Глава 226 — Дарбав хочет увидеть маленькую Оливию

В особняке стояла тишина.

Дарбав, сидевший на диване, сделал глоток чая и кивнул.

— Значит, вот как...

Он прищурился и медленно заговорил. Взгляд у него был такой, будто он требовал немедленно прекратить враньё и выложить всю правду.

— Где Оливия?

— Папа.

— Мне сказали, что Оливия стала маленькой. Куда она делась?

Дарбав изо всех сил не замечал госпожу, которая сидела прямо перед ним. Она махала ладонью у него перед глазами и радостно шептала: «Ого... Я невидимка!» — но он стойко смотрел сквозь неё.

— Рикардо, папа меня не видит.

— Госпожа, не двигайтесь. Тогда маскировка станет ещё надёжнее.

— М-м!

Госпожа задержала дыхание, чтобы усилить невидимость, а Дарбав сжал кулак.

— Приведи Оливию.

— О-о!..

— Ту Оливию, которая обещала не выходить замуж ни за кого, кроме отца.

— Папа, я такого не говорила.

«Вот же!..» Услышав ответ, не оставлявший ему ни малейшей надежды, Дарбав ударил кулаком по столу.

— Почему?..

Никто не ответил.

— Да почему же? Я был уверен, что увижу невинную, чистую Оливию.

— У госпожи душа с самого начала была чернее сажи.

— Чёрт!..

Дарбав смотрел на меня так, будто вот-вот расплачется. В его обиженном взгляде читалось одно: «Ты видел, а я нет. Какого хрена?»

— Тут не поспоришь. Возразить мне нечего.

— Но кое в чём она и правда была беленькой. Даже в нескольких смыслах.

Дарбав важно закивал.

Глядя на него, я невольно задумался: «Он ведь по уши в делах. Как вообще нашёл время сюда приехать?» Маленькая госпожа, конечно, зрелище редкое, но не настолько же, чтобы бросать работу. Хотя я бы на его месте именно так и сделал.

Я криво улыбнулся и попытался его утешить.

— Хватит уже, — сказала Розанна.

— А тебе разве не обидно? Мы больше не увидим Оливию такой наивной и милой...

— Ты не ребёнок. Что за сцена? Правда ведь, Кайл?

Розанна слегка ущипнула мужа за бедро, призывая его взять себя в руки, а потом с ласковой улыбкой повернулась к старшему сыну. Она явно рассчитывала на поддержку рассудительного наследника.

— Кайл?..

— Да, матушка. Отец ведёт себя совершенно по-детски.

Др-р-р-р

— Кайл?

Чашка в его руке заметно дрожала. Кайл бросил на меня завистливый взгляд и тихо пробормотал:

— А фотографии нет?

Будущий глава рода Десмонд, как всегда, внушал уверенность.

— Когда это повторится? — спросил он.

— Ха-ха...

— Предупреди заранее. Я освобожу день.

— Это знает только госпожа.

Весь род Десмонд собрался ради маленькой Оливии. Самые занятые люди империи проделали долгий путь, а сама госпожа, уже восстановившая запас чёрной магии, беззаботно сопела и жевала вяленое мясо.

— Папа.

— Да.

— Будешь?

Она протянула Дарбаву кусок, который только что жевала. В пакете у неё лежала целая гора нетронутого мяса, но дочь решила поделиться именно надкусанным. Я с неловкой улыбкой подумал: «И что теперь?» Всё-таки он глава знатного рода, а не просто безнадёжный папаша...

— Спасибо.

Нет, передо мной сидел просто безнадёжный папаша.

Я признал ошибку и кивнул. От Десмондов не стоило ждать поведения, укладывающегося в рамки здравого смысла.

Подлив Дарбаву чаю, я осторожно перевёл разговор. Всё-таки эти люди не могли приехать только ради маленькой Оливии.

— Так что привело вас в Хамель?

— Я приехал к Оливии.

Кайл кивнул, словно я задал самый глупый вопрос на свете. Даже Розанна, на которую я рассчитывал, улыбнулась и согласно наклонила голову.

— Серьёзно?

— Да.

— А работа?

— Ею займётся завтрашний я.

У главы рода Десмонд были поразительно свежие жизненные принципы.

В романе он казался жёстким и холодным человеком. Не знаю, в какой момент всё пошло не так. Я тихо рассмеялся и снова влился в семейную беседу.

Чашки пустели одна за другой.

Дорогой чай быстро придал разговору необходимое благородство, и мы перешли к делам, политике и последним новостям.

— Хочется уронить метеор на императорский дворец.

— Есть особая причина?

— Нет. Просто хочется.

— Вполне понимаю.

Дарбав уже прикидывал координаты дворца, когда в гостиную вразвалку вошло чёрное существо, уселось на пол и сунуло морду под руку.

— Это ещё что?..

Он озадаченно уставился на Комтан.

Кайл уже знал о ней, но Дарбав видел медвежонка впервые и осторожно протянул ладонь.

— Ме-е-ед.

— О.

Комтан понравилась ласка. Она прикрыла глаза и доверчиво подставила голову.

— Знатный...

Я улыбнулся и повторил отговорку, которой пользовался уже десятки раз. Я-то почти смирился с правдой, а Дарбаву она могла не понравиться, так что ложь была исключительно во благо.

— Пёс.

— Понятно.

— Её держит госпожа.

— Никогда не встречал такой породы.

— Я тоже.

— Хм...

Дарбав продолжил гладить Комтан и с тихой улыбкой произнёс:

— Хорошая медведица.

Конечно. Такая жалкая ложь с ним не сработала. Сам не знаю, на что я рассчитывал.

— Ме-ед.

Дарбав смотрел на Комтан с неожиданной тоской.

— Молодость вспомнилась.

— Молодость?

— Да.

Он покосился на Розанну, которая разглядывала зверя с умилением, и горько усмехнулся.

— У неё тоже был медведь.

— Простите?

— До сих пор помню, как он носился по дому. Звали его Костный Бульон.

— Э-э...

— Иногда он пытался меня загрызть. Но если бы не этот ублюдок, нас с Розанной, возможно, сейчас не было бы вместе.

— Наверное, вы его очень любили.

— Нет. Мы дрались каждый день.

— Что?

— А как иначе? Если бы я с ним не дрался, он бы меня сожрал. Он страшно ревновал хозяйку и рычал всякий раз, когда я к ней подходил. Я однажды чуть не запустил ему метеор прямо в башку.

Я не знал, как на это реагировать.

Трогательные воспоминания семьи Десмонд по-прежнему ставили меня в тупик. Я натянуто улыбнулся.

— Но он всё-таки свёл вас вместе. Значит, был вашим ангелом-хранителем.

Дарбав задумчиво кивнул.

— Тут ты прав.

Комтан словно поняла его чувства. Она негромко рыкнула и ещё сильнее прижалась к ладони.

— Мы тоже будем хорошо за ним...

— Мед!

Я осёкся, увидев, что рука Дарбава исчезла в пасти Комтан. Комтан только облизывала её и осторожно прикусывала, как обычно играла с госпожой.

— Ха-ха-ха.

Дарбав покачал головой.

— И эта такая же зараза.

Дарбав не любил медведей.

— Совсем как мой малыш в детстве, — растроганно сказала Розанна.

А Розанна медведей обожала.

* * *

К вечеру особняк погрузился во тьму.

Уложив госпожу спать, я спустился в гостиную и встретился взглядами с тремя людьми, ждавшими меня на диване.

Было уже поздно, поэтому Дарбав, Розанна и Кайл решили заночевать у нас. Они молча смотрели на меня, и прежней беззаботности в их лицах уже не было.

Розанна подняла глаза к чистому потолку и ласково сказала:

— Ты хорошо следишь за домом.

— Ничего особенного.

— Ещё как особенного. Одному содержать такой особняк тяжело. Ты всегда прекрасно справлялся с хозяйством.

— Вы мне льстите.

Я улыбнулся, поставил на стол четыре стакана и бутылку виски.

Дарбав хмуро следил, как льётся янтарный напиток. Теперь он уже не шутил. Покрутив стакан в пальцах, он постучал по переносице и тяжело вздохнул.

— Значит, всё это время ты справлялся один.

— Не совсем.

— Да брось.

Он коротко усмехнулся и поднял стакан. Мы собрались здесь поздней ночью, когда госпожа уже уснула, потому что один вопрос нельзя было оставить без обсуждения.

Причиной стала всего одна строчка из моего письма.

Дарбав осушил стакан и поставил его на стол.

— Рикардо.

— Да.

— То, что было написано в письме, правда?

— Да.

Он опустил голову и забарабанил пальцами по столешнице.

[Госпожа применила чёрную магию.]

— Дело дрянь. Свидетели были?

— Нет. Единственный выживший тогда потерял сознание и ничего не помнит.

— Уже хорошо. А твоё письмо без такого дешифровщика, как Розанна, всё равно никто не прочтёт.

Я промолчал.

— Значит, кроме нас четверых, об этом никто не знает.

Мы долго сидели в тишине. Рассказ о том дне не привёл нас ни к какому решению. Чёрная магия госпожи оказалась куда сильнее, чем ожидал Дарбав, и он молча тёр переносицу.

Кайл выпил и спросил:

— С её помощью можно вылечить ноги Оливии? Так, чтобы тебе не пришлось расплачиваться за это собой.

Я покачал головой.

— Нет. Но с ногами я скоро разберусь другим способом. Тогда сразу вам сообщу.

Кайл пристально смотрел на меня. Он не знал всей правды, но понимал достаточно, чтобы тревожиться.

— Ты тоже член семьи Десмонд. Не смей по собственной воле лезть под удар.

— Спасибо.

Снова стало тихо.

Нам требовалось время, чтобы принять случившееся и понять, как жить с этим дальше. Решение, по сути, уже было принято: мы собирались закрыть глаза на применение чёрной магии. Но даже такое молчаливое согласие давалось нелегко.

Наконец Дарбав заговорил:

— Плохо дело.

Никто не ответил.

— Я собирался устроить бал от имени Оливии.

Мы переглянулись.

— Очень плохо.

Всех тревожило одно: госпожа могла разозлиться и устроить такую хрень, которую потом не разгребёшь.