Глава 279 — Жезл Мифоса 2
— Нет! Рей!
Липпи успела в последний миг схватить Клейо за щиколотку. Худой, измученный, он уже почти сорвался в чёрную пустоту.
Сама Липпи держалась только потому, что Летиция зацепилась локтем за уцелевшую потолочную лепнину и второй рукой вцепилась сестре в ногу. Близняшки вытянулись живой цепью, до предела увеличив расстояние, на котором ещё могли дотянуться до друга.
— Рей, очнись!
— Открой глаза! Тебя сейчас унесёт!
Летиция попыталась распространить [Усиление] на стену, но та уже подалась. Остатки потолка выворачивало из креплений и тянуло туда же, в бездонную тьму.
Ещё секунда — и рухнули бы все.
С противоположной стороны поднялась Сел. Пол под её ногами встал почти отвесно, однако она удержалась, обеими руками схватилась за доски и выплеснула столько эфира, что воздух задрожал.
Вспышка
Пространство вокруг неё замерло.
Здание разорвало и унесло целиком, но четверых не тронуло. Под ними возникла прозрачная сфера около пяти метров в поперечнике. Сел, близняшки и Клейо оказались на её внутренней поверхности, словно их уложили на дно огромного стеклянного шара.
Сфера висела в пустоте без опоры и едва светилась. Буря трясла её, била со всех сторон, но отшвырнуть не могла.
«Обещание» вспыхнуло золотыми строками — будто и само не сдержало восхищения.
[Проявлен уникальный навык: «Сфера тяжести».
— В пределах области контроля носитель может по собственной воле изменять физические условия.
— Радиус действия навыка составляет одну сороковую от области распространения эфира.]
В восьмой редакции рукописи такого навыка не было. Он родился здесь, в «Жемчужном городе», когда смерть подошла вплотную.
Клейо лежал на прозрачной поверхности и хватал воздух ртом. Грудь сводило так, словно лёгкие сейчас вывернет наружу, но смысл сообщения он понял сразу.
Область распространения эфира у мечника совпадала с дальностью удара, у мага — с размером магического круга. Селестес, ещё недавно мечница пятого уровня, могла достать клинком на восемьдесят метров. Значит, её навык должен был работать в радиусе двух метров.
Однако сфера была заметно больше.
Да тут не два метра. Даже близко не два.
С запозданием над головой Сел вспыхнула ещё одна надпись. Золотой свет лёг вокруг неё венцом, похожим на лавровый.
[Мечник шестого уровня.
Титул: Небесный громовержец.]
Клейо рывком сел — и едва не завалился обратно.
Тридцать третий мечник шестого уровня в Альбионе стоял перед ним. Стоял в пустоте и держал её в повиновении так спокойно, словно всегда умел править небом.
Сел тяжело дышала, но голос у неё не дрогнул:
— Все целы?
— Да!
— Сел, ты нас спасла! Что это вообще такое? Уникальный навык?!
— Он самый. Только что появился. — Она коротко рассмеялась. — Вот уж выбрал момент.
Сел и близняшки без труда удерживали равновесие на изогнутой поверхности. Клейо пришлось подползти к ним на четвереньках и сесть. Ноги не слушались.
— Кхе... кхм. Поздравляю.
Горло всё ещё было перехвачено, поэтому вместо нормального голоса вышел сип.
— Поздравишь, когда выберемся. — Сел говорила легко, но взгляд оставался серьёзным. — Мельхиора унесло чёрт знает куда. Даже если он выжил, нам бы подумать, не снимут ли головы с нас.
Близняшки переглянулись.
Подыхать ему всё-таки не стоило.
Но, сука, как же не жаль.
Клейо нахмурился.
— Думаю, сразу он не умрёт. Придёт в себя — сможет применить [Усиление]. Хуже другое: в него вживился «Жезл Мифоса», и тело не выдержало перегрузки. Сознание он может не вернуть ещё долго.
Его мучило не то же самое, что близняшек. Мельхиор слишком быстро улетел за пределы досягаемости. Клейо не успел применить по-настоящему убойную формулу — не решился сразу, потерял драгоценные мгновения. И теперь прекрасно знал, чья это вина.
Сел похлопала его по спине и помогла вытянуть ноги.
Раз уж она так нянчится с парнем, вид у меня и правда пиздец, — подумал Клейо.
— Тогда выбраться всем вместе мы сможем только после полного распада этого мира, — сказала Сел. — «Главные часы» разбиты. Почему пространство до сих пор не закрылось? Рей, есть догадки?
Её серебристые глаза остановились на Клейо. От него уже привыкли ждать ответа даже там, где ответов быть не могло.
— Кхм. Это не стигма подсказала, так что могу ошибаться. Думаю, «Жемчужный город» слишком велик. В нём столько памяти, что на разбор уходит время.
В других Запомненных мирах встречались пустые улицы и редкие демонические звери. Этот город жил. В нём были люди, запахи, шум, история — и «Жезл Мифоса», ради которого всё существовало.
Клейо вспоминал свой прежний мир. Если историческая реальность была потоком данных, а эпическая — сервером для последней резервной копии, то здесь просто зависла передача слишком большого объёма.
— Значит, рано или поздно всё закончится, — подытожила Сел.
Близняшки дружно закивали.
— Вечно нас тут не продержат.
— Ага.
— Вечно — нет. Но быстро тоже не получится. Сколько ты удержишь сферу?
— Если только не давать нам разлететься, несколько часов без проблем. Но...
Сел обернулась, мягко коснулась ладонью внутренней поверхности и добавила к навыку [Усиление].
Грохот
Из темноты прилетела связка арматуры. Железо ударило по сфере, высекло сноп искр и отскочило прочь.
— При серьёзном ударе приходится усиливать оболочку. В таком темпе надолго меня не хватит.
— Тогда надо смотреть по сторонам.
Клейо отдышался, развернул герцогский жезл во всю длину и опёрся на него, как на трость. Поднялся он не с первой попытки. Колени ходили ходуном, а павлиньи перья на навершии жалко дрожали вместе с ним.
Шорох света
Над оборванным, грязным магом поднялась сияющая корона. Магический круг раскрылся на двести метров, прошёл по пустоте и осветил всё вокруг. Полураспущенный павлиний хвост лёг Клейо на плечи.
В руках сильного мага усиливающий прибор и без того казался чудом. Сейчас золотые перья превратили заклинание почти в священное явление.
Шесть слотов заполнила одна формула — [Источник света]. В воздухе проступили знаки, и Клейо тихо произнёс инкантацию:
— [Да будет свет. И да отделится свет от тьмы.]¹
Сияние легло на хаос и глубокую тьму. Пустота обрела глубину, а спрятанное в ней стало видимым.
Никто не стал ахать. Ребята напрягли зрение и начали искать угрозы. Теперь поле боя тянулось во все стороны: вверх, вниз, вправо, влево — без конца и края.
Сел недовольно цокнула языком.
— Наследного принца не вижу.
Летиция убрала короткий меч и оставила только эсток.
— Зато к нам летит кусок стены. Направление — на два часа. Я возьму.
Звон стали
Сел мгновенно освоилась со «Сферой тяжести». Она позволила близняшкам высовываться наружу, наносить удар и тут же возвращала их под защиту. Изнутри сфера не мешала атаковать — воля хозяйки пропускала клинки без сопротивления.
После нескольких пробных выпадов Летиция поняла ритм. Теперь она использовала сферу и как щит, и как укрепление.
Липпи тоже влила эфир в эсток.
— Снизу идёт кровля.
Железный мост, на который Сел когда-то любила смотреть. Карниз, под которым они с Клейо пережидали дождь. Каменные дорожки, по которым ходили каждый день. Всё это превратилось в мусор, способный убить, и носилось по разрушенному миру в бешеном вихре.
Во время погони близняшки почти не могли помочь остальным. Теперь обе будто решили вернуть долг за один раз.
К сфере больше не приблизился даже камешек.
Они рубили и отбрасывали обломки, пока во рту не появился сладковатый привкус, одежда не промокла от пота, а руки не начали дрожать. Эфир кончался. У Липпи подогнулись колени, Летиция согнулась пополам — и почти одновременно над ними вспыхнули золотые венцы.
Обе достигли пятого уровня.
Близняшки потеряли сознание от истощения, но даже падая улыбались.
Клейо спрятал тревогу поглубже и улыбнулся вместе с ними.
* * *
Сухие октябрьские ветви бросали на коридоры Кларендон-хауса длинные, дурные тени.
Артур Риогнан пришёл узнать о состоянии наследного принца без свиты. Перед дверью он остановился и несколько раз глубоко вдохнул. В воздухе стояли запах лекарств и следы целительных формул, а сама мрачная тишина дома давила на плечи.
Теперь парадный костюм принца сидел на Артуре как надо. Красный мундир с золотыми пуговицами и эполетами придавал вес каждому жесту — и в то же время связывал по рукам.
На людях и в одиночестве он держался безупречно: регент королевства, молодой герой, достойный сын Альбиона.
Таким Артур не родился. Зато он долго наблюдал за человеком, который умел быть таким всегда.
Когда Мельхиор передал ему полномочия, министры подняли шум: мальчишке нельзя оставлять государственную печать, её следует немедленно вернуть. Но затем одно происшествие навалилось на другое, ответственность стала слишком тяжёлой, и возражения быстро стихли. Лорд-хранитель печати повторял одно и то же:
«Государственная печать законно передана Его Высочеству Артуру Риогнану».
Стюарт Ротерем боготворил Мельхиора до последней косточки. Ради воли наследного принца он готов был объявить разумным любой вздор. Поэтому Ротерем признал решения Артура продолжением решений Мельхиора, заранее отказался спорить и собственными руками вручил ему ларец с печатью.
Третьему принцу досталась работа, от которой хотелось выть.
В первый день Весна Дрисколл с явным удовольствием наблюдала, как Артур тонет. Тэзертон охранял только его тело и на заседании Королевского консультативного совета не произнёс ни слова.
Зулейка тоже всё просчитала. Она не стала отзывать Аслана, который одну за другой приносил победы на северо-западе. Гораздо удобнее было дождаться, пока Артур совершит роковую ошибку и его вышвырнут из дворца. Для надёжности за младшим принцем приставили наблюдение.
Зато давненько мне не присылали подарков с ядом.
Предупреждение было мягким: не дёргайся.
Когда Артур впервые вошёл в кабинет регента вместе с государственной печатью, подарок Зулейки уже лежал на столе. Крышку перламутровой чайницы покрывала ядовитая жидкость. Отправитель даже не пытался скрыть следы. После перехода на седьмой уровень Артур чувствовал подобные вещи почти кожей.
Он потянулся осмотреть упаковку, но Тэзертон оказался быстрее. Взмахнул мечом — и сжёг всё вместе с возможными уликами.
Артур пытался остановить его. Бесполезно.
Герцог защищал его самым прямым и тупым способом. Он не разговаривал, не торговался и не подчинялся приказам. После ухода Мельхиора в Запомненный мир в Тэзертоне словно осталась одна оболочка — человекоподобный автомат с мечом.
Артур не мог подавить его силой, не мог переиграть влиянием и уж тем более не мог договориться.
Пришлось менять подход.
О том, как герцог бездумно уничтожил подозрительный подарок, придворные слуги растрепали всему дворцу за сутки. Но слухи повернули совсем не туда, куда ожидал Артур.
Люди, не знавшие правды, решили: раз герцог Арморик и гвардия наследного принца охраняют младшего Риогнана, значит, они открыто его поддерживают.
«Говорят, герцог Арморик ни днём ни ночью не отходит от Его Высочества. А ведь этот мастер меча ни с кем не считается».
«Выходит, Мельхиор доверяет брату безоговорочно».
«Артур и раньше держался не как обычный юнец. Настоящая королевская кровь, тут и спорить нечего».
«Полноте. Великий мечник — да. Но отдавать государственную печать ученику, о котором больше ничего не известно? Безумие».
На самом деле Артур был лишь неприятным грузом, который Мельхиор оставил Тэзертону перед уходом. Однако исправлять чужое заблуждение он не собирался.
Артур чувствовал себя плясуном на лезвии. Приходилось использовать всё: неверные выводы, чужую враждебность, случайные домыслы.
Нищим не до выбора.
Виконт Кисион и виконт Ангелиум были его союзниками. У обоих имелись войска, но в столице к ним почти не прислушивались.
Артур любил виконта Кисиона как отца. Это не мешало трезво оценивать его политический вес.
Будь оба виконта способны сговориться с иностранцами и шантажировать корону, при дворе их бы уважали куда сильнее. Но они были честными патриотами. Прямыми, надёжными, умелыми правителями и командирами — а значит, в нынешней системе почти безобидными.
Зато именно рядом с ними выросли люди, которым однажды предстояло вести страну. Исиэль, близняшки Ангелиум, остальные друзья Артура обладали таким талантом, что спорить с ним было невозможно. И всё же порядок, построенный старшими, снова и снова отодвигал их в сторону.
Значит, менять следовало не отдельных людей.
Менять придётся саму систему.
Иначе даже самая крепкая воля ничего не добьётся. Союзы будут сходиться и распадаться, а страна так и останется прежней.