.

— От вас исходит такая колоссальная сила, что даже я, человек далекий от меча, ощущаю ее всем телом! — Виг аж задрожал от наигранного трепета. — Неужели скоро в Империи станет одним Мастером больше?.. Ха-ха-ха-ха!

Затем виконт Виг недоуменно склонил голову набок:

— А это еще кто…? — только сейчас он заметил Джошуа, с отрешенным видом стоявшего по левую руку от Герцога. Фигура этого маленького ребенка разительно выделялась на фоне сотни закаленных рыцарей и высококлассных магов.

— Это молодой господин Джошуа, виконт Виг, — шагнул вперед Шифон, опережая события.

— А! Давно не виделись, сэр Шиф… Э-э… Молодой господин Джошуа…?

— Второй сын Великого Герцога.

Естественно, лицо виконта Вига вытянулось от крайнего изумления. До него долетали слухи о небывалом таланте Джошуа, однако влияние мальчика возросло совсем недавно — он изменился настолько разительно, что его легко можно было принять за совершенно другого человека. В глухое поместье Локк новости всегда стекались с огромным западанием.

— Понимаю, понимаю! Похоже, я совсем одичал в своей глуши и всё проспал, ха-ха. И когда только сестра Ванесса успела родить еще одного сына?

— Он не сын госпожи Ванессы, — Шифон качнул головой.

Виконту Вигу показалось, будто на него вылили ушат ледяной воды.

— Неужели Великий Герцог взял наложницу?

Герцог не изъявил ни малейшего желания отвечать на этот вопрос, как и все остальные. Даже со своим дубовым умом виконт Виг мгновенно сообразил, что задел крайне скользкую и опасную тему.

— Ох, молю, простите мою оплошность… Я просто был ошарашен столь внезапной новостью. Я и помыслить не мог, что Его Светлость заведет наложницу, но я не вкладывал в это ничего дурного! Для истинного героя вполне естественно иметь вторую или даже третью жену.

Виг бросал отчаянные взгляды на Шифона, но тот упорно отводил глаза.

— Что ж… Из какого же знатного и древнего рода происходит молодой господин?

— К сожалению, он не из дворян.

— В каком смысле?

На этот раз Шифон предпочёл промолчать. Слова «Обычная простолюдинка и низшая служанка» так и рвались наружу, но навлекать на себя гнев господина он не хотел. Он и так сказал достаточно — виконт Виг был вполне способен сложить два и два.

Как Шифон и рассчитывал, лицо виконта мгновенно исказилось от глубокого презрения.

— Грязный бастард, — тихо процедил виконт Виг, демонстративно отводя взгляд, будто перед ним стояло нечто мерзкое и смердящее.

Однако от обостренного слуха закаленных рыцарей этот шепоток не укрылся.