Глава 123 — Чтобы понять другого (9).
Надия не нашлась с ответом и только замерла от изумления. Карин подумала, что сама, наверное, выглядела точно так же, когда впервые услышала эти слова от Абигейл.
— Спасибо…
Надия плакала ещё долго, но наконец улыбнулась. Её лицо сияло, как море под ярким солнцем. Она счастливо рассмеялась и крепко обняла Карин.
— Ч-что вы делаете?
— Всё-таки я люблю людей.
Карин дёрнулась, собираясь оттолкнуть её, но передумала. Только голос у неё остался прежним, недовольным:
— Это не значит, что я буду помогать вам завоевать Её Величество.
— Конечно-конечно. Значит, мы соперницы?
Надия широко ухмыльнулась. Карин окончательно потеряла терпение и упёрлась ладонями ей в плечи.
— Да отпустите уже! Вы меня задушите!
— Ладно, ладно.
Даже отступая, Надия продолжала улыбаться. Увидев её довольное лицо, Карин вспомнила об отце. Узнай он, что дочь помогла Надии, наверняка пришёл бы в ярость.
«Но она всё равно никому не расскажет».
Карин немного жалела, что поддержала соперницу, однако в глубине души испытывала странную гордость. Она фыркнула для порядка и ушла.
* * *
С самого рассвета дворец гудел, как растревоженный улей. Сегодня предстоял приём в честь делегации, поэтому слуги поднялись затемно.
Нома и Клара тоже едва успевали перевести дух. Они проверяли наряд и украшения Абигейл, а заодно приводили в порядок собственную одежду.
— Нома, посмотрите на меня. Всё хорошо?
Клара вытянулась перед ней по струнке. На ней было светло-голубое платье в стиле ампир и украшения с синими камнями. Нома внимательно её осмотрела.
— Хорошо. Только разве ты не собиралась надеть ожерелье с аквамарином?
— Собиралась… Я ненадолго сняла его, а какая-то ворона тут же утащила.
Клара чуть не плакала. Вороны любили всё блестящее и время от времени таскали драгоценности или золотые безделушки.
— Это ожерелье совсем не подходит? Может, взять другое?
— Подходит. А потом попросим садовника поискать пропажу.
Клара с облегчением выдохнула и покосилась на Ному. На Номе было простое коричневое платье.
— А вы точно справитесь? Вы ведь не рады приезду представителей морского народа. Мне самой немного страшно…
При Абигейл никто не показывал неприязни, но многие во дворце боялись морского народа. Нома относилась к их числу. Она помолчала, затем коротко сказала:
— Моё мнение сейчас не важно. Давай заканчивать.
— Хорошо!
Пока они приводили в порядок платье Абигейл, остальные слуги тоже не сидели без дела. Камердинер Рейвена помогал хозяину одеваться.
Рейвен принадлежал к королевской семье и должен был присутствовать на приёме. Он выбрал наряд, чёрный как воронье крыло. Ткань для него когда-то подобрала Абигейл.
Камердинер застёгивал последние пуговицы на камзоле, когда в комнату осторожно заглянула горничная.
— Сэр Рейвен, к вам пришла Её Величество.
Рейвен удивлённо поднял глаза. Они не договаривались о встрече, к тому же было ещё совсем рано. Он не понимал, зачем Абигейл решила его навестить, но был рад её приходу.
— Я сейчас выйду.
Последняя пуговица как раз встала на место. Рейвен покинул гардеробную и вошёл в гостиную. Абигейл ждала его там.
На ней было строгое домашнее платье. При виде неё у Рейвена перехватило дыхание.
— Сэр Рейвен, простите, что пришла так рано.
Она выглядела виноватой, а он считал её визит подарком.
— Я сам пришёл бы, стоило вам позвать. Спасибо, что навестили меня. Прошу, садитесь.
— Нет, я ненадолго. Мне нужно только кое-что сказать.
Отказ прозвучал мягко, но твёрдо. Рейвен лишь улыбнулся.
— Я слушаю.
— Насчёт сегодняшнего приёма… Дело в том, что…
Абигейл понизила голос и объяснила свой замысел. Глаза Рейвена расширились. Она неловко улыбнулась.
— Понимаю, вам, наверное, было бы трудно согласиться на такое.
— Не стану скрывать, я растерян.
— Поэтому мы решили, что на приёме будем присутствовать только Его Величество и я.
— Вот как…
Рейвен продолжал улыбаться, хотя в груди болезненно кольнуло. Причина была понятна, и всё же чувство обиды никуда не исчезло.
— Пожалуй, иначе нельзя. Не беспокойтесь.
— Спасибо, что поняли. Тогда не буду вам мешать.
Абигейл благодарно улыбнулась и ушла. Рейвен ещё некоторое время смотрел ей вслед, потом тяжело опустился на диван.
Она пробыла здесь меньше пяти минут. Каждая минута разговора тянулась вечностью и всё же пролетела мгновенно.
О том, что пропустит приём, Рейвен не жалел. Он даже радовался, что не придётся ублажать представителей морского народа.
«Как изменится положение Сабелиана, если он заключит союз с Атлансией?»
Десять лет Рейвен жил при дворе и ждал, когда Сабелиан допустит ошибку. Он даже обдумывал убийство и захват трона. Но если просто устранить короля, народ ещё долго будет тосковать по великому правителю, а в нём самом увидит лишь жалкую замену.
Как ни неприятно это признавать, Сабелиан превосходил его во многом и обладал всеми качествами государя. Убийство безупречного короля ничего не дало бы. Поэтому Рейвен ждал, когда тот превратится в тирана или опозорится как бездарный правитель.
«Союз с морским народом может обернуться против него».
По дворцу уже ходили слухи, будто Сабелиан продаёт страну иному народу. Для большинства людей представители морского народа оставались существами, достойными лишь презрения.
«Получится у него или нет — удар он всё равно получит».
Для Рейвена это было выгодно. И всё же на душе было гадко, словно он наглотался грязи. Всё из-за Абигейл и её просьбы не приходить. Казалось, она понемногу отталкивает его.
«В последнее время они слишком близки».
Он не знал, что произошло между Абигейл и Сабелианом, но они в последнее время обращались друг с другом особенно тепло. Стоило Рейвену увидеть их вместе издали, и грудь сдавливало от ревности.
Он устало прикрыл глаза. Сразу же вспомнились слова Абигейл:
«Не считайте себя чьей-то заменой. Рейвен — это только Рейвен».
Тогда ему показалось, будто клетка, окружавшая его всю жизнь, рассыпалась. Никто прежде не говорил с ним так. Его судьба и всё будущее с рождения были подчинены Сабелиану.
Вначале Рейвен открыл ей душу лишь ради сострадания: он хотел завоевать доверие Абигейл и воспользоваться им. Но сам не заметил, как всё перевернулось.
Завидев в коридоре серебряные волосы, он замирал. Если им удавалось хотя бы обменяться приветствиями, хорошее настроение не покидало его до самого вечера. Всё, к чему прикасалась Абигейл, начинало светиться.
Она казалась ему такой же яркой и драгоценной, как стекло на солнце, золото или редкий камень.
Вороны всегда тянутся к блестящему. Стоит добыче остаться без присмотра, и птица унесёт её в гнездо, чтобы больше никому не отдавать.
Рейвен медленно провёл ладонью по лицу и открыл глаза. В золотых глазах появился холодный блеск.
* * *
— Ваше Высочество, пора идти в зал.
Слуга почтительно поклонился. Полдень был уже близко.
— Проклятье… Ладно, идём.
Гунхильда поднялась, даже не пытаясь скрыть недовольство. Послы тоже смотрели так, словно направлялись не на приём, а на бой.
Они провели во дворце целые сутки, но ни разу не притронулись к еде, которую предлагали хозяева.
Только идиот станет есть из рук врага. Поэтому делегация питалась припасами, привезёнными из моря. Трапеза с людьми никого не радовала, но Гунхильда дала слово Надии.
«Один раз поедим и сразу вернёмся. Нужно только потерпеть».
Она двинулась за слугой. По дороге Гунхильда чувствовала на себе чужие взгляды.
— Смотри, у них и правда есть чешуя.
Человек говорил почти шёпотом, но слух у морского народа был куда острее.
— И обуви не носят. Дикари. А мужчины у них тоже в юбках.
— Кто знает, мужчины ли это вообще. Та, которую называют принцессой, больше похожа на мужика.
Пано резко обернулся. Встретившись с ним взглядом, сплетники поспешно отступили. Гунхильда тихо бросила:
— Не трать силы. Эти мерзавцы не стоят того, чтобы с ними связываться.
После сегодняшнего дня им всё равно больше не придётся видеть этих людей. Пано стиснул зубы и снова посмотрел вперёд.
Нужно быстро поесть и уйти. С этой мыслью Гунхильда завернула за угол.
— Сестра! Наконец-то.
У дверей зала их ждала сияющая Надия. Ещё вчера она ходила с таким лицом, будто мир рухнул, а теперь снова стала прежней. Гунхильда подозрительно нахмурилась.
— Ты ведь не передумала?
— Конечно нет.
Её беспечность раздражала. Гунхильда уже хотела прочитать ей нотацию, но Надия опередила её:
— А ты не передумала?
— Я никогда не полюблю людей.
Гунхильда сказала это как отрезала и вошла в зал. Надия лишь улыбнулась ей вслед.
«Чего она такая довольная?»
Её спокойствие казалось подозрительным. Гунхильда сделала ещё шаг и застыла.
Король и королева уже ждали гостей. Следом остановилась вся делегация.
— Благодарю, что пришли, — приветливо сказала Абигейл.
Гунхильда не ответила. Она смотрела на её одежду.
Абигейл была одета почти как русалка. Ткань отличалась от морского шёлка, но крой явно повторял одежду Атлансии, и ошибиться было невозможно. Удивились не только послы. Даже слуга, который привёл их сюда, таращился на королевскую чету.
— Я рад, что наши королевства получили возможность поговорить, — спокойно произнёс Сабелиан.
Гунхильда продолжала разглядывать его наряд.
Король был одет так же, как Абигейл. Длинная юбка доходила до щиколоток, а высокий разрез приоткрывал его стройные ноги.