Глава 12 — Хлебная атака

Я потёрла глаза, сверяя приглашения с именами в списке. Если продолжу в том же духе ещё несколько часов, то умру от переутомления. Но, если старшая горничная будет мной довольна, этого достаточно, так что нужно просто продолжать!

Стоит ли уже сказать ей, что я хочу сменить работу? Или лучше ещё немного подождать?

— Хм…

— Что такое, Лайла? Здесь есть что-то странное?

— Д-да? Нет, ничего!

Неловко улыбнувшись ей, я вновь опустила взгляд на список. Лучше сказать ей после того, как я завоюю побольше доверия. Если сразу после того, как человек начал доверять, попросить его о том, ради чего ты изначально с ним сблизился, всё впечатление будет испорчено. Это всё равно что притворяться близким другом лишь затем, чтобы попросить миллион вон.

[Примечание: Миллион вон составляет примерно восемьсот — восемьсот пятьдесят долларов США.]

Через некоторое время старшая горничная заговорила:

— Хм, кажется, мне захотелось перекусить.

— Ах! Тогда я принесу что-нибудь поесть!

— Тебе не обязательно…

— Ничего страшного, я сама не прочь пройтись.

Когда я сказала, что схожу за закусками, она улыбнулась. Ха-ха… Это был риторический вопрос. Значит, она и правда хотела, чтобы я сходила на кухню.

Я поднялась со своего места и вышла.

По пути на кухню я видела, как слуги суетливо ходят туда-сюда, переносят вещи и развешивают украшения на стенах. Дворецкий вместе с Оссесом руководили работой.

Я увидела и сестру: она стояла на лестнице, закрепляя под потолком бумажную розу.

Тогда-то я и поняла, что день рождения герцогини уже близок. А значит, люди графа Нигора тоже приедут.

— …Что же делать?

Стоит ли сказать сестре, что его люди будут здесь? Я увидела её светлую улыбку на лестнице, и перед глазами невольно возник образ плачущей сестры из прошлого. Сердце болезненно сжалось.

— Не могу.

Я никогда ей не скажу. Никогда не позволю сестре пострадать. Скрою все так, чтобы она ни о чём не узнала.

В этот момент мой взгляд встретился со взглядом Лемон, которая переносила стул. Одними губами она произнесла: «Дрянь», — и показала мне язык. Наверное, её сильно злило, что старшая горничная в последнее время уделяла мне столько внимания. Было неприятно смотреть, как она поспешно отвернулась и ушла в сад, но почему-то я почувствовала облегчение. Я погрозила кулаками ей вслед и направилась на кухню.

Получив у повара пару буханок хлеба, печенье, тёплые напитки и клубничное варенье, я возвращалась в кабинет старшей горничной. Но, взглянув в окно по дороге, увидела по-настоящему ужасающее зрелище.

— Айсли Эмерс…!

Он весело разговаривал с сестрой за окном. Уже от этого у меня внутри все закипело. Что это такое? О чём вы двое так счастливо болтаете? Сестра, не улыбайся этому человеку… Он ведь такой мерзавец!

Когда я увидела, как Айсли вкрадчиво гладит сестру по волосам, моя рука сама потянулась к глотке.

Ох, кажется, от злости у меня сейчас давление подскочит, и я рухну.

Я огляделась. Почти все слуги были заняты украшением сада, а значит, никто не увидит моих действий. Идеальные условия для идеального преступления.

Я опустила голову и порылась в корзине. Печенье было слишком маленьким, а бутылкой с напитком я могла ненароком его убить. Поэтому я достала увесистую буханку хлеба, лежавшую в центре корзины.

— Как ты смеешь приставать к моей сестре?.. Подавись и умри!

Я швырнула хлеб в Айсли и тут же нырнула вниз, чтобы спрятаться. Потом осторожно приподнялась и выглянула наружу.

К несчастью, хлеб в него не попал. Меч, висевший у него на поясе, рассёк его надвое. Куски покатились по земле.

Провал. Тактическое отступление…

Когда я уже собиралась уползти из коридора, то ударилась о что-то твёрдое.

Человеческие ноги?

Я схватилась за лоб и подняла голову.

—О боже…

— …Что ты делаешь?

Он смотрел на меня мрачными глазами.

О чём вы спрашиваете? Почему я ползаю по полу? Вы ведь не видели, как я бросила хлеб? Вы просто спрашиваете, почему я ползаю, верно?

По спине потёк холодный пот.

Но, разрушив мои надежды, он спросил:

— Это ты бросила хлеб в Айсли?

Ах… Чёрт… Я всё испортила. Сколько он видел? Лайла, тупая идиотка… Зачем ты так безрассудно поддалась злости? Ха-а, как же хочется избить себя из прошлого! Сестра каждый день говорила мне не поступать импульсивно…

Я идиотка!

Сестра, сестра Юрия, похоже, сегодня я правда умру… Хотя Артур и ненавидел Айсли, это не означало, что он позволит какой-то горничной безнаказанно швыряться в Айсли едой.

Сделав несколько глубоких вдохов, я, запинаясь, произнесла:

— А, э-это… У меня рука соскользнула…

— Для соскользнувшей руки хлеб как-то далеко улетел.

— ...

Это правда. В голове я уже представляла великолепную параболу.

Наверное, мне стоило стать спортсменкой по толканию ядра.

— Это не… Это недоразумение!

— Тогда это что?

— Я-я держала хлеб, и вдруг у меня закружилась голова… Я упала на пол… А потом хлеб внезапно исчез из руки. И оказалось, что он полетел к господину Айсли. Я не хотела делать это нарочно…

— …

— Это правда…

Артур прикрыл рот рукой и отвернулся. Возможно, мои оправдания его разозлили, потому что он едва заметно дрожал.

Тц… Похоже, оправдание не сработало.

Я уткнулась лбом в пол и сделала вид, будто плачу.

— Это правда… Поверьте мне!

— И ты думаешь, что сможешь замять это слезами… Тсс.

Я украдкой подняла взгляд и увидела, как Артур прижал указательный палец к губам, а второй рукой что-то мне показывал. Он водил ладонью сверху вниз… Казалось, будто хотел что-то объяснить, но я совершенно не понимала, о чём он.

Пока я ошеломлённо смотрела, он тяжело вздохнул и надавил мне на макушку, заставляя пригнуться. Для Артура, который каждый день строит из себя человека высшего общества, это было совсем не аристократичное поведение.

Что вы делаете? Хотите, чтобы я ещё немного не поднимала голову? Хорошо, если вы сделаете вид, что не видели моих действий, я буду кланяться столько, сколько захотите!

И тут сверху раздался голос Айсли:

— Братишка!... Мой дорогой Артур~

Похоже, он пришёл сюда искать виновника, бросившего в него хлеб.

Радоваться, что он больше не разговаривает с сестрой, или бояться, что он явился по мою душу? Я пригнулась ещё ниже и затаила дыхание.

— …Не называй меня так, идиот. Отвратительно слышать.

— Ты тут никого не видел?

— …

— Я просто стоял, и кто-то бросил в меня вот это.

— Хлеб? Не знаю. Здесь никого не было.

Я распахнула глаза и посмотрела на Артура.

Что? Почему он меня прикрывает? Разве он не должен сказать Айсли, что хлеб бросила я? Разве его характер не велит ему поступить именно так?

Внезапно я вспомнила, что случилось до возвращения моих воспоминаний.

Однажды я случайно разбила вазу во время уборки. И, как назло, меня поймал Артур. Он лишь нахмурился, немного отругал меня и отправил убирать осколки. Весь день я едва не задыхалась от страха, что меня заставят заплатить за вазу. Только вечером я узнала, что он солгал, будто именно он разбил вазу.

Я чувствовала себя идиоткой, совсем как тогда.

Ты головой ударился?

— Но зачем ты прячешься?

— Ух…

Айсли просунул голову в окно и посмотрел на меня. Я быстро спрятала корзину, которую держала в руках, и покачала головой.

— …Я просто споткнулась.

— Ха-ха, да, наверное, ты упала.

Он рассмеялся надо мной, словно я была полной дурой. Этот мелкий… Хотя, если честно, оправдание и правда было глупым. Но в такой ситуации ничего лучше придумать было невозможно. Что ещё можно сказать человеку, который видел всё собственными глазами?

Айсли сузил глаза и демонически улыбнулся. В его руке лежала разрезанная пополам буханка хлеба.

— Разве не ты это бросила? Я подумал, ты прячешься после того, как бросила её~

— О, нет…

— Она не при чём. А теперь исчезни с глаз моих.

Артур меня прикрывает?

Как бы то ни было, в тот же миг лицо Айсли вдруг стало совершенно безразличным. В следующую секунду он швырнул хлеб Артуру прямо в лицо.

Буханка отскочила и упала на землю. Артур смотрел на Айсли так, словно говорил: «Ну всё, ты доигрался».

Безумие… Что сейчас произошло? Почему Айсли внезапно так разозлился и вдруг метнул хлебом в лицо брату? Какое кощунство!

Я смотрела на эту сцену с открытым ртом и решила не забивать себе голову.

Они ведь уже сумасшедшие, значит, и ведут себя безумно, верно?

А когда я подумала, что этот мерзавец только что пережил нечто унизительное, то почувствовала одновременно растерянность и радость.

— Айсли Эмерс!

Артур не смог сдержать гнева и схватил Айсли за ворот.

— Отброс… Что это вообще было? Ты импульсивный, глупый и жестокий! Это совсем не поведение аристократа!

— Да-да~

Айсли, бывший самим воплощением жестокости, лишь равнодушно пожал плечами.

— Почему же я это сделал? Может, потому что разозлился?

Надо же, у него ещё и проблемы с самообладанием! Вот он — идеальный мужчина, который в будущем искромсает меня ножом!

Они так яростно ругались, что даже слуги испуганно отступили. Обстановка накалилась до предела, и слова, которыми они обменивались, были полны злобы. Удивительно, что они ещё не пускали в ход кулаки.

Будь я Артуром, уже наставила бы Айсли синяков под глазами.

— Фух, они так яростно ссорятся… Тогда я, пожалуй, пойду…

Я осторожнее прежнего покинула это место. Хорошо, что меня никто не поймал!

Идя по коридору, я заметила вдали Оссеса и быстро свернула в другую сторону, чтобы избежать встречи. Потом встретила сестру, обняла её и наконец добралась до кабинета старшей горничной.

Надев очки, она просматривала бумаги. Даже не взглянув на меня, сказала:

— Ты довольно долго, Лайла. Кухня не так далеко.

— Ах~ Я любовалась небом…

Любовалась небом. Это был ещё один способ сказать, что я ходила в уборную.

Старшая горничная усмехнулась и указала на диван.

— Вот как. Хорошо, садись.

— Да! Ах, и вот закуски. А ещё я выбрала это, они такие красивые.

Я передала ей букет из светло-бежевых полевых цветов, которые нашла за кухней. Не знаю, как они называются.

Старшая горничная погладила меня по голове, и я села на диван.

Лайла, а ты ведь отлично умеешь подлизываться! Будь я слугой императора, наверняка стала бы его лучшей фрейлиной… Какая жалость, что я всего лишь обычная горничная! Может, мне ещё и сердце герцогини покорить? Ой, да как мне справиться с этой, похожей на фарфоровую куклу, женщиной?

Я мысленно рассмеялась.

И тут заметила в углу дивана корзину с пряжей. Раньше она была накрыта тканью, поэтому я её не увидела.

Хочу…

Сестра, мечтавшая стать модельером, любила вязать и шить. Она очень обрадуется, если я принесу ей спицы и пряжу.

Старшая горничная, словно заметив, как я смотрю на корзину, сказала:

— Хочешь взять?

— А? Правда?

— Конечно, а что я не могу тебе дать? Можешь взять всё, кроме одного мотка.

— Спасибо!

Сестра, я заберу это тебе~!