Глава 433 — Решимость того, кто хочет вернуть — 8
Я и представить не мог, сколько размышлений вложил в то, чтобы впервые применить магию против Юрии.
«...Черт возьми».
Это был бой, в котором у меня не было ни единого шанса на победу над Юрией, но я не хотел делать ей больно, ведь она исполняла роль «Короля».
Безответная любовь.
Я осознал свои чувства слишком поздно, но она была той, кого мне не хотелось ранить вопреки моей односторонней привязанности.
Я мог бы придумать с десяток заклинаний, способных вырубить Юрию с одного удара, но специально выбрал то, что одолеет её с минимальной болью.
И этим заклинанием было...
Растительная магия под названием Сид Шот.
«...»
Сид Шот — магия, которая позволяет семенам, хранящимся в кармане, мгновенно прорастать и сковывать движения противника.
Это эльфийская эксклюзивная магия, которой обычно не обучают рядовых магов, но поскольку я перенял её у деда, то знал все её преимущества лучше кого бы то ни было.
Выпущенный на подобие стрелы росток причинял боль при попадании, однако я знал, что это лучшее колдовство для усмирения человека без нанесения увечий.
Я думал, это лучший способ победить, не причинив Юрии вреда, но...
— Почему...
Почему ты...
— Сосредоточься на бою, Руин.
Почему ты сражаешься с таким выражением лица?
БАХ!!!
Руин скривился и скорчил жалкую гримасу, когда его отбросил мощный удар Юрии.
Пока я мучаюсь над каждым сотворенным заклинанием, чувствуя, как мир рушится...
Почему ты...
— У тебя вся защита открыта, Руин.
ХЛАСЬ...!
— Угх...!
Почему ты сражаешься без малейших колебаний?
Терпя удар, вывернувший наизнанку все внутренности, Руин отчаянно хотел спросить Юрию с её холодным лицом.
Когда-то мы были друзьями.
Как бы то ни было, было время, когда мы улыбались друг другу. Разве это ничего для тебя не значит?
— Черт побери...!
Сердце Руина пронзила острая боль, точно такая же, как саднивший от ушиба бок.
— Шмыг...
Это было разрывающе больно.
Ощущение того, что тебя избивает девушка, которая тебе нравится...
...Шмыг.
Это поистине жалко.
Потому что казалось, будто пути назад уже не будет, что бы я ни предпринял.
«Вот дерьмо...»
Даже если я встану на колени и буду умолять.
Даже если стану сильнее воина, стоящего перед моим носом.
— Руин. Хватит притворяться слабым, сражайся нормально.
— ...Подожди секунду.
— Поддавки — это не проявление заботы. И для твоих товарищей по команде в этом тоже нет ничего хорошего.
— Да подожди ты мгновение...
Юрия с занесённым кулаком остановилась перед Руином, который прикрывал глаза рукавом, и в недоумении склонила голову набок.
Пауза.
Не может быть.
— Руин...
После всего одного удара...
— Ты что, плачешь прямо сейчас?
Плачу?
— Я не плачу.
Услышав самые постыдные слова, какие только может услышать мужчина, Руин покачал головой, пытаясь удержать рассыпающееся на куски сердце, но его слёзы, которые она уже заметила, заставили глаза Юрии дрогнуть.
Причиной тому было...
— А?
Потому что это выглядело жалко.
Юрия нахмурилась, глядя на то, как Руин плачет после пары пропущенных ударов в бою, особенно в поединке, который должен был решить исход всей команды. Она разжала кулак, наэлектризованный священной силой, и спросила его:
— Почему ты плачешь?
Почему ты плачешь?
— Почему ты вдруг ревёшь, Руин?
— Я же сказал, что не плачу.
— В смысле не плачешь?
— ...
— Убери руку.
— ...
— Если было слишком больно, мне подкорректировать силу удара? Я сейчас толком не соизмеряю, насколько сильно бью людей.
— Серьёзно...
— Давай я подстроюсь под тебя...
Руин вытер сочащиеся из глаз слёзы и громко закричал, пытаясь стряхнуть с себя мрачный настрой.
— Я СОВСЕМ НЕ ПЛАКАЛ!!
Совсем как десятилетний пацан, огрызающийся на дразнящих его детей.
— Я не плакал!
— ...
— Мне в глаз залетел комар! Не обращай внимания!
— ...
— Поняла?! Комар мне в глаз залетел...
Удивленная Юрия широко раскрыла глаза и неуверенно кивнула.
— Л... ладно.
— ...
— Верно, ты не плакал.
Про себя подумав: «Да уж, ревёт как миленький».
— Раз уж залетел комар, может, передохнем немного перед схваткой?
— ...В этом нет необходимости.
— Нет, правда... Я просто неважно себя чувствую.
— ...
Руин думал про себя.
«Ах... Я серьезно хочу умереть».
Ему хотелось провалиться сквозь землю.
«Всё кончено...»
Мало того, что он применил магию против нравившейся ему девушки, так еще и расплакался после получения тумаков.
Руин, превратившийся в самого жалкого мужчину на свете, судорожно пытался скрыть дрожащие плечи, пряча слёзы в рукаве.
«Да пропади всё пропадом...»
Ничего не шло так, как надо.
— Руин.
— ...
— Ты в порядке?
— ...
— Может, закончим на этом, и я просто сделаю вид, что сбежала?
Было смешно принимать утешение от девушки, которая ему нравилась.
— Да, звучит неплохо. Разве ты тоже так не считаешь...?
— ...
— У нас полно других стратегий...
Его охватывало безумие от стыда после сокрушительного поражения в бою, в котором он собирался непременно победить.
Глядя на приближающуюся с обеспокоенным выражением лица Юрию, Руин крепко сжал кулак и начал укреплять свою решимость.
«Раз уж так вышло, я должен победить».
Поскольку никакой гордости у него уже не осталось, он решил пустить в ход всю свою силу, пусть это и выглядело уродливо, и протянул руку приближающейся Юрии.
Разумеется...
— Юрия.
Прикрывая покрасневшие, опухшие глаза одной рукой.
— С этого момента я буду сражаться всерьёз.
— Л... ладно.
— Пожалуйста, не держи зла, если будет больно. Больше я с тобой церемониться не стану.
Юрия неуверенно кивнула в ответ на полные слёз слова Руина.
— Хм... хорошо.
С сомнительным выражением лица.
— Ладно. Я тоже не буду сдерживаться...
— Спасибо.
Читая заклинание, Руин заговорил с Юрией с холодным выражением лица.
— Могу я задать тебе один вопрос?
Прежде чем проявить всю свою мощь, он набрался смелости расспросить её о чувствах.
— Да?
— Есть кое-что, о чем я очень хочу спросить.
Словно солдат, желающий узнать о чувствах дорогого человека перед отправкой на поле боя, Руин пересилил свое трусливое сердце и тихо обратился к Юрии.
— Фух...
Конечно, это не было признанием в любви.
Он не был настолько смел, да и было очевидно, что в данный момент его ждет суровый отказ.
— ...Позволь мне спросить, Юрия.
Увидев лицо Руина, более серьезное, чем когда-либо прежде, Юрия кивнула и ответила:
— Если это то, на что я могу ответить, я отвечу.
— Правда?
Выдохнув легкий вздох на фоне нарастающего напряжения, Руин крепко зажмурил глаза и произнес:
— Юрия, ты...
— Да?
— Почему ты не колеблешься?
— А?
Услышав слова Руина, Юрия скорчила самую озадаченную гримасу за всё это время и издала нервный смешок.
— Не колеблюсь? О чём ты?
— Когда-то мы были друзьями. Ты можешь так не считать, но я по-прежнему считаю тебя другом.
— Я тоже считаю тебя друганом.
— А...?
— Пусть сейчас между нами всё неловко, но я всё еще думаю о тебе как о друге.
— ...
— Ты мне очень сильно помог, и с тобой было весело.
Услышав истинные чувства Юрии, Руин почувствовал, как по телу от кончиков пальцев ног пробежала дрожь, и разомкнул губы. Хоть он и понимал, что лезть не в своё дело — ошибка,
— Тогда...
Руин был слишком отчаян, чтобы отказаться от неожиданно забрезчившей надежды.
— ...Тогда.
— Почему... почему ты не колеблешься...?
Юрия посмотрела на Руина и тихо рассмеялась, собирая в обеих ладонях священную силу.
— Руин.
Спокойным голосом.
— Ты знаешь, почему я зла?
Пристально вглядываясь в Руина.
— А?
В самый миг, когда Руин шмыгнул носом и растерянно моргнул...
Юрия уже неслась к лицу Руина, оттолкнувшись от земли.
В самый миг, когда её кулак должен был врезаться в лицо Руина, она холодно бросила ему:
— Ты так и не извинился.
— ...Ах.
— Тебе следовало извиниться как положено.
Вух...
— Именно поэтому я не колеблюсь.
— ...
— Поразмысли над этим.
— ...
— Понял...?
Руин закрыл глаза и подумал:
«Ах».
«Я хочу умереть».
Ему хотелось умереть от стыда.
БАХ!!!
С оглушительным взрывом тело Руина колесом прокатилось по полу и влетело в стену.
— О боже...
Юрия глянула на безвольно повисшие ноги Руина и неловко улыбнулась.
— Кажется, я ударила слишком сильно.
***
За 30 минут до конца осады.
— ...Фух.
— ...Председатель студенческого совета.
Михаил и Шартия продолжали ожесточенный обмен атаками и защитой, свирепо глядя друг на друга.
ЛЯЗГ ЛЯЗГ ЛЯЗГ!
ВУХ!
Михаил был изрядно удивлен неожиданно мощной магией Шартии. Чему бы она ни научилась на этих занятиях, она разительно отличалась от той председательницы совета, которую он знал прежде, и теперь оттесняла его в глухую оборону.
От былой пассивности председателя не осталось и следа.
— Ледяное Копье.
Концентрация, требуемая для того, чтобы сквозь иллюзорную завесу рассмотреть истинную магию Шартии, тоже отнимала немало сил.
— О...! Моя мана немного восстановилась!
— ...!
— Вспышка Пламени!
Михаил едва мог сосредоточиться из-за магии Шуэна, которую та обрушивала на него всякий раз, когда восполняла запас маны.
В бою один на один он бы уже взял верх, но противостоять этой слаженно работающей парочке оказалось непосильной задачей.
Михаил, сжимая рукоять меча, скрежетал зубами и мысленно проклинал Руина, чьи тело и дух уже были разбиты в пух и прах.
«Чем вообще занимается этот Руин?»
Он доверился ему и отправил вперед, но тревога нарастала оттого, что от того не было вестей даже спустя столько времени.
По идее, осадная битва уже должна была завершиться, но кругом стояла жуткая тишина.
«Неужели...»
— Огненный шар!
— ...!
— Получай!
Михаил прикусил губу и принял решение. Как ни крути, а отправившийся в одиночку Руин, судя по всему, потерпел поражение.
Если они хотели победить, Михаил решил, что пора пустить в ход всю свою силу.
— Простите.
С кончика клинка Михаила сорвался яростный вихрь ауры, взметнув воздух.
Он решил, что должен пойти до конца, даже если это причинит кому-то вред.
Оставалось тридцать минут.
Михаил рассчитывал, что у них есть отличные шансы на победу, если он поднажмет за оставшееся время, и в тот момент, когда он уже собирался нанести удар напитанным аурой мечом...
— С-стой.
От ощущения острого лезвия у самого затылка клинок Михаила замер на полуслове.
— ...Чего?
Потому что он совершенно ничего не почувствовал.
— ...Только что.
Пораженный появлением того, кого он не смог засечь даже своим духовным чувством, Михаил перевел дрожащий взгляд на человека, приставившего меч к его спине.
— А?
И тогда Михаил горько усмехнулся, разжав пальцы на рукояти меча.
— Вайлин.
Его порядком удивило появление той, кого он совсем не воспринимал как угрозу.
— Я проиграл.
Он просто забыл о ней из-за её пренебрежимо малого присутствия.
— Я сдаюсь...
Михаил оказался застигнут врасплох полнейшим образом.
***
И вот, тридцать минут спустя.
Михаил горько усмехнулся, наблюдая за приближающимся Рикардо, рядом с которым шествовала Юрия с повязкой Короля на рукаве.
Его голова шла кругом от новости о том, что Королем оказалась та, на кого он никак не мог подумать.
Рикардо, отвесив легкий поклон Михаилу, поднял руку Юрии вверх и с улыбкой на губах произнес:
— Итак~ Я объявляю результаты.
— ...
— Победителями этой осадной битвы становятся...
Это было неоспоримое поражение.
— Команда обороны.