Глава 865 — Призрак прошлого (4)
Тааанг!
Пули сорвались вперёд, как молнии.
Цель у них была одна, а значит, и траектории совпадали.
— Глупец! Ты хоть понимаешь, какая разница между размерами этих пуль и вложенной в них маной?!
— Понимаю.
Кто здесь глупец, станет ясно совсем скоро.
Этот трюк был возможен именно потому, что пуля маленькая.
В ход пошли [бронебойная пуля с кровавым проклятием] и [пуля рассеивания скверны].
Из всех колдовских пуль именно эти две Истребитель изготовил с особой тщательностью.
Хруст!
Пуля в форме клыка вонзилась в огромный снаряд.
Такое было возможно лишь при попадании, не допускающем даже 0,1 мм ошибки.
А затем случилось то, во что трудно было поверить.
Пааанг!
Она пробила.
Чисто, без малейшей задержки.
И, не растеряв скорости, прошила цель в живот и правую руку.
Пух! Пух!
Не количество и качество способностей решили исход.
Победителя определила разница в понимании.
— Не знаю, за сколько прохождений ты насобирал все эти отличные способности, но, похоже, по-настоящему ты не разобрался ни в одной.
Он действительно наслаждался.
Не просто цеплялся и жаждал, а забывал о времени, с головой уходил в изучение и снова, снова тренировался. День за днём.
Вот к чему это привело.
Фшух!
Из места, куда вошла пуля, хлынула кровь.
На этот раз рана не затягивалась.
—...Кххх.
Из груди Призрака прошлого вырвался тяжёлый стон.
— Похоже, ты думал только о том, как собрать лучшие способности. Но способности, которыми ты не владеешь в совершенстве, не превзойдут умение настоящего задрота-ветерана, отточенное до предела.
— За...ткнись! Один раз случайно взял верх — и уже захлебнулся победой?! Не смей болтать, что вздумается!
Раз он по-настоящему разозлился, значит, удар попал куда надо.
К сожалению.
[До окончания «Коронации Наполеона» осталось 25 секунд!]
Чтобы добить его окончательно, времени у Джинхёка тоже было отчаянно мало.
Хуже всего было то, что он слишком долго выжимал из «беззаконника пустоши» всё до предела. Руки и запястья были почти в ужасном состоянии.
Для стрельбы, где требуется точное наведение, он дошёл до того, что оставалось разве что уповать на предков.
Разумеется, плохое самочувствие не повод ничего не делать.
Та-да-да-данг!
Таанг!
Джинхёк из последних сил выпустил все оставшиеся пули.
Но...
Пух-пух-пух-пух!
Пух-пух-пух!
Пули впивались куда попало.
До цели или хотя бы рядом с ней долетало меньше 40%.
— Ха-ха-ха! Ты куда целишься?
—...Чёрт.
Так удача и беда поменялись местами.
＊＊＊
[...Завершается!]
После короткого сообщения окна статуса способность, воссоздававшая его прошлый расцвет, исчезла.
Чхон Юсон, Элис и Тереза, изо всех сил поддерживавшие Джинхёка со всех сторон, тоже были вынуждены отступить перед россыпью способностей, которые вытащил Призрак прошлого.
Теперь стало ясно: слабого места у него с самого начала не существовало.
Среди этого бесчисленного множества способностей было больше пятидесяти таких, что позволяли избежать смерти.
Поэтому в сердце ли бить, в голову или куда угодно ещё — толку всё равно было бы мало.
Даже без прочих ограничений это сражение изначально не могло стать честным поединком.
— И всё же было довольно захватывающе. Ты даже нанёс мне настоящий урон. Ещё десять минут — и Азатот проснулся бы окончательно; всё висело на волоске. В этом смысле поставлю тебе восемьдесят баллов.
— Щедро оцениваешь.
— Считай это уважением к сильному. Способности рейнджера оказались такого уровня, что пробили даже мою защиту. Признаюсь честно, я удивлён.
— Вот как? Хаа...
Джинхёк опустился на колено и осел на месте.
Тук.
Два револьвера упали на пол.
От стволов ещё тянулся дымок.
Больше оружием ничего сделать было нельзя.
Все подготовленные 3 500 колдовских пуль тоже ушли без остатка.
— Есть что сказать перед смертью?
— Одно я всё-таки хотел бы уточнить.
Джинхёк медленно заговорил:
— Двадцать пять секунд назад я ведь много промахивался.
— М-м. Тогда я, признаться, немного разочаровался. Даже с учётом ранений точность у тебя была жалкая.
— А ты правда решил, что я промахивался?
— Что...
В воздухе повисло странное ощущение.
Вокруг начала подниматься непонятная мана.
Точнее, от земли, куда вонзились колдовские пули, потянулись синие линии.
— Неужели...
— Именно. Мне нужно было не твоё почти бессмертное тело.
Он рисовал колдовской барьер с помощью пуль.
На использованных здесь колдовских пулях были выгравированы не усиление, не пробитие и не взрыв — только способности, связанные с «утраченным языком» и древними барьерами.
— Ха-ха-ха... Вот уж правда. Ты удивляешь меня до самого конца. Хорошо.
Всё ещё лыбится, совсем страх потерял.
Так вот как выглядит уверенность твари, которая собрала все судьбоносные находки до единой?
— Кстати. Ты ведь ещё не видел мою новую способность?
Джинхёк почесал подбородок и поднялся.
— Новую способность?
— Да. Мой Священный напев, который я получил после смены класса на мастера барьеров.
Остальное он, вероятно, знал.
Но о «пределе мастера барьеров», который Джинхёк впервые выбрал только сейчас, он знать никак не мог.
Тогда смотри.
Вот он — настоящий гвоздь, который поставит точку в этой битве.
[Игрок Кан Джинхёк использует Священный напев мастера барьеров...]
Вспыхнувшая линия света замкнулась в идеальный круг.
И в тот же миг...
[Активируется «Тяжесть запретного слова»!]
Синее сияние прорезало тьму и разошлось во все стороны.
＊＊＊
Священный напев, доступный лишь тому, кто достиг вершины мастерства в барьерах.
Для Джинхёка, владевшего не только множеством древних языков и рун, но даже «утраченным языком», освоить Священный напев, разумеется, не было слишком трудно.
Он придерживал его до сих пор по одной причине.
[«Самоограничение» — чем сильнее вы подавляете себя и чем сложнее условия активации, тем выше становится мощь Священного напева.]
Он не использовал его даже в той кошмарной битве с Шуб-Ниггурат. Сберёг даже против аватара Азатота, владыки внешних богов.
Значит, сжатый до предела, копившийся всё это время Священный напев сейчас должен был раскрыться на пике силы.
— Освобождение.
Слово власти Джинхёка возвестило начало.
Бум-бум-бум-бум-бум!
Пушки и снаряды вокруг Призрака прошлого взорвались разом.
Одним этим взрывом исчезло больше 60% всего арсенала.
Невероятно, чтобы одно-единственное слово дало такой результат.
— Да. Если бы ты рухнул от этого, ты не был бы тем сильнейшим задротом-ветераном, которого я знаю. Хорошо. Очень хорошо. Но одним барьером через слово власти ты меня не возьмёшь. Даже если это уровень Священного напева.
— Нет, возьму. Потому что я строил план, предполагая, что ты такой же универсал, как я. Точнее, ты моя улучшенная версия.
Значит, чтобы поймать парня с карманом Дораэмона, надо навязать ему одно правило.
Всего одно.
Пользоваться можно только чем-то одним за раз.
[Использован «сок Древа вечной жизни».]
[В течение следующей минуты барьер нельзя будет загрязнить или разрушить никакой способностью!]
Дальше...
Джинхёк открыл рот.
— Одинокий орёл.
Гр-р-р-ром!
Слева поднялась колонна.
Вокруг колонны, исписанной множеством строк «утраченного языка», возникли двенадцать барьеров.
— Созерцающая галка.
Грохот!
Теперь справа.
Вокруг вырвавшейся из земли колонны так же появились двенадцать барьеров.
— Справедливая синяя ласка.
Грум!
На севере вспыхнули пятнадцать барьеров.
— Олень красной ночи.
Бах-бах-бах!
На юге проступили восемнадцать.
Гр-р-р-р-р!
Барьер откликался барьеру.
Колонна отвечала колонне.
Сотни, тысячи линий и плоскостей связались между собой, и великий барьер озарил весь пятидесятый этаж.
[Тяжесть запретного слова требует «последнего выбора»!]
Отныне каждый мог использовать лишь одну способность.
Джинхёк продолжил без малейшей паузы.
Вспыхнуло пламя.
Выбранная способность раскрылась.
[Священный напев «Последний Генезис» — особое ограничение...]
Когда-то, в среднем ярусе, в сражении с Антрадом, он вместе с Чхон Юсоном использовал «Мир игроков».
А это...
[...активируется «Мир великих восходителей»!]
Мир образов для великих восходителей Башни, превосходящий тот прежний.
Зрение изменилось.
Пц-ц-ц...
Перед ними до бесконечности простиралась чистая прозрачная вода.
Глубокой она не была.
Едва доходила до щиколоток.
И именно поэтому возникала иллюзия, будто небо и земля сошлись в одно.
Так называемое Зеркальное озеро.
Название ему подходило: всё вокруг было прекрасно и почти неправдоподобно.
Там, где горизонт сливался с водной гладью, открывался такой вид, что в него хотелось смотреть бесконечно.
— Господи...
— Не думала, что существует такое место.
— То же самое, что в прошлый раз. Только теперь сюда смогли войти четверо?
Повсюду торчало оружие — мечи, клинки, топоры, копья и прочие орудия боя, каждое больше ста метров.
Каменные древние священные реликвии неизвестных хозяев.
— Невозможно...
Призрак прошлого недоверчиво посмотрел на своё тело.
Тело, источавшее чёрную мглу, уже исчезло. Не осталось ни множества одиночных глаз, ни красных молний.
Способности, накопленные за бесчисленные прохождения.
Всевозможные жульнические и изменчивые священные реликвии.
Всё пропало.
Кроме одного.
Стиснутая до крови ладонь.
Меч, которым он махал снова и снова, пока кожа не рвалась.
Меч.
В его руке был символ, который в далёком прошлом сделал Чхон Юсона Чхон Юсоном.
＊＊＊
— Выбрал, как и ожидалось, «Песнь меча»? А почему не «Белую ночь»?
— Это подходит мне больше всего.
На слова Джинхёка Чхон Юсон мягко прикрыл глаза и отдался тихой мелодии.
— Ну, в области меча ты и правда мне ровня. Лично я считаю, что твой меч не хуже моего.
— Ха! Чёрт возьми, как же трудно было от тебя это услышать.
Чхон Юсон довольно улыбнулся, но тут же застыл.
— Постой. Когда ты говоришь «в области меча», ты хочешь сказать, что если добавить всё остальное, результат будет другим?
Вечно он всё схватывает на лету.
— Если бы я дрался со всеми своими способностями, тебе бы и на ничью рассчитывать не пришлось.
Что за вопрос, очевидная же вещь.
Не стоило, а то опять покраснеет и посинеет от злости.
Хоть пять миллионов раз сразись — скорее звезду с неба достанешь, чем одну победу у меня вырвешь.
— Ах ты проклятый ублюдок...
— Ладно-ладно, об этом потом. Сейчас сосредоточимся на финале. Мы ведь наконец сражаемся вчетвером.
На Зеркальном озере четыре героя раскрыли оружие и способности.
Гр-р-р-р-р!
Апокалипсис сотворения.
Священный напев, символизирующий главу рода Атараксия, которую называли сильнейшей за всю историю.
Бах-бах-бах-бах-бах!
Вихрь алой крови взметнулся, и на Призрака прошлого обрушились бесчисленные колья.
Канг-канг-канг-канг!
— Кхх!
Призрак прошлого бешено завертел мечом.
Рассечённые надвое колья разлетелись во все стороны.
Его техника меча, безусловно, была роскошной и поразительной, но это уже совсем не походило на прежнее подавление бесчисленными способностями.
Теперь он должен был делать всё одним лишь мечом.
Остался просто один задрот-ветеран, поставленный в равные условия.
— Я иду!
Тереза рванула вперёд, активировав «Серафима».
Золотая священная сила пропитала щит, и её рывок стал устрашающим.
Мощная защита и самоисцеление за счёт священной силы.
Бааам!
Меч Призрака прошлого не смог сорвать эту защиту.
— Кха!
От удара рука онемела.
Теперь всё действительно было иначе.
В теле совершенного чудовища постепенно начали проступать уязвимости.
Джинхёк и Чхон Юсон одновременно бросились вперёд.
Удары мечей хлестнули слева и справа.
Кааанг!
Три клинка сошлись в воздухе.
Скр-р-р!...Чжжжак!
Лезвия скрежетали друг о друга, сыпля искры.
— Пусть... пусть я могу использовать только одну способность, этого хватит. Одним мечом я всё равно убью вас всех!
С отчаянным криком Призрак прошлого выплеснул всю оставшуюся ману.