Глава 276 — Возлюбленный мадам Лис 4
Здесь прошло чуть больше двадцати лет после Октябрьской революции, покончившей с Российской империей.
Когда отгремела Гражданская война, по всей Евразии разлетелись белоэмигранты: сторонники царя, противники новой власти и те, кому в новой России попросту не осталось места. В Шанхае они держали кафе, бары и танцевальные залы.
После многих ночей, проведённых в городских переулках, Сел успела узнать, как они живут. Эти люди, выброшенные революцией из собственной страны, были ей по-своему близки.
С Каролингерской революции и тридцати лет не прошло.
Повторы шли один за другим. Теперь, когда языкового барьера не было, два частных сыщика без лицензии разобрались в городе не хуже местных.
Шанхай оказался тяжёлым местом и для крестьян, приехавших сюда из деревень, где жизнь почти не менялась веками, и для эмигрантов без родины. За яркими фасадами неоклассических зданий лежали нищета, грязь и вонь. Стоило отойти на несколько шагов от концессий — и начинались опиумные притоны. Голод там без всякого стыда соседствовал с безумной роскошью.
От города сохранился лишь обрывок, но вырвать его из истории не удалось. Даже отдельная страница всё равно принадлежит книге.
Военные вожди в мехах швыряли серебро, пахнущее кровью. Нарядные европейцы отличались от уличных бандитов разве что дорогими костюмами: под пиджаками у них так же прятались ножи и револьверы.
И всё же Сел здесь дышалось свободно.
— Мне нравится этот город. У него нет завтра. В самом прямом смысле: следующий день здесь никогда не наступит.
Клейо забрал у неё почти пустую бутылку шампанского и разлил остатки по бокалам.
— Иногда я забываю, что Шанхая на самом деле нет. Он слишком живой. И от мысли, что скоро всё исчезнет, мне паршиво. Хотя это всего лишь Запомненный мир, который мы обязаны разрушить.
Долгое пребывание в городе уже стало для Сел настоящим воспоминанием. Клейо вдруг решился сказать ей правду о том, как устроен этот мир.
— Пока ты его помнишь, он не исчезнет. Станет преданием и будет жить дальше.
— Это пророчество?
— Обычный закон.
— Слишком уж отвлечённое утешение.
— Идеи живут дольше вещей.
— Зато вещи частенько побеждают идеи, друг мой.
— Где вы нахватались таких речей, госпожа Селестес?
— Я целенаправленно посещаю места, вредные для воспитания.
— Господи...
Они легко стукнулись почти пустыми бокалами.
В ту же секунду звёздное небо разорвал залп, от которого содрогнулся весь город.
Каждый повтор заканчивался одинаково — артиллерийским огнём.
Мир рассыпался быстрее, чем лопались пузырьки шампанского.
* * *
Несколько дней спустя.
Колокол на таможенных часах ударил дважды. Сел и Клейо машинально вызвали окно состояния.
[— Оставшееся время / предел времени / оставшиеся повторы:
03:00:00 / 08:00:00 / 8]
Их снова выставили из Шанхайского клуба. Отойдя от входа, они посмотрели друг на друга и одновременно вздохнули.
Шестиэтажное здание с шестью ионическими колоннами выглядело великолепно, но незваным гостям здесь были не рады. Рикши, выстроившиеся вдоль улицы, с любопытством глазели, как двое чужаков препираются с охраной.
Сел разогнала зевак взмахом руки, и они с Клейо перебрались в ближайшее кафе.
— И как, мать его, туда попасть?
— Не думал, что всё будет настолько строго. Ни одной лазейки.
— Ломать нельзя, силой лезть нельзя. Что за идиотский клуб?
С тех пор как официант Лю Сячуньь рассказал им о встречах хозяйки кафе «Константин» с господином Лунлэем, прошло ещё шесть повторов.
Сначала они вышли на другого любовника мадам, ирландца, торговавшего виски, а через него — на покровителя, малайского китайца. Так они наконец узнали, где находится Лунлэй. Прямо сейчас он якобы сидел в баре Шанхайского клуба.
Оставалось попасть внутрь.
Шанхайский клуб был типичным мужским заведением. В нём имелись бар, ресторан, библиотека и комнаты для постояльцев, но без приглашения или рекомендации члена клуба человека не пускали дальше порога.
Клейо мысленно ругался без остановки.
Ну и ёбаный цирк.
Подружиться с кем-нибудь из членов клуба они не успевали. С каждым повтором день становился короче.
Сначала они оглушили одного из служащих, забрали его форму и проникли внутрь. Узнать, где находится цель, не удалось.
В следующий раз дождались, пока улица опустеет, и забрались по стене. Перепугали нескольких постояльцев, но даже краем глаза не увидели знаменитого красавца с длинным разрезом глаз.
На третьей попытке они плюнули на осторожность, пустили в ход магию и меч и ворвались через главный вход. К тому времени бар уже опустел.
Похоже, зацепка появлялась только при нормальном входе.
Клейо знал человека, способного решить проблему за минуту. И меньше всего на свете хотел просить его о помощи.
Других вариантов не осталось.
Он выпил заказанный кофе одним глотком, словно чашу с ядом, и мрачно произнёс:
— Выход есть. Попрошу Мельхиора помочь.
С лица Сел сразу исчезла улыбка.
— Хочешь воспользоваться теми навыками, о которых рассказывал перед новогодним приёмом? «Очарованием» и «Структурным прозрением»?
— Да. Навыки работают и в Запомненном мире. С Мельхиором мы без труда войдём и найдём нужного человека.
— Допустим. Но после этого он наверняка потребует награду с «Главных часов».
— Если увидишь часы, хватай первой. Карманные, с узором из листьев. Руки у тебя быстрые.
— Ладно. Постараюсь. Только...
Сел редко запиналась. Клейо и без продолжения понял, что она хочет сказать.
Награда из подземелья могла оказаться самой дешёвой платой. Мельхиор наверняка потребует что-нибудь ещё.
Клейо уже однажды заплатил ему собственной смертью, поэтому ответил почти равнодушно:
— Как бы всё ни обернулось, я разберусь. Не переживай.
Сел не успокоилась. Наоборот, помрачнела ещё сильнее.
— Вот поэтому я и не хотела начинать этот разговор. Хорошо, что рядом я. Артур услышал бы такую хрень — сел бы прямо на пол и разревелся.
— У вас удивительно тонкое чувство юмора.
— Я серьёзно. Может, наш принц и не заплачет, зато добавит себе тренировок.
— Тогда ради его сна придётся взять с тебя клятву молчания. Я могу доверять госпоже Селестес?
— А куда ты денешься.
* * *
После утренней тренировки в особняке Сюэ близняшки умылись холодной водой и растянулись на кафельном полу балкона третьего этажа.
Под потолком лениво крутился вентилятор. Они пили холодный чай и смотрели в сад.
— Летиция, гляди! Он опять начал!
— Вижу. Вот же издевательство над людьми.
Внизу восемь слуг шли строем, изображая походную колонну рыцарского корпуса Альбиона. Среди них были старики, женщины и дети — люди, которым в обычной жизни и в голову не пришло бы маршировать. Но под палящим солнцем они двигались так ровно, будто их отмеряли по линейке.
Липпи усилила зрение эфиром и с отвращением сказала:
— Он всё лучше управляет людьми. В первый день было двое, теперь восемь.
— Какая мерзость... Бр-р.
— Вчера и сегодня у них даже пальцы под одним углом. Похоже, он достиг просветления в этой своей пакости.
— Наверняка ради этого и полез сюда.
Летиция указала на ворота усадьбы.
— О, Сел и Рей вернулись.
— Уже? С чего бы?
— По лицам видно: в этот клуб их опять не пустили.
— Пошли вниз.
Пока близняшки отвлеклись, слуги, опутанные навыком Мельхиора, исчезли без следа.
* * *
Вскоре вся компания собралась в знакомой гостиной.
Удобную местную одежду вернули хозяевам. Все переоделись в свои вещи и взяли оружие.
Мельхиор снова надел светлый летний костюм, в котором вошёл в подземелье. Перчаток на нём не было, однако тыльная сторона ладони выглядела совершенно гладкой. Клейо присмотрелся и понял, что запонки служат магическим прибором.
Иллюзия высокого уровня. Вот почему раньше я не замечал шрамов на его руке.
Даже с таким прибором Мельхиор почти никогда не снимал перчаток. Его осторожность впечатляла и раздражала одновременно.
Клейо не подал виду и сразу изложил просьбу.
Мельхиор согласился подозрительно легко.
— Разумеется, помогу. Я и сам немало получил от этого места. Пора заканчивать.
— Благодарю, что откликнулись на столь внезапную просьбу, Ваше Высочество.
— Раз уж я вмешиваюсь, то как будущий государь обязан довести дело до конца и остановить этот мир.
Клейо поднял голову и мысленно показал ему средний палец.
Вот почему он так быстро согласился. Собрался сам разбить «Главные часы».
Вслух он, разумеется, ответил почтительно:
— Даже без этого я намеревался передать Вашему Высочеству реликвию, заключённую в «Главных часах».
Мельхиор разомкнул руки на груди и шагнул к нему.
Клейо невольно дёрнулся и отступил.
Всё его тело отвергало человека, который сразу после входа в подземелье перерезал ему горло.
Навыки Мельхиора стали намного сильнее. Их давление пробивалось даже сквозь «Отстранение», и тело Клейо само вспоминало собственное убийство.
Чёрт... Насколько же он усилился?
Внутри прошло шестнадцать дней. Снаружи — почти два месяца. Значит, Мельхиор не зря оставил должность регента королевства и полез в подземелье на такой срок.
Нужно было заканчивать как можно скорее. Клейо и без того приближался к исчезновению. Ещё немного — и Мельхиор успеет превратиться в дракона раньше, чем близняшки поднимут уровень.
Заметив его странную реакцию, наследный принц склонил голову набок.
Спина Клейо мгновенно покрылась потом.
Божественная сила стёрла убийство из памяти Мельхиора, но для Клейо оно оставалось недавним и настоящим. Память тела была древнее рассудка и плохо подчинялась воле.
Он усилил «Отстранение» до предела. Дрожь в руках и ногах наконец прекратилась.
Мельхиор смотрел на него как анатом, которому попался необычный труп, но ответа не нашёл. Он не мог знать о рукописи, переписанной с разрешения богини.
После долгой паузы принц заговорил:
— Разве я могу присвоить плоды ваших трудов? Мне далеко до будущего великого мага и до госпожи Селестес, гения фехтования, но и я не вовсе бездарен. Положитесь на старшего.
— Я тронут великодушием Вашего Высочества. Для меня это огромная честь.
Мельхиор небрежно махнул рукой. Когда он задействовал стигму, маскирующий прибор начал сбоить, и старые шрамы проступили на коже. Похоже, теперь принца это уже не заботило.
— Полно. Собирайтесь, пора идти.
Он пристегнул к поясу длинный строевой меч и первым вышел из комнаты. Клейо и Сел поневоле двинулись следом. Липпи и Летиция тоже надели сафари-куртки и покинули особняк вместе со всеми.
* * *
Перед навыками Мельхиора не устояли ни тяжёлые двери, ни придирчивый привратник.
Близняшки остались у входа на случай неприятностей. Сел и Клейо вошли вместе с принцем.
Их пропустили в вестибюль Шанхайского клуба так легко, что стало обидно за все прежние попытки. Более того, слуги приветствовали их с подчёркнутой почтительностью.
На этот раз не приходилось ломиться внутрь, и Клейо смог осмотреться.
Необарочное здание оказалось роскошным и внутри. Белые колонны поддерживали высокий потолок, а в глубине зала поднималась широкая мраморная лестница.
Викторианская эпоха давно кончилась, британское могущество клонилось к закату, а здесь, за морем, остатки империи цеплялись за былой блеск. В этом было что-то жалкое и омерзительное.
Сел и Мельхиор в строгих костюмах выглядели так, будто родились для подобных залов. Клейо шёл позади, и на душе у него было муторно.
Родись он в прежней жизни в эту эпоху, ему не доверили бы даже работу мальчика в холле. За право мыть полы он ещё должен был бы благодарить хозяина.
Поэтому память об исчезнувшем Шанхае у Сел и Клейо будет совершенно разной.
Остальные не знали, о чём он думает. Они пересекли зал и направились к лифту.
Мельхиор вошёл в кабину с видом хозяина крепости, применил навык и велел служащему нажать кнопку второго этажа.
— Да, господин. Желаете пройти в бар?
— Да. Пол сегодня работает?
— Разумеется. Вы сразу спросили о нашем лучшем бармене.
— Хм.
Сел и Клейо молча шли за принцем. Тот явно вытащил имя бармена из сознания служащего.
На втором этаже стояла длинная Г-образная стойка из полированного красного дерева. Тем же деревом были отделаны полки и стены за баром. Одна сторона стойки тянулась почти на тридцать метров.
Даже среди дня здесь сидели несколько мужчин в костюмах и тихо разговаривали. По тому, кто занимал середину, а кто жался к краям, легко читалась местная иерархия.
Мельхиор беспрепятственно направился к самому почётному месту. Каблуки мерно стучали по полу.