Глава 133 — У гения учиться бесполезно — 1

Я сидел за столом в полутёмной комнате. Лунный свет падал на бумаги, а я пытался решить главный вопрос своей жизни.

«Как устроиться так, чтобы больше ничего не делать?»

Цель у меня появилась сразу после попадания в роман: тихая, счастливая жизнь бездельника. В прошлой жизни я слишком многое пропустил и теперь хотел наверстать.

Человек вообще устроен просто. Сам участвовать в драке не желает, зато посмотреть со стороны всегда рад. Работать не любит, но мечтает разбогатеть и жить на широкую ногу.

У меня была и другая причина держаться подальше от сюжета. Чем ближе роман подходил к финалу, тем меньше в нём оставалось событий, над которыми можно посмеяться. Всё, что происходило вокруг Юрии, становилось жёстче, а школьные издевательства в Академии постепенно перерастали в настоящую травлю.

Наблюдать за знакомой историей из первого ряда, конечно, заманчиво. Но не настолько, чтобы ради этого отказываться от спокойной жизни.

К тому же главные герои росли чудовищными темпами. Обычному попаданцу за ними не угнаться. А чтобы хотя бы стоять рядом и не умереть от случайного чиха очередного злодея, нужно иметь приличный запас прочности.

Сейчас я заметно превосходил других мужских персонажей, но разрыв не мог сохраняться вечно.

Поэтому моя мечта оставалась прежней: стать бездельником и не лезть ни в какие приключения.

Жаль, что сделать это оказалось сложнее, чем придумать.

Руин и остальные развивались медленно, а еретики уже начинали выбираться из тени. Как человек, знающий сюжет, я не мог совсем закрыть глаза на приближающийся пиздец. Хотя бы потому, что сам успел поживиться несколькими удачными находками из романа.

Немного подтолкнуть героев, не мешая им расти, — разумная плата за собственное везение. Тем более их сила зависела не столько от сокровищ, сколько от личных озарений.

И ещё мне нужно было защищать госпожу.

История с Хансом ясно показала: если я не стану настолько сильным, чтобы до меня никто не мог дотянуться, мои близкие снова окажутся под ударом.

Значит, пора вспомнить, что должно случиться, когда еретики выйдут на свет, и подумать, почему моя собственная сила застыла на месте.

По нынешним меркам я считался сильным бойцом. Если пользоваться привычными для фэнтези рангами, то где-то на уровне A+.

До Роуэна или Дарбава, которых можно отнести к S+, мне далеко. Зато с одним архиепископом еретиков я справлюсь и в одиночку. Руин и Михаил пока держатся примерно на уровне B, Юрия — около C.

Сами архиепископы обычно тянут на A.

Внутри культа существует пять основных ступеней.

Самая многочисленная — фанатики. Те, чью веру признают достаточно крепкой, становятся инквизиторами и изучают чёрную магию. Выше стоят архиепископы — малочисленные, но чрезвычайно опасные бойцы. Следом идут апостолы, которых иначе как чудовищами не назовёшь. А во главе всего этого гнезда сидит понтифик.

Я открыл тетрадь и красной ручкой отметил тех, кого мог победить без самообмана.

«Фанатик».

«Инквизитор».

«Архиепископ».

На следующем слове рука остановилась.

«Нет. Пока не потяну».

«Апостол».

О каждом из них можно сказать только одно: чудовище.

Они обладали подавляющей силой, занимали высокие посты в империи, распространяли ересь даже внутри Церкви Богини, скрывались в горах или, наоборот, жили на виду у всей страны. Каждый имел особую способность, а по общей мощи не уступал Роуэну или лишь немного отставал от него.

По шкале силы это был примерно ранг S.

«Всё-таки я ещё слаб».

Мне казалось, что я уже забрался достаточно высоко. Теперь стало ясно: это было обычное самомнение.

Я перевернул страницу и принялся разбирать злодеев по одному.

○ Архиепископ Безумия: Паскаль

● Способности: управление телом · фехтование (C)

● Характер: долбоёб

● Опасность: средняя

Паскаль напоминал насекомое и в романе производил сильное впечатление. Его называли природным врагом Михаила. Этот псих подчинял тела мирных жителей и детей, а потом устраивал резню их руками.

● Местонахождение: тюрьма

Сейчас он развлекал заключенных и тюремщиков, так что о нём можно было не беспокоиться.

Следующим шёл Ханс.

○ Архиепископ Алчности: Ханс

● Способности: похищение · перевоплощение · магия (B)

● Характер: мягкий · закомплексованный · ненавидит сравнения · жадный

● Опасность: могу втоптать в землю

Ханс был другом Руина и вторым учеником владыки Башни магии.

На первый взгляд его способность не казалась страшной: Ханс мог забрать силу только у того, чьи способности полностью понял. На деле же со временем она порождала слишком много неизвестных. В оригинале из известных противников опаснее него были только апостолы. Алчность позволяла ему красть способности одну за другой, а значит, предела росту почти не существовало.

Он мог забирать силы у собственных фанатиков. Позже добрался даже до уникального дара владыки Башни магии.

Судя по тому, что недавно Ханс приходил в поместье в облике Руина, охота уже началась.

«Может, надо было его убить?»

И правда, с какого хера я доверился Башне магии?

Пока у Ханса было три известных мне козыря. Обычная магия, которую он изучал ещё до падения во тьму. Чёрное колдовство, отнимающее чужие способности. И заклинание, копирующее внешность другого человека.

Лично для меня он не представлял большой угрозы. После того как я получил Тюрфинг, соотношение наших сил стало для него слишком невыгодным. Даже Ханса из второй половины романа я сумел бы размазать по земле.

Но для главных героев он был катастрофой. Особенно для Руина. Ханс уже наверняка превратился в чудовище, способное подарить ему новые кошмары.

Я исписал ещё несколько страниц и жирно вывел название ближайшей сюжетной арки.

Следующая история: «Человек, потерявший лицо»

Подзаголовок: «Принц-лягушка»

«Кажется, они все проебут».

Не знаю.

Я решил не вмешиваться, но привычка следить за сюжетом никуда не делась. Всё-таки я любил этот роман. Пропустить одну из самых интересных частей было бы обидно.

Впрочем, как-нибудь справятся.

Я в вас верю, ублюдки.

Улыбнувшись, я перешёл к главному: как увеличить собственную силу.

Для начала стоило освоить магию.

* * *

В комнате госпожи царили мир и покой.

Оливия сидела за столом в очках без стёкол и хмурилась с таким видом, будто решала судьбу империи. Поправив оправу, она тяжело вздохнула.

— Дурак.

Я промолчал.

— Тупица.

Я снова промолчал.

— Паршивый пес.

— Это уже слишком. Зачем сравнивать человека с животным?

Оливия прикрыла рот ладонью и тихо захихикала.

— Но Рикардо и правда дурак.

— Я не дурак. Просто магия сложная.

— Это и говорят дураки.

Сегодня госпожа впервые преподавала мне магию.

Я перебрал все способы сдвинуться с мёртвой точки и решил, что именно колдовство даст самый быстрый результат. Поэтому пришлось униженно просить Оливию о помощи.

— Не хочу.

— Всего один урок.

— Я сама больше не могу колдовать. Чему я тебя научу?

— Госпожа, само ваше существование — уже волшебство.

— Хи-хи... Вообще-то да.

Лесть сработала. Правда, к ней пришлось добавить целую гору шоколада, но в итоге я нанял лучшего преподавателя из возможных.

Сам автор называл Оливию обладательницей величайшего магического таланта в этом мире. Ни один обычный наставник с ней не сравнится.

Я пришёл на урок в прекрасном настроении. Через некоторое время госпожа уже безжалостно выносила мне приговор.

Она развернула лежавший на столе лист.

— Слушай ещё раз. У обычной магии пять основных стихий: огонь, вода, ветер, земля и природа. Их может освоить почти каждый.

На миг Оливия показалась мне удивительно умной.

Вот что значит гений. Обычно она думает только о шоколаде, но стоило заговорить о магии — и передо мной будто сидел другой человек.

Я поднял руку.

— А молнии? Я хочу пускать молнии.

— Не сможешь.

— Даже магия издевается над простыми людьми. Проклятый классовый строй.

— Дело не в этом. Есть редкие стихии, которые появляются только у особенных людей: гром, белая магия, пространство, призыв, свет. Моя сильная сторона — призыв.

— Так тот безголовый рыцарь, которого вы показывали в Академии, был призванным существом? А я решил, что это демон.

— Да. Призванным.

— Ясно. Значит, не ошибся.

— В чём ты не ошибся?!

— Ничего. Размышляю вслух.

Наглая колдунья почему-то стеснялась собственного призванного существа.

О её редкой стихии я, конечно, знал заранее. Просто хотелось немного подразнить.

Но заявлять, что у меня нет скрытого дара, было всё же обидно. Вдруг внутри меня спит величайший маг пространства?

Я снова поднял руку.

— Почему вы так уверены? Может, у меня есть какой-нибудь исключительный талант. Белая магия, например. Или пространство.

Оливия выпятила губы, подумала и покачала головой.

— Нет. Ты слишком некрасивый.

— Простите?

— Некрасивым редкая магия не достаётся.

— Это уже дискриминация.

— Только Рикардо. Остальных я не трогаю.

— Так ещё больнее.

Она снова захихикала, надеясь отделаться улыбкой. Мне захотелось ущипнуть её за щёку, но ученик не должен покушаться на авторитет преподавателя.

После урока отыграюсь.

Оливия прочистила горло и постаралась вернуть серьёзный вид. Объяснять собственную предвзятость она явно не собиралась.

Я демонстративно надулся.

— Не обижайся.

— Я не обиделся.

— Врёшь.

— С чего мне обижаться? Я всего лишь ничем не примечательный дворецкий.

— Неправда. Рикардо...

Она покраснела и принялась вертеть в пальцах ручку.

— Ты хорошо готовишь.

Я фыркнул.

— Нашли выдающийся талант.

— Еда у тебя вкусная. Можно и без молний.

— Хорошо. После таких слов я почти утешен.

Когда Оливии приходилось кого-то хвалить, она смущалась сильнее обычного. Госпожа замотала головой и хлопнула ладонью по столу.

*Хлоп.*

— Ладно! Теперь попробуем самое простое заклинание.

Она указала на лист с красным магическим кругом.

Я видел его много раз.

Это была обычнейшая магия — огненный шар, которым владели девяносто восемь процентов жителей империи.

Я посмотрел на рисунок с лёгким презрением. За кого она меня принимает? Даже если таланта к магии у меня нет, уж с огненным шаром справится любой идиот.

— Госпожа, это оскорбительно. Такое я точно умею.

Оливия молча смотрела мне в глаза.

*Пристальный взгляд.*

— Наверное, умею.

— Значит, не умеешь.

Я проглотил возражение. Обязанность хорошего ученика — слушаться наставника.

— Представь этот рисунок у себя в голове...

— Представил. Дальше?

— А дальше вот так.

— Что «так»? Вы ничего не показываете.

Оливия нахмурилась и приложила пальцы к виску, словно пыталась передать мне мысль напрямую.

— Надо вообразить... И-и-и!.. Вот так!

На столе лежали бумага и ручка, но великий преподаватель предпочитал корчить лицо и давить пальцем на висок. Не рассмеяться было трудно.

— Повторяй!

— Хорошо.

— Пальцы к голове и: и-и-и!..

— И-и-и!..

— Именно! А потом — бах!

— Бах!

В воздухе вспыхнул красный магический круг. Из него вылетело пламя, яркое, почти солнечное.

*Пиу.*

Через секунду от него ничего не осталось.

Я гордо повернулся к госпоже. Да, искра была размером с зернышко, но ведь появилась.

Оливия раздула щёки, изо всех сил сдерживая смех. Плечи у неё подрагивали.

Мой научный пыл угас вместе с огоньком.

— Не смейтесь. Для меня это был полноценный Метеор.

— Метеоры больше.

Я промолчал.

— И ещё Метеор...

— Хватит.

— Ладно.

Что пошло не так? Я всё представил идеально. Для такого простого заклинания не нужно строить сложную формулу, так что и ошибиться будто бы негде.

Оливия тоже не понимала, где сломался её бездарный ученик. Она смотрела на меня с редким выражением полного недоумения.

— Рикардо.

— Да?

— Ты совсем тупой?

— Простите?

— У тебя плохо с воображением.

— Моего воображения только что хватило на Метеор.

— Тогда...

Она снова потёрла переносицу.

— В чём проблема?

— Понятия не имею.

— Я тоже. Никогда не видела настолько тупого человека.

— Неужели у вас самой всё получилось с первого раза?

Оливия высокомерно усмехнулась.

— Конечно.

— Какая же вы противная.

— Знаю.

Да. Учиться у гения — занятие для дураков.