Глава 852 — Выбор из трёх (2)
Ша-а-а-а-а-а-а-а!
Ливень хлестал такой, что промочил бы насквозь даже под зонтом.
Фью-у-у-у-ух!
Через ущелье с пронзительным, пробирающим до костей воем проносились порывы ветра, и вместе с ними в разные стороны метались лепестки.
Тя-а-а, то-о-о-о!
Цветы выводили мрачную, жуткую мелодию.
И поверх неё ложился красивый, совершенно неуместный здесь женский голос.
— А-а-а-а-а…!
Это было заклинание защиты разума, которое я велел Армину наложить, чтобы не провалиться в состояние «безумия».
Увеличение силы духа.
Сокращение длительности всех негативных состояний.
В норме оба эффекта должны были действовать по области, на всех персонажей разом, но благодаря «Оде герою» их сила возрастала втрое — зато ограничивалась только мной.
«…С этим можно уже не переживать».
По части психики я наконец мог выдохнуть.
Чш-ш-ш-ш-ш-ш!
Разумеется, боли эта песня не убирала.
Когда жидкость твари заливала мне тело, жгло всё так же.
Нет, пожалуй, даже сильнее: хила стало меньше, раны затягивались дольше, и оттого боль казалась ещё злее.
Но…
— Бехел-ла-а-а-а-а-а-а-а-а!!!
Ничего не поделаешь.
Захоти я по-настоящему убрать боль — использовал бы магию.
В парализующей ветке хватает заклинаний с похожим эффектом.
Разумеется, применять их я не собирался ни на миг.
Зачем мне навык, который мешает сражаться?
Чтобы болело меньше.
Или чтобы хоть немного вырос шанс выжить.
Если выбирать из этих двух вариантов, любой нормальный человек выберет второе. Разве нет?
Чш-ш-ш-ш-ш-ш!
— Ки-игх-гх-гх…!!
В общем, сменился ли саундтрек на «Волка полнолуния» или нет, моя работа оставалась прежней.
Принимать удары кулаков на щит.
Терпеть, как тело расплавляется от водяных оплеух.
Смотреть, как меня рвёт на куски под бомбардировками союзников.
— Ха-ха-ха…
Честно говоря, было тяжело.
Тут и без всякого «безумия» можно было натурально слететь с катушек.
Я сам чувствовал, как где-то глубоко внутри растёт желание сорваться с места и сбежать отсюда прямо сейчас.
Но…
«Тяжело не только мне».
Чем сильнее это давило, тем чаще я смотрел на товарищей. Пусть временных.
Им, конечно, было не так худо, как мне, но и им доставалось достаточно.
Даже воины, которые раньше только пальцы сосали от безделья, теперь нашли себе работу и вкалывали изо всех сил.
Ша-а-а-а-а-а-а-а!
Дождь стал несравнимо яростнее прежнего.
Лепестки плодились от него как безумные.
А поверх этого появлялись новые призванные твари — их выплёвывали сами лепестки.
Жуткий, абсурдный ад из субподрядчиков субподрядчиков субподрядчиков… нет, лучше не думать об этом.
В общем.
— Держать…!
— Барьер! В барьере брешь, дождь протекает!
— Я знаю! Но чинить его сейчас просто некогда…!
Теперь и основные силы уже не могли, как раньше, спокойно взрывать каждый появившийся цветок и благородно, с расстояния, вливать урон в босса.
И что за странная штука — человеческая душа?
Я понимал, что так нельзя.
Понимал и то, что если им станет тяжелей, мне самому станет ещё хуже.
Но от того, что мы мучились все вместе, на душе почему-то становилось чуть легче.
— Ки-е-е-е-е-е-ек!!!
Честно сказать, я даже начал понимать, каким образом эта сволочь могла обзавестись таким идиотским навыком, как «Искажённое терпение».
Мне больно — значит, и вам должно быть больно!
Только тогда мне станет хоть немного легче.
Может, он жил с такой вот гнилой установкой, и из неё потом вырос навык.
А может, и нет.
— О.
Стоило отвлечься на посторонние мысли, и секунд десять я почти не замечал боли.
Вот уж правда: когда тяжело, лучше всего думать о чём-нибудь другом.
— Кх-гх-гх…!!
Поэтому чем сильнее расцветала боль, тем упорнее я цеплялся за мысли.
Причём не за мрачные, а за хорошие.
С начала боя прошло уже два часа.
Нет, может, и все три?
На самом деле я вообще не чувствовал времени. Болело так, будто прошло уже не меньше десяти часов.
Но всё равно.
Если и дальше пойдём в том же темпе, должно получиться.
Конечно, будет всё тяжелее.
Конечно, начнутся смерти.
А потом, почти без отдыха, нас потащат отбивать следующую волну…
«Плохая мысль. Пропускаем».
Ладно.
Надо всем вместе продержаться ещё немного — и мы справимся.
О следующей волне думать не будем.
Неужели после этого проклятого этажного владыки найдётся испытание ещё хуже?
И вот ровно в тот момент, когда я рисовал себе это светлое будущее…
— А-а-а-а-а-а!!
— Н-нельзя отступать!
— Твою мать! А как, по-твоему, не отступать?! Больно так, что сдохнуть хочется!
— Н-не ругайтесь, пожалуйста…! Простите!
…А?
Что это было?
Тук!
Обычно у меня не оставалось сил следить за тем, что творится вокруг. И всё же откуда-то издалека, со стороны основных сил, я услышал, как ссорятся мужчина и женщина.
— Не ругаться?! Сама встань сюда, посмотрим, как запоёшь!
— Я… я тоже здесь стараюсь…
— Стараешься, ага! Только и делаешь, что сзади удобно магией шмаляешь! А-а-а-а-а!!
Судя по голосам, какой-то вар и магичка обменивались раздражёнными репликами.
Слушать это было неприятно.
Боевые товарищи, вместе пережившие прошлую волну… люди, которые, как ни было тяжело, остались на похоронах, чтобы почтить мёртвых, теперь грызлись друг с другом.
Впрочем, понять их было можно.
— Удобно? Вам правда кажется, что нам удобно? Да у меня одной уже сколько раз была перегрузка маны! Ещё чуть-чуть — и может начаться необратимая потеря магической силы!
Предельная ситуация.
Люди, слишком долго находящиеся под чрезмерным давлением, не могут не огрызаться.
— И что мне с того?! Я прямо сейчас подыхаю!
К тому же я на все сто был на стороне вара.
Потому что сам бы вспыхнул, услышь я сейчас что-нибудь вроде «не отступайте».
Разумеется, это не значит, что я оправдывал его поведение.
— Что с того? Держать надо! Из последних сил! Нам всё равно некуда бежать!
— Б-блядь…! Да не могу я больше!
— Ч-что вы такое говорите?! Вон виконт Яндель один держится так стойко!
Последняя фраза, острая, словно ножницы, видимо, перерезала натянутую до предела нить в его голове.
— Ах ты, сраная психованная сука…! Да идите вы все нахер! Клан всё равно развалился, думаешь, мне не плевать?!
В конце концов воин сорвался.
— К-куда вы?!
— Вот же безумец…!
Тук!
И тут я понял, почему посреди всего этого сумел расслышать разговор у далёких основных сил.
Тело варвара, до крайности чувствительное к выживанию, первым уловило беду.
«Бриктон Азкел от чрезмерной боли отказывается от боя и покидает позицию».
Мы влипли.
***
Каждый, кто хоть раз играл в дженгу, знает одну вещь.
Как ненадёжна высокая башня.
И насколько важен каждый маленький брусок в её основании.
— У-а-а-а-а-а!!
Воин вырвался из строя основных сил, рванул к обрыву, легко оттолкнулся от самого края и взмыл вверх.
А затем…
— С-сумасшедший…
Исчез во тьме Лабиринта.
Но в тот самый миг, когда все решили, что воин бесславно разбился насмерть…
— П-получилось…! Сука! Получилось…!
Издалека, из-за края тьмы, донёсся громовой вопль.
Похоже, рандом-банджи удался.
Он прыгнул наугад, а под этой темнотой случайно оказался какой-нибудь склон.
Как же это было по-скотски удачно.
«И это сработало?»
У меня потемнело в глазах, но вар за тьмой чувствовал иначе.
— Живите как хотите, ублюдки!!
В голосе вара звенели восторг и возбуждение; так, насмехаясь над нами, он ушёл — и больше не вернулся.
А вместо него…
Тр-р-р…
Почему-то мне послышался именно такой звук.
Это не было признаком начинающегося пространственного коллапса или чего-то в этом роде.
Просто так звучала трещина, прошедшая по нашей группе.
— В-воин клана Зубчатого Клыка Бриктон Азкел д-дезертировал…!
Вскоре Армин разобрался в ситуации и в панике доложил мне.
«Ха…»
И это стало запалом.
Именно таким, которого хватило, чтобы взорвать всю группу, уже пошедшую трещинами.
— П-почему вы так на нас смотрите?!
— Я с этим психом и близко не был дружен!
— Вы же знаете, через что мы все прошли…!
Видимо, дело было в том, что вар, успешно совершивший внезапный рандом-банджи, состоял в клане Зубчатого Клыка. Негативные взгляды, само собой, обратились к его соклановцам.
А в мире есть одна слишком уж неоспоримая истина.
Когда обида накапливается…
обязательно найдётся тот, кто не выдержит.
Вот так.
— Ах вы, с-сраные ублюдки…!! На меня так смотреть вздумали?!
— Ректус! У-успокойся!
— А ты заткнись! Именно из-за тебя всё до этого дошло!
Я услышал и торопливый голос заместителя командира, но, увы, его отчаяние до соклановца не достучалось.
— У-а-а-а-а-а-а!!
Так ещё один воин, рассекая дождевые струи, бросился к тому же обрыву, откуда сбежал его предшественник.
Тат-тат!
Он повторил тот же маршрут и прыгнул…
— Сука-а-а-а-а-а!!!
И снова преуспел.
«Да чтоб тебя».
Почему? Почему это опять сработало?
Там внизу правда такая широкая площадка?
Или мне просто так не везёт?
Неужели эффект Ханса до сих пор не отпустил?
Ответ на мой вопрос оказался до смешного прост.
Его дал сам виновник.
— Прыгайте сюда!! Тут до хрена места, хоть как прыгни — всё равно приземлишься! Бросайте этих говнюков, выживем хотя бы сами! Думаете, одни не справимся? Не ссыте! Златоухий! Если найдём внизу клан Златоухого, будем жить! Сможем вернуться в город живыми!
Для тех из нас, кто остался, это был худший возможный поворот.
К счастью, Армин среагировал быстро.
— С-сэр Кеврон!
Хотя нет, к счастью ли?
Быстрая мера не обязательно правильная.
— Соберите членов отряда и приведите их к центру! Силу применять разрешаю!
То есть заместитель командира должен был лично взять под контроль своих людей и привести их так, чтобы они не сбежали.
Я даже поверить не мог.
Неужели Армин способен вот так затроллить рейд?
— Армин, отмени приказ…!
Нельзя было так.
Если отдать жёсткий приказ, когда все доведены до крайнего возбуждения, остатки разума просто отключатся.
Я поспешил остановить его, но уже опоздал.
— Э-эй, куда хватаешь…! Сука, руки убрал!
— Он бежит!!
— Держите…!!
Я не смотрел на основные силы в реальном времени, обернувшись назад, поэтому не мог точно сказать, что там произошло.
Ливень и ветер ревели, расстояние было немаленьким, слишком многие крики сливались в один шум и почти не различались.
Ша-а-а-а-а-а-а-а!
Лишь спустя несколько минут я услышал только итог.
— …Простите! Из клана Зубчатого Клыка дезертировало шесть человек! Мы не смогли их остановить!
Вот как. Нас стало меньше сразу на шестерых…
Если смотреть сухо, число небольшое, но я уже видел будущее.
Из-за этого оставшийся рейд станет куда тяжелее.
Скр-р-р…
Однако дело уже было сделано.
Даже если теперь кого-то ненавидеть и проклинать, реальность от этого не изменится.
Нам нужно продолжать делать то, что должно.
А для этого — переломить настроение.
Поэтому…
Чш-ш-ш-ш-ш-ш!
Я силой подавил жгучую боль от плавящейся плоти и крикнул:
— Не паниковать! Шестеро выбыли? И что с того?! Мы убиваем этажного владыку! Вы правда думали, что обойдётся без потерь?!
Конечно, я понимал.
Именно этот случай нельзя было считать обычным.
Это были не жертвы, а беглецы.
Боевой дух оставшихся, естественно, должен был сломаться.
Значит, надо изменить сам угол зрения.
— Простите! Это моя ошибка! Я недооценил его «зубы»!
Сначала я переложил ответственность не на них, а на себя — чтобы защитить их рассудок.
А затем отдал ясный приказ основным силам, захлёбывающимся в хаосе.
— Эллоид! Прекрати «Оду»!
Они бежали не по своей воле.
Всё случилось потому, что Владыка Слёз наложил на них «безумие» или «страх».
Значит, они не «дезертиры».
— Отныне защищай разум всех основных сил, включая меня!
Нельзя позволить появиться новым «жертвам».
В этом приказе я спрятал именно такой, невидимый, но сильный намёк.
Реакция последовала мгновенно.
— А! Так вот оно что! У всех из-за этой твари просто с головой стало плохо!!
Айнар и остальные выжившие, доведённые стрессом до предела, без труда ухватились за мою подсказку.
Чем тяжелее человеку, тем охотнее он видит то, что хочет видеть, и верит в то, во что хочет верить.
Так меньше давит на нервы.
— А-а-а-а-а-а…!
Вскоре «Ода», звучавшая ради меня, оборвалась, и красивый голос жрицы из Оркестра Трёх Богов заполнил ущелье.
«Мария Шуэр Эллоид применила «Волка полнолуния»».
«Пока длится песня, сила духа всех персонажей в области значительно увеличивается, а длительность всех негативных состояний значительно сокращается».
Конечно, сам эффект этой песни едва ли был так уж велик.
По моему мнению, их бегство не на сто процентов объяснялось «помешательством». Если не считать первого дезертира, всё остальное случилось из-за человеческой природы, загнанной в предельный угол.
Но…
— У-а-а-а-а-а-а!!!
— Четвёртая рота, слушать приказ! Как рыцари королевского дома вы не имеете права показывать жалкий вид! Ради чести держать позиции до конца!
Может, это и называется эффектом плацебо.
— А-а-а-а-а…!
Вера в то, что песня защищает их разум, снова пробудила в них волю к бою. И благодаря этому сражение, сорвавшееся в панику, вернулось на прежний путь.
— Фух…
Ладно.
Попробуем ещё раз.