Глава 839 — Худшее предательство (1)
[Древняя божественная сущность «Глага» вмешивается в логово шогготов!]
Глага был одним из низших Внешних богов.
Сам по себе он особой угрозы не представлял.
Проблема была в другом…
[Активирована священная реликвия «Оковы неутолимой жажды»!]
В реликвии, которую он принёс.
Фш-ш-ш!
Воздух вокруг в одно мгновение пересох.
Следом из него начала исчезать вся влага до последней капли.
— Кх…!
— Что это за сушь такая…
Даже египетские божественные сущности, всю жизнь прожившие в пустыне, почувствовали, как кожу обжигает болью.
Остальным и дышать стало почти невозможно.
— Ки-и-и-и!
— Ке-е-е!
Именно тогда шогготы взвыли.
Словно по команде, вся эта орда бросилась туда, где была вода.
Глоть! Глоть!
Они заливали иссохшие глотки, пытаясь утолить палящую жажду.
Огромные потоки воды исчезали прямо на глазах.
— Вы, вы… посмели… с-собрались… в дом Госпожи… я слыхал. Нельзя. Нет, нет, никак нельзя, хи-хи-хи.
Парящий в воздухе Глага скривился в жуткой улыбке.
— Стой, мерзкая тварь!
Шип Элис рассёк воздух.
Но…
Пш-ш-ш!
Пшик!
На лету шип начал крошиться и, не долетев до Глаги, рассыпался в пыль.
— П-п-прости, но… пока эта р-реликвия действует, такие способности бесполезны.
Цилиндрическое тело, больше сорока рук.
Глага одним своим появлением перевернул всю расстановку сил в ущелье.
[Создано «Владение жажды»!]
Пш-ш-ш.
Хрусть!
Если верить его словам, скоро вода здесь полностью пересохнет.
Но куда хуже было другое: древние сущности уже начали действовать.
«Если мы застрянем здесь, то можем опоздать к Колыбели».
Этого нельзя было допустить.
Если враги успеют как следует укрепиться в Колыбели, никто не скажет, сколько времени уйдёт на её взятие.
Единственной надеждой оставалось то, что Глага не заметил воду, уходящую вниз по ущелью.
Взгляд Джинхёка метнулся к маленькой пещере у правого края.
Жур-жур-жур…
Едва слышное течение.
Путь под землю был обоюдоострым клинком.
Но сейчас другого выхода не оставалось.
Наверху священная реликвия Глаги уже превратила всё в полный хаос.
«Когда они выпьют воду, попробуют утолить эту жажду кровью».
«Светильник, призывающий смерть» против шогготов в таком безумии тоже не срабатывал как следует.
Ничего не поделаешь.
Потери будут немалые, но придётся разделить войска и оставить часть здесь.
Джинхёк уже почти принял решение.
И в этот миг…
БА-А-АМ!
Чудовищная буря рухнула прямо в гущу шогготов.
Шур-шур-шур!
Сыпь!
Из облака пыли поднялся мускулистый великан.
Геракл.
— Идите. Здесь я справлюсь.
Лицо осунулось, глаза налились кровью.
Он, должно быть, бился в муках уже несколько дней: даже божественность полубога затянуло мутной, грязной силой.
К тому же в ней мешались несколько странных, чужеродных потоков маны… неужели это…
«Око чревоугодия» пронзило Геракла насквозь.
Динь!
[Надето «Змеиное кольцо» Персефоны.]
[Активирована «Ладья Харона», перевозчика мёртвых.]
[Использован «Последний костёр, сжёгший полубога», а также его пепел!]
Это были священные реликвии, позволявшие вселять в тело мстительные души умерших.
«Он… дошёл даже до этого?»
Джинхёк крепко сжал губы.
Проклятые вещи воссоздавали ранг мыслеформы, но взамен пожирали разум и жизненную силу носителя.
Поодиночке их ещё можно было как-то удержать под контролем, однако три сразу заставили бы сорваться в безумие не то что полубога — даже верховное божество.
Настолько это было больно.
Настолько мучительно, что лишняя секунда жизни становилась невыносимой.
— Н-но…!
Тереза хотела его остановить, но Элис положила ей руку на плечо.
— Он уже решился. Более того, если он войдёт в стадию полного безумия, эта злоба может заставить его нападать без разбора даже на союзников.
— Не может быть…
От слов Элис зрачки Терезы дрогнули.
Реальность, в которой она ничего не могла сделать, оказалась слишком жестокой.
Джинхёк тоже будто проглотил расплавленное железо.
Да. На пятидесятом этаже, не где-нибудь ещё, такие жертвы были неизбежны.
Вернуть всех живыми — пустая мечта.
Многие погибнут. И только на этих жертвах они, возможно, сумеют добраться до цели.
Это лишь начало.
Значит, нужно быть готовым.
— Мы… продолжим движение.
Джинхёк сделал выбор.
По губе у него стекла тонкая струйка крови.
— Я останусь и помогу бедному полубогу ещё немного. Хоть кто-то должен проводить его в последний путь.
Анубис поднял силу пустыни.
Мощная песчаная буря, подхваченная ветром, встала вокруг него защитным вихрем.
— Не могу же я спокойно смотреть, как всё поручают одному тупому псу. Я тоже останусь.
Бериэль не захотел уступать и шагнул вперёд.
Непонятно когда между ними успело завязаться странное соперничество: стоило одному вырваться вперёд, как второй тут же бросался следом.
— Нет. Здесь должен остаться только я. Хоть как-то противостоять этой сухости способны лишь те, кто живёт в пустыне. И главное — тебе ведь нужно будет защитить моего апостола во время следующей беды.
— Чёрт. Как ни странно, сегодня ты сказал что-то разумное, и возразить трудно. Только поправлю: не «твоего апостола», а «моего апостола».
— Доспорим, когда встретимся снова, рогатый сопляк.
— Ха! Ты сначала не сдохни, пустынный пёсик.
Роли были распределены.
Бах!
Топ.
Все мгновенно пришли в движение.
— Сдохните… все! До последнего!
Впереди рванул обезумевший Геракл, за ним — Анубис и войско пустыни.
Их поддерживала рота «чёрных козлов».
Бабабабабах!
БА-А-АМ!
— Ки-и-и-и!
— Ке-е-е-е!
Легион шогготов бросился на них, обезумев окончательно.
Кожа у тварей уже трескалась, и из разрывов сочилась кровь.
Те, кто жаждал мести, столкнулись с теми, кого свела с ума жажда.
Пока они бились, Джинхёк и остальные двинулись к подземному ходу, где текла родниковая вода.
Но…
— Хи-хи. Ду-думаешь, я н-не знал про подземный ход? Я д-делал вид, будто н-не знаю, потому что тратить силы ещё и туда… просто н-не было нужды.
Глага подготовил не только священную реликвию.
Едва он произнёс эти многозначительные слова, как…
БА-А-АМ!
Сразу в нескольких местах случилось нечто непредвиденное.
— С тыла реакция маны… Чёрт. Это не древние твари!
— Это… наши.
Элис и Тереза вскрикнули почти одновременно.
И словно беды было мало…
Динь!
[…… подвергается атаке!]
[Поступает шквал сообщений с просьбой о срочной поддержке!]
Перед Джинхёком замигало алое окно статуса.
⁕⁕⁕
Опорный пункт «Храм презрения».
Передовая база, где хранились огромные объёмы припасов с нижних этажей и откуда можно было выдвигаться в разные части пятидесятого этажа.
Для прохождения пятидесятого этажа это был хребет союза, который нельзя было потерять ни при каких обстоятельствах.
Но пока основные силы шли к Колыбели овец, к базе уже подошло войско древних.
— В-враг напал!
— Быть не может. Мы не заметили их, пока они не оказались у нас перед носом? Вы вообще чем все занимались?
— Тревоги не было.
Со всех сторон раздавались торопливые голоса.
В районе Храма презрения превратили в опорные пункты один руинный комплекс и три лабиринта. Там же разместили «царей» Зодиака, которых можно было назвать сильнейшим щитом.
И это ещё не всё.
Вокруг давно обосновались Атриса и латные пчёлы: они создали Улей и объявили эти земли своими. Иными словами, условий для вражеской внезапной атаки здесь попросту не было.
Но всё же такая орда подошла без единого предупреждения.
Поверить в это было невозможно.
Бум! Бум! Бум! Бум!
Грохот сотрясал землю.
Их было чудовищно много.
Десятки тысяч воинов, каждый не ниже тринадцати звёзд. Вели эту армию древние божественные сущности Джурн и Иалдаголс.
— Ничтожества заняли храм госпожи Шуб-Ниггурат. Этого нельзя терпеть.
— Неслыханный позор. Поэтому всё нужно вернуть в небытие, чтобы исчезла даже эта рана. Как исчезли царствующие звери, которых мы только что убили.
Убийственная ярость обрушилась волной.
Гу-гу-гу-гу-гу!
Когда древний ранг обрёл форму, весь храм пригнуло страхом.
Обычные солдаты, лишь встретившись с этой яростью, могли лишиться рассудка.
«Царь Крыс». «Царь Змей». «Царь Овец».
Войско древних, уничтожившее трёх царей, вот-вот собиралось поглотить весь храм.
[Вальсетер активирует «Усиление опорного пункта»!]
Вокруг лестницы, ведущей к храму, появились растения и ловушки всех видов.
— Проклятье. И как меня занесло в такой ад… Ладно, проверим, сработают ли мои великие ловушки даже на пятидесятом этаже!
Вальсетер, уже почти махнувший на всё рукой, разразился безумным смехом.
Сбежит — всё равно погибнет от рук Джинхёка.
Значит, остаётся ставить на тот вариант, где шанс выжить выше хотя бы на 0,01%.
— Так просто они не прорвутся. Мы тоже, знаете ли, успели набраться боевого опыта. Верно, старшая сестра?
[Ли Тэмин активирует уникальный Священный напев «Последний мейстер»!]
Вдоль стен храма поднялись всевозможные башни.
Клац! Бум!
«Квантовые пушки» и «плазменные мановые орудия».
А вдобавок — «термоядерные мины против армии».
Фронт удерживал Машинный владыка Ли Тэмин, уже способный управлять бесчисленными механизированными войсками.
Сам Ли Тэмин тоже сидел в машине под названием «Соулбрингер».
Бззззз!
Стройная белоснежная броня.
Трёхметровый робот с двумя парами крыльев выглядел так внушительно, будто сошёл прямиком из меха-аниме.
— Конечно.
БАХ!
Ю Ёнхва столкнула побелевшие латные перчатки.
Золотые искры рассыпались в стороны, и из неё хлынуло давление, словно внутри сжали целого титана.
— К храму можно подняться только по центральной лестнице. Мы заняли верх — преимущество на нашей стороне!
Андрия, активировавшая «Лисьи огоньки», тоже держала одну из опор этой обороны.
Защитный строй выглядел вполне достойно.
Но…
— Смешно.
— Это ведь не Небесный Демон и не Великий Мудрец, равный Небу. Они и правда думают остановить нас такой мелочью?
Джурн и Иалдаголс двинулись.
Войско древних бросилось к ступеням высотой больше двух метров.
Ба-бах!
— Ки-и-и-и!
— Кррарара!
С яркого взрыва началась битва.
Среди монстров среднего размера более лёгкие и мелкие твари перепрыгивали сразу по несколько ступеней.
[Ли Тэмин активирует навык «Залповый огонь»!]
Вся огневая мощь собралась в одну точку.
Артиллерийский шквал, усиленный выгодной позицией, обрушился бурей, и тела солдат древних, карабкавшихся по лестнице, охватило пламя.
— Кр-е-е-е!
— Кра-а-а!
Геенское пламя впивалось даже в толстый панцирь.
Жар выжигал внутренности.
— Шестнадцать… семнадцать!
Хруст!
А там уже Ю Ёнхва, стоявшая несокрушимо, как Тайшань, дробила головы тем, кому удавалось пройти сквозь обстрел.
[Андрия активирует навык «Морок девятихвостой лисы»!]
«Очарование» и «иллюзии» переплелись в ослепительном узоре.
Слаженная совместная формация напоминала искусно вышитую картину.
Несмотря на яростный натиск, который длился уже десятки минут, нижняя часть лестницы держалась крепко.
— Какая-никакая форма у них есть. Обычными солдатами не обойдёмся.
— Понял. Тогда начну я.
Раздражённый голос прозвучал как раз в этот момент.
[Активирован особый навык «Драгоценная преграда»!]
Ш-ш-шух!
Развернулась тонкая завеса, переливающаяся пятью цветами.
БА-А-АМ!
Ба-бах!
Все удары Ли Тэмина разбились о неё.
— Поднимаемся.
Джурн и Иалдаголс.
А вместе с ними высшие особи — «Древние» — всерьёз начали подниматься по лестнице, и ход боя полностью изменился.
Те, кто находился в Храме презрения, несомненно, были сильны. Но противостоять один на один высшим древним божественным сущностям им всё равно не хватало мощи.
Какие бы поразительные судьбоносные находки и до неприличия сильные священные реликвии они ни получили, фундаментальную пропасть между рангами этим было не закрыть.
— Неплохо. Для людишек и обитателей нижних этажей, конечно.
— Такими темпами до внутренних помещений доберёмся за несколько часов.
Обе божественные сущности уже поднялись выше половины лестницы, и на их губах появилась улыбка.
Однако Джурн и Иалдаголс кое-чего не учли.
— Я уже начала скучать, а тут такая славная забава. Какими же тупыми зверями надо быть, чтобы ступить на территорию сей владычицы.
— Если я здесь отличусь, наш милый господин Джинхёк снова посмотрит на меня, правда?
На этом опорном пункте, помимо обычных сил, жили ещё и другие чудовища.
[Активирован уникальный Священный напев «Откровение Великого начала»!]
[Активирован уникальный Священный напев «Серафим»!]
Проекции Элис и Терезы высвободили ману.