Глава 107 — Пора безответной любви (4).

Говоря о надежде, Надия сияла. Её глаза были похожи на море в лучах заката.

— Говорят, когда-то люди и морской народ свободно общались. Несколько поколений назад русалка по имени Ундина, одна из наших принцесс, даже вышла замуж за человека.

Я вспомнила госпожу Ундину, с которой познакомилась в Восточных землях. Похоже, в её жилах и правда была хоть капля крови морского народа.

— Сёстры всякий раз называют меня сумасшедшей, когда я завожу об этом речь. А стоит мне подплыть к берегу, они устраивают такой разнос, что хоть обратно на дно прячься.

— Они боятся, что вас поймают люди.

— Да. Я понимаю, почему они волнуются. Но мне всегда хотелось увидеть мир за пределами моря.

Надия посмотрела в окно, на пейзаж, который под водой никогда не увидишь.

— Разве море не такое же огромное, как суша?

— Огромное и прекрасное. Но разве плохо, когда у тебя есть выбор?

Она повернулась ко мне. Рыжие волосы развевались на ветру и напоминали яркий рыбий хвост.

— Я хочу, чтобы мой народ увидел горы и поля, цветы всех красок, которые сменяют друг друга от сезона к сезону, и почувствовал все запахи человеческих городов.

Надия широко улыбнулась, обнажив чуть заметные клыки. Сейчас они казались не опасными, а почти детскими.

— Жить, не имея выбора, невыносимо. Я хочу, чтобы люди и морской народ снова могли встречаться, как прежде.

Она спрыгнула с подоконника, подошла ко мне и взяла за руку. Потом поднесла мою ладонь к губам и мягко поцеловала.

— И мне кажется, мы с тобой можем положить этому начало.

Я не нашлась что ответить. Прикосновение её губ напомнило о том, как мы однажды поцеловались. Надия снизу вверх посмотрела мне в глаза и улыбнулась учтиво, но с такой нежностью, что у меня перехватило дыхание.

— Абигейл, станешь моей спутницей жизни? Я хочу, чтобы ты стала супругой принцессы.

До сих пор Надия лишь ухаживала за мной, а теперь по-настоящему звала замуж. Я растерялась и молчала, а Надия, неверно истолковав мою реакцию, отпустила мою руку.

— Хм. Тебя смущает, что придётся из королевы стать супругой принцессы? Тогда я постараюсь занять трон. Как тебе такой вариант?

Я даже не понимала, с чего начинать возражения. «Она собралась стать королевой ради меня! Неужели кто-то когда-нибудь был готов пойти на такую жертву?»

«…Был». Перед глазами тут же возникли Бланш и Сабель. Я осторожно высвободила руку.

— Мне очень дороги ваши чувства, но я не могу выйти за вас. Я уже замужем.

Надия молча смотрела на меня.

— И ещё… В Атлансии разрешены браки между людьми одного пола?

Она говорила о супруге принцессы так буднично, словно вопрос вообще не стоил обсуждения. Теперь уже Надия посмотрела на меня с искренним недоумением.

— А у вас нельзя?

— Обычно нет.

— Почему?

— Ну… причин много. Прежде всего однополая пара не может родить наследника.

Даже мне самой это объяснение показалось странным. «Если запрет нужен только ради детей, тогда что делать бесплодным людям или тем, кто не хочет детей?»

По лицу Надии было видно, что моя логика её тоже не убедила.

— Мы такими вещами не забиваем голову. Среди представителей морского народа есть те, кто меняет пол, есть двуполые и бесполые. А когда пара хочет ребёнка, можно усыновить сироту или одному из супругов сменить пол.

— Что? Как?

— Есть особое зелье. Выпиваешь его — и всё. Хотя мне самой пользоваться им не хочется.

Я знала, что мы принадлежим к разным народам, но не ожидала, что их быт и представления о жизни настолько отличаются от наших. Надия заговорила быстрее, не давая мне опомниться:

— Тебя смущает, что сейчас я женщина? Скажи, и я стану мужчиной.

Остатки здравого смысла едва не покинули меня. «Да она прёт напролом, как чёртов таран! Не нравится титул супруги принцессы — станет королевой. Смущает её пол — превратится в мужчину. Почему она готова на всё это ради почти незнакомого человека?»

— Я отказываю вам не из-за пола. Но почему я вам так нравлюсь?

— Я влюбилась с первого взгляда.

— Но я могла оказаться дурным человеком. Могла издеваться над вами.

— Ты слишком красивая. Я сразу поняла, что красавица не может быть злой.

«…Надия, тебе достаточно красивого лица, чтобы влюбиться?»

Значит, всё дело во внешности. С одной стороны, я её понимала: Абигейл и правда была красавицей. С другой — почему-то стало горько.

Пока я молчала, Надия расплылась в довольной улыбке.

— Ну что, теперь ты согласна выйти за меня?

— Я тоже хочу, чтобы люди и морской народ жили в мире, но брак — совсем другое. Я уже замужем.

Надия приуныла. Потом надолго задумалась и наконец произнесла так, будто приняла труднейшее решение в жизни:

— Хорошо. Я не стану увозить тебя в Атлансию. Но остаться здесь мне можно?

— Простите?

— Я слышала, люди иногда берут вторую супругу. Я стану твоей второй. Что скажешь?

«Господи, у меня сейчас голова лопнет». Похоже, Надия знала о людях не больше, чем я о морском народе. Пришлось спокойно объяснить:

— Такое бывает, но женщина не может взять вторую супругу. Это разрешено только мужчинам.

— Почему?

— Потому что…

Ни одного разумного ответа, способного её убедить, в голову не приходило. У Надии вообще не было простых вопросов.

— В человеческом браке главой семьи обычно считается мужчина.

— И вы добровольно живёте по таким дурацким правилам? Ладно… Тогда как мне на тебе жениться?

«Как же мне отказать так, чтобы она наконец поняла?»

Я хорошо относилась к Надии. Она спасла нас с Сабелем, и я была ей бесконечно благодарна. Но полюбить её я не смогу.

Я искала слова, которые её не ранят. До сих пор мне никто не признавался в любви, и я совершенно не знала, как отвечать на такие признания.

Но тянуть и отвечать уклончиво было бы ещё хуже. Это причинило бы боль и Надии, и Сабелю, и Бланш. Я опустила голову.

— Спасибо, что полюбили меня, Надия. Я не заслуживаю такой любви. Но я… вас не люблю.

Я долго искала более мягкие слова, но так и не нашла. Наверное, можно было сказать осторожнее.

Я впервые поняла, как тяжело отвергать чужую любовь. Надия доверила мне самое дорогое, а я могла ответить только отказом. От чувства вины я не поднимала глаз.

Она долго молчала. Я видела лишь её босые белые ступни. Потом к моей щеке прикоснулась тёплая ладонь.

— Прости. Я слишком на тебя насела.

Я подняла голову. Надия всё ещё касалась ладонью моей щеки и улыбалась, а в её глазах стояли сожаление и вина.

— Я не хотела ставить тебя в неловкое положение. Правда, прости.

Я ничего не ответила.

— Тогда давай дружить. Друзьями нам быть можно?

Я тихо кивнула. Может быть, дружба хотя бы немного смягчит боль, которую я ей причинила.

Мне было ужасно совестно. Особенно потому, что Надия улыбалась так, будто всё в порядке.

И в сказке, и в жизни морская принцесса оказалась смелой и доброй. Сказочную принцессу ждал печальный конец, но Надия должна быть счастлива.

«Чем я могу ей помочь?» Для начала нужно защитить её народ.

Кстати, Сабель собирался рассказать министрам, кто такая Надия. Среди них наверняка найдутся те, кто презирает морской народ или откровенно его ненавидит. «Как они отреагируют?» От одной мысли мне стало не по себе.

* * *

Министры, сидевшие за длинным столом, хранили гробовое молчание. Они сидели с выпученными глазами, будто услышанное не помещалось в голове. Даже перо секретаря, обязанного бесстрастно вести протокол, застыло над бумагой.

Миллард мысленно им посочувствовал. Когда Сабелиан впервые сообщил всё ему, лицо у него наверняка было точно таким же.

Наконец один из министров с трудом заговорил. В его взгляде было почти непочтительное недоверие.

— Значит, женщина, которую вы привезли, принадлежит к морскому народу и утверждает, что она принцесса Атлансии?

— Её происхождение не вызывает сомнений. Но принцесса ли она, нам пока неизвестно.

Известие о том, что во дворце находится русалка, всё ещё не укладывалось у сановников в голове. Никто из присутствующих никогда не видел представителей морского народа своими глазами.

По залу заметались тревожные взгляды. Наконец тишину нарушил чей-то голос:

— Но разве это не наш шанс?

Все разом повернулись к говорившему. Тот уже не скрывал возбуждения.

— Вы привезли морскую принцессу. Это редчайшая удача! Если взять её второй королевой, мы сможем наладить отношения с Атлансией.

— Что за вздор!

Едва он закончил, герцог Сторк, сидевший напротив, повысил голос. Его лицо исказилось от презрения.

— Предлагаете сделать королевой не человека? Вы в своём уме? Брак с говорящей тварью — позор!

— Герцог Сторк, ваша косность не знает границ!

Стоило заговорить двоим, как заседание взорвалось. Словно треснул лёд и наружу хлынула вода: министры перебивали друг друга со всех сторон. Половина сочла союз с Надией выгодным, другая половина была в ужасе.

Во главе противников, разумеется, стоял герцог Сторк.

— Вы хотите ввести покрытую чешуёй королеву в древний королевский род Нергена? Это немыслимо!

Он и без того сходил с ума из-за того, что никак не удавалось выдать Карин замуж, а теперь ему предлагали привести во дворец ещё одну королеву. Герцог едва не захлёбывался от возмущения.

Сабелиан окинул взглядом шумный зал и устало вздохнул. Потом топнул. Все наконец умолкли и повернулись к нему.

— Я не намерен больше слушать эту пустую перепалку. Я уже говорил: кроме Абигейл, другой королевы у меня не будет.

Герцог Сторк не знал, радоваться ему или плакать. Сабелиан продолжил холодно и резко:

— И ещё кое в чём вы заблуждаетесь. Надия прибыла сюда не ради меня.

— Тогда зачем она явилась во дворец?

Министры смотрели на него в полном недоумении. Сабелиан тяжело вздохнул.

— Она влюблена в королеву Абигейл.

Он вспомнил, как вытянулось лицо Милларда, когда тот услышал это впервые.

Теперь так же выглядел весь совет. Едва оправившись от одного потрясения, министры снова застыли с одинаково нелепыми выражениями.

Если дать им время, они ещё долго будут молчать или начнут нести чепуху, поэтому Сабелиан заговорил прежде, чем кто-то успел прийти в себя:

— Кроме того, Надия называет себя принцессой, но проверить её слова мы не можем.

Это министры хотя бы поняли. Один из них осторожно спросил:

— Не исключено, что она шпионка? Убийца, покушавшийся на королеву, до сих пор не найден…

— Исключать этого нельзя. Достоверно известно лишь одно: Надия принадлежит к морскому народу.

По залу прокатился приглушённый ропот. Теперь лица у сановников стали серьёзными: каждый просчитывал возможные последствия.

— Если она действительно принцесса, мы сможем использовать её визит, чтобы наладить отношения с Атлансией.

«Вот только она, чёрт бы её побрал, влюблена в Абигейл».

Раздражение в голосе Сабелиана невозможно было скрыть. Он едва сдерживал ревность и ярость.

— Однако её положение не подтверждено. Более того, даже слух о тайном визите принцессы Атлансии может насторожить соседние державы. Поэтому мы окажем ей почести как гостье, спасшей короля и королеву, но не станем официально признавать её титул. Вы тоже никому не должны рассказывать, что Надия называет себя принцессой.

Министры согласно закивали. Лишь глаза герцога Сторка вдруг блеснули. Судя по его лицу, в голове у него уже созревал какой-то замысел.