Глава 539 — Жетон связи с приспешником

Хед, огромный гигант‐велнар, всё ещё жив, а вместе с ним и около шести других наёмников. Из техников уцелели только он и один тиларин; остальные – наёмники боевого профиля, которые, судя по всему, не имеют ничего против того, чтобы подчиняться Тесс. Одной из причин может быть то, что group 4 общими усилиями способна разъебать их всех, даже если уровни этих наёмников выше.

Если они мимики, то я понятия не имею, почему они всё ещё держатся рядом, прекрасно зная, куда мы направляемся. Может, мимики просто тупые.

Всё то время, пока мы покидаем фронт и движемся к оборонительной стене, я ожидаю, что из ниоткуда в любой момент выскочит Древний Мимик, но ничего подобного не происходит. Оставшаяся часть нашего пути – после ещё нескольких стычек в заснеженной зоне – проходит совершенно без происшествий. Лишь когда мы преодолеваем примерно половину пути до стены, активируется сегмент накрывающей эту территорию энергетической паутины – явление, которое я могу назвать не иначе как «шоссе», ведущим куда‐то вглубь люморанских земель.

Это «шоссе» располагается высоко в небе, являясь частью паутины, и по нему на немыслимой скорости проносится чья‐то фигура.

Я тут же хватаю Софи за плечо и трясу её, чтобы отвлечь от сестры, а затем указываю наверх.

"Понаблюдай за этим. Хочу знать, как это работает," — говорю я ей.

Поначалу кажется, что она хочет возмутиться, но когда она замечает активированную подобным образом паутину Абсолюта, любопытство берёт верх.

Если я прав, это «шоссе» позволяет перемещаться по небу на невероятной скорости даже тем, кто не умеет летать. Из него выныривает всего один люморан – и на полной скорости врезается в землю в нескольких километрах впереди нас; во все стороны разлетаются комья земли, трава и щепки разнесённых вдребезги деревьев.

Это присутствие тут же устремляется в нашу сторону, и через считаные секунды воин останавливается неподалёку от нас. Чёрная кожа, белые кристаллические образования на шее, лбу, предплечьях и ногах. За спиной у него висит один‐единственный узкий меч, чью пульсацию я отчётливо чувствую, – нечто, сродни бьющемуся сердцу.

< ◇ >

Связанный Клинок – ур. ???

< ◇ >

Я оцениваю его уровень как минимум выше 400‐го. По силе он сопоставим с Сарабет или даже превосходит её.

Тесс выходит вперёд и заслоняет нас.

"Мы..."

Она замолкает, когда люморанский воин поднимает руку.

"Пока мы не подтвердим, мимики вы или нет, в разговорах нет нужды. Я здесь, потому что меня послал мой мастер, и я ищу одного человека. Мужчину‐человека, у которого один глаз серый, а другой – карий."

"Вы встречали Лета? Вероятно, это я."

Я делаю шаг вперёд.

"Я не получал никакой лишней информации. Я просто выполняю приказы своего мастера. Сюда меня послал Чемпион Оуэн," — произносит он, подходя ближе и смеряя меня взглядом с ног до головы.

"Цвет глаз совпадает. К тому же у тебя та самая рожа, по которой так и хочется врезать, о чём как раз упоминал мастер, так что это наверняка ты."

Вот ублюдок.

Это ты, Лет, сказал такое его мастеру?

"Мы немедленно выдвигаемся. Если кто‐нибудь из вас поднимет уровень своей маны хоть немного выше, чем сейчас, я вас убью. Если попытаетесь сбежать – убью. Не станете сотрудничать – убью. Если дадите мне веский повод заподозрить, что вы мимики, я вас убью. Уяснили?"

От его присутствия веет гнетущим давлением, а этот длинный узкий клинок у него за спиной, кажется, пульсирует в такт его эмоциям.

Поэтому, пока все кивают, подтверждая, что поняли его слова, я в своей привычной манере прикидываю, смог бы я с ним сразиться, дойди дело до драки. То, как он двигается, та сила, которую я ощущаю в каждом его жесте и которую подтверждают мои кинетические чувства, тяжесть его шагов и, конечно же, это оружие.

Ответ – скорее всего, нет. Пока что.

Затем, поскольку он всё равно собирается отвести нас туда, куда мы и планировали попасть, мы покорно следуем за ним, не доставляя хлопот.

◯

Одна неделя. Именно столько мы проводим в карантине после того, как пересекаем стену, а затем телепортируемся куда‐то вглубь территории люморанов, так толком её и не увидев. Здесь находится только наша группа, поэтому мы понятия не имеем, что сталось с остальными наёмниками.

Они даже не проводят нам обычных проверок; вместо этого мы уже целую неделю сидим внутри гигантского куба, который изнутри покрыт чем‐то вроде белой металлической обшивки. Никаких видимых начертаний на нём нет, но по воздуху непрерывно транслируются определённые частоты. Судя по тому, что нам удалось выяснить, эти частоты причиняют мимикам боль или вынуждают их выдать себя, а сам куб способен раскрыть маскировку даже Древнего Мимика.

За всё это отвечает Чемпион Оуэн, а руководит процессом преимущественно его ученик Джарет – тот самый люморан с вычурным мечом за спиной, который и привёл нас сюда.

У них наверняка есть причина верить, что этот метод обнаружения мимиков по‐прежнему работает – даже с учётом той информации, которой, скорее всего, поделился Лет. Что ж, это по большей части проблемы самих люморанов, но если они так отчаянно борются с выявлением мимиков, для нас этот этаж станет ещё более сложным. Хотя, если так подумать, разве это не должно повысить и наши награды?

"Нат," — окликает меня Мин‐Дже.

Я выхожу из своей кабинки – одной из множества секций, установленных внутри куба, чтобы обеспечить нам хоть каплю личного пространства.

"Чего тебе?" — спрашиваю я.

Использовать здесь ментальную связь Софи и близнецов невозможно, поэтому мы разговариваем вслух... в точности так, как это делали бы участники Лёгкой сложности.

"Тебе тоже пришло уведомление о третьей волне?" — спрашивает он.

"Ага," — отзываюсь я.

Шагая с ним бок о бок, я лениво потягиваюсь.

"Было бы неплохо отсиживаться тут как можно дольше ради максимальной награды."

"Серьёзно? Это же тоска зелёная. К тому же в какой‐то момент наше бездействие перевесит счётчик пережитых волн и скатит наши награды в полное дерьмо."

"Твоя правда."

Он останавливается на нашем привычном месте, и, разминаясь, мы дожидаемся Майю.

Это место также активно глушит любую ману за пределами тела, так что после целой недели возможности тренироваться исключительно внутри себя я начинаю дико беситься. Конечно, я могу сформировать «злую пирамиду» прямо у себя в желудке, проводить тренировки с ней и оттачивать ещё кое‐какие вещи, но мне хочется сделать слишком много всего другого. Да, я немного поднял уровень, но этот «карантин» меня уже капитально заебал.

А ещё они заставили меня избавиться от короны. На мгновение было даже забавно наблюдать за их паникой, когда я просто снял её и позволил ей дестабилизироваться, прежде чем пара люморанских стражей общими усилиями безопасно рассеяла всю эту ману. Думаю, это заставило их подозревать во мне мимика гораздо сильнее, чем всех остальных. Ещё они забрали Раскол, и чёрт возьми – надеюсь, эта хреновина сожрёт их заживо.

"Извините, что опоздала, я была занята."

К нам подбегает Майя.

"Пиздишь, тут вообще нехрен делать," — замечаю я.

Вместо того чтобы ответить мне, она поворачивается к Мин‐Дже.

"Он уже успел сказать, что надеется, будто Раскол сожрёт люморанов?"

"Ещё нет."

Мин‐Дже качает головой.

"Да‐да."

Я отмахиваюсь от них.

Майя радостно ухмыляется и встаёт в стойку. Мы с Мин‐Дже следуем её примеру, принимая точно такую же позу, а затем очень медленно копируем её движения. Этому она научилась у мастера меча линтари на 4‐м этаже, а затем и у других бойцов на 6‐м этаже за те шесть месяцев, что мы были порознь. Всякие разные техники, которые она так любит перенимать.

Я бы сказал, что её боевой стиль – это полная мешанина. Эдакий монстр Франкенштейна, слепленный из множества стилей, которые она пытается вбить себе в мышечную память, чтобы в пылу боя позволить уже своим инстинктам подбирать «правильные» движения.

Похоже, Майя от этого в полном восторге. Из всей group 4 она самая техничная, в то время как большинство из нас больше похожи на диких зверей, которые полагаются на инстинкты, грубые характеристики или навыки, чтобы компенсировать любые недостатки.

Мне не слишком хочется перенимать её манеру движений, поскольку я предпочитаю импровизировать – к тому же я многому научился у Белоснежки, а Белоснежка никогда не проходил формального обучения: в основном его стиль состоит из чистой агрессии и инстинктов.

И всё же мне тут до одури скучно, так что я следую её примеру, медленно двигаясь в точности так, как она показывает. Шаги, плавные движения, финты. Мы даже берём деревянные палки, выданные нам люморанами, и размахиваем ими, подражая Майе, будто это огромные двуручные клейморы.

Мин‐Дже, похоже, тоже получает от этого массу удовольствия; у него явно получается лучше моего – очевидно, они с Майей занимались подобным частенько.

Поддерживая «злую пирамиду» внутри своего тела и копируя движения Майи, я замечаю, как мои мысли постепенно проясняются.

◯

Бисквит на данный момент, вероятно, самый счастливый член group 4, даже спустя столько проведённых здесь дней. У нас вдоволь еды и воды, и все в сборе. Никто никуда от него не уходит, так что он волен в любой момент выбрать себе человека для игр.

Он носится по всей территории, спит, кусает нас за лодыжки, и – не в силах говорить телепатически – тявкает и лает куда чаще, чем раньше.

Я наблюдаю, как он треплет Лили за волосы, пока она, лёжа на полу, заливисто смеётся и хихикает, прикрывая лицо от его неистовых атак.

Через некоторое время я смотрю на сидящую рядом со мной Иззи.

"Фрагмент Вечного Огня," — произношу я.

"Я всё ещё ничего не знаю."

"Иззи, с тех пор как ты его получила, прошло уже дней десять; ты должна хоть что‐то понимать."

"Да не знаю я! У меня не было времени его тестировать!" — почти радостно отзывается она.

Со стоном я указываю на Лапшу.

"Ты, иди сюда."

Послушно выполнив команду, белый змей – размером с анаконду и в данный момент неспособный менять свои габариты – подползает ближе и смотрит на меня своими зелёными глазами.

"Что эта штука делает?" — спрашиваю я и у него.

Он просто смотрит на меня, не двигаясь.

Я тоже откидываюсь на спину и ложусь на пол. И чего я вообще ожидал?

Словно почуяв мою слабость, Бисквит бросается ко мне и начинает грызть мои волосы, трепая их и издавая ужасающее рычание. Учитывая, насколько близко он к моему лицу, я наблюдаю за его стараниями и заодно замечаю слюни, которые он оставляет на моих волосах.

У меня нет сил даже сопротивляться, поэтому я просто позволяю ему творить этот беспредел.

Чувствуя, как он тянет меня за волосы, я закрываю глаза и возобновляю свою новую тренировку, пытаясь расширить [Домен Маны] за пределы собственного тела, даже несмотря на то, что эффекты этого странного куба, в котором мы находимся, постоянно мне мешают.

◯

"Использовать Жетон связи с приспешницей."

Ничего не происходит.

Я вздыхаю.

"Ладно, ладно, использовать Жетон «Связь с вашим учеником (10 минут)»."

После применения Жетон исчезает из моего статуса. Мне приходится подождать всего пару минут, прежде чем Вега принимает вызов. Я ожидаю услышать её голос, но вместо этого оказываюсь в совершенно другом месте – неком пространстве, сродни моему пространству разума. Похоже, этот ублюдский куб не способен блокировать Систему. Ну ещё бы, это же очевидно. Может, стоит использовать Жетон пребывания в Запределье, чтобы сбежать отсюда, и к чёрту все последствия и гнев Системы?

Место, в котором я оказался, абсолютно белое; здесь нет ни единого контура или другого цвета, и даже постукивание ногами по полу ощущается донельзя странно – словно я должен провалиться вниз.

"Мастер?"

Я оборачиваюсь на голос.

Передо мной стоит девочка-полудемон, на вид ей теперь лет семь; её русые волосы всё так же спадают до плеч, а из‐под них торчат короткие, заострённые чёрные рожки. Её кроваво‐красные глаза точь‐в‐точь как у Белоснежки. Она одета в новые вещи – полностью чёрные, – но сидят они на ней отлично. Интересно, где она их стащила.

"Ты хорошо кушаешь, приспешница?" — спрашиваю я, заметив, что она выглядит немного исхудавшей.

Самая могущественная любительница попинать по голеням из всех, кого я знаю, какое‐то мгновение неловко переминается с ноги на ногу, но затем на её лице медленно расцветает улыбка, когда я раскидываю руки в стороны. Счастливо смеясь, она подбегает ближе и останавливается передо мной, поднимая руки, чтобы я мог обхватить её за рёбра и поднять. Она сползает чуть ниже, прижимаясь головой к моей груди прямо там, где бьётся сердце. Знакомое ощущение её острых рожек, покалывающих мне подбородок снизу, тоже вернулось.

"Твоё сердце стало сильнее!" — радостно произносит она.

"Но это всё то же сердце Мастера. Спокойное, мощное – у него прекрасный ритм."

"Я его немного улучшил, приспешница, но это пустяки. К тому времени, как мы встретимся вновь, оно станет ещё сильнее, и, возможно, их будет уже два."

"Два?!" — потрясённо спрашивает она.

"Мастер – гений?!"

Её голос звучит настолько восторженно, что я не могу сдержать улыбку. Логика, кроющаяся за её словами, предельно проста: что может быть лучше одного мощного сердца?

Разумеется, два мощных сердца.

Готов поспорить, она сейчас даже корит себя за то, что не додумалась до этого раньше, или типа того. Моя приспешница – та ещё глупышка.

"Вполне возможно, приспешница. Люди часто не ценят меня так, как следовало бы."

"Они тупые, слабые люди!"

"Согласен."

Она ещё крепче прижимается головой к моей груди, радостно болтая ногами.

Послушав моё сердце с минуту, она поднимает на меня взгляд.

"Ты правда призовёшь меня во время второго турнира?"

"Я же сказал, что призову, верно? Но, приспешница, Система может и не дать мне такой возможности, так что не считай это уже решённым делом. Договорились?"

"Конечно! Когда мы пойдём убивать того завистливого парня?"

"Мы?"

"Мы!"

Она качает головой.

"Ты могущественный, но порой такой глупый! Я выбрала тебя своим мастером и следую за тобой, потому что ты сильный! А это значит, что твои враги – это и мои враги."

"Понятно. Что ж, вероятно, это произойдёт ещё не скоро. От кого ты услышала о Зависти?"

Я осторожно опускаю её на землю и сажусь, а она повторяет мой жест.

"Это его имя? Какой отстой. Я услышала о нём от той жуткой женщины‐человека. Она сказала, что защищает меня от него."

"От Жадности?"

"Я не совсем понимаю, о чём ты! Но она сказала, что она – самый жадный человек на свете."

"Как она выглядела?"

"Рыжие волосы и странные жёлтые глаза. И сердцебиения у неё тоже не было. Скорее всего, та же болезнь, что и у большинства людей."

"Я же говорил тебе, приспешница. Люди просто обычно не рождаются с такими вещами, как Демоническое Сердце."

"Да, потому что они больные! Ты знаешь эту женщину?"

"Ага."

"Ты не удивлён."

"Приспешница, твой мастер умён. Он уже и сам о многом догадывался."

"О‐о‐о..."

Она широко открывает рот, но тут же захлопывает его, осознав это, и энергично кивает.

"Как продвигаются твои тренировки, приспешница?" — меняю тему я.

"Очень хорошо! А ещё я упорно работаю над тем, чтобы раскрыть секреты камня, который ты мне прислал!"

"Хорошо. Очень хорошо. И как тебе сейчас больше нравится сражаться?"

Она дёргает себя за волосы, на мгновение задумавшись.

"Я использую кинетическую энергию для защиты и передвижения, а ману – чтобы создавать кинжалы и делать их острее. Иногда я пытаюсь нарушать потоки маны или создавать мана‐барьеры."

"А снаряды?"

"Слишком скучно! Драться вблизи куда веселее. Мне понравилось, как дралась та тощая, тихая девчонка‐человек."

"Тасита," — кивнув, напоминаю я ей.

"Неплохой подход к делу. А что насчёт кинетических техник?"

"Танец Призрака – это весело, а сейчас от меня убегает очень много монстров, так что я чаще всего использую его, чтобы их догонять."

"Просто ходячее бедствие."

"Хе‐хе," — ухмыляется она и пододвигается поближе; её большие красные глаза поблёскивают, когда она смотрит на меня.

Я знаю, что она пытается мной манипулировать, но позволяю ей это. Она тут же придвигается ещё ближе, уютно устраиваясь у меня на груди. Она надувает губки, когда я постукиваю пальцем по кончикам её заострённых рожек, но не отстраняется. Будь она линтари, готов поспорить, она бы сейчас виляла хвостом.

Сверившись с таймером, мы проводим остаток времени в тихой беседе, задавая друг другу вопросы – в основном всякие глупости, но ни один из нас, похоже, не против.

Прежде чем наше время истекает, я ещё раз говорю ей:

"Приспешница, если я смогу призвать тебя во время турнира, есть большая вероятность, что и другие участники смогут призвать своих учеников. Разве не весело было бы с ними подраться?"

"Я их всех разъебу!" — заявляет она, и её добрая улыбка становится слегка демонической – всё такой же радостной, но с той скрытой агрессивностью, которой, похоже, обладают все демоны.

"Вот это моя девочка."

Когда время действия жетона истекает, я снова появляюсь внутри проклятого куба.

В куда лучшем настроении после того, как отвлёкся на свою милую ученицу, я возвращаюсь к тренировкам.