Глава 296 — Сезон дождей — 1

*Ш-ш-ш-ш...*

Дождь лил с самого утра. Ещё вчера небо было ясным, а теперь лето будто нарочно стёрло всю синеву и нагнало тяжёлые, набухшие водой тучи.

— М-м...

Похоже, у лета совсем туго с друзьями: вот и связалось с такими подозрительными типами, как дворецкий и злодейка из мрачного особняка.

Я любил дождь. В его ровном шелесте всегда слышались занятные истории. Иногда он внушал юной девушке такую тоску, будто она прожила полжизни, а иногда подталкивал робкого влюблённого наконец признаться. Всего-то вода падает с неба, а чувства от неё ходят ходуном.

За это я и любил дождь.

*Ш-ш-ш-ш...*

Хотя добрых воспоминаний с ним было связано не так уж много: слишком многое напоминало о Михаиле, госпоже и Юрии. Стоило начаться дождю, и даже старая, почти утихшая боль снова давала о себе знать.

«Впрочем, одними счастливыми воспоминаниями не проживёшь. Да и тучам плевать, люблю я их или нет».

В особняке тем временем царили тишина и покой. За окном шумел дождь, госпожа сидела на кровати и сонно смотрела на мутное стекло.

— А-а-ах... Спать хочется.

Она потёрла нос и шмыгнула.

— Хорошо, что мы успели съездить к ручью до ливней, — сказал я. — С вашими вечными «давайте завтра» мы бы собрались только к зиме.

— Угу... *Шмыг.*

Госпожа кивнула, не отрываясь от окна. Видимо, дождь заворожил её настолько, что на меня она даже не посмотрела. Я изобразил обиду.

— Госпожа.

*Шмыг...*

— Вы плачете?

— Нет.

Я наклонился, стараясь разглядеть её лицо. Голос звучал гнусаво, и она без конца шмыгала носом. Дело было явно не в печали.

— Госпожа, вы простудились?

Она тут же замерла и поджала губы, словно я поймал её с поличным.

— Ничего я не простудилась.

— А по-моему, простудились.

— Нет. Я здоровая как бык.

«Что-то не похоже».

— Только не говорите, что врёте, потому что не хотите пить лекарство или боитесь врача.

Она заметно вздрогнула.

— Вы же достойная представительница рода Десмонд. Неужели станете...

— Конечно нет! Я уже взрослая. *Шмыг.* Совсем взрослая.

Я молча уставился на неё.

— И вообще, я не из тех, кто врёт Рикардо из-за какой-то ерунды.

— Именно из тех. Поэтому и спрашиваю.

— И-и-и...

Голос у неё был слабый. Я протянул руку к её лбу, но госпожа резко отшатнулась, и ладонь поймала пустоту.

— Вот так нельзя, — сказал я.

— Почему это? Дворянка тоже имеет право отказаться.

— Первый пункт устава дворецких: если наниматель болен, дворецкий обязан проверить его состояние даже силой.

— Там правда такое написано?

— Нет. Только что придумал.

— Ах ты... *Апчхи!*

Госпожа сердито надула губы, потом жалобно посмотрела на меня.

— Вытри.

Теперь сомнений не осталось. Лицо у неё было перепачкано соплями, а нос покраснел оттого, что она без конца его тёрла. Дышала она тяжело.

— Всё нормально, — пробормотала госпожа, когда я приложил тыльную сторону ладони к её лбу.

— Ничего не нормально.

— Правда нормально.

— Госпожа.

— И-и-и...

Жара, к счастью, не было. Лоб оказался прохладным, даже чуть холодным.

— Температуры вроде нет.

— Вот видишь. И голова не болит.

— Но здоровой вы всё равно не выглядите.

— Я не умру.

Госпожа слабо улыбнулась.

— Поем мяса и сразу поправлюсь.

— С каких пор мясо лечит все болезни?

— Оно всегда лечило.

Я не удержался от смешка и снова посмотрел в окно.

*Ш-ш-ш-ш...*

Дождь и не думал стихать. Казалось, небо решило разом выплеснуть всё, что копило неделями. Выходить в такую стену воды не хотелось даже мне.

И всё же госпожу следовало обязательно показать врачу. Я служил ей и жил с ней под одной крышей, а значит, её здоровье было важнее любого ливня. В этом вопросе я всегда стоял на своём. Тем более в детстве госпожа простужалась едва ли не каждый месяц.

«И почти всегда по собственной вине».

— Я полезу в воду!

— Госпожа, сейчас зима.

— Не мешай мне-е-е!

Ханс ушёл по делам, и помощи ждать было неоткуда. Госпожа тем временем снова зашмыгала носом.

— Ы-ы... *Апчхи!*

Стоило мне упомянуть больницу, как она прищурилась и заявила:

— Не пойду!

— Почему? Там вам дадут лекарство, вы поправитесь, а может, ещё и конфету получите.

— Папа говорил, что за пределами одеяла опасно.

— Сейчас опаснее как раз под одеялом.

— Неправда. Я здоровая.

Она порылась в своём драгоценном мешочке, достала кусочек шоколада и сунула в рот.

— Вот съем — и всё пройдёт.

— ...

— Не смотри на меня так!

Под моим тяжёлым взглядом госпожа вспылила, улеглась и натянула одеяло до макушки.

— На улице льёт. Если станет хуже, я скажу.

— В упрямстве вы уже достигли уровня Мастера меча.

— Хи-хи! Правда?

— Это был не комплимент.

Я ещё раз потрогал её лоб и поднялся.

— Как только станет хуже, сразу зовите меня. И едва дождь утихнет, мы идём к врачу. Сбежать не пытайтесь.

— У меня ноги больные, я всё равно далеко не убегу.

Она произнесла это с таким простодушием, будто сообщила о преимуществе. Я только кивнул.

— На ужин будет каша.

— Не хочу кашу.

— Придётся.

Когда я направился к двери, госпожа ухватила меня за рукав и лукаво улыбнулась.

— С мясом.

— Что с мясом?

— Я люблю кашу с мясом.

— Хорошо.

Я взъерошил ей волосы и улыбнулся. Больше всего на свете мне хотелось, чтобы она не разболелась.

* * *

На кухне я раскрыл поваренную книгу и повёл пальцем по строкам.

[Рисовая каша с говядиной]

1. Замочить рис...

2. Мелко нарезать говядину и подготовить остальные продукты...

3. Обжарить мясо...

— Рис промыть, мясо нарезать...

Ничего сложного. Возможно, после всех блюд, которые любила госпожа, обычная каша и вправду казалась пустяком.

В чёрном горшке уже поднимался пар. Я принялся собирать оставшиеся продукты.

— Теперь зелёный лук и кунжутное масло...

После недавних роллов масла, кажется, почти не осталось. Я заглянул в шкаф и нашёл пустую бутылку.

— Ну и ладно. Возьмём трюфельное.

Раз уж теперь мы могли себе это позволить, грех было экономить.

*Звяк. Стук.*

На подносе одно за другим появились блюда: быстро замаринованные овощи, любимые госпожой мясные котлеты и горшочек каши под крышкой. Получился ужин как раз на её вкус, хотя вкус этот уже порядком изменился под моим влиянием.

«Лишь бы поела».

Я опустил рукава, застегнул манжеты и поднялся на второй этаж. Госпожа встретила меня с бумажными жгутиками в обеих ноздрях.

— Зачем вы столько туда напихали?

— Сопли не останавливаются...

Увидев поднос, она сразу просияла.

— Еда! Хи-хи...

Даже больная, она радовалась ужину как ребёнок. Я невольно улыбнулся. Госпожа посмотрела на меня, закрыла глаза и широко раскрыла рот.

— А-а-а...

*Звяк.*

— М-м-м! Вкусно!

От первой же ложки её глаза округлились.

— Рикардо даже кашу умеет варить.

— Благодарю за похвалу.

— И мясо хорошо жарит.

— Потому что вы его любите.

— Хи-хи...

Однако выглядела она хуже, чем днём. Сопли текли сильнее, щёки раскраснелись. Я поднёс к её губам следующую ложку и спросил:

— Вам очень плохо?

— Нет.

— Врёте.

— Не вру.

Она снова закрыла глаза и открыла рот, давая понять, что мне следует меньше болтать и лучше кормить.

— А-а-а...

— Самолёт идёт на посадку.

— Какой самолёт?

— Долго объяснять.

Пока я кормил госпожу, уже прикидывал, чем вернуть ей силы после болезни. Лишь когда миска опустела, она довольно улыбнулась.

— Спасибо, я наелась.

— Рад, что вам понравилось.

— Конечно понравилось. Это же ты приготовил. Я даже ничего не оставила.

— Какая честь.

Я ещё минут десять молча на неё смотрел. В конце концов госпожа не выдержала, легла и махнула мне рукой.

— Я спать.

— Если станет хуже, звоните в колокольчик.

— Не станет. Я кашу съела и уже поправилась.

— Тогда добрых снов.

— И тебе, Рикардо.

Она улыбнулась так беззаботно, будто и впрямь могла пообещать больше не болеть.

— Договорились?

— Угу.

— Сразу позовёте меня.

— Всё будет хорошо.

* * *

Я лёг, но уснуть не мог. Из комнаты госпожи то и дело доносился кашель.

*Кхе-кхе... Ы-ы-ы...*

— Что-то слишком шумно.

*Не кашляй! Кхе-кхе... У-у-у... Апчхи! Шмыг...*

— А теперь ещё и сопли...

Я поставил будильник, чтобы среди ночи сменить ей холодное полотенце, и лишь тогда заставил себя закрыть глаза.

*Ш-ш-ш-ш...*

Дождь продолжал лить.