Глава 703 — Затишье перед бурей (3)

Шаги — тяжёлые, безжизненные.

Воздух — немой.

Лица — такие застывшие, такие мрачные, что от них становилось не по себе.

Сколько прошло времени с тех пор, как четверо — двое мужчин и две женщины, всем своим видом почему-то напоминавшие отступающих с поля боя солдат, — углубились в лес?

Туп.

Шедший впереди мужчина с платиновыми волосами вдруг остановился и тихо процедил:

— Дерьмово.

Он сказал это так тихо, что без напряжённого слуха и не разобрать; всего несколько коротких слогов. Но остальные трое не посмели ответить.

Они понимали.

Понимали, насколько он сейчас бесится, насколько его рвёт от злости и как болезненно задеты его гордость и самолюбие.

— …

Молчание тянулось недолго.

Здоровяк, который всё это время косился на него и явно не знал, куда себя деть, наконец открыл рот — словно решил, что хоть что-то сказать всё-таки надо.

— Э… Бэкхо…?

— …

— Возможно, теперь мой вопрос уже лишён смысла… но почему вы не пошли до конца…?

— Почему я не пошёл до конца?

Ли Бэкхо переспросил ледяным голосом. Аурес на миг сделал вид, будто пожалел, что вообще заговорил, но любопытство всё же пересилило.

— Я о бароне Янделе. Всем известно, что он до безумия дорожит своими товарищами. Уверен, если бы вы дожали его до конца, хвост поджал бы именно барон.

Для Ауреса это был совершенно естественный вопрос.

Ведь барон Яндель и Ли Бэкхо были людьми совершенно разного склада.

Бьёрн Яндель безмерно дорожил товарищами, а Ли Бэкхо — наоборот.

Хладнокровная тварь, которая и глазом не моргнёт, сколько бы людей вокруг ни подохло.

Именно таким видел Ли Бэкхо Аурес, и, по правде говоря, эта оценка была недалека от истины.

Если принять во внимание эту разницу, то в недавней «схватке характеров» преимущество, как ни крути, должно было быть на стороне Ли Бэкхо.

Так почему же всё закончилось с точностью до наоборот?

Ответ прозвучал не от молчавшего Ли Бэкхо, а от Джейны.

— …Похоже, вы просто не видели.

— Не видел? О чём вы говорите?

— Его глаза.

— Глаза… говорите?

Аурес непонимающе склонил голову.

Джейна пояснила:

— Если бы вы посмотрели ему в глаза, господин Аурес, вы бы не задавали таких вопросов.

— Да что это вообще значит? Что было с его глазами? Он применил какую-то способность?

— Нет, дело не в этом… Просто в тот миг, когда я увидела его взгляд, я поняла: барон Яндель — человек, которого не сломать. Тем более угрозами.

Аурес всё ещё выглядел так, будто ничего не понял. Тогда в разговор вмешался слушавший их Учёный Погибели.

— В мире немало тех, кто по недомыслию бросается в безрассудство или делает неверный выбор. Но сегодня барон Яндель был не из их числа.

— И чем же он отличался?

Учёный Погибели поднял ладонь, и над ней вспыхнул маленький язычок пламени.

— Обычные люди не суют руку в огонь. Они знают, насколько он горяч. Но что, по-твоему, сделает человек, который видит огонь впервые?

— Хм… Не знаю. Я, наверное, из любопытства попробовал бы коснуться.

— Вот что такое неведение. Одних оно заставляет бояться. Другим, напротив, даёт храбрость.

— Нет, так что вы хотите сказать?

— Барон Яндель прекрасно знал, насколько горяч этот огонь и к каким последствиям приведёт, если протянуть к нему руку. И всё равно не отступил.

— Потому что считал, что так надо.

Последнюю фразу договорил Ли Бэкхо.

Но Учёный Погибели ничуть не обиделся на то, что его перебили. Он лишь произнёс слова, которые на первый взгляд прозвучали совершенно ни к месту:

— «Они не лишены страха. Просто они научились побеждать его и идти вперёд. И люди назвали их воинами».

— …?

— Это строки из автобиографии господина Феброска.

— …

— Сегодня, глядя на барона Янделя, я, кажется, понял, почему варвары называют его великим воином.

— Так, старик, ты вообще на чьей стороне?

— На данный момент — на твоей. Именно поэтому я и объясняю, в чём причина твоей неудачи. Только что в глазах барона был взгляд человека, принявшего решение. А у тебя такого взгляда не было.

— И что мне, по-твоему, надо было сделать? Драться до конца, пока мы все друг друга не перебьём? Ради какого-то одного вопроса?

— Я лишь говорю, что с этого момента тебе стоит быть осторожнее. Тем «поводком», который, как тебе казалось, ты крепко держишь в руках, ты больше не сможешь им управлять.

— Знаю я. Знаю… Так что хватит уже. Ты будто нарочно по больному скребёшь.

Похоже, эмоции у Ли Бэкхо всё же немного улеглись: к нему вернулась привычная манера говорить.

Он нарочито тяжело вздохнул и пробурчал, словно ворчал на жизнь:

— Ха-а, вот теперь правда задачка. Если угрозы товарищами не работают, чем его вообще контролировать?

Злость, кажется, уже отступила.

Ли Бэкхо замолчал и погрузился в размышления так, будто именно это теперь было величайшей загадкой мироздания. Трое остальных какое-то время переглядывались, а потом заговорили между собой.

— И всё же… он поистине силён.

— Барон?

— Именно. Кто бы мог подумать, что он продержится несколько часов, когда мы ударили все вместе и в полную силу… Я и представить не мог, что в этом мире существуют такие чудовища.

— То, что ты о них не знаешь, не значит, будто их вовсе нет.

— Хотите сказать, есть и другие чудовища такого рода?

— Немногие, конечно. Их можно пересчитать по пальцам.

Раз уж Учёный Погибели сказал так, Аурес, видимо, и сам вспомнил кое-какие имена: он начал загибать пальцы.

Один, два, три, четыре, пять, шесть…

Делал он это медленно, и, когда закончил, согнутых пальцев оказалось совсем немного.

Но…

— Быть может, через несколько лет и двух рук для счёта уже не понадобится.

— А? Что вы имеете в виду?

— Барон Яндель станет ещё сильнее.

Ни Джейна, ни Аурес ничего не ответили, но в их взглядах читался один и тот же вопрос.

Разве возможно стать ещё сильнее, чем он сейчас?

Учёный Погибели медленно перевёл взгляд.

И продолжил, глядя в спину Ли Бэкхо, который был так погружён в собственные мысли, что, казалось, уже не слышал их разговора:

— Тот, кому нечего терять, лишь ожесточается…

А затем добавил:

— Но тот, кому есть что защищать, становится сильнее.

Таков был закон этого мира, который он, прожив долгую жизнь, постиг сам собой.

***

Когда я открыл глаза, то увидел дерево.

Огромное дерево, уходящее так высоко, будто его вершина доставала до самого неба.

Между ветвями раскинулось ночное небо, густо усыпанное звёздами, словно Млечным Путём.

И…

Тр-р-р-р.

До слуха донёсся треск костра.

«Холодновато».

Только тогда я почувствовал и сырой холод, тянущий от голой земли, и влагу, осевшую на траве.

«Они меня укрыли?»

На мне лежало одеяло. Наверное, товарищи накрыли.

Моё личное, сверхбольшого размера — такое, чтобы закрывало всё тело варвара ростом далеко за два метра.

«Не стали переносить, чтобы не разбудить, и просто накрыли?»

Стоило подумать об этом, как внутри потеплело.

С командой Ли Бэкхо я бы, наверное, и за десятки лет такого не почувствовал.

— Проснулся.

Я пошевелился под одеялом, и сбоку тут же раздался голос: похоже, она заметила.

Я слегка приподнялся и увидел Амелию, сидевшую у костра.

— Сколько прошло?

— Вторые сутки с тех пор, как ты отключился.

— …Что?

То есть я двое суток провалялся на голой земле?

Ну да… Я-то всё гадал, чего это плечи так ломит.

— А остальные?

— Спят. Я стояла на карауле.

Услышав про караул, я нахмурился.

— Ты вроде не копия.

Пускать на караул копию, призванную «Самокопированием», пока сама спит, — любимый приём Амелии.

Так почему же сейчас здесь её настоящее тело?

— …Я подумала, что, когда ты очнёшься, рядом лучше бы кому-то быть.

Кх… Всё-таки с товарищами мне повезло.

— Магитехник в общих чертах рассказал, что произошло. И в этот раз ты снова действовал самовольно и натворил дел.

— Натворил?

— Если бы ты изначально не вышел наружу вдвоём с одним лишь магитехником, ничего этого не случилось бы, разве нет? О чём ты вообще думал?

Амелия принялась отчитывать меня тоном, каким ругают бестолкового ребёнка.

— Вариант посоветоваться с нами у тебя даже не возник? Если бы тебя там убили, что, по-твоему, должны были делать мы? Как ты мог поступить настолько безответственно?

Ответить было нечего.

Я, конечно, не мог знать, что всё так обернётся, но в итоге из-за меня мучиться пришлось не только мне самому, но и им тоже.

— Бьёрн, сын Янделя. Я поверила тебе и доверила тебе свою жизнь.

— …

— Прошу, не заставляй меня жалеть об этом выборе.

— …В следующий раз я ни за что не допущу ничего подобного.

Я постарался сделать лицо как можно жалобнее. Амелия прижала пальцы ко лбу и долгим выдохом выпустила воздух.

А потом…

— …На этом выговор закончен.

Её голос вернулся к обычному тону, и Амелия посмотрела на меня.

— У тебя наверняка много вопросов, поэтому сначала расскажу, что произошло у нас.

После этого Амелия кратко изложила, что случилось в городе после моего исчезновения.

Ну, «кратко» — это как сказать: всё-таки речь шла о нескольких месяцах.

Для начала — клановый турнир, который провели на праздник Тринадцатого месяца.

Наш клан Анабада тоже должен был участвовать, но из-за моего отсутствия мы снялись.

— Королевский дом открыл Золотое хранилище душ для десяти членов клана-победителя…?

— А для командира открыли Хранилище Звёздной Души, которое стоит на ступень выше Золотого хранилища душ.

Вот же срань.

Хранилище Звёздной Души — это же место, где хранятся эссенции второго ранга и даже двойные номерные предметы.

Живот от зависти неприятно заныл, но я решил смотреть на всё с хорошей стороны.

В конце концов, за Стеной я тоже успел набрать немало всего, да ещё и сорвал джекпот: выбил из Ли Бэкхо компенсацию.

В общем.

Когда я выслушал продолжение, выяснилось, что, вопреки моим опасениям, крупных происшествий не случилось.

Из-за моего отсутствия пару раз возникали проблемы, но мои городские дела, похоже, шли вполне ровно…

— О моём исчезновении до сих пор не известно…?

Вот это меня правда удивило.

— Как вам это удалось?

— Большую часть твоих обязанностей мы могли закрыть сами.

— Но людей, у которых появились вопросы, должно было быть немало.

— Им объясняли, что ты получил новую эссенцию и уединился, чтобы её изучить.

— …И всё равно лучше исходить из того, что те, кто должен был догадаться о моём исчезновении, уже догадались.

— Скорее всего. Город ведь такой. Раз мы всё отрицали, прямо сказать они ничего не могли, но подозревали наверняка. Тем более теперь, когда мы все разом исчезли.

— …А! Точно! Как вы вообще смогли выйти? Магический круг починили?

Я спросил с надеждой: может, теперь мы можем вернуться домой. Но Амелия покачала головой.

И когда она объяснила, почему им всё же удалось выбраться…

«Значит, заблокировано только возвращение. А выйти из города наружу можно».

В груди снова стало тепло.

— …Почему ты так на меня смотришь?

Просто потому, что я благодарен.

В отличие от меня, они знали, что вернуться не смогут, и всё равно вышли за Стену — в эти самые «неведомые земли», — чтобы найти меня.

— Так что произошло с тобой?

Я молча улыбался, и Амелия, будто смутившись, перевела тему.

— А, со мной? Хм, с чего бы начать…

— Как я уже сказала, общую картину я услышала от магитехника. Меня интересует другое.

— Другое?

— Настоящая причина, по которой ты столкнулся с Ли Бэкхо, хотя до этого вы худо-бедно сосуществовали.

А, вот оно что…

— О том, что ты встретил Аурила Гависа, и о том, что в самом конце вышел позже остальных, я слышала.

По-моему, она и так уже знала почти всё, но…

— Что там произошло такого, что ты даже в столь невыгодной ситуации предпочёл скрывать это от Ли Бэкхо и сражаться?

Глядя на серьёзное лицо Амелии, я тихо фыркнул.

— Кажется, ты кое-что неправильно поняла… Причина, по которой я скрыл это от Ли Бэкхо, была другой.

Честно говоря, особой причины держать это от Ли Бэкхо в тайне у меня не было.

Если бы он первым предложил плату и спросил вежливо, возможно, я бы даже рассказал.

Но…

— Он полез давить силой. И я решил, что здесь мне нельзя уступать ни в коем случае.

— …Вот как.

К счастью, Амелия, выросшая в мире, где сильный пожирает слабого, поняла, что я имею в виду, без долгих объяснений.

Но любопытство, похоже, никуда не делось.

— И всё же, что произошло между тобой и тем человеком?

Услышав повторный вопрос, я на миг замялся.

Правильно ли будет рассказать ей о записях, которые я там увидел?

Всё равно уже ничего не изменить.

Не заставлю ли я её только зря мучиться?

Сначала слова не шли именно из-за этих мыслей. Но изменить настрой мне понадобилось недолго.

Потому что кое-чему я всё-таки научился, глядя на Ли Бэкхо.

— Эмили. Есть кое-что, что ты должна услышать.

Не нужно взваливать на себя весь мир в одиночку.