Глава 724 — Срок на исходе (3)

Интересно, что именно задумал Король Сотворения, выставив условие — убить канцлера?

«Потому что силами одного королевского дома канцлера не прикончить?»

Нет, бред.

Я в игре проходил маршрут мятежника тысячи раз и лучше кого бы то ни было знал, насколько чудовищна мощь королевского дома.

«Тогда он просто хочет спихнуть работу на меня, а свои силы приберечь?»

Хм. Уже лучше, но всё равно звучит неубедительно.

Я ведь не какой-нибудь проверенный решала, с которым королевский дом проворачивал дела десятки раз. С их стороны не было смысла городить такой огород.

«Да они ещё и целую неделю меня здесь держали ради этого…»

Списать всё на простое развлечение тоже не получалось. Король Сотворения, как никто другой, должен был дорожить «временем», разве нет?

Значит, пока стоит разложить всё так.

Причина, по которой Король Сотворения дал мне такое указание, может быть только одной из двух.

«Либо есть обстоятельства, из-за которых он не может тронуть канцлера сам».

Или…

«Существует какая-то выгода, которая появится только в том случае, если канцлера убью именно я».

Конечно, всё это были лишь мои догадки. Ни о каких «обстоятельствах» или «выгоде» я пока понятия не име—

— У тебя вдруг стало слишком задумчивое лицо.

Король Сотворения будто подтолкнул меня к ответу. Только тогда я очнулся и открыл рот.

Потому что ответить я мог ровно одно.

— Сделаю, чего уж. Всё равно этот ублюдок мне не нравился.

— А, из-за того случая?..

Хм, «того случая»…

— Сразу скажу: к тому делу я не имел никакого отношения. Канцлер действовал по собственной воле.

Похоже, он говорил об экспедиции Айсрок. Значит, даже королевский дом примерно понимал, какие мысли у нас в голове.

— Так что свою жажду мести направь в правильное русло. Здоровее будет.

Король Сотворения сказал это спокойно, но легче на душе от его слов не стало.

Пусть канцлер и провернул всё в одиночку, но ведь именно королевский дом дал этому гаду такую власть.

А я из тех людей, кто считает молчаливое попустительство и бездействие тоже участием.

«…Хотя если он не врёт, на душе и правда становится чуточку легче».

Участие участию рознь. Тут, пожалуй, оставалось место для смягчающих обстоятельств.

Не та ненависть, ради которой стоит биться насмерть.

Впрочем, может, я пришёл к такой мысли просто потому, что ненависть к «королевскому дому» в этом мире ничем мне не поможет.

Как бы то ни было.

— Что ж, на этом разговор мож—

— Подожди!

Король Сотворения уже собирался закончить беседу, развернуться и пойти к «капсуле жизнеобеспечения», но я торопливо его окликнул.

Я хотел спросить кое-что напоследок.

Не то чтобы этот дядька обязательно ответит, но всё же.

— Там, внизу.

— …

— Что было заперто там, внизу?

На мой вопрос Король Сотворения некоторое время молча смотрел на меня.

— …Стоило делу закончиться, как ты снова заговорил коротко.

Э-э…

Я не то чтобы сделал это нарочно, но на всякий случай просто нагло промолчал и уставился на него взглядом, требующим ответа.

Ответ пришёл после короткой тишины.

…Хотя, строго говоря, ответом это не было.

— Откуда ты узнал, что там что-то заперто?

На вопрос он ответил вопросом.

Я немного подумал и сказал честно:

— Там я слышал голос. Он умолял выпустить его. Молила девочка, лет десяти на вид.

Отсюда я сделал вполне разумный вывод.

Десятилетняя девочка могла оказаться «Ведьмой Земли».

— …Вот как.

— Так что с ответом?

Король Сотворения и на этот раз выдержал паузу. На его лице появилось глубокое раздумье.

Неужели вопрос настолько сложный?

Похоже, да.

Иначе, после всего сказанного, он не стал бы уклоняться от прямого ответа.

— …Бьёрн Яндель. Ты ничего не знаешь. Ни того, каким образом этот мир продолжает выживать. Ни того, какую огромную жертву мы приносим ради такого мира.

— …

— На этом разговор окончен. Остальное обсудим заново, когда всё это дело завершится.

Ха. И это всё?

От досады я едва не попытался заговорить с ним ещё раз, но так и не успел.

Потому что стоило мне сделать всего один шаг вперёд…

— …Он сказал, что разговор окончен.

Рыцарь вытащил меч и загородил мне дорогу.

— …

Король Сотворения никак не отреагировал на его поступок. Значит, беседа и правда закончилась.

И я просто стоял, глядя вперёд, как пёс, у которого из-под носа увели курицу.

Шурх.

Прямо у меня на глазах Король Сотворения без малейшего смущения снял одежду, остался совершенно голым и привычным движением вошёл в капсулу.

В-и-и-и-ин.

Вскоре с гулом заработал механизм, неизвестная жидкость начала пузыриться, а стоявший внутри Король Сотворения медленно закрыл глаза.

На этом всё и закончилось.

«Он и правда будто спит…»

Аудиенция, казавшаяся одновременно короткой и бесконечно долгой, подошла к концу.

***

— Следуй за мной.

Я дождался, пока Король Сотворения войдёт в капсулу и заснёт, а затем снова поднялся наверх за высокомерным рыцарем. В зале аудиенций, от которого теперь почему-то веяло пустотой, я услышал неожиданное.

— Король Сотворения заранее распорядился. Что бы ты ни потребовал, мы должны приложить все силы, чтобы исполнить это и оказать тебе содействие.

О, значит, вот как…

Выходило, меня всё-таки не собирались бросать на канцлера одного и с голыми руками.

— Чего ты хочешь?

На вопрос рыцаря у меня был уже готовый ответ.

— Досмотрю то, что смотрел раньше.

— …Подготовим.

После этого я снова принялся смотреть запись, которую тогда не успел закончить.

А, ну и конечно — время надо экономить…

— Можно смотреть с перемоткой?

— Настрою скорость.

Запись пошла аж на восьмикратной скорости.

Но закончилась она намного раньше, чем я ожидал.

Точнее, сама запись изначально оказалась короткой…

— А вторая часть?..

— Нет.

— То есть это конец?..

Безумный ролик клана Анабада, где они вели оставшихся на передовой исследователей и пробивали путь вперёд, оборвался на сцене, в которой мои товарищи прорвали фронт и добрались до святилища варваров.

Причина была простой.

— Наш враг лучше кого бы то ни было знает королевский дом.

— И какое это имеет отношение?

— Он заранее подготовил способ укрыться от нашего «ока». Только поэтому и решился на такую жалкую выходку.

Из дальнейшего объяснения я понял: снять эту запись удалось благодаря некоему стратегическому оружию королевского дома, а в тот момент канцлер что-то сделал и вывел его из строя…

— Король Сотворения говорил, что, досмотрев до этого места, ты встанешь на колени.

А, к слову, этот прогноз с треском провалился.

Я ведь упал на колени ещё до того, как увидел всё это.

«Так. И что теперь делать?..»

Немного поразмыслив, я первым делом спросил имя рыцаря. Тот вздрогнул всем телом.

— …Не думаю, что у нас с тобой есть причина обмениваться именами.

О, что это?

Я спросил только потому, что не хотел и дальше звать его «рыцарём-ублюдком».

Ухмылка сама расползлась по лицу.

Раз уж так, как воин-варвар я не мог просто его отпустить.

— Эге! Ты что, собираешься ослушаться королевского повеления?!

Я рявкнул, словно мастер боевых искусств, выкрикивающий своё грозное «кха!», и взгляд рыцаря стал таким, будто перед ним стоял сумасшедший.

Знакомый взгляд. Теперь он меня почти не задевал.

Хотя в этот раз было чуточку обидно.

— Ты сам сказал. Его милостивое и мудрое Величество велело приложить все силы, чтобы исполнить любое моё требование и оказать мне содействие.

Я любезно всё объяснил. Сначала рыцарь фыркнул, словно не веря собственным ушам, но постепенно его глаза начали мутнеть от внутреннего смятения.

«А? Но ведь Его Величество действительно так сказал. Значит, если я не выполню это требование, то нарушу королевский приказ?»

Сбой, вызванный чрезмерной преданностью королю.

В конце концов рыцарь вздохнул и назвал своё имя.

— …Астарот Берн.

Хм. Вопреки ожиданиям, вполне обычное имя.

Он так не хотел представляться, что я уже подумал: может, имя знаменитое настолько, что даже я его слышал? Или ещё что-то в этом духе.

«Тогда что это была за реакция?»

Он просто не желал обмениваться именами с варваром вроде меня?

— Астарот… Звучит приятно. Красивое имя.

На всякий случай я бросил эту похвалу как наживку.

И, похоже, сорвал джекпот: реакция последовала мгновенно.

— Моё имя вовсе не девчачье.

— Я не говорил, что оно девчачье.

— …

Астарот замолчал, запоздало осознав, что сам себя и выдал.

— В любом случае, раз уж судьба нас свела, будем ладить. Элизабет.

— …Не Элизабет. Астарот.

— А, прости. Перепутал.

Он понял, что я над ним издеваюсь, и больше не реагировал, храня молчание.

Конечно, большого значения это не имело.

Варвары тем и хороши, что даже таких мелких слабостей хватает, чтобы перехватить инициативу.

— …Ладно. Так что ты собираешься делать дальше?

Он сменил тему так очевидно, что не заметил бы только слепой. Я, впрочем, дальше его мучить не стал.

В конце концов, я же не психопат.

Я издеваюсь над ним только тогда, когда для этого есть причина.

Да. То есть…

— Пока не знаю. Но кое-что ты сделать должен.

— Говори.

— Для начала приведи Рейвен.

С её характером у неё к этому времени душа уже наверняка ушла в пятки.

***

Рикардо Рюхенпраха.

Глава организации под названием Оркюлис, человек, широко известный как «Предатель».

До недавнего времени маркиз знал этого мужчину только по докладам Разведывательного управления и чужим рассказам. Когда же ему наконец довелось увидеть его собственными глазами, ощущение оказалось на редкость странным.

«…Предатель».

Скорее всего, это грозное прозвище, приставшее к тому человеку, исчезнет после нынешних событий.

Завершатся они успехом или провалом — неважно.

Ведь носить это прозвище будет уже не он.

«…Нет».

Если всё завершится успехом, разве вообще останется повод кого-то так называть?

Не найдётся же больше безумцев, способных бросить вызов государственной власти…

«…Похоже, я и правда слишком много думаю».

Маркиз снова сосредоточился на мужчине, стоявшем перед ним.

Почему тот явился к нему именно сейчас, когда должен был начаться первый шаг великого плана?

— Слышал, ты просил личной встречи. Есть что сказать — говори прямо.

Стоило маркизу первому открыть разговор, как мужчина перед ним тоже медленно заговорил.

Как и подобало его обычно молчаливому нраву, очень коротко и ясно.

— На передовой заметили Бьёрна Янделя.

— …Вот как. Благодарю, что сообщил. Остальное я выясню сам.

Слишком прямолинейная передача сведений заставила маркиза некоторое время молчать. Затем он кивнул, и мужчина, словно больше никаких дел у него не было, развернулся и вышел из комнаты.

Тук. Тук.

Лицо маркиза ничем не отличалось от обычного, но пальцы, не переставая постукивавшие по столу, выдавали его тревогу.

— Бьёрн Яндель…

Он надеялся, что тот погиб при обрушении тюрьмы.

Но, разумеется, такого быть не могло.

— В конце концов снова он…

Удивления маркиз не испытывал.

Поначалу Бьёрн был для него просто назойливой помехой, но, возможно, ещё тогда где-то в глубине души маркиз это чувствовал.

Что однажды наступит такой день.

Что именно этот человек может стать главным препятствием на пути к великому делу.

Тук-тух!

Сердце маркиза вдруг забилось яростно.

Но это ничего не меняло.

Момент, которого он так отчаянно не хотел допустить, всё равно настал.

— Всё идёт своим чередом.

Теперь оставалось лишь довериться судьбе.