Глава 524 — Каркас Изоляции Сигнатуры

На следующий день нас пускают в Мастерскую Номер 2.

Никакого теста не потребовалось, и мы оставили Хеда, его группу и троицу тиларинов в Мастерской Номер 3, хотя опыта у них было чуточку больше.

Я захожу внутрь в ожидании увидеть нечто отличное от Мастерской Номер 3, но здесь всё практически то же самое – единственное серьёзное отличие заключается в куда большем количестве деталей боевой брони и техников 8-го уровня. Даже Лет, провожающий нас внутрь, держится с подчёркнутым почтением.

Я оглядываюсь по сторонам в надежде увидеть Арденикса, но здесь валяется лишь парочка деталей от него; большую часть боевого доспеха унесли в его собственный шатёр к приписанным к нему техникам.

Суета здесь стоит невероятная – даже сильнее, чем прежде. Детали постоянно переносят с места на место, доставляют новые материалы и управляют механизмами. Я замечаю фрагменты рук, несколько пальцев, элементы нагрудной брони и кое-какие части от «крыльев».

"Поторапливайтесь."

Лет прерывает наше глазение по сторонам и отводит нас в угол.

"Сегодня вы будете исключительно ассистировать мне. Времени в обрез, так что разжёвывать что-то и обучать вас я не стану."

"Лет, а почему времени в обрез?" — спрашивает Софи.

"Мне очень жаль, помощница Софи. Даже я сам знаю не так уж много, а тем, что мне известно, делиться не имею права."

"Понимаю."

"Благодарю. Софи и Натаниэль будут непосредственно помогать мне. Денис и Аарон, вы подмените их, если Софи или Натаниэль допустят ошибку."

Мы тут же приступаем к делу: работаем над кистью, присоединяя к ней новый палец и параллельно устраняя повреждения на одном из старых. Лет орудует с неимоверной скоростью; он применяет узкоспециализированный метод, а порой задействует предметы, которые, судя по всему, посылают некий пароль для разблокировки деталей, чтобы мы вообще могли с ними работать.

Всё это до жути напоминает проприетарное железо и софт, запароленные производителем так, чтобы чинить их мог исключительно авторизованный персонал. Скорее всего, это сделано не из банальной жадности – это защитная мера от саботажа.

Саботаж здесь – это постоянная головная боль, и на то есть веские причины. Некоторые бойцы могущественных вражеских сил невероятно хороши во внедрении.

Им и приходится таковыми быть. Монстр-Абсолют является мимиком, и все остальные монстры – его сородичи.

По мере того как работа кипит, Лет – несмотря на собственные слова об обратном – продолжает спокойным тоном объяснять каждое своё действие. Учитель из него и вправду отменный. Не самый талантливый, раз уж застрял на 7-м уровне техника на такой долгий срок, и ему явно не хватает навыков, чтобы пробиться выше. Но вот среди техников 7-го уровня он, пожалуй, один из самых способных, и он искренне любит своё дело. В нём нет ни капли горечи из-за собственной неспособности пробиться дальше, и даже без помощи Иззи я прекрасно понимаю, что он за личность.

Но даже при всём при этом он на голову превосходит любого из нас четверых. Думаю, нас можно было бы приравнять к техникам 4‐6 уровней. Точно сказать сложно, поскольку я без понятия, по каким критериям у них формируется рейтинг.

И я, и Софи жадно впитываем всё, что он нам показывает. Мы практически безупречно чиним кисть и оставляем её для проверки и интеграции технику рангом повыше.

После всего этого я по-прежнему полон сил, но замечаю, что Софи и даже сам Лет выглядят слегка утомлёнными. Лет – потому что на него легла основная масса работы, а Софи – потому что у неё нет пассивки среднего арканного ранга, как у меня. Близнецы тоже вымотаны, хотя и изо всех сил стараются держаться молодцом так долго, как только могут.

Мы работаем ещё какое-то время, а затем Лет отсылает их отдыхать, решив, что они окончательно выдохлись. После этого остаёмся только мы вдвоём; мы продолжаем работу, переключаясь на другие, более массивные детали, и помогая остальным техникам.

На данном этапе в Мастерской почти не осталось других помощников, кроме меня. Как и прежде, я следую за Летом и ассистирую ему в меру всех своих сил. Я уже какое-то время держу активной Особенность Радужка Мана-Волн; я прекрасно понимаю, что они могут её распознать, но просто не в силах удержаться.

Зачерпнув из собственных резервов, я позволяю мане течь по телу, пока мой разум выдерживает всё нарастающую нагрузку. И я перенимаю всё новые и новые знания. Вся эта информация впитывается отдельным потоком сознания, который бережно её складирует, сохраняя свежей и готовой к записи в мана-камень сразу после завершения работы.

Способы стыковки деталей. Способы плетения контуров таким образом, чтобы они продолжали функционировать даже при повреждении части узлов – дублирующие слои, защитные механизмы, точки сопряжения, варианты подключения к мана-батареям, разветвлённые магистрали доставки маны.

Я тщательнее изучаю те самые искусственные мышцы, приводящие броню в движение. Они состоят из какого-то невероятного материала, природу которого мой разум отказывается понимать – одновременно прочного, но при этом эластичного и реагирующего на ману. На ощупь он настолько напоминает живую плоть, что часть меня искренне задаётся вопросом: а можно ли исцелять его каким-то особым применением маны или с помощью целителя вроде Лили?

И по прошествии многих часов я с удивлением замечаю, что именно Лет выдыхается первым, и дело тут вовсе не в объёме проделанной им работы. Пусть это и не так часто бросается в глаза, но моя пассивка среднего арканного ранга – это нечто запредельное. Навык [Петля Ментальной Настройки], мой опыт, мои экстремально раздутые резервы маны, моё Телосложение Маны, мои глаза – всё это делает меня чертовски хорошим помощником в подобном деле.

Наконец покинув Мастерскую Номер 2, Лет делает глубокий вдох морозного воздуха.

"Отличная работа сегодня, помощник Натаниэль. Пожалуйста, как следует отдохните; нам ещё столько всего предстоит сделать."

Он даже не даёт мне возможности ответить и направляется туда, где, предположительно, стоит его шатёр, а я возвращаюсь в наш.

Там меня встречает пробирающий холод в прихожей, прежде чем я добираюсь до импровизированной гостиной, которую согревает пламя Иззи. Я заметил это ещё во время работы: похоже, весь лагерь развёртывания Экзории стал тратить в разы меньше маны на бытовые нужды – перейдя в некое подобие режима экономии энергии.

"Так, и что стряслось?"

Я формирую манолитовое кресло и сажусь.

"Пилот Арденикса умер час назад," — не ходя вокруг да около, сообщает Тесс.

"Я перехватываю эстафету. Передохни немного," — говорю я Иззи.

Затем я начинаю генерировать жар, размещая по комнате несколько тепловых сфер.

"Спасибо."

Иззи слабо мне улыбается и откидывается на спинку дивана, подтягивая к себе спящего Бисквита. Лапша слегка увеличивается в размерах, позволяя ей использовать часть своего тела в качестве подушки.

Из присутствующих здесь только Лили и Мин-Дже; остальные, похоже, разошлись по своим делам.

Лили заговаривает следующей.

"Я вообще ничем не смогла ему помочь. Мы даже ампутировали и уничтожали куски его тела, чтобы отрегенерировать их заново, но эта дрянь не отступала и продолжала его убивать. Какое-то проклятие, яд или что-то в этом духе. До меня донеслись перешёптывания: судя по всему, он слишком долго пробыл в какой-то зоне, прекрасно зная, что это приведёт к подобным ранам. И всё это лишь ради того, чтобы вернуть какой-то предмет."

Тесс привлекает моё внимание.

"Это был один из тех редчайших случаев, когда Лили не смогла кого-то вылечить, и это немного выбило её из колеи," — произносит она.

И, как она и сказала, Лили выглядит искренне подавленной.

"Случись подобное с кем-то из вас, Тесс, и я была бы бессильна. И с вами всё было бы в разы хуже. Тот люморан был учеником Чемпиона где-то 400-го уровня, поэтому его тело частично сдержало удар, но вы? Или кто-то вроде Ната с его Телосложением?"

Я решаю сменить тему.

"Каково это вообще – лечить кого-то настолько высокоуровневого?" — спрашиваю я.

"Ровно как мы и предполагали. На это уходила прорва маны, а сам процесс шёл куда медленнее, чем с любым из нашей группы. В основном я там была лишь в качестве поддержки для люморанских целителей, но для исцеления того, у кого такой высокий уровень, куча модификаций тела и чёрт знает что ещё, мне требуется куда более высокий уровень собственных навыков и колоссальный объём маны."

"Тесс, есть идеи, почему они перешли в режим экономии энергии и что за предмет раздобыл тот люморан?"

"Никаких. Зато они выслали отряд из люморанов и наёмников за периметр: скорее всего, для зачистки, ну или чтобы перепроверить, не притащил ли Арденикс за собой какой-нибудь хвост на нашу голову."

"Ясно. Сможешь раздобыть мне тёплую одежду остальных, когда они вернутся? У меня есть парочка идей для модификаций на тот случай, если нам всё же придётся спешно покинуть лагерь. И как там дела у близнецов?"

"Денис с Аароном передали, что вскоре смогут пробраться в один из складских шатров, и они присмотрят запасную палатку, которую мы могли бы «позаимствовать» вместе с кое-какими припасами. Но, Нат, я тут поговорила с девочками..."

"Это из-за дизайна, да?"

"Да."

"И в чём проблема? Они же отлично работают."

"Работают-то да, но вот те изменения, что ты внёс... они сделали их немного... неприглядными. Я понимаю, что эстетика сейчас не в приоритете, так что не бери в голову. Просто, если у тебя вдруг появится чуточку свободного времени..."

"Вечно у вас, девчонок, одни и те же проблемы. Парням вот всё зашло."

Тесс на мгновение отводит взгляд.

"Эти ублюдки, даже они?"

"Мин-Дже ляпнул, что они выглядят отстойно, да ещё и стали более громоздкими, а добавленные тобой нити сковывают движения."

"Вот же предатель. Заставлю его носить спортивный топик или вроде того, раз он так жалуется на скованность движений. К тому же сможет светить своими руками-веточками и прессом, если так хочется."

"Пожалуйста, не будь с ним так суров."

"Тесс, на днях близнецам стало скучно, и они начали придумывать мне прозвища. Мин-Дже с радостью впрягся и напомнил им о «Палаточном Извращенце», раз уж мы теперь обитаем в палатках. Уверен, эти засранцы насоздавали закрытых каналов связи, которые я сейчас не могу взломать, и с тех самых пор только так меня и называют."

"В таком случае, не будь слишком суров."

"Знал, что ты меня поймёшь."

Я откидываюсь на спинку кресла и задумчиво смотрю на потолок шатра.

"Они наверняка знали, что пилот Арденикса вот-вот откинет копыта, но всё равно заставили нас чинить детали. А значит, у них почти наверняка уже есть ему замена. Я попытаюсь вытянуть хоть какую-то информацию из Сарабет: она-то точно должна знать хоть что-то."

"Ты ведь понимаешь, что ты вообще никак не вписываешься на роль этой самой замены, да?" — спрашивает Тесс.

Она явно решила испортить мне всё веселье.

Но не то чтобы я сам об этом не задумывался.

"Как ни прискорбно, но я вынужден согласиться. И вообще сомневаюсь, что управлять ими может кто-то, кроме люморанов – по крайней мере, без глубочайших модификаций самой брони."

Спустя какое-то время погружённая в свои мысли Тесс поднимается на ноги.

"Значит, план остаётся в силе. Раз мы не можем уйти прямо сейчас, то будем готовиться к сценарию, при котором останемся предоставлены сами себе, а если всё станет совсем паршиво – отступим на 8-й этаж."

"Пожалуй, это самый разумный выход," — соглашаюсь я.

Затем я пересаживаюсь поближе к Лили.

"Попытайся описать мне, как именно ощущалась та дрянь, что убила пилота Арденикса."

◯

Позже той же ночью возвращается сводный отряд из наёмников-людей и люморанов. Все они несут на себе отпечаток сражения – повреждённая экипировка и тот самый затравленный взгляд, который всё ещё находится на взводе и в любую секунду готов сорваться в атаку.

Стоя возле нашего шатра, я наблюдаю за процедурами возвращения и подмечаю, что на улице стало до безумия холодно: я чувствую мороз, даже будучи закутанным в утеплённую одежду, если не запитываю её достаточным количеством маны. И всё же я стараюсь не обращать на это внимания, отслеживая протоколы безопасности, применяемые каждый раз, когда кто-то покидает лагерь и возвращается обратно.

Один за другим наёмники и люмораны пересекают барьер массива, а затем ступают в очерченный на земле круг. По периметру дежурят несколько люморанов из личного отряда Сарабет – не считая Чемпиона и его ближайших приближённых, это самые сильные бойцы в лагере.

Всякий раз круг на мгновение вспыхивает светом, после чего каждый прошедший проверку демонстрирует нескрываемое облегчение. Услышав правила заранее, я прекрасно знаю: любого, кто откажется пройти этот тест, прикончат на месте.

По мере того как проверка неспешно движется к своему финалу, я замечаю, как меняется атмосфера. Оставшийся последним мужчина-человек нервничает, и это не укрывается от внимания стражников, которые тут же крепче перехватывают своё оружие.

Воздух густеет от маны.

"Я не пойду в этот странный круг. Я дрался с одним из них, так что на меня попала их кровь."

Он вскидывает руку, демонстрируя окровавленный рукав.

"Я не позволю вам прикончить меня только из-за этого."

"Вайден, просто зайди в этот проклятый круг. Мы же сами видели, это абсолютно безопасно," — фыркает один из его приятелей.

Затем он поворачивается к ближайшему стражнику:

"Я ведь прав, верно?"

"Именно так, наёмник Зейл. Каждый Каркас Изоляции Сигнатуры был лично создан одним из наших Чемпионов в тандеме с нашим Абсолютом," — отвечает стражник.

"Вот видишь, Вайден? Просто зайди."

Несмотря на эти слова, мужчина продолжает упорствовать, и с каждым его отказом лица окружающих мрачнеют всё сильнее – даже лица его собственных товарищей. В тот момент, когда он срывается на крик, двое люморанов попросту хватают его и швыряют в круг.

В этот раз спасительный свет не загорается.

Лицо мужчины искажается, половина его оплавляется и стекает вниз, в то время как само тело начинает раздуваться в размерах. Даже его одежда и снаряжение не рвутся, а растягиваются и растут вместе с ним; их текстура остаётся прежней, но при этом начинает до тошноты напоминать живую плоть. По всей поверхности его кожи, одежды и экипировки раскрываются бесчисленные пасти – некоторые шириной с длину моей руки – зияющие провалами и усеянные длинными, острыми белыми клыками.

Из одной такой пасти вываливаются длинные языки; все они покрыты слизью и тягучей слюной, разъедающей всё, к чему прикасается. По всему его искажённому силуэту проклёвывается с десяток глаз самого разного размера. Одни сопоставимы с человеческими, другие не превышают размера моего кулака. Каждый из этих глаз светится оранжевым, и в центре каждого виднеется чёрный зрачок. Эта гротескная трансформация не щадит даже его экипировку, на которой точно так же начинают проступать всё новые пасти и глаза.

Но даже несмотря на это, мимик сохраняет определённое сходство с человеком, которого он заменил – гуманоидная фигура, просто увеличенная и чудовищно искорёженная.

У мимика нет ни единого шанса.

Элитные бойцы Сарабет тут же берут его в кольцо, мгновенно разворачивая массив и барьер, которые не позволяют твари даже попытаться послать сигнал или нанести урон окружению. Двое стражников шагают внутрь барьера и рвут мимика на куски; их тела и доспехи с лёгкостью выдерживают его отчаянные ответные удары. Из-за блокирующего барьера и массива я даже не могу уловить потоки маны внутри этого купола.

Когда мимик издыхает, они собирают все оторванные куски плоти, весь окровавленный снег и обрывки ткани в одну кучу, а затем кладут поверх неё тёмно-синюю сферу. Начертания внутри сферы вспыхивают светом, после чего останки окутывает синее пламя, выжигающее всё до состояния абсолютной пустоты, не оставляя после себя ничего.

Всех остальных членов вернувшегося отряда заставляют пройти повторную проверку, после чего уводят в шатёр, где обычно обитает Сарабет – скорее всего, для более тщательного осмотра или допроса. Бросив последний взгляд на то место, где расправились с мимиком, я возвращаюсь в наш шатёр.

Что самое интересное, я подметил уровень и название класса этого мужчины ещё в тот момент, когда он был человеком. Я не поленился проверить статы их всех перед тем, как они отправились в разведку.

И даже оказавшись мимиком, его уровень и класс остались в точности такими же, какими были до этого.