Глава 58 — Без названия

Ага, вот оно как? Вчера на банкете они так ладно ворковали, и, похоже, успели изрядно сблизиться.

— М? Мама, я обещаю, что не допущу никаких оплошностей. Я буду вести себя в строгом соответствии с этикетом.

Глядя на неё, я невольно улыбнулась. Конечно, я знала, что если Рэйчел захочет, она может выглядеть как самая изящная и безупречная юная леди. Но!

— Хорошо, Рэйчел. Можешь идти. Но при одном условии: твой близнец пойдет с тобой.

Рэйчел, уже готовая подпрыгнуть от радости и закричать «ура», замерла и захлопала глазами. А мгновение спустя её лицо исказилось так, будто она проглотила лимон.

— С Леоном? Ну это как-то...

— Почему? Вы ведь с самого детства были не разлей вода.

— Но это было в детстве! А сейчас он только и умеет, что бубнить занудные истории из своих книг! Если принцу станет скучно, он уснет и свалится со слона — это же будет катастрофа!

— Либо с Леоном, либо никуда, — отрезала я с непоколебимой улыбкой.

Рэйчел поворчала что-то себе под нос, но в итоге послушно кивнула, подбежала ко мне, обняла за шею и чмокнула в щеку.

— Ладно. Но что мне надеть? То, что было вчера, уже не наденешь, да?

— Как насчет того нового зеленого платья? Оно идеально подчеркнет цвет твоих глаз.

— Думаешь, правда будет хорошо?

Ах, юность, прекрасная пора.

Я с умилением смотрела вслед убегающей в свои покои Рэйчел, как вдруг раздался такой рев, что я всерьез испугалась, не рухнет ли весь особняк. От неожиданности я чуть не свалилась с кровати, когда пыталась с неё спуститься.

— КАКОГО ЧЕРТА ТЫ ЗАБЫЛ В НАШЕМ ДОМЕ-Е?!

М-да, судя по всему, пришел заклятый враг нашего второго сына. И почему он каждый раз так беснуется при виде гостей? В любом случае, только попадись мне: если выясню, что ты по ночам пропадаешь в игорных домах — тебе конец!

— Да почему этот черный шастает у нас как у себя дома?! Это точно он украл мою книгу! Брат, я тебе говорю, он вор!

— И «это» ты называешь книгой? Оригинально.

— А-а! Я ненавижу тебя! Верни то, что украл, извращенец!

— Не тому, кто заказывал «такое», не успев обсохнуть за ушами, разбрасываться подобными словами.

— Да что этот черный волчара несет?! Кто... А-а-а-а! Почему ты бьешь только меня, ты, братец-выродок!

— Выродок? Это ты так называешь мать, которая нас растит?

— Я не это имел в ви... Ай! Ой!

...Если когда-нибудь в нашем особняке наступит тихое и спокойное утро — вот тогда в стране точно объявят чрезвычайное положение.

***

Погода во второй день празднования годовщины основания была ослепительно ясной. Сегодня, когда вся столица была пропитана атмосферой праздника, у всех членов нашей семьи графики разошлись, словно по заказу. Близнецы отправились в гости к заморскому принцу, а Элиас, хвастливо заявив, что у него свидание с юными леди, с которыми он познакомился на банкете, убежал из дома.

А я, благодаря вчерашнему необдуманному обещанию, впервые в жизни отправилась осматривать праздничные улицы. В компании Джереми и Норы. Подумать только, я иду на прогулку в сопровождении этих закадычных соперников — до чего только не доживешь.

— Да надень ты что-нибудь попроще, попроще! — подгонял меня Джереми.

В итоге я выбрала свое самое скромное платье из коричневого атласа. Сам Джереми, утверждавший, что наряжаться нет никакого смысла, был в довольно простом охотничьем костюме. Нора выглядел примерно так же, хотя в нем за километр можно было почуять аристократа. К тому же оба они пристегнули те роскошные мечи, которые я подарила им три года назад, так что вместе мы напоминали компанию благородных отпрысков, сбежавших из дома поглазеть на праздник.

— Вы уверены, что нам не стоит брать с собой рыцарей?

— Мы и есть рыцари, о чем ты вообще беспокоишься? Эх, ранишь в самое сердце.

— Ты настолько нам не доверяешь?

— Дело не в этом... Так какой у нас план?

— А, точно. Какой план, друг мой?

— Почему ты меня спрашиваешь? Ты должен знать.

— Слушай, по логике вещей, раз ты пришел пригласить на прогулку мать своего друга, то должен был хоть немного задуматься над планом, нет? Имел бы совесть.

— О чем ты? Откуда у нас совесть?

— А... точно. Её же у нас нет.

(П.П. Почему они общаются как пираты ахахах)

Сама виновата, что спросила. У этих двоих в словаре слово «план» явно отсутствует.

Как бы то ни было, выходить в город втроем без сопровождения свиты было непривычно. Не то чтобы страшно, просто странно. Ведь для меня это был первый подобный опыт.

Когда карета наконец доставила нас в самое сердце столицы, я поняла: да, праздник действительно в разгаре. На главных улицах, перекрытых лентами для проезда экипажей, по обеим сторонам тянулись бесконечные ряды лавок. Начинались они с лотков со сладостями и уличной едой, а дальше шел настоящий рынок, где продавали всё на свете.

Вокруг сновали толпы нарядно одетых людей, на каждом углу выступали акробаты и менестрели, давали представления бродячие театры. Это была поистине живая, шумная и настоящая праздничная атмосфера.

— Ну что, не зря ведь пришли?

Джереми обернулся ко мне с победоносным видом, его темно-зеленые глаза буквально сияли. Казалось, он был воодушевлен даже больше обычного. Нора тоже выглядел на удивление оживленным, хотя, кажется, не столько из-за самой прогулки, сколько по какой-то другой причине.

Как бы то ни было, в компании этих двоих я чувствовала себя в гораздо большей безопасности, чем с любыми другими рыцарями сопровождения. Почему-то казалось, что, даже если сейчас нагрянет целая банда разбойников, мне будет всё равно.

Меня больше беспокоили взгляды дам, которые уже вовсю сыпались на этих двух красавцев.

— Здесь и вправду интересно, но... боюсь, вам со мной будет скучновато.

— Опять ты заговорила как старушка. Нуна, тебе же всего девятнадцать, — произнес Нора с загадочной полуулыбкой.

От этих слов я невольно вытаращила глаза, а Джереми, напротив, подозрительно прищурился. После мгновения ошеломленного молчания Джереми уставился на своего лучшего врага взглядом, в котором читалось желание сожрать того живьем, и выдал:

— Ты что это несешь? И вообще, с какой стати ты называешь чужую мать «нуной»?

На этот резкий и мрачный вопрос Нора ответил с поразительной наглостью, даже не пытаясь как-то оправдать себя:

— А ты сам-то свою мать по имени называешь.

— Эй, когда я так делаю — это одно, а когда ты — совсем другое!

— И в чем же разница? Или мне называть женщину, которая мне в сестры годится, «тетушкой»?

— Нет, просто когда ты зовешь её «нуной», мне кажется, будто я тоже должен её так называть!

— Ну так и называй, в чем проблема.

— Если мать станет «нуной», это что за низкопробная мыльная опера получится?!

— Мальчики, так мы идем куда-нибудь или нет? — вздохнув, бросила я.

Двое, устроившие балаган прямо посреди улицы, мигом замолчали и одновременно посмотрели на меня.

— Ладно, идем захватывать этот город.

— Прошу вас.

Парни, заговорив в унисон, синхронно протянули мне руки. Они что, издеваются?

Глядя на две огромные мозолистые ладони перед своим лицом, я оказалась перед новой дилеммой: чью же руку взять?

Я молча сделала несколько шагов вперед, а затем обернулась. Перехватив их руки, застывшие в воздухе, я крепко соединила их ладони друг с другом и лучезарно улыбнулась:

— Вот так. Держитесь крепко, чтобы не потеряться, хорошо?

— ...Уэ-э-эк!

Оба издали жуткие вопли и с силой оттолкнули руки друг друга, будто прикоснулись к чему-то омерзительному, а я тем временем бодро зашагала вперед.

...Разумеется, меня догнали в два счета.

— Где это видано, чтобы мать спихивала своего любимого старшего сына какому-то постороннему мужику! Мое сердце разбито!

— Да в твоем возрасте стыдно за мамину ручку держаться! Нуна, брось этого типа под мостом и пойдем. Детей нужно растить в строгости.

— Шури, возьми меня за руку. А вдруг потеряешься?

— Тоже мне, не топографическому кретину это говорить. Нуна, лучше держись за меня. Если потеряешься — будет опасно...

— Это не я вас потеряю, а вы меня, — сухо отрезала я.

Парни обменялись взглядами и, видимо, сочтя аргумент логичным, согласно закивали. А затем выдали:

— Ладно, тогда мне страшно, можно я тебя за руку возьму?

— Раз уж ты наш опекун, то и я тоже.

...Ума не приложу, что ест нынешняя молодежь, раз они такие настырные. В итоге я оказалась втянута в толпу, крепко зажатая с обеих сторон своими огромными «подопечными». Картина, прямо скажем, была специфическая.

Похоже, окружающие тоже сочли наше трио весьма странным. Все, от мала до велика, не могли оторвать от нас глаз, от чего мне становилось ужасно неловко. Особенно женщины — они смотрели на моих спутников с таким выражением лиц, будто вот-вот упадут в обморок. Кхм-кхм, я даже немного горжусь.

— А-а, я на обеде почти ничего не съел, умираю с голоду.

Действительно, обед у нас сегодня был довольно скромным. А Джереми и Нора были из тех парней, что хотят есть всегда и везде.

Жареные шашлычки и прочие уличные вкусности выглядели довольно аппетитно. И хотя гигиена там явно оставляла желать лучшего, эти двое, вопреки статусу аристократов, не выказали ни тени брезгливости.

— Тьфу, да что это за мясо такое жилистое? Так и с зубами можно попрощаться.

— Кха-кха, это еще что? Почему оно такое вонючее?

...Конечно, отсутствие брезгливости и вкус — вещи из разных измерений. Пока Джереми сражался с шашлычком, который оказался твердым как подошва, Нора откусил огромный кусок пирога с непонятной рыбой и тут же его выплюнул. М-да, ну кто бы сомневался. Я, конечно, восхищена их духом авантюризма, но с чего бы еде из таких мест соответствовать вашим изнеженным вкусам?

Тем не менее, голод — лучший повар. После череды неудач каждый наконец нашел себе что-то более-менее съедобное, и мы продолжили прогулку, жуя на ходу.