Глава 180.1 — Нин Чжо против Чжоу Цзэшэня
Глава 180. Нин Чжо против Чжоу Цзэшэня (Часть 1)
Толпа направилась к тренировочной арене семьи Нин.
Изначально Нин Чжо планировал арендовать одну из площадок в Городе Бессмертных Огненной Хурмы, но Чжоу Цзэшэнь отговорил его, заявив, что тратить лишние деньги ни к чему. И тащиться в поместье семьи Чжоу тоже нет смысла — почему бы не устроить дружеский поединок прямо здесь, на арене семьи Нин? От такого заявления Нин Чжо бросил на гостя пристальный, оценивающий взгляд: «К чему бы такая сговорчивость?» — пронеслось у него в голове.
— Тогда я сбегаю и договорюсь насчет арены! — Нин Юн тут же вскочил с места, подняв руку, и, дождавшись утвердительного кивка от Нин Чжо, с радостным энтузиазмом вылетел за ворота внутреннего дворика, взметая пыль подошвами.
— Крупные ставки губят душу, а мелкие — лишь подогревают интерес, — губы Чжоу Цзэшэня растянулись в учтивой, но хитрой улыбке. — Брат Нин, как насчет небольшого пари?
— Похоже, брат Чжоу подготовился к этому визиту заранее, — усмехнулся в ответ Нин Чжо.
— Твоя проницательность бьет точно в цель, — Чжоу Цзэшэнь плавно развел руками, а затем извлек из своего пространственного пояса арбалет. — Я подумал, что заявляться в гости с пустыми руками — дурной тон. Поэтому прихватил вот это.
Оружие оказалось на редкость миниатюрным — едва ли на треть больше ладони взрослого мужчины. Искусно выкованный из потемневшей бронзы, арбалет привлекал внимание необычной деталью: вместо привычного желоба для стрел на нем крепился прямоугольный деревянный короб.
— Это Ударный Арбалет с заклепками. Я внес в конструкцию пару своих штрихов, так что бьет он дай боже, — на лице Чжоу Цзэшэня расцвела самоуверенная улыбка. — Если победишь, брат Нин, он твой. Чертежи механизмов, так и быть, приложу в комплекте.
Сердце Нин Чжо дрогнуло от вспыхнувшего интереса. Не раздумывая ни секунды, он выставил на стол механизм:
— А если победа достанется тебе, то забирай вот это, — его рука легла на Огненную взрывную обезьяну. — Чертежи, разумеется, тоже в придачу. Боюсь только, что этот подарок так и останется со мной.
Они встретились взглядами и, поняв друг друга без слов, одновременно разразились громким смехом.
Вскоре, тяжело дыша и вытирая пот со лба, вернулся Нин Юн. Он радостно выпалил, что забронировал арену «Дин». Компания тотчас покинула уютный дворик и шумной толпой направилась к тренировочному комплексу.
Дежурный культиватор из побочной ветви семьи встретил Нин Чжо с искренним подобострастием и рвением, вежливо поинтересовавшись, какой ландшафт они предпочитают для боя. Нин Чжо перевел вопросительный взгляд на своего соперника.
— Раз уж вокруг высятся сплошные хребты, пусть будут горы, — небрежно бросил Чжоу Цзэшэнь.
Тотчас же по краям арены вспыхнули руны, и несколько массивных формаций пришли в движение со скрежещущим гулом.
Идеально ровная каменная площадка содрогнулась. Из-под плит, взламывая их, фонтанами хлынула красная земля. Словно ладони невидимого титана лепили из глины изваяния, почва вздымалась всё выше и выше, пока не сформировала два холма, своими вершинами затмевавшие даже высоченные стены поместья семьи Нин.
Но на этом метаморфозы не закончились. Изумрудное сияние стихии Дерева окутало склоны, и всего за десяток ударов сердца голая земля покрылась густым ковром травы, из которой тут же вымахали могучие стволы деревьев, сплетаясь кронами в непроходимый лес. Над импровизированной долиной сгустилась свинцовая туча, пролившись на поле боя холодным, моросящим дождем, а в низине между холмами из ниоткуда забила вода, образовав бурливую речушку.
По личной просьбе Чжоу Цзэшэня скрывающие барьеры арены активировать не стали. Столь масштабные изменения ландшафта, сопровождавшиеся грохотом и мощными вспышками ци, мгновенно привлекли внимание других членов семьи Нин. Благодаря словоохотливым однокурсникам Нин Чжо, зеваки быстро вникли в суть происходящего.
— Молодой господин Нин Чжо будет драться с этим гением из семьи Чжоу, Чжоу Цзэшэнем! — шептались в толпе.
— С чего вдруг?
— Этот Чжоу сам напросился на спарринг!
— Дело дрянь... Вы только посмотрите на эту хитрую морду. Чжоу Цзэшэнь явно что-то задумал! Неужели он решил использовать нашего молодого господина как ступеньку для собственной славы?
— Э-э, брат, ты палку-то не перегибай, — осадил его кто-то из толпы. — Чжоу Цзэшэнь прославился задолго до того, как имя молодого господина Нин Чжо вообще начало звучать.
— Да вы глаза разуйте! Они же нормально общаются, вон, лыбятся друг другу!
— Всё равно дело труба. Я слышал об этом парне... Его талант — Вода, образующая бездну! Семья Чжоу наверняка влила в него море ресурсов. А у нашего Нин Чжо талант хоть и есть, но до сих пор непонятно какой! И как тут побеждать?!
— Молодой господин Нин Чжо, задай ему жару! — вдруг выкрикнул кто-то с трибун.
— Мы с тобой!! — подхватили остальные.
Членов семьи Нин стекалось всё больше и больше. Погудя немного, как растревоженный улей, толпа взорвалась ободряющими криками. Нин Чжо с улыбкой поднял руку, приветствуя сородичей, отчего рев трибун стал только громче, сотрясая воздух.
Поле боя было готово. Противники одновременно ступили на арену, каждый занял вершину своего холма. Ветер трепал их одежды, пока они буравили друг друга взглядами сквозь пелену дождя.
«Брат Нин, прошу», — голос Чжоу Цзэшэня бесшумно проник в уши соперника с помощью звуковой передачи ци.
— Брат Чжоу — наш гость. Тебе и наносить первый удар, — вслух ответил Нин Чжо, не сдвинувшись с места.
— Что ж, тогда не обессудь, если я покажу себя не с лучшей стороны! — Чжоу Цзэшэнь резко хлопнул по поясу, и в то же мгновение на мокрую траву приземлился десяток механических зверей. Это была Землеройная Крыса!
Металлические твари рванули вперед с пугающей скоростью. Их сочленения работали безупречно, позволяя с невероятной ловкостью лавировать между мокрыми стволами деревьев и скользкими камнями. От спины каждой марионетки тянулась мерцающая нить духовной энергии, соединявшая механизм с пальцами Чжоу Цзэшэня. Чем дальше они убегали, тем длиннее становились эти полупрозрачные поводки, оставаясь при этом натянутыми, как струны лютни.
Не отставая ни на секунду, Нин Чжо тоже ударил по поясу, высвободив пять Огненных взрывных обезьян. Выбросив из пальцев собственные нити ци, он заставил приматов взмыть в воздух. Металлические макаки с визгом, генерируемым их ядрами, запрыгали по ветвям деревьев, стремительно сокращая дистанцию.
Арена была хоть и просторной, но не бесконечной. Скорость обеих стай поражала воображение, и неизбежное столкновение произошло прямо у подножия холма, на котором стоял Нин Чжо.
Морды механических крыс венчали смертоносные спиралевидные буры, вращающиеся с противным визгом. Стоило такой твари врезаться в обезьяну, как бур мгновенно прошивал медную обшивку, оставляя рваные дыры. Однако Огненные взрывные обезьяны значительно превосходили грызунов в размерах и грубой силе. Их шарнирные лапы двигались с пугающей плавностью, а встроенные алгоритмы позволяли координировать атаки, прикрывая друг друга. Эта синергия быстро переломила ход стычки в их пользу.
Бам... Бам... Бам...
Три мерцающие нити ци, тянущиеся от пальцев Чжоу Цзэшэня, натянулись до предела и с сухим треском лопнули, растворившись в воздухе. Его фаланги болезненно дернулись. Это означало только одно: три Землеройные Крысы превратились в груду бесполезного металлолома!
Поняв, что пахнет жареным, Чжоу Цзэшэнь резко сжал пальцы обеих рук. Уцелевшая семерка крыс, словно повинуясь единому разуму, синхронно отскочила назад, разрывая дистанцию.
— Хорош! — грохнула трибуна семьи Нин, взрываясь ликующими аплодисментами.
До этого момента обзор зрителям сильно перекрывали кроны деревьев и пелена дождя. Хаотичное мельтешение десятка шестереночных зверей превратило бой в сплошное лязгающее месиво, разобраться в котором было почти невозможно. Но стоило грызунам Чжоу Цзэшэня отступить, обнажив поле брани, как картина стала ясна всем: три разорванные на куски крысы валялись в грязи. У Нин Чжо же потерь почти не было — лишь одна Огненная взрывная обезьяна припадала на ногу, отставая от своих собратьев в попытке погони. Искрящийся сустав явно барахлил, снижая ее маневренность.
В этой первой, прощупывающей стычке Чжоу Цзэшэнь решил не рисковать, пытаясь отступить. Нин Чжо, разумеется, не собирался давать врагу передышку. Влив в нити больше ци, он послал приматов в безжалостную погоню. Увы, крысы, созданные специально для стремительных прорывов, оказались заметно резвее тяжеловесных обезьян, быстро увеличивая отрыв.
— Брат Чжоу, берегись! — видя, что преследование заходит в тупик, крикнул Нин Чжо. — Я пускаю в ход оружейные модули!
В следующее мгновение пасти механических обезьян с щелчком раскрылись, исторгая из нутра раскаленные докрасна шашки. Перехватив взрывчатку лапами, приматы с силой швырнули её вдогонку убегающим крысам.
Бум! Бум! Бум!
Оглушительная серия взрывов разорвала тишину долины. Земля вздыбилась комьями грязи, вековые деревья с хрустом переламывались пополам, а густой, едкий дым мгновенно заволок подножие холма. Когда завеса пыли неохотно рассеялась под моросящим дождем, в образовавшихся воронках обнаружилось лишь жалкое количество обугленных шестеренок.
Оказалось, что в самую последнюю долю секунды юркие механизмы Чжоу Цзэшэня просто вбурились в грунт! Лишь двум крысам не повезло — они оказались в самом эпицентре детонации, и взрывная волна достала их даже под землей, расплющив медные панцири в лепешку.
«Осталось всего пять», — молниеносно прикинул в уме Нин Чжо, но его брови тревожно сошлись на переносице.
Уйдя под землю в горной местности, Землеройная Крыса становилась невидимкой. Куда они направились? Вернулись к хозяину для перегруппировки? Или прямо сейчас вгрызаются в породу под ногами Нин Чжо, готовя внезапную атаку снизу?
«Продолжать давить или просканировать местность?»
Выбор был очевиден: пальцы Нин Чжо быстро сложили печати, активируя разведывательную технику, чтобы прощупать окружающее пространство на предмет засады.
«Значит, решил уйти в глухую оборону?» — стоя на противоположной вершине, Чжоу Цзэшэнь хищно прищурился. В его глазах сверкнула холодная искра.
Он мысленно поставил галочку напротив этого факта. Бой — это зеркало души, обнажающее истинную натуру человека куда честнее любых слов. И именно ради этого понимания Чжоу Цзэшэнь и затеял весь этот спектакль со спаррингом.
Семья Чжоу жаждала переманить юношу на свою сторону. Чжоу Цзэшэнь, как никто другой, осознавал колоссальный потенциал, скрытый в этом скромном парне. Если Нин Чжо продолжит расти в том же темпе, то вскоре станет фигурой, способной пошатнуть баланс сил во всем Городе Бессмертных Огненной Хурмы. Но чтобы приручить такого зверя, нужно знать его повадки. А что сближает культиваторов быстрее, чем звон стали и вспышки боевых заклинаний?
«Пять Огненных взрывных обезьян — это смехотворная нагрузка для его разума, — анализировал Чжоу Цзэшэнь. — Он вполне мог бы одновременно сканировать местность и гнать макак в наступление. Но не стал. Всё ясно. Он раскусил мою истинную цель! Достойный противник, такой же гений, как и я».
Уголки губ Чжоу Цзэшэня поползли вверх. Как же приятно иметь дело с умными людьми! Не нужно разжевывать каждую мелочь — они понимают друг друга без лишних слов.
Пока Нин Чжо намеренно тормозил темп сражения, Чжоу Цзэшэнь отвязал от пояса еще один пространственный мешок и небрежно швырнул его на землю. Горловина широко распахнулась, и наружу с мерзким писком вырвалась туча механических летучих мышей. Это была Ночная Небесная Летучая Мышь! Расправив бритвенно-острые стальные крылья, стая чернильной кляксой рванула в небеса, устремившись прямо на Нин Чжо.
Заметив угрозу с воздуха, Нин Чжо ударил по поясу, отвечая симметрично. В небо взмыла стая Птиц Безмолвного Грома. Эти марионетки были донельзя попсовыми и дешевыми — их ценили за простоту управления и надежность.
Две металлические стаи на полном ходу врезались друг в друга над долиной, знаменуя начало второй фазы столкновения двух гениев.
Атаки громовых птиц были топорными и предсказуемыми — они били строго по прямой. В противовес им, Ночная Небесная Летучая Мышь порхала в воздухе, как призрак, выделывая немыслимые кульбиты и с легкостью уклоняясь от таранных ударов. Оно и понятно: летучие мыши были эксклюзивной разработкой секты Грязевого Потока, на голову превосходя ширпотребных птиц по всем техническим характеристикам. И хотя пернатых у Нин Чжо было больше, стоило завязаться собачьей свалке, как металлические птицы начали сыпаться на землю дождем из шестеренок, стремительно сдавая позиции.
Лица членов семьи Нин на трибунах вытянулись. Многие мрачно хмурились, сжимая кулаки в бессильной тревоге за своего молодого господина.
«Он поддается», — вдруг осенило Чжоу Цзэшэня.
Всего пару минут назад Нин Чжо виртуозно контролировал пять тяжелых макак, демонстрируя запредельный уровень микроконтроля. А сейчас? Его птицы летали, как безмозглые куски железа, по самым банальным и предсказуемым траекториям. Это и позволяло летучим мышам безоговорочно доминировать в небе.
«В первом столкновении мои крысы позорно сбежали, — размышлял гений семьи Чжоу. — И теперь, чтобы сохранить мне лицо перед толпой, он нарочно сливает этот раунд. Вот же...»
Чжоу Цзэшэнь с силой стиснул зубы. Внутри него бушевал ураган эмоций. С одной стороны, он был благодарен за такую тактичность и социальную чуткость. С другой — его гордость вопила от уязвления. Подобные подачки выводили его из себя; гении уровня Чжоу Цзэшэня крайне редко сталкивались с подобным обращением.
«Пусть это и дружеский спарринг, но я дерусь всерьез! — кричало его уязвленное эго. — Я выкладываюсь на полную, а ты смеешь играть со мной в поддавки?! Пусть из лучших побуждений, но для меня это сродни плевку в лицо! Нин Чжо! Я заставлю тебя сражаться со мной по-настоящему!!»
Подстегиваемый гневом и азартом, он рванул свой пространственный пояс. В этот раз наружу вырвался не мелкий мусор, а массивный механизм среднего класса. Творение конструкторской мысли походило на исполинского саблезубого тигра. Вымахав на два с половиной чжана в длину и пять чи в холке, зверь внушал первобытный ужас. Трехдюймовые стальные когти с хрустом впились в каменистую почву, двудюймовые клыки блеснули в полумраке дождя. Белоснежный бронированный корпус расчерчивали хищные черные полосы, а золотые искусственные глаза вспыхнули яростным, неживым огнем.