Глава 522 — Арденикс

На днях Система, судя по всему, рассудила, что мы уже достаточно поваляли дурака.

< ◇ >

Внимание! 1-я волна началась.

< ◇ >

Одно-единственное сообщение, а следом – тишина. Оторвав взгляд от лежащего на коленях Раскола и Логического Ядра, над которым я работал, я смотрю на Мин-Дже, сидящего напротив меня в нашей импровизированной гостиной.

"Тебе тоже пришло?" — спрашивает он.

"И мне!" — отзывается Иззи неподалёку.

Мы подключаемся к ментальной связи, которую поддерживают близнецы, и обмениваемся короткими предупреждениями. После этого я проверяю Лей-Линии, привязанные к каждому члену нашей группы.

"Вам лучше взглянуть на это дерьмо, народ," — под конец передаёт Денис.

Определив его местоположение, я со вздохом принимаюсь натягивать тёплые вещи. Иззи и Мин-Дже следуют моему примеру. Лапша сворачивается кольцами где-то глубоко в складках этой одежды. Она, конечно, лучше, чем ничего, но это просто безумие, что я вообще способен мёрзнуть даже с учётом всей циркулирующей во мне тепловой энергии. Так что выбор прост: либо сжигать больше маны на обогрев, либо поступить рациональнее и просто одеться.

Я не из тех, кто стал бы трястись над экономией маны или эффективностью. Чёрт, да я мог бы вывалиться на улицу голышом, окружив себя потрескивающим золотым пламенем, обогревающим всё вокруг, и без проблем поддерживать это состояние целыми сутками. Но есть нечто атмосферное в том, чтобы выходить на мороз в толстой тёплой одежде, прошитой этими чудовищно неэффективными начертаниями из нитей.

Есть ли хоть капля смысла в том, что в одежде мне чуточку теплее, хотя чистая тепловая энергия должна была бы греть куда лучше? Это и странно, и забавно одновременно.

Выйдя наружу, я присоединяюсь к остальным членам group 4; дует ледяной ветер, в воздухе кружит снег. Глядя на выросшие сугробы, я понимаю: через час-другой нас наверняка погонят всё это расчищать.

Кто-то вроде Сарабет или учеников Чемпиона, вероятно, мог бы сдуть этот снег одной лишь мыслью, но, полагаю, подобные мирские заботы просто ниже их достоинства. Да и к тому же они стараются не светить маной за пределами шатров без крайней необходимости.

"Так что тут..." — начинаю было я, глядя на Дениса.

А затем прослеживаю за его взглядом и осекаюсь.

Один из трёх высочайших шатров в самом центре лагеря открывается; толстые брезентовые пологи расползаются в стороны, натянутые скрытыми механизмами или верёвками. Сквозь проём становится видно внутреннее убранство: оттуда волнами вырываются свет и жар, а также доносится гул кузнечных работ.

Затем земля содрогается. И ещё раз. Почва вибрирует от поступи чего-то колоссального, и из недр этого исполинского шатра наружу выходит боевая броня.

"Арденикс," — выдыхает Софи.

"Вполне подходит под описание."

Боевой доспех поистине огромен. Его возвышающийся силуэт сопоставим с многоквартирным домом – этажей этак в пять или шесть. По гладкой тёмной обшивке бегут светящиеся узоры маны: замысловатые линии и символы, глубоко вытравленные в металле, едва заметно пульсируют, словно живое сердце. Поверхность брони отливает безупречным металлическим блеском; очевидно, что она создавалась с расчётом как на скорость, так и на феноменальную прочность. Бронеплиты идеально ложатся друг на друга внахлёст – конструкция продумана так, чтобы перенаправлять ударные импульсы и максимально эффективно прогонять ману через весь каркас.

Его голова выглядит угловатой и хищной. Сама кабина пилота спрятана глубоко в груди, надёжно защищённая усиленными слоями обшивки и окружённая мана-каналами. Оттуда пилот напрямую взаимодействует с системами брони, управляя ею через сложную комбинацию ментальных команд и физических манипуляций. Питание всей этой махины обеспечивается самим пилотом и мана-батареями, распределёнными по всему доспеху.

На спине Арденикса закреплены обтекаемые крылоподобные придатки – гладкие конструкции с заострёнными краями, тихо гудящие от переполняющей их энергии. Длинные и пропорциональные руки и ноги покрыты сегментированной бронёй, обеспечивающей гибкость и точность движений; каждый сустав усилен и пронизан тускло светящимися мана-каналами для повышения мобильности.

Даже замерев абсолютно неподвижно, он излучает тихую, смертоносную энергию, а свечение его мана-начертаний отбрасывает бледные блики на лежащий вокруг снег. Окружившая доспех горстка техников 8-го уровня приступает к тестированию систем. Кисти сжимаются и разжимаются, суставы проворачиваются, а крылья на спине то раскрываются, то складываются обратно. Сквозь системы прогоняют короткие импульсы маны, поочерёдно активируя и деактивируя защитные поля и барьеры. Процесс растягивается на несколько минут, и относятся к нему со всей возможной серьёзностью.

Я активирую свои особые глаза и вглядываюсь внимательнее, пробиваясь сквозь часть защитных слоёв и отслеживая потоки циркулирующей в нём маны. Заменивший мышцы материал; он пропитан маной, которая и передаёт импульсы на сокращение или расслабление.

Разбросанные по всей боевой броне мана-батареи буквально гудят от спрессованной в них исполинской энергии. Узлы начертаний – судя по всему, некий аналог Логического Ядра, – позволяющие конвертировать примитивный сигнал вроде «идти» в сложнейшую цепочку команд. И уже эти команды сокращают и расслабляют искусственные мышцы, балансируют броню и приводят в движение суставы.

Невероятная сложность этой штуковины просто абсурдная. Количество маны, которое она, скорее всего, жрёт – просто абсурдное. Покрывающие её поверхность начертания – абсолютный абсурд.

Доспех оказался куда больше, чем я себе представлял, и чёрт возьми, это ведь всего лишь боевая броня ученика Чемпиона.

Ещё на 4-м этаже было Бедствие Павшего Героя. Человек, некогда бывший Чемпионом, который умер прямо в своей Броне Доблести, после чего та сотнями лет питалась от его наполовину разрушенного сердца. Я понимаю, что Система наверняка искусственно её ослабила, но как бы Броня Доблести на пике своей мощи показала себя на фоне Экзории, Арденикса и Праксиона?

Броня Доблести на максималках, скорее всего, могла бы на равных потягаться с Экзорией. И пускай первая была размером с обычный человеческий доспех, а вторая наверняка даже больше возвышающейся передо мной машины, посмотреть на их столкновение было бы чертовски занимательно. Назревает и другой важный вопрос: какие вообще преимущества даёт столь монструозный размер? Не создаёт ли он больше проблем, чем пользы? Эта мысль не давала мне покоя с самого начала. Тому должна быть веская причина – в конце концов, существа уровня Чемпиона глупцами не бывают.

Арденикс делает ещё один шаг, и штуковины на его спине раскрываются; воздух вокруг них начинает вибрировать, отчего пространство плывёт маревом. По каналам устремляется мана, и все звуки мгновенно глохнут. Активируется часть начертаний, и Арденикс приобретает тот же самый эффект, что и шатры в лагере – он начинает казаться прозрачным, сливаясь с окружением подобно хамелеону.

А затем он отрывается от земли так легко, будто весит не больше обычного человека, и с резким ускорением уносится куда-то вдаль, прямо в ревущую метель.

Какая-то часть меня безумно хочет заполучить такой же доспех. Довольно внушительная часть, которую хлебом не корми, дай только поиграться с новыми интересными штуковинами. Я имею в виду, что он мне объективно не нужен, обойдётся он наверняка в заоблачную сумму, да и через пару недель я вообще перестану им пользоваться. Но Я ХОЧУ ТАКУЮ ШТУКУ.

Другая, более рациональная часть сознания заставляет меня помнить о том, что никогда нельзя полагаться на подобные костыли. Нет, моя задумка всегда была предельно проста и ясна.

Я выжму из них все знания, до которых только смогу дотянуться. А затем подготовлю донельзя изощрённую структуру, применю к ней [Концентрацию] и законсервирую на задворках своего разума. Структуру, которая будет работать в точности как эта боевая броня. С единственным отличием: в момент развёртывания я буду вплетать собственную ману в броню, которую затем увеличу в размерах. Я заставлю фрагменты своего разума выполнять функции Логического Ядра и отвечать за моторику. А питать всё это великолепие буду чистой маной и кинетической энергией.

И я всё так же планирую назвать её «Регалия». Доспех, сотканный из моей маны и, возможно, Лей-Линий, который я смогу развернуть в любой нужный мне момент.

А до тех пор – что, вероятно, случится ох как нескоро, – я бы ни за что не отказался прокатиться в одной из таких машин.

◯

Мы сидим на полу в комнате Лили, которую она делит с Софи и Иззи. Софи вовсю тренируется с близнецами, а Иззи решила остаться и понаблюдать за нашими тестами. Лапша и Бисквит тоже здесь.

Несмотря на свою сверхмилую форму щенка, Бисквит по-прежнему пользуется колоссальным уважением со стороны Лапши – чёрт, возможно, даже большим, чем раньше. Но великодушный корги вполне милостив и не возражает, когда Лапша приползает клянчить мою ману. Кажется, после эволюции моей Особенности и улучшения Основного Класса змей стал делать это ещё чаще. Вон, даже прямо сейчас: съёжившись до толщины моего пальца и длины предплечья, он обвился вокруг моей шеи и вовсю лакомится моей маной.

Тем временем Бисквит сладко спит на руках у Изабеллы. Даже сейчас он время от времени впадает в эдакую укороченную версию пищевой комы. Тесс выдвигает теории, что это всё из-за его щенячьей формы, мол, растущему организму нужно больше спать, но я с этим в корне не согласен. На нём, кстати, надет костюмчик, перешитый из выданной люморанами одежды и доведённый до ума совместными усилиями Иззи и Софи. По качеству он на голову превосходит всё то, что носим мы – как в плане внешнего вида, так и по функциональности.

"Итак, я сравнила твою руку до эволюции Особенности и после," — начинает Лили.

"И?"

"Да без понятия. Софи наверняка рассказала бы больше, она ведь лучше соображает в мане. Но могу точно сказать, что изменений тьма, и они затрагивают глубочайшие слои. Кости, плоть, даже сухожилия и кожу. Она просто безумно хорошо проводит ману, и буст, который я получаю, применяя на неё [Жертву], просто невероятен."

"Приятно слышать. Кстати, как продвигаются твои тренировки с [Мантией Дезинтеграции]?"

"Мне она не нравится."

"Раз не нравится, отдай её мне."

"Отдала бы, если б могла! Мне просто куда больше по душе чистая [Дезинтеграция] или грубая сила собственного тела. Хотя защита у мантии потрясающая. В смысле, вообще сумасшедшая. И она жрёт не так уж много маны, при этом калеча любого, кто к ней прикоснётся. Ещё мне кажется, что я смогу придавать ей слегка видоизменённые формы. Дополнительные руки? Крылья? Сделать мантию подлиннее? Но без особых излишеств, сам навык просто не позволяет разгуляться до такой степени."

"Ты что, пытаешься меня взбесить?"

"И вовсе нет! Просто я обычно убиваю всё живое задолго до того, как возникает необходимость её применить."

"Лучше ты не сделала."

"Слушай, как я и обещала, я тренирую её каждый день, просто это далеко не так весело, как наши совместные тесты, махание топором или эксперименты с собственными костями."

"Ей просто нравится проводить с тобой время!"

Иззи серьёзно кивает и прижимает Бисквита поближе к себе.

"Так что ещё ты пробовала?" — спрашиваю я.

При этом я напрочь игнорирую вклинившуюся реплику Иззи.

Прежде чем повернуться ко мне, Лили шипит на Иззи, и когда её взгляд всё же фокусируется на мне, на её щеках проступает лёгкий румянец.

"Я доработала свой топор, и совсем скоро смогу пропускать через него [Дезинтеграцию], не нанося ему при этом серьёзного урона. Ещё я поэкспериментировала с бронёй из собственных костей..."

"Скеле-Костюм."

"Это не Скеле-Костюм, Нат."

"Кальциевая клетка."

"Да иди ты," — вздыхает она; румянец на её щеках испаряется без следа.

"Не знаю, насколько вообще в ней есть смысл при наличии мантии, но вы так увлечённо трепались про эти боевые доспехи, что мне тоже захотелось попробовать смастерить нечто подобное."

"Ты хоть представляешь, как жутко это бы выглядело, собери ты меху размером с Арденикса из собственных костей и, возможно, плоти, вместо тех штук, что использует для движения та боевая броня?"

"Плюс такой же гигантский топор! Может, я бы и на него смогла натянуть мантию, а заодно прикрутить и функцию самоисцеления."

"Лили."

"Да?"

"Давай как-нибудь в будущем обязательно это протестируем. Звучит слишком жутко и устрашающе, чтобы не попробовать."

"Договорились! Да, и кстати, я изучила ту кость из пальца Жана, которую ты мне дал. Мне кажется, у него Особенность, схожая с твоим Телосложением Маны. Возможно, он получил её тогда же, когда ты обрёл свои глаза? Его Особенность тоже кардинально меняет тело, но, похоже, она «отторгает» внешнюю ману и использует её мощные всплески для ускоренной регенерации – всё в точности так, как ты и описывал. Думаю, могут существовать и другие Особенности физиологического типа."

"Звучит вполне логично," — замечаю я.

"Сможешь что-нибудь из этого извлечь? Было бы здорово перенять эту повышенную регенерацию при ударе маной и применить её ко мне."

"Возможно? Но явно не в ближайшее время. Понять эту физиологию хотя бы чуточку – уже безумно сложно, а уж с учётом того, что у тебя схожая природа, и нам пришлось бы взять его эффекты, внедрить их в твою структуру и как-то заставить всё это работать вместе без конфликтов... Прости, но на это уйдут годы, если это вообще осуществимо."

Разочарованно выдохнув, я откидываюсь на спину. Когда язык Лапши щекочет мне щёку, я перенаправляю ему ещё немного маны, размышляя и проклиная того урода, из-за которого я застрял всего лишь с эпической лечебной пассивкой и этим всратым [Сращиванием Костей].

Ну, по крайней мере, я получу от Таракасанды то сердце Чемпиона. Одно только оно должно до хрена как забустить мою тепловую энергию, да и наверняка найдутся способы использовать её и для исцеления. А до тех пор мне нужно разобраться с ещё парочкой задумок; одна из них – превратить моё текущее сердце в чисто кинетическое мана-сердце, полностью вырезав оттуда тепловую составляющую.

Мы с Лили уже начали обдумывать это и проводить кое-какие эксперименты, а заодно подключили к процессу и Софи. И теперь, пускай до реализации пройдёт ещё несколько месяцев, мне всё чаще не даёт покоя вопрос: каково это вообще – жить с двумя сердцами?

Вернув внимание к происходящему в комнате, я тянусь в сторону, кладу Раскол прямо между нами и приступаю к развёртыванию защитных массивов, которые подготавливал последние несколько дней.

"Техобслуживание?" — спрашивает Лили; после нескольких предыдущих заходов для неё это уже стало привычным делом.

"Ага," — подтверждаю я.

"Деградация материалов и защитной оболочки лишь усугубляется, но в этот раз мы должны справиться и без близнецов."