Глава 87 — Без названия
От столь знакомых надменных слов сердце гулко заколотилось.
Я едва не выпалил приветствие, но в последний момент сдержался.
С тех пор как я узнал, что мир Хроник реален, я не раз представлял встречу с любимым персонажем.
Здравствуйте, я курсант Службы по Противодействию Испытаниям, Хан Гоё. Наслышан о вас, гендиректор Ча. Очень рад знакомству. Автограф, случайно, не... Нет, конечно же нет. Так точно. Простите.
Примерно в таком духе мне всё виделось.
Но такая первая встреча мне и в голову не приходила.
Однако увидеть воочию того, кого прежде знал только по пиксельной графике, было потрясающе.
Я, потеряв дар речи, разглядывал любимого персонажа во плоти.
– ...
Гендиректор Ча, поймав мой взгляд, какое-то время молча смотрел на меня в ответ.
Затем легко спрыгнул с капота джипа.
Мужчина, выпрямившийся во весь рост, оказался здоровенным. Я знал, что рост у него немалый, но вживую он выглядел ещё выше.
Чуть ниже Гвак Ханмука, а значит, сантиметров сто девяносто набиралось точно.
Поджарое телосложение в сочетании со спортивной одеждой придавало ему вид бойца-единоборца.
«Рядом с капитаном Гвак они бы сошли за спортивную сборную».
Я увлечённо разглядывал его, когда лязг металла привёл меня в чувство.
Гендиректор Ча достал из инвентаря оружие, формой напоминающее крупнокалиберную пушку, и закинул себе на плечо.
По центру ствола располагалась прозрачная камера, внутри которой вихрился голубой разряд.
Я в ужасе захлопал Самру по плечу.
– Самра!
Предмет, который достал директор Ча, был пушкой EMP Shockwave.
Я пользовался ей в игре Хроник: она разом выбрасывает мощный электромагнитный импульс и перегрузкой выжигает внутренние цепи механизмов.
Для андроида вроде Самры – оружие смертельное.
Я хотел крикнуть, что нам надо бежать, но Самра ответил раньше, чем я успел рот раскрыть.
– Не стоит беспокоиться, Хан Гоё.
Он недвижимо глядел на направленное в него дуло.
– Подобными примитивными средствами меня не повредить.
Для меня EMP Shockwave была верхом технологий, а он взял и назвал её примитивной. Крыть было нечем.
Голографические зрачки и волосы Самра ярко засверкали.
Прежде они мерцали приглушённым голографическим свечением, а теперь полыхнули так, что высветили всё кругом.
Гендиректор Ча прицелился в Самру и нажал на спусковой крючок.
Ззыыынь!
Воздух прорезал высокочастотный визг, и вихрящийся в камере голубой разряд сжался в одну точку.
Перед угрозой обратиться в груду металлолома Самра бесстрастно произнёс:
– Формирую электромагнитное противофазное волновое поле длительностью пятнадцать минут тридцать семь секунд.
Из дула вырвалась ослепительная синяя вспышка.
Мощнейший электромагнитный импульс.
Одновременно от Самры разошлась прозрачная волна.
Пространство на её границе исказилось и заколыхалось маревом.
Бесплотная сфера столкнулась с импульсом в воздухе.
Взрыва не последовало, однако то, что произошло, оказалось куда диковиннее любого взрыва.
Вдоль линии столкновения пространство скрутилось и вспыхнуло, как масляная плёнка по воде.
Электромагнитная энергия, способная парализовать целый город, коснулась прозрачной сферы Самры и бесследно растаяла.
Пока я смотрел на всё это, разинув рот, Самра объяснил происходящее.
– Это деструктивная интерференция. Противоположные волновые формы наложились и взаимно погасились.
Чего-чего?
Заметив, что я не понял, он привёл предельно простую аналогию.
– Принцип тот же, что у шумоподавления. Я создал волну, противоположную шуму.
Вроде бы стало чуть понятнее.
Но перестало, как только он продолжил.
– Чтобы блокировать мгновенный импульс противофазной волной, необходимо в реальном времени анализировать частоту, форму волны и скорость выхода. Я произвёл миллиарды вычислений в секунду, полностью проанализировал волновую форму импульса и сгенерировал противофазную волну со стопроцентной синхронизацией.
Мне показалось, что Самра слегка хвастается, и вряд ли это плод воображения... Хотя кто знает...
Одно было бесспорно: Самра совершил нечто из ряда вон.
Я, всё это время просидевший у него на спине зрителем, не удержался от похвалы.
– Вы и правда поразительны. Не знал, что вы и такое умеете. И объясняете здорово.
Прямо как платный ИИ.
Не бесплатная версия, а тот, за который платишь несколько сотен тысяч вон в месяц по подписке.
Правда, не оскорбительно ли для андроида сравнение с платным ИИ? Не желая непоправимо согрешить, я оставил эту мысль при себе.
Вскоре противофазная волна Самры полностью поглотила импульс и накрыла радиус в километр.
И тогда открылась удивительная картина.
Все фонари и табло в радиусе мигнули голубоватым послесвечением и погасли.
Все звуки как ножом отрезали.
Вся электроника остановилась, и мельчайшие фоновые шумы разом исчезли.
Навалилась мёртвая тишина, как на самой глубине под толщей воды, и давящее ощущение заложенных ушей.
Удары сердца и собственное дыхание зазвучали неестественно громко, голова слегка поплыла.
Я ничего не сказал, но Самра сразу уловил моё состояние.
– Нервная система человека работает на тончайших электрических сигналах, поэтому внутри противофазного электромагнитного поля организм испытывает ощущение биологической угрозы. Перемещаемся немедленно.
– Куда собрался, Самра?
Гендиректор Ча отшвырнул пушку EMP за спину.
Затем постучал ладонью по белым ножнам и произнёс:
– Раз уж я приехал в гости, дай хоть как подобает поздороваться?
Вслед за его жестом мой взгляд невольно упал на меч.
«Тэиль Ёрэ!»
Белый меч, чьё название означало «великое солнце», и описание предмета у него было под стать.
Я припомнил описание из игры.
Тэиль Ёрэ: Земное солнце меркнет во тьме, но свет Тэиль Ёрэ не знает ни ночи, ни дня.
С превращением андроида в хлам не задалось, но недооценивать гендиректора Ча не стоило ни при каких обстоятельствах.
Если Че Хёно считался непревзойдённым в массовых сражениях, то гендиректор Ча не знал себе равных в бою один на один.
Его стиль: молниеносные, сокрушительные всплески урона, нюкер в чистом виде.
И именно Тэиль Ёрэ служил главной опорой его взрывного урона.
Белый меч, будто созданный для одного лишь гендиректора Ча...
– Хан Гоё.
– ...Да?
– Перемещаемся.
Самра ведь уже говорил, что мы перемещаемся. С чего бы повторять?
Недоумевая, я с запозданием перехватил взгляды Вон Тхэбома и гендиректора Ча.
Вон Тхэбом до того напряжённо следил за схваткой Самры с директором Ча.
Но сейчас он глядел на меня с куда большим обалдением, чем когда увидел у Самры на спине.
Чтобы человек, не склонный к бурным эмоциям, посмотрел так...
«Я слишком пристально разглядывал гендиректора Ча?»
Во взгляде директора Ча читалось примерно то же недоумение.
С той разницей, что... гендиректору Ча это определённо было по нраву.
Навык чтения настроения, отточенный на маске-очках и респираторе Че Хёно, давал мне основания доверять собственному чутью.
Шш-рк. Гендиректор Ча обнажил Тэиль Ёрэ.
Ослепительно-белый клинок явил себя.
Единственный источник сияния посреди кромешной тьмы, он завораживал.
– У Хан Гоё, видно, ко мне разговор есть.
На эти слова гендиректора Ча, лениво опустившего меч, я торопливо начал оправдываться перед Самрой.
– Нет же, Самра. Просто было любопытно, вот я было и засмотрелся.
Но андроид, которому все мои биометрические данные были как на ладони, даже не соизволил ответить.
Вместо этого он окликнул Вон Тхэбома.
– Лейтенант Вон Тхэбом, передаю вам Хан Гоё.
Самра передал меня Вон Тхэбому. Я оказался на новой спине.
Пусть я и очнулся после долгого забытья, но взрослому мужчине кататься на чужих спинах было до невозможности стыдно.
Благодаря тому, что Самра столько нёс меня, тело вроде бы пришло в себя.
– Я могу идти сам.
Но Самра сразу пресёк мои мечтания.
– Исключено. Сейчас у вас, Хан Гоё, паралич нижней части тела. Полное восстановление займёт не менее суток.
То-то я никак не мог напрячь ноги.
После объяснения Самры всё встало на свои места. Доминик у меня на голове мягко вразумил:
– Каштан, позволять подчинённым прислуживать себе тоже важно.
Подчинённых тут у меня не было, но я притворился, что понял, и кивнул.
Гендиректор Ча криво усмехнулся.
– Служба по-прежнему людей как расходники использует.
Лицо Самры стало непроницаемым.
Гендиректор Ча не дрогнул, даже когда тот перестал имитировать человеческие эмоции.
Он медленно повернул голову и остановил взгляд на мне.
– Хан Гоё. Переходи в «Эхо».
Серьёзно?
...чуть не сорвалось с языка, но я удержался.
Гендиректор Ча славился не только скверным нравом, но и глубочайшим недоверием к людям.
Тех, кому он доверял, можно было пересчитать по пальцам.
Поэтому, насколько я знал, всех наёмников «Эхо» вербовали двое директоров – ближайшее окружение гендиректора Ча.
Я, вероятно, был первым адаптантом за всю историю «Эхо», кому гендиректор лично предложил вступить в ряды.
Видно, я и правда представлял для гендиректора Ча огромную ценность.
«А нельзя ли просто выслушать, зачем я ему нужен?»
Доверять гендиректору Ча, разумеется, нельзя, контракт с «Эхо» я заключать не стану, так, послушаю минутку...
– Гендиректор Ча, дальнейших высказываний я не допущу.
От Самры потекла дымка, мерцающая голографическим цветом.
В этом призрачном тумане Самра сорвал оба рукава форменного кителя.
Показалась гладкая кожа, и оболочка, имитировавшая человеческое тело, разошлась по геометрическим линиям.
Механические детали зашевелились как живые, перестроились и превратились в серебристые стволы орудий.
Левая рука стала рельсотроном, правая обратилась плазменной пушкой, и посреди этой трансформации Самра не забыл пояснить:
– Для одновременного управления нанороботами и противофазной волной я выбрал простое вооружение.
Иными словами, он способен на трансформацию и покруче, но сейчас задач слишком много, так что пришлось ограничиться базовой моделью.
«И это, значит, "исключительно оборонительные боевые функции"?»
Понятие обороны у него и у людей явно расходилось.
Прочитав моё лицо, Самра добавил:
– Из-за ограничения «не причинять вреда людям» значительная часть функций заблокирована. Полностью остановить гендиректора Ча я не в состоянии, но выиграть достаточно времени рассчитываю.
Самра посмотрел гендиректору Ча прямо в лицо и произнёс:
– Подполковник Че Хёно на подходе. До его прибытия я буду держать оборону.
Зззыынь... В плазменной пушке начала скапливаться голографическая энергия.
Самра скомандовал:
– Лейтенант Вон Тхэбом, немедленно уходите.
Бах!
Не успели отзвучать его слова, как белоснежный свет сшибся с голографическим.
Самра заслонил собой путь гендиректору Ча, бросившемуся ко мне.
Обмен ударами, едва уловимый глазом, обрушился лавиной.
Самра вывернул руку под нечеловеческим углом и выстрелил энергетическим зарядом, но белый клинок рассёк его надвое.
Осколки энергии брызнули во все стороны, и гендиректор Ча рванулся к Самре.
Ствол рельсотрона на левой руке Самры раскрутился и дал очередь сверхскоростных магнитных снарядов.
Эта волна устремилась гендиректору Ча в грудь, но тот запросто ушёл в сторону прямо в воздухе, отбил снаряды плоскостью клинка и сразу взмахнул белым мечом.
Рой нанороботов вокруг Самры стремительно перестроился.
Голографическая дымка сплелась перед ним в щит из сцепленных гексагонов.
Бах!
Щит и белый клинок столкнулись, высекая искры.
Полумрак озарился ярким светом.
Я хотел ещё понаблюдать за схваткой, но Вон Тхэбом рванулся прочь, и расстояние между нами и сражающимися стало расти.
Оглядываясь на бегу, я наконец понял, почему в подземном тоннеле тряслась земля.
В стене здания Службы зияла огромная дыра.
Когда я спрашивал Самру, что за уличные бои тот вознамерился устраивать посреди Сеула, тот уже предвидел подобное.
– Курсант Хан, – окликнул меня сухой голос, и я уставился Вон Тхэбому в затылок. – Вы намерены остаться в Службе?
Скажи я «нет», он, чего доброго, сбросил бы меня на землю, так что ответил я уклончиво.
– Пока что... хотелось бы.
– Стрелковое оружие держать умеете?
– Основы знаю.
Что впервые стрелял только в Dead Zone Delivery, я уточнять не стал.
– Прошу прощения.
Вон Тхэбом перехватил меня со спины на грудь и подхватил одной рукой.
Сила отвечала мускулистому телосложению.
Устроив меня поудобнее, он передал мне пистолет, а сам достал из инвентаря предмет и надел на свободную руку.
Серебристая латная рукавица, под стать средневековому рыцарю, была боевым предметом Вон Тхэбома, Клятвой Паладина.
Надев рукавицу, Вон Тхэбом всмотрелся вперёд.
Ночные улицы под покровом противофазной волны Самры стояли жутковато тихие.
Но я чуял, что́ именно его насторожило.
Из теней в лунном свете бесшумно вынырнули мужчина и женщина.
Мужчина в очках и женщина с высоко собранными волосами, оба в офисной одежде, на первый взгляд сошли бы за припозднившихся офисных работников.
Если бы не предметы Испытания у них в руках.
Мужчина с зубчатым мечом приветливо улыбнулся и заговорил с повадками менеджера по продажам.
– Давно не виделись, лейтенант Вон. Всё такой же статный.
Женщина с пистолетом в цветочном узоре тоже невинно округлила глаза, будто никакого оружия у неё и нет.
– Лейтенант, вы что-то припозднились с переработкой. Не пора ли домой?
– С дороги.
– Ха-ха, мы бы и рады посторониться. Да что поделаешь? Начальство велит прыгать, мы прыгаем.
– Дайте нам с уважаемым Гоё перекинуться парой слов, – сладко улыбнулась женщина. – Подпишет контракт, и мы его сразу вернём.
Путь нам преградили двое директоров «Эхо», ближайшее окружение гендиректора Ча, Со Мунчхан и Мок Сэхва.