Глава 85 — Без названия
Грохот!
Стул опрокинулся назад.
Что я упал, я осознал, только ощутив под спиной пол.
Тудум, тудум, тудум.
Сердце яростно колотилось. Так громко, что каждый удар отдавался по всему телу.
Изнутри поднялся обжигающий жар, и боль охватила меня, словно всё тело пожирало пламя.
– Ы-ых, ха-а!..
Я скорчился, пытаясь перетерпеть.
Из глаз непроизвольно хлынули слёзы.
Разинув рот, хватая воздух, я вцепился в грудь, раздирая её ногтями.
Хотелось выхаркать полыхающее пламя, но сколько бы меня ни выворачивало, шла только горькая жёлчь.
Всё тело горело заживо.
Я умирал.
Нет, я точно умирал.
– Каштан.
Доминик держал меня. Захлёбываясь слезами, я взмолился.
Помогите.
Пожалуйста, помогите.
Я умолял, но Доминик не помог.
Одной рукой он придавил моё бьющееся в судорогах тело, а другой лишь проверял состояние.
– Вы ещё юны, организм не справляется с таким количеством сразу. Надо было разделить на порции поменьше, пусть бы и эффект вышел слабее.
Я закричал.
больнонехочунехочугорячослишкомгорячонемогуестьспаситенехочубольнохватитхватитпожалуйстахватит
Ласковые, утешающие слова коснулись моего слуха сквозь чудовищную муку.
– Однако держитесь вы хорошо, Каштан. Осталось только это переварить, и тогда...
Мне казалось, мою душу рвут на клочья и бросают в огонь.
Нет, не казалось.
Я.
Я...
* * *
– ...!!
Стоило прийти в себя, как накатила раскалывающая головная боль.
Настолько сильная, что нереально было удержать рассудок.
Слишком многое перепуталось в голове, превратив мысли в кашу.
– Ха-а, ы-ых...
Я стискивал голову руками, мычал и долго мучился.
Лишь когда боль отступила, я смог осмотреться.
Палата Службы по Противодействию Испытаниям.
Та самая, где я лежал в прошлый раз, поэтому узнал её сразу.
В палате я был один.
Раньше каждый раз, когда я открывал глаза, рядом кто-нибудь сидел. Непривычно было оказаться одному.
– ...
Я попытался спокойно разложить по полочкам всё, что творилось в голове.
Задача не из лёгких.
– Каштан, вы в порядке?
Только тогда я ощутил мягкое, желеобразное прикосновение.
Я отлепил от щеки пудингового слайма.
Впервые за всё время я применил к нему физическую силу – раньше было слишком страшно даже трогать его без спроса.
– Каштан?
Я посадил слегка озадаченного слайма на ладонь и уставился на него.
«Почему мне так хочется его стукнуть».
Воспоминания после прохождения StP были размыты.
Вроде бы я о чём-то разговаривал с Домиником.
Всё остальное тонуло в тумане, но одно я помнил отчётливо.
– Я буду просить о помощи, только когда действительно понадобится, так что... помогайте мне только тогда?
Доминик в ответ на мою просьбу пообещал, что поможет.
Судя по одному этому воспоминанию, я должен был быть ему благодарен, но...
Почему-то на Доминика я злился и никак не мог унять эту злость.
Так, будто он сотворил со мной что-то ужасное.
А ведь я говорил, что не хочу есть.
Параллельно закралась ещё одна мысль: даже если попросить Доминика о помощи, он, скорее всего, и пальцем не пошевелит.
– Доминик, после прохождения StP... что-нибудь произошло? У меня провал в памяти.
Доминик добросовестно ответил на мой вопрос.
– Мы с вами трапезничали в ресторане, Каштан.
Я не помнил ровным счётом ничего, и от этого терялся.
Я силился восстановить утраченное.
– Я что, готовил вам огненного дракона, Доминик?
Предположив наиболее вероятный расклад, я спросил, и Доминик тихо рассмеялся.
Ответ он дал уклончивый.
– Благодаря вам, Каштан, время прошло весьма приятно.
– ...
Что же Доминик со мной сделал?
Провалы в памяти вызваны моим физическим состоянием или самим Домиником – я не мог понять.
Хотелось расспросить подробнее, но по нему сразу видно: отвечать он не намерен.
Меня захлестнул порыв насилия.
В итоге я всё-таки совершил чудовищный поступок.
Жмяяяяк.
Расплющил пудингового слайма в лепёшку!..
– Каштан?..
– Доминик, – невозмутимо обратился я к нему, позвавшему меня сплющенным голоском. – Мне позарез нужна ваша помощь. На душе так беспокойно и тяжело, что если не помну что-нибудь мягкое, я рискую серьёзно пострадать.
– Вот... оно что. Юный бог хрупок во многих отношениях.
Пудинговый слайм покорно сносил мои руки.
Некоторое время я провёл в своё удовольствие.
Ощущение мягкого, пружинистого тельца, прилипающего к ладони, целительно действовало на истерзанную психику.
Я мял пудингового слайма, когда внезапно всплыло системное окно.
Вы полагаете, что вам лучше перестать мять это ужасающее бедствие.
Я равнодушно скользнул взглядом по системному окну, появившемуся впервые за долгое время.
Где оно пропадало всё это время, прежде чем заявиться?
«Энергия уже восполнилась?»
Тогда ведь речь шла о нехватке чего-то.
Вы подверглись серьёзной опасности из-за отсутствия системного окна.
Вы решаете, что необходимо развивать свои способности юного бога хотя бы ради поддержания системного окна.
Кроме того, вы приходите к выводу, что от ужасающего бедствия лучше держаться подальше.
Это существо способно прельстить вас и увлечь в бесконечную пустоту.
И снова прописные истины.
Я демонстративно давил пудингового слайма, мысленно возражая.
«Если бы я мог держаться подальше, давно бы так и сделал».
На это системное окно всплыло снова.
Вы считаете, что не должны полагаться на него в эмоциональном плане.
Вы также даёте себе обещание всегда помнить о его истинной сути и сохранять бдительность.
Вроде бы я и не полагаюсь...
Я остановился и ненадолго опустил взгляд на пудингового слайма.
Безжалостно измятое мягкое тельце спросило:
– Вам полегчало, Каштан?
Для инопланетного пудингового слайма он был довольно заботлив.
И учтив.
Дзинь!
С оглушительным звоном, точно призывая опомниться, всплыло системное окно.
◆ Эпический квест <Хан Гоё>: закрыть 7 Испытаний в течение двух месяцев.
Вот и дождался.
«Давать, так дал бы до прохождения StP».
Нет, обязательно нужно выдать квест с опозданием.
Системное окно, не считаясь с моим настроением, выплёвывало строку за строкой.
Я прочёл эпический квест, кипя от недовольства.
Вы, юный бог планеты «Земля», успешно заявили о себе в Акаше.
Существа Акаши начали замечать вас.
Обернётся ли это для «Земли» благом или бедой, зависит от юного божества.
Всего, чем вы располагаете, катастрофически мало, чтобы предотвратить грядущую трагедию.
Вы полагаете, что для изменения печального будущего необходимо закрыть 7 Испытаний в течение двух месяцев.
*Испытаний закрыто: 0/7
(Внимание! В случае провала квеста глаза будут изъяты! В случае успеха глаза сохраняются.)
На этот раз за провал грозились вырвать глаза.
Я прикидывал, что хуже – ампутация конечностей или потеря глаз, – и невесело усмехнулся. Как раз тогда Доминик окликнул меня:
– Каштан.
И медленно спросил:
– Вы успели заключить контракт с другим богом?
Запросто считав недовольство, я вздрогнул всем телом.
Низкий, тяжёлый голос переспросил:
– Без моего дозволения?
Все мысли, терзавшие меня до того, разом вылетели из головы, и всё моё внимание сосредоточилось на Доминике.
Я знал, что он не видит другие системные окна, а может видеть только окно квестов.
Но при обычных квестах в Испытаниях он так не реагировал.
«Наверное, потому что эпический квест выдаёт система, а не Испытание?»
Я и раньше подозревал, что моё системное окно – божественная сущность.
Но мне и в голову не приходило, что Доминик примет его за контракт с другим богом.
– Нет. Это не контракт, а просто... в одностороннем порядке...
Доминик ненадолго умолк.
За эти секунды тишины я лихорадочно перебирал варианты, как объяснить ему эпический квест.
К счастью, Доминик быстро разобрался в недоразумении.
– Значит, это конструкция, позволяющая общение без заключения контракта. Каштан, я ошибся.
Пронесло.
Сердце только что чуть не оборвалось. Я внутренне выдохнул с облегчением.
Доминик спокойно спросил:
– Как вышло, что другой бог стал давать вам поручения? И вознаграждение предлагает грошовое.
– Я не по своей воле это принял.
Я пожаловался Доминику: ни о каком контракте речи не шло, всё навязали насильно.
Когда я объяснил свою ситуацию, Доминик удивился и навострил уши.
– Надо же, такое бывает...
Он интеллигентными выражениями обругал мерзкого бога, обманывающего несведущее юное божество.
Голос у Доминика и без того приятный, низкий, поэтому даже ругань звучала благородно.
– Если вам нужна помощь, скажите. Я поищу способ решить эту проблему.
Предложение было крайне соблазнительным.
Но вызвало странное отторжение.
Вы ощущаете опасность. Вы помните: безвозмездной щедрости не бывает.
Системное окно тоже забило тревогу.
«И это от того, кто сам подсовывает квесты, за провал которых грозят вырвать глаза».
Да и есть ли у меня что-то, что Доминик мог бы забрать в качестве платы...
Пока лучше отказаться.
– Спасибо, Доминик. Но мне так или иначе нужно закрывать Испытания, поэтому я попробую справиться сам.
– Хм, понятно.
Доминик легко отступил. И, шевельнув ушами, сказал:
– Не знаю, утешит ли вас это, но для Каштана, столько натерпевшегося, у меня есть кое-что рассказать. То, о чём вы спрашивали.
– ...!
Он хотел объяснить, почему Гвак Ханмук способен видеть Доминика.
Я обрадовался и повернулся к нему.
– Проще будет объяснить, глядя на него. Позовём его сюда.
– ...А, нет, сейчас не выйдет. Я чуть позже схожу к нему сам.
Я был не в том положении, чтобы кого-то звать.
Да и свободно передвигаться тоже не мог.
Мысль о Гвак Ханмуке потянула за собой воспоминания о том, что я натворил в конце StP.
Тогда я без удержу применял способности на капитанах...
А огненного дракона, когда тот удирал, как я его остановил? Всё, что было потом, а именно – разговор с близнецами, я помнил во всех подробностях.
Я пытался склеить дырявые воспоминания и вдруг обратил внимание на странность.
«Почему так тихо?»
Узнай Самра, что я очнулся, он бы примчался немедля.
В палате висели камеры наблюдения, и он должен был видеть, как я пришёл в сознание. Однако я по-прежнему пребывал в гордом одиночестве, не считая Доминика.
Я покосился на камеру.
Зачем-то помахал рукой, почувствовал себя глупо и уже опустил руку, когда...
Шлёп.
Пудинговый слайм на другой ладони подпрыгнул и прилепился к моей щеке.
И порекомендовал тоном лечащего врача:
– Как насчёт ещё немного отдохнуть, Каштан?
Прыгучесть у пудингового слайма была отменная.
Я кивнул и снова лёг на койку.
Проснулся я от головной боли, но тело по-прежнему чувствовало себя неважно.
Кажется, в том отрезке, который я не помнил, меня то ли отделали в StP, то ли ещё что. Всё тело ныло и ломило.
Всё потому, что ■■■■ до конца ещё не переварился.
Стоило опустить голову на подушку, как навалилась усталость.
Посплю ещё немного, а там, глядишь, и Самра подойдёт.
Он занятой андроид, наверняка сейчас чем-то занят, но после сна мы точно встретимся.
«Подполковник Че и капитаны ведь благополучно выбрались?»
С этой мыслью я провалился в сон.
– ...?
Меня разбудил оглушительный вой сирены.
Что такое?
Я взмахнул рукой в полусне, и пальцы задели что-то мягкое, вроде коротких нитей.
Перед глазами замелькало.
Я заморгал, пытаясь согнать пелену.
И понял.
Мои пальцы задели голографические волосы Самра.
А ещё я осознал, что нахожусь в совершенно немыслимой ситуации.
– Хан Гоё, вы пришли в сознание. Для начала медленно вдохните.
Я был у Самры на спине.
Новейший андроид нёс меня на закорках и нёсся бегом по коридору.
Я честно выпал в шок. Кругом, тем временем, творился хаос.
Выла сирена, мигали красные аварийные огни.
– Код Красный. Код Красный. Реальная угроза. Код Красный. Код Красный.
Код Красный, означающий наивысшую степень опасности. Оповещение непрерывно било по барабанным перепонкам.
Ладно, вроде бы это и впрямь Служба...
Пока я обалдело молчал, Самра ввёл меня в курс дела.
– Директор Ча из «Эхо» совершил теракт на Службу по Противодействию Испытаниям.