Глава 2296 — Без названия

Финал был неизбежен, они были лишь двумя душами, стремительно летящими навстречу этому преображающему сплетению.

Зачем противиться неизбежному?

Почему бы просто… не принять его?

Девик резко села, тяжело и часто дыша: в ее сне оставался всего какой-то дюйм до того, как ее губы соприкоснулись бы с губами Алчущего Ока. Несколько мгновений она растерянно озиралась по сторонам, еще не до конца понимая, где находится. Вокруг больше не громоздились тела убитых врагов, которых Король Пустоты сокрушил, дабы заявить на нее свои права. Пряди спутанных волос лезли в глаза и рот, пока сознание медленно прояснялось. В груди боролись разочарование и веселье – какое-то время она была абсолютно, безвозвратно потеряна в этом сновидении.

Как же приятно было хоть недолго плыть по течению, забыв о тревогах.

Она осмотрелась. Сжала пальцами удобную кожу дивана, на котором лежала. Мебель оказалась настолько мягкой и роскошной, что Девик инстинктивно сжала ее еще раз. Ее взгляд скользнул по заставленным полкам, покрывающим противоположную стену: там поблескивали латунные безделушки, высились древние фолианты и красовались искусно отлитые награды. Слева от Девик сквозь широкие окна струился мягкий свет. До ее ушей донеслось щебетаниептиц.

Ох…— Девик вдруг остро ощутила, что ее лицо и руки покрыты коркой засохшей крови. Она выглядела как грязный лесной гоблин, безжалостно пачкающий эту дорогую на ощупь мебель. —Может, я умерла? М-м-м, воистину, какое нескончаемое истязание! Подумать только, я проклята влачить существование в безбожной роскоши, но вынуждена каждую ночь грезить о полных страсти глазах Алчущего Ока, за долю секунды до нашего плотского единения! Я…

— Хорошо, вы очнулись. Гостхаунд сейчас занят, но если вам что-то понадобится, пожалуйста, не стесняйтесь обращаться, — напротив окон, за письменным столом, сидела эффектная женщина с ореховыми глазами. По непринужденной посадке ее плеч и пронзительному взгляду Девик мгновенно поняла: ей до безумия хочется влезть в шкуру этой женщины и, черт возьми,статьею. Она безраздельно владела всей этой комнатой и, насколько подсказывало чутье Девик, изрядной частью пространства вокруг. Женщина указала рукой в сторону:

— Этот автоматон приставлен к вам. Его имя…

— БА Зетусэла, госпожа, — латунный антропоид шагнул вперед и поклонился. Девик расслышала тихий щелчок шестеренок у него внутри. По его телу яркими всполохами пробежали и растаяли прекрасные письмена. — Я к вашим услугам.

— Зетусэла обеспечит вас всем необходимым, — продолжила женщина. — Ввиду ваших отношений с Гостхаундом, вы можете считать себя моей почетной гостьей. Мне хотелось бы подробнее ввести вас в курс дела, но пока достаточно понимать, что вы в безопасности внутри особой зоны, которую поддерживает… Король Пустоты Алчущее Око, как вы его называете. А теперь, — она аккуратно сложила бумаги в стопку и поднялась из-за стола, — мне нужно провести одну глупую встречу, чтобы утихомирить дураков. В мое отсутствиепостарайтесьне натворить глупостей.

— Э-э… — Девик захлопала глазами, ее грязные пальцы снова сжали обивку дивана. — Конечно.

Проходя мимо, женщина одарила ее колючим взглядом, но все же кивнула. Она открыла дверь, и каждый шаг ее шпилек отозвался отчетливым цоканьем. Снаружи ее дожидался массивный огр в крошечных очках; он почтительно поклонился и последовал за влиятельной дамой, которая величественно удалялась по коридору. Огр принялся зачитывать записи из гроссбуха, но его голос оборвался, стоило двери со щелчком закрыться.

Теперь Девик осталась в кабинете наедине с латунным созданием по имени Зетусэла. Стоило ей посмотреть на него, как металлический автоматон снова отвесил поклон.

Она почесала щеку, мысли в ее голове лихорадочно крутились. Чудовищная тьма, дарованная Печатью Жизни Хоумвелла, выползла наружу и уставилась на комнату с плеча Злобы. Она никак не могла осмыслить ту непринужденную роскошь, что царила в этих стенах.

Девик твердо решила, что когда-нибудь и у нее будет собственный внушительный стол, за которым она станет сидеть с загадочным видом, взирая на всяких мелких сошек. Какое-то время она мысленно перебирала нелепые, псевдозначительные титулы, которые могла бы себе взять. Немного подождав, не зная, чем заняться, и слушая непрекращающееся щебетание птиц за окном, Девик поняла: ее действительно просто предоставили самой себе. Она поднялась и подошла к стеклу.

От увиденного у нее перехватило дыхание. Ее зрачки расширились.

— Ого… Все это… неужели это сотворил Король Пустоты Алчущее Око?

Зетусэла издал серию частых щелчков.

— Мне незнаком этот титул, однако, исходя из слов леди Татьяны, если Король Пустоты Алчущее Око – это прозвище Рэндидли Гостхаунда, Прародителя Альфа-Космоса, то да. Харон и многие окружающие его Небесные острова были созданы лично Гостхаундом. Даже мой народ обязан своим появлением изменениям в некоторых его гениальных узорах Гравировки.

Панорама за окном открывалась Девик слой за слоем. Совсем рядом, на краю задумчивой горгульи, перепархивали с места на место серые воробьи. Чуть дальше раскинулся сверкающий мегаполис с высотными зданиями и блестящими стеклянными окнами. Было видно, как по крышам и переходам между строениями снуют люди. А еще выше неслась причудливая сеть переплетающихся транспортных потоков. Существа летали на самых разных средствах передвижения: от небольших обрубков дерева до прямоугольных металлических коробов размером с целую комнату. Время от времени кто-то выбивался из общего потока и пикировал вниз сквозь слоистые небеса, но в целом все они сливались в единый, завораживающий, постоянно меняющийся узор.

Солнечные лучи искрились и преломлялись в этом вечном вихре движения.

А над странным силуэтом города и парящими фигурами высились огромные куски земли, дрейфующие по орбите. С такого расстояния невозможно было разобрать, что именно происходит на этих небесных островах, но они казались куда больше и оживленнее тех, что Алчущее Око создал вокруг Маллуна. У Девик пошла кругом голова, стоило ей попытаться представить, сколько же душ населяет этот невероятный город.

— Рэндидли… Гостхаунд, — прошептала она, пробуя имя на вкус. Затем устремила взгляд еще выше и замерла, указав пальцем в небо:

— А это что такое?

— Как раз этому и посвящено текущее собрание у леди Татьяны, — прогудел Зетусэла. — Это недавнее явление неизвестного происхождения. Учитывая его зловещую природу и то, что оно возникло всего десять минут назад, полагают, что виной всему сам Гостхаунд. Хотя ходят слухи, будто на Экспиру наконец надвигается очередное Бедствие.

Девик завороженно смотрела ввысь. В небе зияла рваная дыра. Свет и краски стекали по ее краям внутрь, словно в водоворот, оставляя на небосводе зловещую темную пустоту прямо напротив солнца.

— Астрономы подтвердили, что этот феномен заместил собой луну Экспиры, — продолжал Зетусэла. — Насколько могут судить эксперты, его появление пока никак не отразилось на приливах. Так что на данный момент это лишь повод для ворчания тех, кто недолюбливает Гостхаунда. Различные Зоны привели в готовность свои оборонительные силы, но противник так и не материализовался.

По коже Девик побежали мурашки, она нахмурилась. В ее груди Злоба, оправившись от ран, оскалила пасть.

— Они целятся в него здесь?

— Конечно нет. Сейчас даже самые ярые оппозиционеры признают, что пытаться избавиться от его влияния невозможно и смертельно опасно. Они просто используют это как политический маневр, чтобы склонить население к поддержке некоторых своих реформ. У вас есть еще вопросы? — Зетусэла замолчал, издав быструю серию щелчков, словно проводя в уме сложные вычисления. Его воодушевление было очевидным:

— Должен признать, я восхищен вашим интересом к человеческой политике. Это был мой любимый предмет во время интеграционного обучения.

Девик пару раз открыла и закрыла рот. Честно говоря, у нее были десятки вопросов: начиная с того, что это вообще за место, заканчивая подробностями об Алчущем Оке и той величественной женщине, которая только что ушла. Однако, пока ее разум цеплялся за бесчисленные странные детали вокруг, она, к собственному удивлению, выпалила:

— На тебе же нет одежды!

Надо отдать должное БА Зетусэле: он лишь понимающе кивнул, проигнорировав странность вопроса.

— Действительно. Некоторые БА предлагали ввести ношение прикрывающих нарядов из соображений приличия, но мы никак не можем сойтись во мнении, какие именно части тела следует закрывать. На вашей планете одежда – обычное дело?

— Все обязаны носить одежду. По какой-то причине это превратилось в целый политический вопрос, — ответила Девик, мысленно возвращаясь к туго затянутой талии той властной женщины и тому, как ее юбка изящно подчеркивала бедра. Ее Великая Судьба и Злоба тихо переговаривались обрывками мыслей, сходясь на том, что это дело определенно заслуживает детального изучения. Она откашлялась:

— Не мог бы ты… показать мне местных портных? Ты случайно не знаешь, какую одежду предпочитает Алчущ… Рэндидли Гостхаунд?

Зетусэла склонил голову набок.

— У меня слишком мало сведений на этот счет. Однако мой близкий знакомый, БА Мотет, специализируется на узорах плетения и моде. Я свяжусь с ним. К тому же у леди Татьяны осталась приличная сумма из представительских расходов на этот месяц; не думаю, что возникнут проблемы с тем, чтобы раздобыть для вас несколько образцов для примерки.

*****

Рэндидли почувствовал, как между лопаток брызнула кровь, хотя он изо всех сил старался сохранить на губах усмешку. Серые волны значимости, которые ураганом тащил за собой Деганавида, окончательно смели Ужасного Гомункула и принялись кромсать плоть Рэндидли. Два его защитных образа окончательно развеялись.

Необычный метаболизм и Иллюзорное перо Яйца замедлили продвижение значимости к его ядру, но первый навык был всего лишь характеристикой необычной редкости, а второй черпал силу из ныне мертвого Мертворожденного Феникса. Пустота яростно рвала и метала, расчищая путь. Мышцы спины напряглись, стягивая раны до того, как ударит следующая волна.

Однако Рэндидли понимал, что его время на исходе.

На другой стороне этого противостояния Певица Пустоты плакала и поглощала все вокруг своей бескрайней, пустой песней. Печаль, пронизывающая ее безмолвные баллады, придавала ей сил, и каждый раз, когда она открывала рот, значимость внутри Деганавиды таяла, словно тени под направленным лучом света. Ядро Пустоты монстра все еще было крепким, но его окружающее Духовное пространство начало серьезно сдавать. Искажение пространства вокруг понемногу рассеивалось, обнажая реальность: они оба неподвижно стояли среди руин разгромленного лагеря Сирулиана, застыв в смертельном объятии.

Поздравляем! Ваш навык «Сиренная панихида бездонного отнятия» (П) повысился до 879-го уровня!

…

Поздравляем! Ваш навык «Преломленное разложение алчущей невозможности» (П)(У) повысился до 1021-го уровня!

Поздравляем! Ваш навык «Сиренная панихида бездонного отнятия» (П) повысился до 903-го уровня!

Голова Рэндидли раскалывалась, пока они пытались стереть друг друга в порошок. Ни один из них не колебался, направляя и подчиняя свои энергии ради уничтожения противника. Щурясь от очередной вспышки дикой боли, Рэндидли взвешивал варианты. В своей израненной душе он сжимал остатки силы воли, готовый бросить их либо на защиту, либо на поддержку Певицы Пустоты.

Он заглянул в широко раскрытые глаза Деганавиды, на его золотые зубы – все это ютилось в яйцеобразном теле Монстра Пустоты. Слишком много ключевых аспектов их сил было сорвано. Теперь они могли видеть секреты и слабости друг друга.

И увиденное не то чтобы удивило его: Рэндидли ясно различал скрытое Покаяние Деганавиды, упрятанное в самые дальние уголки его могущества. Деганавида же видел, что у Рэндидли остались лишь его Власти, и оба понимали, как мало они смогут сделать против него.

До них доносились далекие крики сражающихся между Эфиром и Пустотой, но их концентрация не ослабевала ни на миг.

Рэндидли ощутил, как сердце уходит в пятки. Его эмоциональное море обмелело из-за постоянного подпитывания образов. Простая защита сейчас не спасет его в этой схватке: пусть Деганавида сейчас потрепан не меньше, но это лишь потому, что атаки Рэндидли шли изнутри, тогда как Деганавида пробивал его тело снаружи.

Но как раз в тот момент, когда Рэндидли собирался бросить последние крупицы своей яростной концентрации на Сингулярность Неприютных Глубин, чтобы нанести максимальный урон, нечто, произошедшее за пределами их смертельного танца, привлекло внимание обоих соперников.

Свет Печати Жизни померк, когда колоссальная часть ее энергии сконцентрировалась в парящей сфере над городом Хоумвелл. Сфера на мгновение застыла в небе, внутри нее, словно в лавовой лампе, бурлили и переливались различные энергии. По ее поверхности заплясали яростные кобальтовые молнии, намекая на то, куда именно сбежал Сирулиан. С громоподобным треском сфера лопнула и обрушилась лавиной вниз. Невероятный объем энергии взорвался, подобно рушащейся горе, грозя похоронить под собой львиную долю Воинов Пустоты, марширующих к городу.

Деганавида перевел взгляд, и Рэндидли буквальнокожей ощутилего реакцию, отозвавшуюся дрожью в костях. —Трагическая гибель. Но будут новые. Всегда приходят новые.

Деганавида снова повернулся к нему. Рэндидли почувствовал, как по его шее скатывается капля пота.