Глава 84 — Без названия

Интерьер ресторана тоже совершенно преобразился.

Внутри стало так же красиво, как и снаружи, и я восхитился про себя.

В ресторане стоял единственный стол.

Усевшись на стул, я поднял взгляд на Доминика напротив.

Стул он подобрал только себе по размеру, а столешницу опустил под мой рост.

При такой разнице Доминику было бы крайне неудобно есть.

– Доминик, вам не нужно подстраиваться под меня.

Я мог просто пересесть на высокий стул. Уже поднимаясь, я кое-что вспомнил.

– А... Вообще-то я ведь обещал угостить Доминика своей стряпнёй?..

Огненный дракон!

Я обещал приготовить для Доминика блюдо из огненного дракона.

Забыть о таком! Меня прошиб холодный пот.

«Куда подевался огненный дракон? Он что, сбежал? Нет, только не это».

Доминик, улыбаясь, удержал меня, когда я заполошно рванулся со стула.

– Сидите, Каштан.

– Но у меня ведь квест от вас, Доминик...

– Не стоит переживать. Всё это и так формальность.

Он спокойно объяснил, что необходимость уже отпала, а готовку можно поручить кому-нибудь другому.

– Награду за квест я всё равно вручу, Каштан, так что не беспокойтесь.

Совесть меня заела.

Всё время пребывания в StP я завлекал его обещанием готовить, а в итоге ничего так и не приготовил.

Доминик, наоборот, принялся меня утешать.

– Сейчас мы в ресторане просто для того, чтобы насладиться вкусной едой вместе, Каштан.

К столу подошёл официант.

Одетый в аккуратную форму, он целиком состоял из чёрного металла.

Доминик снял перчатки и заказал нечто незнакомое.

– Бокал амонтильядо.

Официант вернулся с вином.

Он наполнил крохотный бокал передо мной. Рядом поставил блюдо с устрицами.

«Вино принято пить из таких маленьких бокалов?»

Я с любопытством разглядывал золотистый напиток.

Пить не особо хотелось.

Но раз это аперитив, да ещё заказанный Домиником для меня, я поднёс бокал к губам.

Ореховый, чуть поджаристый аромат. Я осушил бокал до дна.

На вкус оказалось лучше, чем я ожидал. То ли от алкоголя, то ли ещё от чего, но настроение немного приподнялось.

Официант снова наполнил бокал.

Я украдкой покосился на него.

Гладкое, безглазое лицо из металла напомнило господ дворецких из CCC.

«Скучаю по господам дворецким».

Пока я предавался воспоминаниям о тех, по кому тосковал, хозяин* обратился ко мне.

– Это не парадный обед, однако для лёгкой трапезы будет вполне достаточно.

(*Если употреблено не обычное «хозяин», а свойственное Доминику «хозяин-ним», я впредь буду выделять это курсивом.)

На слова о небольшом, упрощённом формате я ответил улыбкой и согласился.

Тогда хозяин почему-то пристально на меня посмотрел.

– Вот те раз, Каштан...

И озадаченно сощурился, кривя губы в улыбке.

– Как и следовало ожидать, контролировать непросто.

Хозяин произнёс странные слова, а затем легонько постучал кончиками пальцев по столу.

Длинные прямые пальцы извлекли тихий, едва слышный звук.

Но, как ни странно, в моей голове он отозвался так, будто кто-то колотил прямо по мозгу.

Короткая, пронзительная боль.

Я ахнул и обхватил голову обеими руками.

А потом медленно опустил их.

Сам не понял, что на меня нашло и зачем я вдруг схватился за голову.

Я растерянно уставился на свои ладони, когда Доминик окликнул меня.

– Каштан.

– Да, Доминик?

– Вот и хорошо. Такой уровень будет в самый раз.

– Простите?

– Пустяки. Выпьете ещё шерри?

Пока подавали блюда, мы с Домиником беседовали.

По большей части он давал мне дельные наставления, и время шло с пользой.

– Каштан, вы чересчур мягки с сонмом*. Мне понятно желание относиться к ним хорошо, но потакать во всём не стоит. В конечном счёте они – ваша собственность. Нужно учить их служить хозяину.

(*То самое слово, ранее отмеченное мною как «тот, кто мой».)

Я отхлёбывал суп-консоме и только кивал.

– С людьми тоже незачем быть великодушным. Тем, кто пытается помыкать юным богом, следует показывать холодность.

Судя по всему, Доминик считал, что наивного юного бога на Земле притесняют и обижают.

Я-то думал, он добр ко мне как к контрактору, а оказалось, причина ещё и в этом.

Для начала стоило объяснить, что Земля мне не принадлежит, да только заблуждение пустило такие глубокие корни, что и не поправишь.

Я ответил, что понял, и не стал спорить.

– Как вы познакомились с тем, кто помог вам на этот раз?

– А, мсье Чёрные Квадраты?

Доминик рассмеялся сразу, едва услышал.

– Славное прозвище вы ему придумали.

Я рассказал, почему зову его Чёрными Квадратами, как мы познакомились, и обо всём прочем.

Доминик оказался внимательным слушателем, и рассказывать ему было одно удовольствие.

Он не перебивал и реагировал к месту.

– Вон оно что. Но будьте осторожны. Существа такого уровня, стоит им заинтересоваться, становятся крайне назойливы.

Голубые глаза Доминика блеснули, и он игриво добавил:

– Без моего разрешения с другими богами контрактов не заключайте, Каштан.

Я заверил, что ни за что не заключу.

Одного инопланетянина в моей жизни более чем достаточно.

За прочими разговорами подали камбалу.

Доминик терпеливо ждал, пока я не доел последний кусочек рыбы.

– Я хотел кое о чём спросить.

Почему не спросил раньше, а дожидался?

Я вопросительно посмотрел на него, и Доминик, встретив мой взгляд, спросил:

– Вы расстроились тогда?

Не поняв, о чём речь, я дождался продолжения. Негромко, вполголоса:

– Что я не помог.

Я попросил его найти рог огненного дракона и получил вежливый отказ.

– Разве вы не обещали угостить меня исключительно своими силами, Каштан?

Я был уверен, что тогда сохранил невозмутимость, но от Доминика, выходит, ничего не укрылось.

Обида... нет, до обиды не дошло.

Просто неожиданный отказ слегка ошеломил.

Да и виноват в этом был целиком я сам.

Его помощь я отвергал когда хотел, зато когда попросил сам, почему-то не сомневался, что он согласится безоговорочно.

Но, если честно, в том, что у меня сложились такие ожидания, отчасти виноват и Доминик.

Он ведь всегда рвался помочь.

И то и дело спрашивал, не пора ли ему вмешаться.

Конечно, я не настолько обезумел, чтобы выложить всё это Доминику в лицо.

Как оправдаться, я тоже не знал, так что промолчал. Доминик тихо вздохнул.

– Непросто. Понять, когда нужно помогать.

– Дело в том... когда вы, Доминик, помогаете...

Нельзя было этого говорить.

– Скажите начистоту, Каштан.

Доминик прошептал мне, замявшемуся, так доверительно, как если бы поверял тайну:

– Здесь можно всё.

И слова, которые я так давил в себе, хлынули сами.

Словно кто-то запустил огромную руку мне внутрь и вытащил всё на свет.

– ...Бывает, мне страшно.

– Вот как, вам страшно.

– Да... Всегда слишком... чрезмерно.

– Хм, чрезмерно.

– Вы ведь никогда не помогаете ровно столько, сколько я прошу.

Я хотел замолчать. Но почему-то не мог остановиться.

– Поэтому я старался справляться сам, но когда я слишком упорствовал, вы, Доминик, явно расстраивались, и это тоже не давало покоя.

– Я понял, Каштан. Мне следовало заметить раньше, простите. Вам, должно быть, пришлось нелегко.

Учтивые извинения прозвучали с такой теплотой, что я застыдился.

– Нет-нет. Извиняться должны не вы, Доминик, а я.

А вдруг я напрасно трусил?

Доминик просто хотел помочь.

Поговори я с ним откровенно раньше, мы, возможно, нашли бы выход получше.

Я едва не поддался порыву выложить ему всё, но удержался.

Я чётко разграничивал, что можно говорить, а что нет.

О том, что мне страшно, вдруг Доминик, раз за разом используя силу, вернёт свои воспоминания, – об этом я не обмолвился ни словом.

– Признаться, помогать именно в той мере, в какой вы хотите, Каштан, дело не из лёгких.

Доминик объяснил, почему не может действовать так, как мне нужно.

И я его прекрасно понял.

Если сравнить, это всё равно что взять тончайшую, готовую вот-вот сломаться булавку и попытаться наколоть на неё пылинку.

Осознав, до чего дерзко было просить его использовать лишь крохотную толику своей силы, я снова извинился.

Доминик с улыбкой принял мои извинения и задал вопрос, которого я совсем не ждал.

– Каштан, как бы вы хотели, чтобы я поступал впредь?

Я широко раскрыл глаза. Такого вопроса я никак не ожидал.

Сидящий напротив, судя по всему, готов был принять любой мой ответ.

Под его мягким взором мои губы зашевелились прежде, чем рассудок успел вмешаться.

– Я буду просить о помощи, только когда действительно понадобится, так что... помогайте мне только тогда?

Сила Доминика пугала меня.

Из-за цены, которую приходилось за неё платить.

Последствия, бесконечно далёкие от всего, что подсказывал здравый смысл.

И страх, что Доминик, приближаясь к своей сущности, может вернуть воспоминания.

Я намеревался и впредь по мере сил обходиться без его помощи.

Но в критический час...

Когда на кону жизнь, лучше попросить о помощи.

Я уже не раз прикидывал варианты наедине с собой.

1. Я погибну, и Доминик останется один.

2. Я выживу, но Доминик вернёт воспоминания.

Первый вариант был наихудшим.

Доминик, оставшись один, ни за что не стал бы смирно жить в облике пудингового слайма.

Второй по сравнению с ним казался предпочтительнее.

Потому что... во втором случае я хотя бы мог стать тем, на ком он сорвёт злость.

А если очень повезёт, глядишь, на мне одном всё и закончится.

– Каштан.

Доминик мягко позвал меня.

Я посмотрел на него дрожащим взглядом.

– Не волнуйтесь. Всё в порядке. Впредь я буду поступать так, как вы хотите, Каштан.

– Доминик...

Его ласковость тронула меня до глубины души, и именно тогда...

...появился официант с основным блюдом и поставил тарелку передо мной.

– Основное блюдо дня, кушанье из глаз и сердца ■■■■.

Он звонко продолжил:

– Для полного сохранения богатого пламени ■■■■ ингредиенты приготовлены в первозданном виде. Хрустящая обжарка запечатала все соки, а гарниром послужил перемолотый рог ■■■■ для глубины вкуса. Надеюсь, трапеза придётся вам по душе.

Я проводил взглядом учтиво откланявшегося официанта и опустил глаза на тарелку, поставленную только передо мной.

Красное мясо переливалось рубиновым блеском, не иначе как россыпь самоцветов на тарелке.

Красивое, как ядовитый гриб: манит, а есть не решишься.

Есть одному невежливо, и я попытался подвинуть тарелку к Доминику.

Но Доминик отказался.

– Я бы хотел, чтобы это съели вы, Каштан.

– Но одному мне столько...

На губах Доминика проступила странная полуулыбка. Он поторопил:

– Ну же, Каштан. Ешьте. В прошлый раз, когда я заглянул внутрь, там всё ещё слишком мало. И повреждений полно. При принудительной регистрации наверняка появились новые, и это блюдо поможет.

Что значит «слишком мало»? Какие повреждения? Что за «заглянул внутрь»? Всё это было выше моего понимания.

Я замер с приборами в руках, и Доминик наставительно произнёс:

– В период роста положено есть разнообразно.

Есть не хотелось.

Чутьё подсказывало, что от этого блюда жди беды.

Инстинктивное отвращение сковало рот. Чем дольше я смотрел, тем сильнее подступала тошнота.

Я умоляюще поднял взгляд на Доминика.

Не успел и слова вымолвить, как он отрезал:

– Это не опасно.

Но...

– А ещё это поможет вам легче говорить как богу. Пока каждое ваше слово даётся с перенапряжением.

...

– Каштан.

Строго, безапелляционно.

Делать нечего. Я взял вилку.

И проткнул еду...

Вопреки яркому виду, на ощупь через прибор блюдо оказалось самым обычным.

Немного осмелев, я отрезал совсем крохотный кусочек и положил в рот.

Осторожно пожевал. Вкус тоже оказался обычным, как у хорошо прожаренного мяса.

Понемногу я одолел всё блюдо.

Чувствовал, как каждый кусочек еды проходил по пищеводу.

Доминик не сводил с меня глаз, пока я не опустошил тарелку.

Он проследил, как я проглотил последний кусок и дёрнулся кадык, и лишь тогда на его лице проступило удовлетворение.

– Вы молодец, Каштан.

Всё, что я сделал, – поел, так что похвала смутила.

Я натянуто улыбнулся и уже хотел сказать, что всё было вкусно и что жду десерт...

– ...!

Как схватился за грудь и рухнул.