Глава 72 — Без названия

На чёрной маске-очках не высвечивалось смайлика.

На её гладкой поверхности отражалось лишь моё лицо.

В этом отражении моё лицо застыло.

Стояло молчания. Ни я, ни Че Хёно не раскрывали рта.

И тут в давящей тишине бодро выскочило системное окно.

Солнце садится! Жара спала, и в подземелье опустилась ночь.

Какие же приключения ждут в ночном подземелье?

Уведомление об окончании дневного подземелья. Я почувствовал, как остывает раскалённый воздух, наполнявший пространство.

Я медленно разлепил губы.

– Подполковник Че.

Нет ответа. Горгоса же мёртв, значит, он должен был очнуться от иллюзии...

Я уже хотел окликнуть его снова...

...как на чистом инстинкте отшатнулся.

Вжик.

На полу, где я только что стоял назад, остался глубокий порез.

Там, где прошлась металлическая рука, остались глубокие борозды как от когтей хищника.

Я судорожно сглотнул.

В памяти всплыли слова Гвак Ханмука, сказанные в DZD.

Он говорил: если на маске-очках светится смайлик, то Че Хёно в здравом уме.

Я уставился на абсолютно тёмные линзы маски-очков и снова окликнул его:

– Подполковник Че, вы в пор... Уф!

Он вновь взмахнул рукой.

Я попытался уйти с траектории удара, но это не помогло.

На меня обрушился град чёрных полумесяцев, и острые края всё же рассекли кожу.

Я ещё не успел толком оправиться от шипов, а уже получил новые раны.

– Каштан, – окликнул меня Доминик.

Я поспешил шепнуть ему:

– Нет, всё нормально. Я сам справлюсь.

Принимать его помощь было никак нельзя.

Доминик уже успел показать мне впечатляющее магическое шоу.

Даже если попросить его просто обезвредить противника, он мог бы снова пустить в ход ту же разрушительную магию, а потом списать всё на «оплошность».

Да даже попав под обычный Луч от него, даже Че Хёно получил бы серьёзные увечья.

С Че Хёно я обязан был разобраться сам.

Проблема была в том, что мой класс – повар.

Атакующих навыков у меня, естественно, нет, да и нормального оружия тоже.

Забив инвентарь кулинарными ингредиентами, я не захватил ни одного лечебного предмета, так что и восстановить здоровье было нечем.

Впрочем, кое-какое послабление у меня всё же было.

Че Хёно не атаковал меня в полную силу.

Его действия сейчас скорее походили на попытку просто отогнать меня.

Если бы он и впрямь хотел меня убить, те чёрные полумесяцы уже прошили бы мои жизненно важные органы.

«Подумаешь, всего лишь царапина на предплечье».

Для Че Хёно это даже слабым предупреждением не назовёшь.

Наоборот, в его ударах было куда меньше силы, чем обычно, что даже вызывало тревогу.

Видно было, что ему и впрямь очень плохо.

Я напряжённо вгляделся в Че Хёно.

Как ни странно, после залпа полумесяцев он больше не нападал.

Он просто стоял неподвижно, и я уже было обнадёжился, что смогу его образумить, как вдруг...

Лязг.

Че Хёно внезапно расправил крылья.

Шесть крыльев, раскрывшихся с металлическим лязгом, отбросили зловещую тень.

Стоит ему в таком состоянии осыпать меня градом металлических перьев, и я тут же скончаюсь, угодив прямиком на обеденный стол к Инфернуму.

Но меня посетила странная мысль.

Я был абсолютно уверен, что он не станет меня атаковать.

Однако это знание не приносило облегчения.

Наоборот, тревога лишь усилилась.

Раздался визг трущегося металла, и Че Хёно сразу исчез.

Он рванул с такой скоростью, что мой взгляд едва поспевал за ним.

Целью его рывка была стена подземелья.

Бабах!

Каменная кладка разлетелась в крошку.

Однако пространство поддерживалось магией, поэтому стена не обрушилась, а начала сама собой восстанавливаться.

Но не успела поверхность стать гладкой, как Че Хёно снова и снова начал биться об неё головой.

Бам! Бам! Бам! Бам!

Глухие удары головой без остановки следовали один за другим.

Их разбавил недоумевающий голос Доминика:

– Это тоже одна из способностей берсерка?

Я, всё ещё не понимая, что вообще происходит, спохватился и закричал:

– Подполковник Че!!!

Его окружали крылья, целиком состоящие из острых как бритва металлических пластин, так что к нему было невозможно даже прикоснуться.

Я невольно выругался.

Я думал только о том, как увернуться от его атак, и уж никак не ожидал, что мне придётся останавливать его, когда он с размаху бьётся головой об стену.

Я лихорадочно перебирал в памяти свой инвентарь. Кажется, там была одна вещица, которая могла пригодиться.

Рукавицы адской печи: толстые кухонные рукавицы, усиленные кожей лавового крокодила. Идеальны для готовки при экстремально высоких температурах. (Защита +70, шанс успеха готовки +5%, иммунитет к огню).

Уникальный предмет для повара, который с небольшим шансом выпадал с босса 29-го этажа, гоблина-пиромана.

Я брал их как кухонную утварь, но показатель защиты был весьма неплох.

А главное, рукавицы были толстыми и хоть немного, да защитят от металлических перьев.

Я торопливо натянул рукавицы и бросился к Че Хёно.

Рукавицами я начал отталкивать металлические крылья.

Я старался не касаться острых кромок, но даже так руки полностью не защитишь.

Ткань рукавиц быстро превратилась в лохмотья, и лезвия начали впиваться в кожу.

От леденящего прикосновения металла к ладоням меня парализовало, но я заставил себя двигаться.

Мне всё же удалось ухватить Че Хёно за предплечье.

Я потянул его на себя, едва не присев от натуги.

– Подполковник Че, придите же в себя!..

Че Хёно, который, как мне казалось, будет упираться, послушно оторвался от стены.

Отступив на пару шагов, он взглянул на меня.

– ...

В гладких линзах маски-очков вновь отразилось моё лицо.

Вскоре он отвёл взгляд и медленно поднял металлическую руку.

И раздался жуткий ХРУСТ.

Я во все глаза смотрел на происходящее.

В воздухе резко запахло свежей кровью, и металлические перья с грохотом рухнули на каменный пол подземелья.

Че Хёно собственной металлической рукой выдирал себе крылья.

На каменный пол рухнуло крыло, вырванное целиком.

Я застыл, наблюдая за этим кошмаром.

А когда он принялся выдирать второе, я в ужасе закричал:

– Че Хёно!!!

И в панике активировал способность.

«Запрет».

Металлическая рука, вцепившаяся в крыло, застыла.

Выиграв немного времени, я попытался подобрать упавшее крыло.

Но в этом не было нужды.

Вырванное крыло прямо у меня на глазах пришло в движение само по себе.

Лязг, лязг-щёлк...

Крыло распалось на десятки металлических перьев и, обагрённое кровью, устремилось обратно к хозяину.

Перья впились в изорванную, сочащуюся кровью плоть, заново формируя крыло.

Словно его и не вырывали: ничуть не помятое, в первозданном виде.

Единственным напоминанием о том, что крыло вырывали, осталась алая кровь на металлических перьях да стекающая сквозь мои пальцы.

Запрет спал.

Замерший было Че Хёно, стоило Запрету спасть, тут же снова вцепился в крылья.

Я снова наложил Запрет, и металлическая рука Че Хёно замерла, но всего на пару секунд.

Едва Запрет спадал, как Че Хёно немедля принимался драть себя.

Но сколько бы он их ни выдирал и ни отшвыривал, толку не было.

Словно его сопротивление было совершенно бессмысленным, вырванное крыло назло ему обретало первоначальный вид.

Че Хёно, понимая всю бессмысленность этого, продолжал раз за разом выдирать крылья.

Сколько бы раз я ни накладывал Запрет, как только тот спадал, Че Хёно снова калечил себя, и у его ног уже натекла целая лужа крови.

Так конца-края не будет.

Я до скрежета стиснул зубы.

«Ну что ж, давай попробуем».

Испепеляя Че Хёно взглядом, я активировал новую способность вместе с Запретом.

«Запрет, Покровительство».

Покровительство было не самой подходящей способностью для текущей ситуации.

Она защищала от внешних атак, а не от самоистязания.

Но я решил, что нужно хоть что-то предпринять.

Что угодно, лишь бы остановить это безумие.

Наверное, из-за того, что я слишком быстро активировал способности одну за другой.

Глаза жгло.

В отражении на маске-очках мои глаза вспыхнули золотым огнём.

Эти необычные зрачки, одновременно чужие и до боли знакомые.

Казалось, больше тратить силы на способности не стоило, но останавливаться я не собирался.

Я не желал смотреть, как тот, кто является моим, калечит себя.Это было совершенно недопустимо.

На голову обездвиженного Запретом Че Хёно опустилась золотая вуаль.

Стоило шлейфу вуали коснуться его, как Запрет спал.

Я уже был готов снова наложить Запрет, но Че Хёно ничего не предпринял.

Он продолжал стоять смирно, словно всё ещё связанный моей волей, и лишь запрокинул голову.

Потолок подземелья был сплошь каменным.

Не было видно ни кусочка неба, но он смотрел в пустоту, словно высматривая звёзды.

И тут до меня дошло, что он смотрит не на каменные своды, а на вуаль Покровительства.

Окутанный золотым сиянием Че Хёно замер в тишине.

Он так и простоял неподвижно, пока вуаль не растаяла.

Время действия Покровительства истекло, золотое сияние поблёкло, и вуаль рассыпалась огнями.

Осколки света стекали вниз.

Че Хёно медленно поднял металлическую руку.

Он попытался поймать угасающий свет, но рука, способная рассечь что угодно, не смогла ничего удержать.

Он бессильно уронил руку.

Я напряжённо следил за каждым его движением.

– Превосходное владение способностями, Каштан. Благодаря вам этот берсерк, кажется, наконец пришёл в себя. Вот только чтобы держать его при себе как того, кто ваш, хм... его придётся немного воспитать.

До меня донеслась похвала Доминика, но слова пролетели мимо ушей.

Я не мог отвести глаз от Че Хёно, боясь, что он снова начнёт биться головой об стену или выдирать себе крылья.

Че Хёно обернулся ко мне.

Щёлк.

Сдвинув маску-очки на лоб, Че Хёно посмотрел на меня ясным, незамутнённым взглядом.

Его глаза, где чётко выделялись радужка и зрачок, были совершенно спокойны.

Трудно было поверить, что ещё пару секунд назад этот же человек творил форменное безумие.

Он протянул ко мне руку.

Остриё лезвия на его металлической руке нацелилось прямиком мне в глаз.

Острый кончик замер в миллиметре от моего глаза.

Было жутковато от мысли, что он сейчас его выколет, но я не стал уклоняться и просто ждал.

Рука, готовая, казалось, прошибить мне череп, вскоре была убрана.

– Вы теперь в здравом уме?

Че Хёно молча и пристально смотрел на меня.

– Гоё-я.

Я одними губами прошептал:

– Да, подполковник Че?

Голос, изувеченный < Зеро >, хрипло резанул слух.

– Тебе, похоже, и впрямь умереть захотелось.

– Да я... вообще-то жить хочу...

– Тогда почему не сбежал?

Я тут из последних сил трачу способности, чтобы его спасти, а он такое выдаёт.

Меня аж в жар бросило от возмущения, но в то же время на губы просилась усмешка.

Просто я ясно чувствовал, что к нему и впрямь вернулся рассудок.

– Без подполковника Че мне инвентаря не хватит, – сказал я ему, – так что давайте выбираться вместе.

෴

Сначала небольшая сводка по корейскому, потом красивые картинки. В оригинале для «тот, кто является моим» использовано слово 권속 (ханча: 眷屬), и буквально это слово переводится как «члены семьи», «домочадцы», «родня» или «свита». Теоретически в значении Гоё и Доминика это те, кто связаны с ними контрактом, подчинением или входят в личную фракцию. Корейские читатели немного сходят по этому слову с ума, так что я повременил с подбором конкретного слова в русском, чтобы не промахнуться со значением

У меня уже было несколько вариантов: вассал, подвластный, свита и фамильяр. Но так как корейский – это язык, сильно зависящий от контекста, я пока оставил в тексте, ну, назовём её «расшифровкой». Хороша она тем, что когда я выберу слово, получив недостающий мне контекст, я смогу спокойно вернуться к этой главе и уже подставить конкретику, а вы тем временем ничуть не потеряете от оригинального смысла.

Это мы прояснили, теперь красивые картинки.