Глава 305 — Приближение беды и возвращение к тренировкам.

Боевая готовность первого уровня.

Северная крепость ожила мгновенно. Офицеры заняли позиции с мрачными лицами, солдаты старались держаться, но скрыть страх удавалось далеко не всем.

Такой режим вводили лишь при одной угрозе: появлении апостола особого класса. Встреча с подобным существом почти неизбежно означала большие потери.

Прошло совсем немного времени, и даже закалённые северные ветераны убедились: чутьё полковника Грасиаса Детмерона снова не подвело.

На дальнем краю белой равнины возникло движение.

Бум!

Земля дрогнула.

Из снежной пелены выступила фигура высотой почти с крепостную стену. Чёрная кожа не отражала свет, а будто поглощала его. Искажённая злобой морда, чудовищная масса и железная дубина размером с дом — одного взгляда хватало, чтобы почувствовать давящее присутствие твари.

Чёрный огр.

Апостол особого класса.

Следом за ним показались многочисленные чудовища. Битва пришла к стенам раньше, чем многие успели осознать увиденное.

Бум!

Грохот! Грохот-грохот!...

За внешним периметром вспыхнули десятки разноцветных сил. Лучшие офицеры и солдаты окружили чёрного огра ещё на подступах. Встретить его на самой стене значило обречь крепость на разрушение, поэтому гарнизону пришлось выйти в открытое поле.

— Не сметь бояться! — прогремел Детмерон с переднего края.

Под его жёстким командованием началась охота на апостола.

Огр взмахнул чудовищной дубиной.

Фью-у-у!

Одно простое движение смяло воздух. Железная глыба обрушилась туда, где секунду назад стояли десятки людей.

Ба-а-ах!

Земля взорвалась. Снег, лёд и камни взметнулись высокой стеной.

Тем временем обычные чудовища бросались на фланги, прикрывая слепые зоны своего вожака. Офицеры и солдаты сцепились с ними насмерть. Белая равнина быстро начала краснеть.

Предсмертный вой тварей смешался с человеческими криками.

Но строй не распался. Несколько офицеров совместно принимали на себя каждый удар огра или уводили его в сторону, не позволяя дубине добраться до основных сил.

Пока сражение складывалось в пользу людей.

Гарнизон успел подготовиться, а Детмерон уверенно управлял боем. На чёрном теле огра множились раны. Каждый раз, когда его оружие врезалось в землю, один из офицеров гасил летящие обломки, а остальные использовали открывшееся мгновение для атаки.

Силы разных свойств обрушивались на великана одна за другой.

Бой оставался смертельно опасным. Ни один человек не имел права отвлечься даже на миг.

И поэтому никто не заметил двух существ, спокойно шедших через поле.

Их шаги не издавали ни звука.

С виду это были обычные люди: сереброволосая девочка лет пятнадцати или шестнадцати и высокая, чувственно красивая женщина с длинными чёрными волосами. В любой другой обстановке они привлекли бы к себе десятки взглядов.

Здесь на них не посмотрел никто.

— Какая скука, — протянула девочка.

В нескольких шагах чудовище лопнуло под чужой силой, но даже это не оживило её голос.

— Юсилия, обязательно было тратить на отвлекающий манёвр целого апостола? — осторожно спросила черноволосая женщина.

Девочка едва заметно кивнула.

— В крепости есть человек с редким чутьём. Даже твоя невидимость не позволит пройти через барьер совсем бесследно. Чтобы не поднять лишнего шума, проще пожертвовать такой мелочью и заставить всех смотреть в другую сторону.

Азазель перевела глаза на чёрного огра.

Под совместными атаками тот уже опустился на одно колено. Из множества ран на чёрной коже непрерывно стекала тёмная кровь. И всё же огр продолжал размахивать дубиной и оставался смертельной угрозой.

— Жаль его. Чёрному огру можно было найти применение получше.

— Азазель, эта потеря не имеет никакого значения, — холодно оборвала Юсилия.

Та больше не спорила.

Они миновали линию сражения и направились к крепости.

Две из Девяти апостолов.

Юсилия — Апостол Тьмы.

Азазель — Апостол Света.

На этот раз они отправили в Империю куда более могущественные воплощения. Даже прославленные северные офицеры не могли их увидеть. Природная сила Азазель — совершенная незримость — скрывала не только облик, но и само присутствие. Лишь Детмерон заранее уловил едва заметное искажение.

Девять апостолов веками копили силы и почти не показывались миру.

Теперь они переходили к открытому действию.

И две сущности, которым нельзя было позволить пересечь границу, уже проникали в Империю.

* * *

В то же утро я пришёл на тренировочную площадку Академии.

Из лазарета меня выписали накануне вечером. Едва рассвело, я уже стоял с копьём в руках и тяжело дышал после первой серии упражнений.

Холодный металл неприятно лежал в ладонях. Не нравились ни баланс, ни вес.

Моё заказное копьё уничтожил апостол во время последнего столкновения. Академия согласилась бесплатно изготовить новое, но на это требовалось время. Пока приходилось пользоваться обычным учебным оружием.

Я упёр древко в пол и покачал головой.

«Не время привередничать».

Выбирать идеальные условия я не мог. Отдых закончился, жизнь возвращалась в привычное русло. Вчера я снова начал тренироваться и не собирался сбавлять темп.

Мне нужно было расти.

Я вытер пот и сел передохнуть. Другие кадеты некоторое время посматривали в мою сторону, затем вернулись к своим занятиям.

По залу вспыхивали стихии. Здесь взлетало пламя, там воздух резали ледяные осколки. Обладатели редких черт отрабатывали движения, не похожие на обычные боевые приёмы.

«У всех лица изменились».

Недавнюю катастрофу пережили многие, но прежней беспечности почти не осталось. За несколько дней кадеты заметно прибавили. Теперь каждый занимался так, словно от следующей тренировки зависела его жизнь.

Отдышавшись, я снова взял копьё.

— Ты какого чёрта здесь делаешь?

Я обернулся. Первым в глаза бросились розовые хвостики.

— Хан Чонсон, тебе разве не положено лежать в лазарете? — Луна смотрела на меня как на сбежавшего пациента.

— Меня вчера выписали.

— Вот как?

Рядом с ней стояла Милия и молча разглядывала меня.

«Значит, обе целы».

Ни ран, ни следов истощения я не заметил. Впрочем, обе всегда входили в число сильнейших кадетов, поэтому удивляться было нечему. И всё же я искренне обрадовался.

— Тебе уже можно тренироваться?.. — Милия выглядела куда встревоженнее Луны.

— Можно. Иначе меня бы сюда не пустили. С телом всё в порядке.

— Но ты столкнулся с апостолом. Наверняка всё было ужасно... Хорошо, что ты выжил.

— Меня спасла инструктор Кали.

Я сам в который раз подумал, насколько невероятно мне повезло. И с решением, которое я принял в последний момент, и с появлением Кали.

Луна и Милия устроились рядом, и разговор продолжился уже во время передышки.

— Ну ты и упёртый, — сказала Луна. — На твоём месте я бы ещё неделю отлёживалась.

— Иногда безделье утомляет сильнее тренировки.

— Кроме тебя, так никто не скажет.

С Луной мы легко перебрасывались словами. Милия же не успокаивалась.

— Не знаю... Я правда очень за тебя переживала. Ты точно восстановился?

— Теперь всё должно быть спокойнее. Меня охраняет золотой рыцарь.

— Правда? Это хорошо, конечно, но... Всё равно страшно. Несчастья идут одно за другим, а последнее вообще оказалось чудовищным. Я бы хотела, чтобы ты отдохнул подольше.

С ней приходилось говорить осторожнее. Тревога в её глазах была слишком искренней. Я только неловко улыбнулся.

В каком-то смысле ситуация и правда выглядела странно. Я считал себя здоровым, но со стороны, видимо, всё воспринималось иначе.

И всё же внутри не было страха.

«Может, даже хорошо, что всё это происходит вокруг меня».

Если бы на моём месте оказался другой, он мог бы не выдержать.

По сюжету первоначальной истории эту ношу должен был нести Леонхарт. Теперь вместо него в центре событий находился я.

И, как ни странно, это казалось правильным.

Угрозы возникали чаще и становились опаснее, чем в известной мне версии. Среди кадетов я не видел никого, кто смог бы принять на себя такой удар.

Постепенно вырисовывался и ответ на другой вопрос.

«Почему апостолы выбрали именно меня?»

Все вокруг быстро росли, но мой прогресс оставался самым резким. Естественно, что враг заметил наиболее опасную цель.

Значит, это моя ноша.

Я снова укрепился в своём решении, когда Луна вдруг посмотрела на меня с подозрительным прищуром.

— Спрошу ещё раз. Ты совершенно здоров?

— Да. Будь иначе, из лазарета меня бы не выпустили. Хватит беспокоиться.

— Да не беспокоюсь я... Просто хотела предложить спарринг.

Уголки её губ поднялись. Я тоже улыбнулся.

«И откуда у неё столько уверенности?»

Все уже знали, что я пробудил навык и поднял черту до пятого уровня. Планка стала настолько высокой, что подходящего партнёра для обычного поединка теперь было трудно найти.

Луна, однако, явно считала иначе.

— Нет, — холодно сказала Милия раньше, чем я успел ответить.

Она энергично покачала головой. Луна не отступила.

— Милия, я предложила только потому, что он сам говорит, что здоров.

— И всё равно не надо. Какой ещё спарринг сразу после лазарета?

— Хорошо. Если Чонсон откажется, больше приставать не стану.

Я посмотрел на Луну.

— Я не против. Но ты уверена, что хочешь?

Сам поединок меня не смущал. Мне было интересно другое: чем она собиралась подкрепить свою дерзость?

Луна загадочно улыбнулась и подняла руку. Четыре растопыренных пальца.

— Моя черта теперь четвёртого уровня.

Я уже открыл рот, но так ничего и не сказал.

И что с того?

«Она всерьёз думает, что четвёртого уровня хватит, чтобы меня победить?»

Такое объяснение делало её уверенность ещё непонятнее.