Глава 220 — Тем временем на имперском фронте...
В тот же день.
Западный фронт.
Анастасия вернулась сюда несколько суток назад и не собиралась отдыхать.
Обычно после долгого отсутствия офицеру давали несколько дней, чтобы снова привыкнуть к фронтовому распорядку. Ей подобная поблажка была не нужна.
— Майор Анастасия, вы опять выходите на передовую? — спросил Меделфен, поравнявшись с ней.
Он прибыл раньше и всё это время оставался на фронте.
— Да.
Анастасия набросила поверх мундира плащ. К бою она уже подготовилась.
— Тогда я вас сопровожу.
Меделфен тихо вздохнул, на мгновение заколебался, но всё же принял решение.
Анастасия мельком посмотрела на него и кивнула.
Он устал — это было заметно. Следовать за ней по полям сражений означало выдерживать нагрузку, с которой не сравнить обычную службу.
Но Анастасия считала, что будущий адъютант обязан справляться и с этим. Иначе говорить о готовности служить рядом с ней не имело смысла.
Они вышли из казармы.
Тяжёлый, липкий воздух фронта сразу облепил кожу.
Здесь всегда царило мрачное напряжение, совсем не похожее на спокойствие столицы, где Анастасия провела предыдущие дни.
Порой казалось, что сама атмосфера вобрала страх, ярость и усталость тысяч солдат. В другие минуты чудилось, будто земля насквозь пропиталась остаточной силой чудовищ и апостолов.
«Какая разница».
Большинство тех, чьи чувства могли здесь сохраниться, давно погибло. А мёртвые не говорят.
Смерть приходила ко всем одинаково, и любые рассуждения о её причинах быстро становились пустыми.
Анастасия перевела разговор на дело.
— Меделфен, что изменилось? Были необычные явления или новые апостолы?
— Поступило сообщение о странном апостоле в секторе B-5 Западного фронта.
— B-5? Идём туда.
Она обнажила меч и одним прыжком перенеслась к линии боя. Меделфен привычно устремился следом.
Анастасия пересекала передовую по прямой, сметая волны чудовищ короткими выбросами силы.
Офицеры и солдаты оборачивались на внезапные вспышки холода, но она не замедлялась. Целью оставался сектор B-5.
Увиденное там заставило её нахмуриться.
Вся земля была красной.
Повсюду лежали тела солдат. Раздавленная плоть, разорванные конечности, застывшие глаза. Над местом бойни стоял густой смрад.
— Чудовищно... — выдохнул Меделфен.
Анастасия коротко кивнула, не отрывая взгляда от поля.
— Здесь не было офицера?
При появлении апостола оборону обычно держал взвод под командованием боевого офицера. Солдаты сдерживали бесконечный поток чудовищ, а командир управлял строем и принимал на себя самого апостола.
Сейчас Анастасия видела только изуродованные тела рядовых.
На неё бросилась новая стая. Одного взмаха меча хватило, чтобы рассечь чудовищ и освободить обзор.
Меделфен тем временем изучал знаки на форме погибших. Его лицо помрачнело.
— Судя по эмблемам, в сектор направили взвод лейтенанта Грасель...
Продолжать не требовалось.
Значит, лейтенант тоже погиб. Иначе солдат не перебили бы с такой лёгкостью.
Но именно это казалось странным.
Офицерское звание на фронте не дарили за происхождение. Его получали люди, способные сражаться с апостолами или хотя бы защитить себя от их силы.
Здесь не было ни тела Грасель, ни следов его последнего боя. Только уничтоженный взвод.
Выходило, что командир не сумел оказать сопротивления.
— Лейтенант Меделфен, сосредоточьтесь на собственной защите. Вероятно, мы имеем дело с апостолом особого класса.
Он мгновенно посерьёзнел и подтвердил приказ.
Анастасия увеличила расстояние между ними и двинулась глубже в сектор.
Ощущение было странным.
Присутствие апостола не вызывало сомнений. Однако среди волн чудовищ и пропитавшей воздух враждебной энергии не удавалось выделить конкретный источник.
«Он прячется среди них?»
Анастасия оставалась настороже.
На фронте расслабляться нельзя никогда, но встреча с апостолом требовала особой осторожности. Эти существа нередко принимали неожиданный облик и использовали силы, к которым невозможно подготовиться заранее.
Каждый шаг Анастасии выпускал волну холода. Лёд прокладывал дорогу сквозь вражеские ряды, превращая поле перед ней в белую пустыню.
— Кхи-кхи-кхи!
— Кья-а-а!
Чудовища бросались со всех сторон и погибали в тот же миг, когда касались окружавших её ледяных стен.
Через несколько минут Анастасия достигла источника чужеродного чувства.
Толпы монстров держались на почтительном расстоянии. В центре свободного круга стоял один человек.
Анастасия сузила глаза и полностью раскрыла силу.
Тысячи ледяных осколков заполнили пространство вокруг.
— Он захватил тело?.. — невольно произнесла она.
Обычно разговор с апостолом не имел смысла. Эти существа были древнейшими врагами человечества и источником неисчислимых бед. Ответ всегда оставался один — немедленная казнь.
Но сейчас перед Анастасией находилось нечто особенно противоестественное.
Она узнала лицо.
Лейтенант Грасель. Короткие светлые волосы, крепкие черты — его было трудно спутать с другим.
Он выглядел совершенно невредимым.
Ни пятна на офицерском мундире, ни царапины на коже. Только в глазах горел зловещий красный свет.
Если бы не он, даже Анастасия могла бы не сразу распознать апостола.
— Майор Анастасия?.. — отчётливо произнёс Грасель.
Она успокоила дыхание.
«Такого проявления я ещё не встречала».
Апостол не просто завладел телом. Он пользовался им естественно, говорил и узнавал людей.
Значит, мог получить и память жертвы.
Одного этого хватало, чтобы считать угрозу исключительной.
Анастасия подняла меч.
Ш-ш-шух!
Лёгкий взмах отправил в Грасель тучу ледяных осколков.
Звон!
Лейтенант мгновенно выхватил клинок и стёр летящие снаряды из пространства.
Сердце Анастасии похолодело.
Это была сила самого Грасель.
Не энергия апостола, а личная черта офицера.
«Воздействие на материю...»
— Почему вы напали на меня? — закричал он. — Я преследую апостола, который убил мой взвод!
Глаза широко раскрылись, голос звучал искренне и отчаянно.
Анастасия не опустила оружия.
Если Грасель применяет черту, значит, перед ней всё ещё человек. Черта, полученная от мира, принадлежала только владельцу; апостол не должен был уметь присвоить её себе.
И всё же рассказ лейтенанта противоречил очевидному.
Он стоял невредимым среди чудовищ. Они не нападали и даже не проявляли настороженности.
Напротив, держались вокруг так же, как обычно расступались перед ведущим их апостолом.
Значит, первоначальная догадка о захвате тела тоже была неверна.
В этом и заключалось самое страшное противоречие.
Анастасия не сводила с него меча.
«Крайне опасная сила».
Вероятнее всего, апостол подчинил его разум...
Прошла лишь доля секунды.
— Проклятый апостол... Он убил моих людей! Моих людей!
Грасель внезапно поднял клинок и бросился прямо на Анастасию.
Его состояние изменилось мгновенно. Вместе с яростью раскрылась и черта.
Анастасия ответила полной силой.
Рассечение!
Пространство исказилось. Тело лейтенанта замерло в шаге от неё, целиком заключённое в лёд.
И сразу же случилось новое.
■■■■■!!
Ледяная глыба заскрипела и начала выгибаться изнутри, словно заключённая масса внезапно стала во много раз больше.
Лицо, руки и ноги Грасель раздувались, теряя человеческую форму.
Анастасия широко раскрыла глаза и выбросила ладонь вперёд.
Раздался грохот, будто рухнула часть пространства.
Тело лейтенанта взорвалось. Вместе с плотью во все стороны разлетелись обломки льда.
Тра-та-та-та!
Десятки ледяных стен выросли перед Анастасией. В них с мокрым стуком вонзались куски мяса, кровь и острые осколки.
За тонкой последней преградой она холодно смотрела на гибель офицера, с которым когда-то разговаривала.
Скорбеть сейчас было нельзя.
«Апостол должен отозвать силу».
В тот миг, когда чужое воздействие покинет мёртвое тело и потянется к хозяину, появится след. Анастасия обязана была его поймать.
Едва ощущение дрогнуло, она оттолкнулась от земли.
Губы сжались, сердце стало ледяным.
«Я найду его».
Апостол с такой силой не должен был уйти.
Картина, встретившая Анастасию в секторе B-5, теперь обрела смысл. Собственный командир изрубил солдат.
Но не по своей воле.
Апостол вторгся в сознание офицера и заставил убивать тех, кого он должен был защищать.
— Мерзость...
Волна предельного холода разошлась вокруг, замораживая землю и чудовищ.
Анастасия устремилась туда, куда уходил едва заметный след чужой силы.