Глава 706 — Когда скрываешь правду — 2

[Связь с разведывательным отрядом потеряна.]

[Мы отправили несколько человек к столице Священного королевства, чтобы найти пропавших разведчиков, но... вся местность вокруг столицы стала непроходимой...]

Выслушав донесение, Шартия провела ладонью по волосам и стиснула кулак. В Священном королевстве творилось невесть что, и теперь вся страна казалась бомбой, которая могла рвануть в любую минуту.

— Да что же это такое...

Она шумно выдохнула, пытаясь справиться с раздражением и чувством вины. Власть давала ей силу и заодно взваливала на плечи ответственность, от которой уже не отмахнёшься.

Шартия подняла голову и заставила себя успокоиться.

— Что ж.

Она холодно посмотрела на чужеземку, лежавшую на больничной койке.

— Давайте поговорим, Герой Священного королевства.

Ответом ей было молчание.

Шартия не собиралась любезничать. Она соблюдала необходимые приличия, но даже не пыталась скрыть злость.

*Лязг цепей.*

Пленница попробовала пошевелиться, и Шартия тут же её остановила:

— Лучше не напрягайтесь. Цепи на ваших руках и ногах выкованы при помощи белой магии. Они обошлись в совершенно неприличную сумму, так что не вздумайте проверять их на прочность. Даже со скидкой по знакомству я заплатила за них целое состояние.

Она сделала короткую паузу.

— Итак, начнём. Я обращаюсь к вам, Герой Священного королевства.

Мутный прежде взгляд пленницы постепенно прояснился. На её лице не дрогнул ни один мускул. Она смотрела на Шартию с привычным бесстрастием и по-прежнему не разжимала губ.

— На знакомство жалко времени, поэтому перейдём сразу к делу. Что сейчас происходит в Священном королевстве?

У Шартии накопилось слишком много вопросов. Зачем Священному королевству понадобился Святой меч Михаила? Почему оно продолжало враждовать с королевством Чхон и империей, хотя ничто не мешало сохранить мир? И главное, как столица могла исчезнуть в одночасье, а сама страна — покатиться к гибели?

— Вы расскажете мне всё без утайки, от начала до конца. Если я чего-то не пойму, объясните подробно.

Наконец пленница заговорила:

— Где я?

— В империи Леогард.

— В империи?..

— В месте, о котором знаю только я. Здесь можно без шума прикончить человека, и никто даже не заметит его исчезновения.

Во взгляде Шартии мелькнула откровенная угроза, но пленница будто её не заметила.

— Мизинец... умерла?

Вопрос не имел никакого отношения к тому, о чём спрашивала Шартия. Она сдержала вспышку ярости и медленно вдохнула.

— Сначала ответьте мне. Я не хочу превращать этот разговор в скандал и осыпать вас угрозами.

Пленница молчала.

— Молчание мне не подходит. Вы прислали письмо, поверив которому империя отправила своих лучших людей вам на помощь. Тем, что вы сейчас живы и способны со мной разговаривать, вы обязаны именно нам. Значит, будьте добры дать что-нибудь взамен.

Пленница не ответила и на это.

— Вы испытываете моё терпение. Скажите хоть что-нибудь. Пока мы не знаем, что происходит в Священном королевстве, мы ничем не можем вам помочь. Расскажете правду — империя хотя бы обсудит военное вмешательство.

Шартия заметила, что её собственный голос начал дрожать, и с досадой прикусила губу.

— И если вы согласитесь сотрудничать, мы не тронем ваших товарищей, которых вывезли оттуда вместе с вами.

Только теперь во взгляде пленницы проступило едва заметное чувство, в котором Шартия всё же узнала тоску.

— Если вы и дальше будете молчать, я их убью.

— Кого именно?

— Ваших товарищей.

— Назовите их.

Шартия не хотела раскрывать карты, однако выбора у неё не было. Из троих пленников в сознание пришла только она. Даже Юрия, лучший целитель империи, сумела лишь удержать остальных на краю смерти.

— Мизинец и Средний Палец. Пока что оба живы.

От неё повеяло убийственной яростью.

— Если вы их убьёте, я убью вас.

Шартия не отвела взгляда.

— Обязательно убью. Даже если ради этого придётся отрубить себе руку.

Шартия невольно усмехнулась. В её золотых глазах появилась спокойная уверенность человека, которому привыкли подчиняться.

*Шорох магии.*

Из её тела хлынула странная сила, которой она сама словно не замечала.

— Вы, кажется, не поняли своего положения. Сейчас не вы решаете, на какие уступки нам идти. Попробуйте. Отрубите себе руку, ногу, сделайте хоть что-нибудь. Я не стану вам мешать.

Убийственное давление постепенно ослабло.

— Только не начинайте, если не готовы довести дело до конца.

Насмешка Шартии не вывела пленницу из себя. Она трезво оценивала своё положение. Сила никуда не делась, но цепи не позволяли ею воспользоваться. Пока она скована, ей придётся подчиняться.

Когда-то смерть её не страшила. Теперь всё изменилось.

Шартия уловила эту перемену и окончательно перехватила инициативу.

— Я не отличаюсь терпением и не умею останавливаться вовремя. Могу взять и перебить всех. Я пришла к вам лишь потому, что вы очнулись первой. Придут в себя Мизинец или Средний Палец — поговорю с ними. А вас, самую опасную из троих, оставили в живых только ради сведений.

Она помолчала и добавила:

— Если бы не просьба этого человека, вас бы здесь вообще не было.

При этих словах её бесстрастная маска дала трещину.

— Кто он?

Шартия промолчала.

— Кто вывез нас оттуда?

Последним, что она помнила, был бой с беловолосым противником, владевшим белой магией. Словесное заклятие Понтифика лишило её власти над собственным телом, но память осталась нетронутой. Она догадывалась, кто мог её спасти, однако не понимала, зачем.

Шартия пожала плечами.

— Вам это знать ни к чему. Он слишком ценен для империи, чтобы я раздавала его имя направо и налево.

Она наклонилась чуть ближе.

— Спрошу в последний раз. Вы готовы говорить?

Пленница медленно кивнула.

Шартия улыбнулась.

— Тогда начнём с простого. Как вас зовут?

* * *

— Хм...

[Герой снова в сознании.]

Я положил письмо на стол и посмотрел в окно. Серена носилась по двору с лозой в руках, а следом за ней ходил кто-то из обитателей поместья.

— Да отстань ты от меня!

— Не могу. Лоза показывает сюда.

— Я тренируюсь! Пошла вон!

— Не пойду. Я хочу здесь копать.

Улыбка сама собой тронула мои губы и тут же исчезла. Я не представлял, что сделает Серена, когда узнает, что мы сохранили Герою жизнь и привезли её в империю.

Я спас её вовсе не из милосердия. Напротив, разумнее было бы дать умереть существу, которое в одиночку одолело сильнейшего воина Элихайма. Однако Средний Палец просил сохранить ей жизнь.

В письме было всего несколько строк.

«Понтифик достигнет совершенства».

«Героя принесут в жертву».

Подробности в письмо не поместились, но то, что связывало Понтифика с Героем, явно не сулило нам ничего хорошего. Поэтому я решил рискнуть и вытащить её. И всё же не мог отделаться от сомнений.

Если бы эта женщина хотя бы существовала в известном мне сюжете, я смог бы понять, какую роль она должна сыграть. Но там о ней не было ни слова.

Хуже всего было то, что я обманул Серену.

— Ненавижу такое...

Я снова посмотрел в окно. Серена бегала вокруг дома с лозой, уверенная, что ищет подземные воды или клад, а меня всё сильнее грызла тревога.

Лучше она возненавидит меня сейчас, услышав правду из моих уст, чем узнает обо всём позже. Я мог найти сколько угодно оправданий, но прятать от неё то, что способно причинить боль, было не в моих правилах.

Я готов остаться дураком. Главное, чтобы мой выбор не нанёс ей ещё одну рану. Да, в этом тоже было немало эгоизма.

Но что мне делать, если Серена потребует убить Героя?..

Я тяжело вздохнул, поднялся и направился к двери. По странному совпадению Серена уже стояла с другой стороны.

*Тук-тук.*

— Человек.

— Серена...

— Лоза привела меня сюда.

Она подняла раздвоенную ветку.

— Здесь золотая жила?

— Где вы только набрались таких слов?

— На рынке.

Серена довольно улыбнулась.

Я сжал кулак, собираясь с духом.

— У вас найдётся минутка?

Я постарался говорить как можно мягче. Оправдываться не собирался и хотел сразу признать свою вину.

Поэтому я рассказал Серене правду.

* * *

*Тук-тук. Тук-тук.*