Глава 93 — Без названия

В графстве Валентайн.

— Арпена, скорее всего, уже смяли.

— Гордыни у этого выродка с избытком. Выбить у дурака почву из-под ног — раз плюнуть: достаточно задеть его хваленый род. Так что размазать его по стене особого труда не составило.

В зале собрался сам граф Валентайн вместе со своими вассалами — виконтами и баронами.

Одни пылали праведным гневом, другие дрожали от ужаса.

Отчего же у всех присутствующих сошлись на лицах столь перекошенные гримасы?

Ответ прост: Шестой инквизиционный отряд.

А если точнее — его капитан, Каллиус фон Зерван.

— Подумать только... Какому-то щеглу с рук сошло публичное обезглавливание аристократа! Где это видано?!

— Неужели всё дворянство королевства не должно восстать против такого произвола? Каким бы знатным он ни был, подобное кровавое безумие...

— Вот именно! Но его прикрывают роялисты. Да еще и нейтралы жмутся по углам, выжидая, чья возьмет...

Действия Каллиуса и впрямь выглядели сущим безумием. Вот только поддержка роялистов и железные доказательства перекрывали любые обвинения.

— И как они смеют ставить нам палки в колеса?! Разве это не на руку одной лишь короне? Объединись мы, дворяне, единым фронтом — да разве они посмели бы...

— И то верно! В конце концов, мы ведь стараемся ради блага страны! Ну да, иногда приходится слегка оступаться и перешагивать через закон — и что с того? Мы просто защищаем свои права и пытаемся выжить, а нас карают с такой жестокостью!

Сидящие за столом аристократы в один голос закивали.

Святая уверенность в том, что ради благополучия отчизны любые средства хороши, давно стала их главным постулатом.

А закон... Закон для них — лишь бездушный набор букв. В мире всегда найдется кое-что поважнее сухих предписаний.

— Как бы там ни было, худшего уже не избежать.

— Именно. Не потому ли мы все и собрались в этом зале?

Гвалт постепенно угас, и взгляды присутствующих устремились на мужчину, молча восседавшего во главе стола.

Хозяин этих земель.

Граф Хогельтен де Валентайн.

— Ваша милость... Ведь сюда-то он не прорвется?

Метод Каллиуса отличался дерзкой простотой: навязать бой, разгромить аристократов, взять под стражу, а затем вытянуть все улики с помощью Меча Правосудия.

Однако даже пресловутый Судья окажется бессилен, если не сумеет пробиться сквозь заслон и добраться до своей цели.

— Потому-то охрану периметра и удвоили. Будь он самоубийцей — явление сюда имело бы смысл, но в трезвом уме он не сунется. В гарнизоне его милости больше тысячи бойцов! И свыше трехсот из них — закаленные рыцари. На что ему рассчитывать?

Но оставался и еще один, решающий козырь.

— К тому же здесь Золотой Лев. Каким бы безумным ни был этот щегол, дорожа собственной шкурой, он не посмеет переступить порог.

— Вы в очередной раз доказываете свое величие, граф Валентайн! Призвать под свои знамена самого молодого льва из дома Рюидрен... Я, Аллен, искренне восхищен!

Командующий южным орденом рыцарей Золотого Льва.

«Золотой Лев» Руэн.

Пока он в поместье, даже конченый умалишенный поймет: сюда лучше не соваться.

Золотой Лев входит в легендарную пятерку «Пяти Звезд» — воинов, находящихся на самых подступах к рангу Мастеров.

— Даже этот волчонок из рода Зерван обязан считаться с Золотым Львом. Он спустил шкуру с виконта Арпена, но на этом его запал иссякнет. Самое время перехватить инициативу и перейти в наступление!

— Перейти в наступление...

И ровно в эту секунду...

В залу ворвался запыхавшийся гонец.

— В-ваше сиятельство!

— Что случилось?!

— Человек, назвавшийся графом Зерваном... Он прибыл в поместье!

— ...!

Аристократы, только что с чинным видом попивавшие чай, подскочили как ужаленные.

Кто-то поперхнулся, брызнув напитком, кто-то зашелся надсадным кашлем. Для каждого из присутствующих имя Каллиуса звучало как приговор Мрачного Жнеца.

— Вы только вдумайтесь в эту дерзость! Как он смеет являться прямо к нам?!

— Что передал этот выродок?!

— Он... попросил подать ему обед.

— Наглая тварь!..

— Что делать?! Как поступать?!

— Нам нельзя попадаться ему на глаза! Он же...

В его руках — Меч Правосудия.

Обнажи он клинок и принуди к ответу — выкрутиться не удастся никому.

А молчание в ответ станет прямым признанием во всех грехах.

Пока дворяне пребывали в панике и смятении...

— Почему бы просто не пригласить его за стол?

— ...Командир Золотой Лев?

Голос принадлежал высокому, статному красавцу с коротким ежиком светлых волос.

На его легкой броне вычеканен геральдический лев.

Командир ордена Золотого Льва, цвет южной аристократии, наследник дома Рюидрен. Выдающийся мечник, замыкающий список «Пяти Звезд».

Руэн фон Рюидрен.

— Судя по всему, парень жаждет хорошей встряски.

— ...

— Так к чему церемонии? Зовите его.

Вместо того чтобы вести за собой отряд инквизиторов, он явился лично? Имея против себя тысячи солдат и самого Золотого Льва?

Пока у графа Валентайна нервно дергалась щека, Руэн лишь усмехнулся:

— К тому же я давно искал повода с ним свести знакомство. Чем не идеальный случай?

Бум-м-м!

Тяжелые ворота усадьбы с глухим грохотом распахнулись.

— Прошу следовать за мной.

— Веди.

Каллиус пустил коня вслед за провожатым.

Лейтенант Диего, пришпорив своего скакуна, поравнялся с капитаном и приглушенно спросил:

— Командир, вы уверены, что всё под контролем? Мы же сами шагнем прямо в логово зверя...

— Струсил — проваливай. Как раз освободишь тепленькое место.

— Я вообще-то искренне за вас переживаю!

— О-хо?..

Каллиус на мгновение задумался.

И откуда в этом парне столько спеси, что он открыто дерзит старшему по званию?

Неужели он и впрямь не соображает: если у Каллиуса во время какого-нибудь «учебного спарринга» случайно сорвется меч и снесет ему голову — ему за это ничего не будет?

— Ч-что?! Да что вы так смотрите?!

Несмотря на петушиный тон, под тяжелым, немигающим взглядом Каллиуса Диего нервно сглотнул, и его зрачки дрогнули.

Ну разумеется.

Он относился к той категории дураков, которые в глубине души прекрасно понимают всю глупость своих выходок.

Скрытая неприязнь, вероятнее всего, тянулась со времен прежнего капитана — Друмы.

«А ведь Друма неплохо над дрессировкой подчиненных поработал».

Решив при случае выведать у лейтенанта подробности их «теплых» отношений с Друмой, Каллиус перевел взгляд на поместье и небрежно бросил в ответ:

— Успокойся. Пальцем они меня не тронут.

— Откуда такая уверенность?!

— Я воздержался от атаки вовсе не из-за тысячи солдат Валентайна. По данным разведки, здесь расквартированы орденские рыцари Золотого Льва.

— Золотого Льва?!

Едва прозвучало это имя, Диего вместе со всем Шестым отрядом как по команде оцепенели.

Кого в королевстве нарекли сильнейшими рыцарями?

При ответе на этот вопрос орден Золотого Льва всплывал в памяти одним из первых.

А сам Золотой Лев — Руэн фон Рюидрен — был не просто их главой, но и наследником одного из Четырех Великих Домов, держащих в кулаке весь Юг.

Старший сын Севера и старший сын Юга.

Двум этим людям суждено унаследовать власть над полюсами королевства, а значит, их первая встреча обещала стать поистине исторической.

— Командир, если Золотой Лев на стороне Валентайна... не лучше ли нам смазать пятки салом?

— Мои слова тебе в одно ухо влетели, из другого вылетели? Ты соображаешь еще тупее Бранса.

— Да этот слуга и рядом со мной не стоял...

Диего недовольно огрызнулся, а стоявший неподалеку Бранс лишь закатил глаза. Отношения у этих двоих явно не клеились.

— Раз уж вмешался Золотой Лев, мы не можем взять Валентайна силой, но и тот не посмеет обнажить клинки против нас.

За Золотым Львом прочно закрепилась репутация человека с безупречной честью и высокой моралью.

Каковы бы ни были причины его пребывания здесь, Каллиус понимал: западни опасаться не стоит.

Скорее уж...

«Упустить шанс сойтись с человеком из «Пяти Звезд» было бы глупо».

Напротив, перед ним открывалась редкая удача.

Обычно Руэн не покидает далеких южных рубежей, но коль скоро он оказался здесь — лично испытать его стиль и помериться пониманием пути меча было истинным подарком. Каллиус как раз уткнулся в плато в своем развитии, и подобная встряска могла помочь пробить застой.

«Да и граф Валентайн явно замышляет какую-то пакость. Пятьдесят на пятьдесят».

Валентайн отыгрывал роль типичного мелкого пакостника по всем законам жанра. Проблема лишь в том, что предугадать его конкретный шаг почти невозможно — варианты исчислялись десятками.

Куда надежнее прийти самому и прижать его к ногтю.

Стоит только вытащить на свет доказательства гнили Валентайна, и Золотой Лев без колебаний перейдет на сторону Каллиуса.

— Шагом марш.

Миновав аллею, они выехали к величественному поместью, больше походившему на неприступный замок.

Шеренги графских воинов расступились по обе стороны, образуя живой коридор.

Когда дружины графа, виконтов и баронов выстроились в единый строй, чтобы «приветствовать» Шестой отряд, зрелище вышло монументальным.

«Не разберешь — то ли почтение оказывают, то ли мускулами бряцают».

Казалось, отряд шагает прямо в разинутую пасть хищника, отчего у рыцарей Шестого отряда по коже побежали мурашки.

В конце шеренги стоял поджарый старик в окружении свиты, а чуть поодаль — мужчина с волосами цвета спелой пшеницы.

Должно быть, тот самый Золотой Лев.

— Приветствую тебя, молодой волк.

Это был граф Валентайн. За его спиной плотной стеной сгрудились виконты и бароны.

Граф продолжал что-то рассыпать в вежливых фразах, но внимание Каллиуса полностью захватил мужчина напротив.

Самый молодой орденский командир. Самый молодой претендент на титул Мастера, замыкающий элиту «Пяти Звезд». Воин, уступающий в Карпе лишь признанной пятерке Мастеров.

«Золотой Лев» Руэн.

Руэн фон Рюидрен.

Игнорируя хозяина замка, Каллиус сразу шагнул к Руэну и протянул ладонь:

— Рад встрече, Золотой Лев.

— И я рад знакомству, граф Зерван.

— Что за...

— Какая небывалая наглость!

То, что Каллиус полностью сбросил графа Валентайна со счетов и первому подал руку Золотому Льву, моментально вызвало волну возмущенного шепота и проклятий среди знати.

Граф Валентайн, едва сдерживая раздражение, сдержанно хмыкнул:

— Вы пришли к нам как командир Шестого инквизиционного отряда? Или же как граф?

— Прежде всего — как граф.

— Что ж. В таком случае милости прошу. Вы проделали неблизкий путь — позвольте предложить вам чашку чая.

Спустя некоторое время.

Восседая за огромным круглым столом в зале поместья, Каллиус медленно оглядел собравшуюся аристократическую братию.

Ни одного знакомого лица.

Лейтенант замер за его спиной верным стражем, но Каллиус на него даже не оглянулся.

Вышколенная служанка бесшумно подошла и налила в его чашку дымящийся напиток. Каллиус к нему даже не прикоснулся.

— Не по вкусу? — прищурился граф.

— Не знаю. Я предпочитаю крепкое.

— Требовать выпивку прямо с порога... Не кажется ли вам, граф, что это переходит все границы приличий?

Каллиус небрежно бросил через плечо подавшему голос дворянину:

— Намного сильнее границы переходит виконт, сующий нос в чужую беседу. Закрой пасть.

— Да как ты смеешь...?!

— ...

Безымянный виконт мгновенно пошел багровыми пятнами и задрожал от гнева, но остальные аристократы предпочли прикусить языки.

Каллиус носил графский титул, но среди равных по чину стоял особняком.

Статус наследника одного из Четырех Великих Домов имел совершенно иной удельный вес.

Даже маркиз, формально стоявший иерархией выше, не дерзнул бы хамить ему в лицо. Ибо четыре великих дома по сути являлись суверенными государствами в миниатюре, державшими на своих плечах рубежи и судьбы Карпе.

— Слухи не врут...

— Так вот почему его кличут умалишенным...

Тем не менее в высшем свете существовал негласный этикет взаимной вежливости. Каллиус же без зазрения совести топтал эти нормы, выставляя свой статус напоказ, а дворянам оставалось лишь молча захлебываться желчью.

Каллиус скользнул взглядом по остывающему чаю, опустил руку под плащ и извлек из подпространства тяжелый деревянный ларец.

Стук.

Ларец опустился точно в центр стола. Дворяне уставились на него с немым вопросом.

— Что это?

— Подарок.

От одного лишь слова «подарок» лица нескольких дворян скривились.

В воздухе отчетливо потянуло густым металлом свежей крови.

Похоже, присутствующие без лишних слов догадались, чьи именно останки покоятся внутри.

Отрубленная голова Арпена.

— Я покарал его как паршивого падальщика, обгладывавшего кости Карпе. Этот выродок дошел до того, что нанял убийц на мою голову. Как выяснилось, подобными грешками он промышлял регулярно, так что я вынес и исполнил приговор прямо на месте.

Кто-то сухо сглотнул.

Род Арпенов отличался древней историей и влиянием. Виконт скопил огромное состояние и содержал приличную армию, но Каллиус рассказывал о его казни с такой небрежной легкостью, будто прихлопнул назойливую муху.

— ...

— ...

В зале воцарилась свинцовая, давящая тишина.

От равнодушного серого взгляда Каллиуса даже тех, кто был чист перед законом, бросало в холодный пот.

— Какими бы благими намерениями вы ни прикрывались, снести голову аристократу в обход суда и следствия — вопиющее самоуправство, — спокойно возразил граф Валентайн, пока остальные судорожно подбирали слова. Он брезгливо бросил взгляд на ларец и тут же отвернулся, точно от скверны. — Её Величество Королева едва ли одобрит подобный произвол.

— Я действовал именем и волею Её Величества. К тому же речь идет об обычной кровной мести: подослать ко мне убийцу... Какого ответа он ждал? Впрочем, можете списать это на раздел сфер влияния, если вам так проще.

— Если вина доказана и улики на руках, ничего крамольного в этом нет, — внезапно подал голос Золотой Лев.

— ...

Реплика Золотого Льва, который лишь скупо кивнул и скрестил руки на груди, заставила закипающих аристократов мгновенно остудить пыл.

— Граф Зерван, — снова взялся за разговор Валентайн. — Суть ваших подвигов мне ясна. Однако какое отношение всё это имеет к вашему визиту в мою резиденцию?

— А то вы сами не догадываетесь.

Каллиус недвусмысленно ушел от прямого ответа, но выражение лица Валентайна оставалось непроницаемо-суровым.

— Догадываюсь... И всё же, будь я на вашем месте, граф Зерван, я бы десять раз подумал, прежде чем переступать этот порог.

— И почему же?

— Вряд ли Арпен действовал в одиночку. У него не водилось ни достаточных средств, ни поводов для столь лютой ненависти к вашей персоне.

Каллиус едва заметно усмехнулся:

— Намекаете, граф, что за его спиной стоял целый кукловодческий кагал?

— Именно. А коль так, оставшиеся в тени сообщники неизбежно предпримут шаги для собственной защиты.

— Какого рода шаги?

— Ну, скажем... вырежут под корень все ваше окружение.

А стало быть...

— Вам бы стоило сидеть в своем замке и не высовывать носа. Хотя теперь, пожалуй, кусать локти уже поздно.

Валентайн откровенно и тихо рассмеялся.

Остальные аристократы тоже расплылись в злорадных, потирающих руки ухмылках.

Каллиус окинул их взглядом и неожиданно... тоже хохотнул.

— Над чем вы смеетесь?!

— Не развернете ли свою мысль поподробнее?

— Это лишь гипотеза. Частное умозаключение.

— И все же ваше беспокойство совершенно излишне. Я не настолько глуп, чтобы проглотить столь дешевую наживку, и принял меры заранее.

«Что за бред опять несет этот псих?!»

— Ваша милость, ваши тревоги беспочвенны. Видите ли, у меня прекрасные взаимоотношения с непосредственным начальством. Он частенько наведывается ко мне на огонек.

— С начальством?.. О чем вы вообще...

Краска мгновенно сошла с лица графа Валентайна.

Каллиус фон Зерван.

Капитан Еретической Инквизиции Карпе.

Его начальником мог быть лишь один-единственный человек.

— ...Неужели?..

Там...

В его поместье их ждет сам Генос. Верховный инквизитор Карпе...

— Так что, повторюсь: вам абсолютно не о чем переживать.