Глава 35 — Без названия

— Благодарю. Я бы и сам поехал, но в последнее время участились нападения чудовищ, и я не могу надолго оставить гарнизон без присмотра.

Рыцарь неторопливо поднялся с места, явно довольный, что добился своего.

— Будете уезжать — загляните в мой замок.

Когда Байерн увёл своих людей, Рифтан, стараясь не ловить на себе любопытные взгляды наёмников, поднялся на второй этаж. Эллиот Карон поспешил следом и спросил:

— Зачем вы согласились на просьбу этого невежи?

— Всё удачно сложилось. Хороший случай выяснить, не заметил ли герцог чего-нибудь, и понаблюдать за ним.

— Но вас могут без толку допрашивать…

— Переживу.

Отрывисто ответив встревоженному подчинённому, Рифтан вошёл в комнату.

***

Когда поисковый отряд вернулся, Рифтан, как и обещал, заехал в замок Байерна, получил двадцать одну лисью шкурку и семь рулонов шёлка, после чего направился в замок Кросс. На дорогу ушло ещё два дня: приходилось тащить повозку, зато во владения герцога он проник без лишних подозрений.

Когда удивлённые стражники спросили о причине столь внезапного визита, Рифтан указал на повозку с гербом Байернов и сказал:

— Я был на юго-востоке и получил просьбу передать подарок в честь помолвки дочери герцога.

Солдаты осмотрели повозку и распахнули ворота. Рифтан решительно проехал через величественные ворота, ведя за собой рыцарей, и въехал в замок Кросс. Бледный зимний свет заливал белые стены серебристым сиянием.

— Прошу за мной.

Копейщики окружили их и повели к главному замку. Вскоре навстречу вышел управляющий и осмотрел подарки в повозке.

— Ценные вещи. Его светлость будет доволен.

— Их прислал вассальный рыцарь его светлости. Мне лишь поручили доставить подарок.

Рифтан сухо ответил и легко спрыгнул с коня. Управляющий словно не расслышал его и невозмутимо продолжил:

— Должно быть, вы устали с дороги. Я провожу вас в комнату, где вы сможете отдохнуть.

По знаку управляющего тут же сбежались слуги. Идя за ними, Рифтан машинально оглядывался по сторонам — и вдруг понял, кого ищет. Он горько усмехнулся.

О чём он вообще думает в такое время? Но, даже ругая себя, он не мог перестать её искать.

— Если вам что-нибудь понадобится, дайте знать.

Едва войдя в просторную комнату с жарко пылающим камином, Рифтан принялся снимать тяжёлые доспехи один за другим. Вскоре служанки принесли деревянную лохань, полную горячей воды. Он выпроводил служанок, наперебой предлагавших помочь с купанием, вымыл голову с мылом и тщательно смыл с себя пот и дорожную пыль. Потом достал из вещей самую чистую тунику и надел её. В этот миг в дверь постучали.

— Прошу прощения, лорд Калипс. Его светлость, герцог Кросс, желает вас видеть. Не уделите ли вы ему немного времени?

— Я переодеваюсь. Подождите.

Рифтан натянул штаны, пристегнул к поясу ножны и распахнул дверь. Управляющий придирчиво оглядел его, словно проверяя, достаточно ли он прилично одет для встречи с герцогом, затем молча пошёл впереди.

— Прошу.

Рифтан вошёл за ним в приёмную. Перед роскошным гобеленом с вышитыми рыбами и колосьями стоял герцог. Управляющий тихо прикрыл за собой дверь и вышел, а Кросс, до того смотревший в окно, медленно обернулся.

— Давно не виделись, Калипс. Я слышал, ты привёз подарок от моего вассала. — Говорил он мягко, но взгляд оставался ледяным. — Взял на себя столько хлопот.

— Я слышал, в вашей семье радостное событие. Джаред Байерн сожалел, что не смог приехать и лично вас поздравить.

Не обращая внимания на подозрительный взгляд герцога, Рифтан бесстрастно ответил:

— Он попросил меня об этом, поскольку я как раз проезжал через юго-восточные земли.

— «Как раз проезжал через юго-восточные земли»… — Тонкие губы герцога дрогнули в насмешливой улыбке: он нарочито повторил его слова. — Мне крайне любопытно, как ты случайно оказался в тех краях. Насколько мне известно, твои владения лежат на самом юго-западе…

— Как вам известно, ваша светлость, я рыцарь. Мне не сидится на одном месте.

Рифтан произнёс заранее приготовленную отговорку:

— Я гнался за чудовищами и в итоге добрался до самого восточного края.

Герцог подозрительно сощурился. По его лицу Рифтан понял: Кросс ещё не знает, что происходит в горах Лексосс.

Будь ему известно, что дракон пробудился от зимней спячки, он не стал бы вызывать Рифтана, чтобы прощупать почву. Боясь ненароком разжечь его подозрения, Рифтан сменил тему:

— Если бы я не странствовал, охотясь на чудовищ, то тоже приготовил бы подарок к помолвке. Простите, что явился с пустыми руками.

— Официальной помолвки ещё не было. — Герцог погладил подбородок. — Переговоры с королевским домом действительно велись, но, как ты знаешь, его высочеству принцу всего десять. Видимо, слух о том, что после учёбы за границей его высочество проведёт официальную церемонию помолвки, исказился, и теперь со всех сторон шлют подарки к помолвке. Я и сам в растерянности.

Рифтан был готов поставить на то всё своё состояние: герцог нарочно распустил эти слухи. Иначе как разговоры, ходившие при дворе, дошли бы до самой границы? Подавив саркастическую усмешку, он как можно учтивее произнёс:

— Как бы то ни было, новость всё же радостная. Старшей дочери сделали выгодное брачное предложение…

— Второй дочери. — Герцог тут же его поправил. — Переговоры с королевским домом велись о моей второй дочери, Розеталь Кросс.

Только услышав ответ, Рифтан понял, насколько был напряжён. Он изо всех сил старался сохранить спокойное лицо.

— В любом случае выгодное брачное предложение для дочери — повод для поздравлений.

— Благодарю за добрые слова.

Герцог равнодушно ответил и с изяществом опустился в обитое атласом кресло. Похоже, его подозрения насчёт того, почему Рифтан ошивался на юго-востоке, рассеялись: испытующее выражение исчезло с его лица.

— Можешь идти. Я лишь хотел узнать, зачем ты ошивался возле моих владений.

Рифтан молча повернулся к двери. Но у самого выхода застыл, словно ноги приросли к полу. Стиснув дверную ручку, он сглотнул. Брачные переговоры велись о её младшей сестре, но что будет дальше — неизвестно.

Она была дочерью знатного дома и уже достигла брачного возраста. На свете найдётся немало мужчин, желающих взять её в жёны. Когда-нибудь она тоже выйдет замуж за старшего сына какого-нибудь достойного рода. До тех пор он хотел хотя бы раз прикоснуться к ней. Не сумев совладать с этим жгучим порывом, Рифтан вновь обернулся. Герцог властно взглянул на него.

— Что такое?

— Ваша светлость, я хотел бы попросить вас об одном личном одолжении.

На лбу герцога пролегли толстые морщины, похожие на извивающихся червей. Кросс долго смотрел на него в упор, словно пытался разгадать его намерения, а затем великодушно бросил:

— Ну, говори.

Получив разрешение, Рифтан всё же не смог сразу открыть рот. Даже перед королём он никогда не чувствовал себя таким скованным. Облизнув пересохшие губы, он с трудом выдавил:

— Я хочу… принести вашей дочери обет чести [1].

Герцог широко раскрыл глаза, словно услышал нечто совершенно невероятное. Рифтан затаил дыхание, ожидая ответа. Эта мысль давно не выходила у него из головы, но он не собирался произносить её вслух. Обычно обет приносили жене сюзерена или его детям.

Герцог Кросс вёл тонкую игру с королевским домом, и обет, принесённую дочери герцога, могли истолковать как выступление против короны. Но Рифтан хотел стать к ней ближе, пусть даже ради этого пришлось бы пойти на такой риск. Хотя бы раз поцеловать край её платья и произнести её имя.

Не выдержав затянувшегося молчания, Рифтан повторил:

— Вы позволите мне принести рыцарскую клятву дочери герцога?

— С какой целью ты просишь об этом?

Герцог подозрительно прищурился и принялся его допрашивать. Рифтан напрягся.

— Обет чести — единственная клятва, которую рыцарь приносит за всю жизнь. Никто не станет использовать её ради иной цели.

— Ты всего лишь хочешь от чистого сердца выразить почтение моей дочери?

Герцог Кросс рассмеялся, словно не веря собственным ушам.

— В такое невозможно поверить.

— Я всего лишь…

— Начнём с того, что я не верю, будто у тебя есть рыцарская честь.

От неожиданного оскорбления Рифтан весь окаменел. Герцог взял кубок, смочил губы и равнодушно добавил:

— Честь передаётся из поколения в поколение. Её не обретают за один день только потому, что ты немного научился махать мечом.

— Я… рыцарь, получивший титул от правителя Уэдона и посвящённый в рыцари перед церковью. У вас нет причин меня оскорблять.

— Я и не пытаюсь тебя оскорбить. Я лишь говорю правду. Не воображай, будто милость его величества наделила тебя честью, равной чести истинного дворянина.

Герцог неодобрительно цокнул языком, словно искренне ему сочувствовал.

— Похоже, ты надеешься воспользоваться мной, чтобы укрепить своё положение. Оставь эти пустые надежды. Я не подпущу тебя ни к себе, ни к дочери.

Рифтан вспыхнул от невыносимого унижения. Он и прежде знал, что герцог его презирает, но не думал, что тот осмелится так открыто над ним издеваться. Рифтан стоял, не находя слов, а герцог надменно кивнул:

— Если разговор окончен, ступай. Я устал.

Сжав кулаки так, что ногти впились в ладони, Рифтан резко развернулся и вышел из приёмной. Всё его тело дрожало от ярости и унижения.

Стиснув зубы, он широким шагом спустился по лестнице. Внизу ему навстречу поднималась Максимилиан Кросс. Рифтан резко остановился. Она, похоже, тоже заметила его, замерла и вся сжалась.

Страх в её глазах полоснул Рифтана по сердцу ещё больнее, чем прежде. Бушевавшая в груди ярость обернулась отчаянием. Максимилиан прижалась к стене, испуганно глядя на него. Рифтан впился в неё взглядом, а затем продолжил спускаться.

Он чувствовал себя нищим, которого выгнали, когда он вздумал выпрашивать милостыню.

[1] Обет чести — торжественная пожизненная клятва, которую рыцарь приносит даме в знак высшего почтения, преданности и восхищения. Обычно её посвящают женщине из семьи сюзерена; повторно такой обет не приносят.