Глава 678 — Сон (5)

Сон, из которого не проснуться, продолжался.

— Оппа, я и сегодня пришла.

Хёнбёль навещала меня почти каждый день и рассказывала то одно, то другое.

— Я отдельно поспрашивала, вдруг это поможет вам прийти в себя. Честно говоря, я сама не верила, что кого-то удастся найти... но мне правда повезло.

В этом мире-сне Хёнбёль не затянуло в игру. Услышав обо мне от матери, она стала часто приходить и помогать.

Вот так.

— Бывший военный по имени Ли Бэкхо. Я написала в сообществе «Подземелья и камня», где вы часто сидели, и как-то всё-таки вышла на него.

— Я спросила, можно ли встретиться и поговорить, а он первым делом спросил, девушка ли я. Я сказала, что да, и он сразу согласился. Но и при встрече вёл себя... ну, слегка помешанным на женщинах.

— А, простите, я отвлеклась. В общем, главное — его тоже никуда в игру не затягивало. Эм... вы разочарованы?

Разочарован?

Да я этого и ждал.

В этом мире-сне не существовало ни одного человека, которого затянуло бы в игру.

Именно поэтому я тогда и отправил письмо канадскому другу.

Потому что уже всерьёз начал думать: а вдруг я действительно сошёл с ума?

Но, к счастью, со вчерашнего дня у меня появился ответ.

Какими бы препаратами меня ни пичкали, какую бы хрень ни творили...

Я не сумасшедший.

Да, для сна здесь слишком много странностей, слишком много ненужно-реалистичных деталей.

И всё же это мир внутри сна.

Не слишком приятно так говорить, но вдобавок — мир, подозрительно удобный именно для меня.

«Если сейчас подумать, полицейские тоже вели себя странно».

Пусть меня и держали за психа, я ведь устроил тот ещё переполох. И всё равно начальник Кан до сих пор время от времени навещал меня и доброжелательно твердил, что надеется на моё скорое выздоровление.

И только ли он?

— Оппа, когда поправитесь, сходим вместе на Намсан. Вам ведь нравился ночной вид оттуда.

Хёнбёль ухаживала за мной с таким рвением, будто я не был всего лишь её бывшим парнем.

— Хансу... это моя вина, моя... Если бы я тогда так не поступила, ты бы не оказался в таком состоянии...

Мать — моя самая больная точка — тоже была такой.

Она снова и снова произносила слова, которых я, возможно, в глубине души ждал всю жизнь.

Мир и правда был как сон. Иначе не скажешь.

«Может, поэтому».

Теперь, оглядываясь назад, я понимал: не лекарства и не что-то подобное подействовали сильнее всего.

Именно это.

Именно поэтому я начал сомневаться, не реальность ли здесь, а безумен ли я.

Человек ведь каков: стоит один раз лечь на тёплую электропростыню — и уже не хочется подниматься.

«Но теперь пора вставать».

Опираясь на письмо канадского друга, как на подпорку, я снова собрал волю, которая уже начала крошиться, и принялся выстраивать план побега.

Я изучил устройство больницы, проанализировал характеры сотрудников и их расписание.

И при этом покорно делал вид, что прохожу лечение, чтобы они потеряли бдительность.

Так я методично готовился — и в один из таких дней...

— Господин Хансу, всё это время я не мог сказать об этом ни вам, ни кому-либо ещё... Но я думаю, что ваши слова могут оказаться правдой.

Начальник Кан, пришедший будто бы для очередного опроса, вдруг выдал такое, от чего я растерялся.

Для меня, как для человека, который как раз разыгрывал улучшение состояния, ситуация была крайне неудобная.

— Что? Разве не я всё это выдумал? Сейчас я совершенно искренне так считаю...

— Простите... Я долго сомневался, правильно ли говорить об этом сейчас, когда вам вроде бы стало лучше... Но не могли бы вы хотя бы один раз посмотреть вот это видео?

Начальник Кан почти попросил, достал телефон и включил сохранённую запись.

«Что это такое?..»

На видео был полицейский участок, где меня прежде допрашивали.

Камера показывала монитор, стоявший на столе...

— Видите? Буквы на этом мониторе.

На экране висели какие-то непонятные логи.

Качество было плохим, разобрать текст по видео оказалось трудно, но, к счастью, начальник Кан прочёл его вслух.

— Синхронизация завершена.

— Информация о персонаже и журнал записываются и передаются администратору.

— Там было плотно набито чем-то похожим на игровые сообщения: обряд совершеннолетия успешно завершён, экипировано новое снаряжение, общий уровень предметов повысился на столько-то... И всё это обновлялось в реальном времени.

— Иногда появлялись и сведения о персонаже. Тогда имя персонажа было «Бьёрн Яндель». Оно совпадает с именем, которое называли вы, господин Хансу.

Я уже решил, что это сон, и строил план побега, так что от такого поворота у меня в голове всё пошло наперекосяк.

— И... что с того?

Я нахмурился, и начальник Кан снова запустил видео, которое ненадолго поставил на паузу.

— Посмотрите, пожалуйста, вокруг монитора. Да, вот здесь. Как видите... к монитору не подключено ни одного провода. Ни системного блока, ни даже кабеля питания.

А...

И правда.

На мгновение мысли спутались.

Что это, чёрт возьми, значит?

— С научной точки зрения это необъяснимо. Именно из-за этого я всё сильнее думал, что ваши слова могут быть настоящими.

— ...Значит, я не сошёл с ума?

— Нет, этого я тоже пока не знаю. Но одно ясно наверняка... ситуация крайне подозрительная.

— Подозрительная?

Когда я склонил голову набок, начальник Кан быстро огляделся и понизил голос.

— Вскоре после того, как этот монитор доставили в участок, он пропал из хранилища вещественных доказательств.

— ...

— Словно кто-то пытался уничтожить улику.

Что вообще происходит?

***

Слова начальника Кана сбили меня с толку.

Я только-только окончательно уверовал, что этот мир — сон, и тут мне показывают такое видео?

Где здесь правда, а где ложь?

Может, раз я отказывался верить в реальность этого места, они отправили начальника Кана, чтобы он показал мне это и заставил поверить?

«Нет, тогда им с самого начала стоило сделать так, чтобы канадский друг не прислал тот ответ».

Стоило устранить одно противоречие — появлялось другое.

Голова снова начинала болеть, но именно поэтому я решил думать проще.

В конце концов, главное — вера.

И я мог выбрать.

Выбрать, во что верить.

«День побега — через четыре дня...»

Вскоре план был закончен, дата назначена.

В тот день я выберусь из этой больницы наружу.

А уже потом буду думать, как выбраться из этого сна.

«Почему-то кажется, что способ должен быть в «Подземелье и камне»...»

Разумеется, это была лишь догадка, уверенности у меня не было.

Но подозрительно уже то, что в больнице мне разрешали почти всё, кроме «Подземелья и камня».

Хотя формально они объясняли это тем, что игра мешает лечению.

«Пройти «Подземелье и камень» ещё раз. Может, это и есть триггер».

Попытаться точно стоило.

Значит, главное — чтобы побег удался с первого трая.

«На всякий случай ещё раз».

Пока я ждал назначенного дня, я снова и снова прокручивал план, выискивая слабые места.

И вот...

День. Второй. Третий.

За сутки до побега.

— Пациент Ли Хансу! К вам посетитель!

Кто-то пришёл в больницу, где я лежал.

Хёнбёль, мать, начальник Кан.

Я был почти уверен, что это кто-то из них троих, но, когда пришёл, меня встретил совершенно незнакомый старик.

Раса — белый.

Одежда — костюм, сразу наводящий на мысль о джентльмене.

В руке — дорогая трость, не похожая на оружие.

«Хотя не всякий с тростью — маг».

Увидел незнакомца — сначала анализируй.

Привычка, появившаяся в Лафдонии.

— Ты и есть молодой Хансу?

К моему удивлению, старик, выглядевший чистокровным белым, заговорил со мной на совершенно естественном корейском.

Я думал, молодой человек за его спиной — переводчик.

Просто сопровождающий?

Не знаю. Но одно было ясно точно.

— Да, но... кто вы, уважаемый?

Почему-то предчувствие было плохим.

С чего бы таким людям искать меня?

С первого взгляда видно: богатый, высокий статус.

И уже одно то, что человек, никак со мной не связанный, смог прийти на свидание, выглядело подозрительно...

Шурх.

Белый старик снял фетровую шляпу, закрывавшую лицо, и положил её на стол.

Лицо, до этого скрытое полями, открылось.

И представления больше не требовалось.

— Меня зовут Аурил Гавис.

Тук!

— Я также создатель «Подземелья и камня», в которое ты играл.

Не думал, что появится даже этот старик.

Может, раз уж концепт здесь — «сон», сюжет и правда нельзя предугадать ни на шаг...

— Впрочем.

Острый взгляд старика, глубину которого было трудно измерить, остановился на мне.

Одна лишь эта пристальность давила.

— Судя по всему, ты уже знал меня.

Ну да. От этого старика что в том мире, что в этом ничего не спрячешь.

— Похоже, там ты видел другого меня.

— Другого тебя?..

— Хм. Значит, до этого ты ещё не докопался...

Может, я слишком привык к современной жизни.

Но стоило старику тихо причмокнуть, и во всём теле проснулись прежние инстинкты.

Не соберусь — меня обведут вокруг пальца.

Да. Поэтому...

— Хватит. К делу.

Я понизил голос и прямо встретил этот глубокий взгляд. На губах старика появилась непонятная улыбка.

Будто он был чем-то доволен.

— Я единственный человек, который знает, что ты не сумасшедший. И у меня есть возможность помочь тебе выбраться отсюда.

— ...

— Но раз эти слова не вызвали у тебя особой реакции... Похоже, план побега ты уже составил.

Ха. Этот старик прощупывает меня так естественно, будто дышит.

— К делу.

Я ещё сильнее понизил голос и сказал жёстче. Старик медленно кивнул.

И наконец перешёл к сути.

— Спрошу прямо.

Старик пришёл ко мне, потому что хотел знать одну вещь.

— Ты встретил того ребёнка?

— Какого ребёнка?

У меня было предположение, но я сделал вид, что не понимаю. Старик покачал головой.

— ...Ладно. Тогда изменю вопрос.

Что это было? Теперь самому стало любопытно.

— Как ты смог вернуться? Врата Бездны ведь не открывались.

— ...Раз уж вы добрались до меня, наверняка уже всё проверили.

— А, записи того, что ты говорил полиции и врачам? Их я давно изучил...

Старик говорил совершенно невозмутимо, но вдруг плотно сомкнул губы, а потом неожиданно громко рассмеялся.

— Ха-ха-ха! А-ха-ха-ха-ха!

— ...

— Неужели ты и правда веришь, что этот мир — сон?

В его голосе звучала насмешка, и отвечать мне не хотелось. Но если просто молчать, я не получу никакой информации.

— Старик, значит, ты так не думаешь?

— Хансу, во что бы ты ни верил, это несомненная реальность. Пусть и не такая, как то место, где ты был.

— Не такая, как место, где я был? Что это значит?

— В этом мире не существует того, что ты называл «чит-режимом». Именно поэтому только ты смог открыть Врата Бездны и перейти в Лафдонию. Однако...

Старик оборвал фразу, а затем продолжил:

— Это не значит, что этот мир нереален.

— Как бы трудно ни было поверить, всё настоящее. И мать, просящая у тебя прощения, и преданная бывшая возлюбленная.

Это было не «трудно поверить».

В это невозможно поверить.

— Тогда... приведи доказательство.

Я решил держаться нагло, но старик лишь фыркнул и покачал головой.

— Нет, не нужно. До этого доходить незачем.

— Потому что доказательств нет?

Я попытался его задеть, но ожидаемой реакции не получил.

— Думай как хочешь. В любом случае ты считаешь это место сном. Если собираешься вернуться туда, у меня нет причины тебя переубеждать.

Ха... Вот так он решил сыграть?

Уровень стресса вдруг взлетел, но перед самым побегом я не мог позволить себе врезать ему как следует.

— Тогда я пойду. Желаю удачи.

Старик поднялся так спокойно, будто действительно закончил все дела.

Конечно, можно было просто отпустить его...

— Подожди.

Но неприятное чувство заставило меня остановить старика.

— Есть что сказать?

Эм... Вообще-то я остановил его не потому, что у меня было дело. Просто почувствовал: нельзя отпускать вот так.

Раз уж остановил, спрошу хотя бы это.

— Как проснуться от этого сна?

— М-м?

— Раз ты тоже хочешь, чтобы я вернулся, можешь просто сказать, разве нет?

Старик некоторое время пристально смотрел на меня, а затем снова тихо фыркнул.

— Желание.

— ...Что?

— Если ты по-настоящему пожелаешь вернуться, так и случится — хочешь ты того или нет. Но раз ты всё ещё здесь...

— ...

— Похоже, вопреки словам, это место тебе порядком понравилось.

Что он несёт? Я и в эту самую секунду только и думаю, что хочу вернуться.

— Ах да. Проблемы с больницей и полицией я улажу. Чтобы ты мог делать всё, что захочешь.

Что бы он ни говорил, нельзя позволять себе путаться.